Потуши мои пожары

      Эмилю кажется, что он уже сходит с ума. Его внутренний голос так и просится нырнуть в объятия любимого человека и закрыть глаза. И забыть про эти тягостные моменты, когда он смотрел с такой нежностью, с такой любовью на свою девушку, а не на него. Сначала на девушку, потом на бывшую девушку, разницы нет — взгляд не менялся.       Но как бы Эмиль не мечтал об этом, мечта всегда оставалась несбыточной. Дмитрий Масленников никогда не обратит на него внимания в романтическом плане, и никогда не перестанет смотреть так на Полину, никогда не перестанет так обнимать её, никогда не перестанет так общаться с ней. С ней, а не с Эмилем.       Руки сами собой сжимаются в кулаки при одном взгляде на её сладкую улыбку. Хэй, ты же сама хотела расставания, ты же сама намекала на это, так почему сейчас ты ведёшь себя так, будто он твой парень? Будто он твой?       Вдох, выдох. Иманов снова принимает всё как есть. Ему снова хочется объятий, касаний, тепла Диминых рук. Все те райские моменты, когда Дима был так близко, когда Эмиль мог спокойно к нему прижиматься, в памяти остаются надолго, в мельчайших подробностях и деталях. Но и эти воспоминания уже не могут справиться с этим ужасным чувством. Ревность.       Эмиль уже не может сдерживаться. Очередная выходка Полины бьёт под дых и не даёт и шанса устоять на ногах. Она целует Диму в губы. Не стесняясь зашедшего в комнату Иманова. Чёрт, да он же просто хотел забрать оставленное здесь худи, а не стать свидетелем этого! Полина бросает на замершего в дверном проёме парня хитрый взгляд и будто бы нехотя отстраняется.       — Ну ладно, я побежала! — с этими словами девушка покидает комнату, подмигнув Эмилю.       Дима смотрит ей вслед непонимающим взглядом, а потом обращается к Иманову:       — Полина предложила мне снова начать встречаться… — голос сам затихает при одном взгляде на чересчур хмурого Эмиля.       Тот берёт брошенное худи и кидает на Масленникова такое пронзительный взгляд, что мурашки бегают уже не по коже, а по душе. Внезапно взгляд Эмиля как будто теплеет, меняется на жутко уставший.       — Я слышал, что её бросил парень к которому она ушла от тебя, — и кудрявый покидает комнату, оставляя Дмитрия в лёгком недоумении.

***

      Мысли устроили в голове бешеную карусель, то смешиваясь, то выстраиваясь в ряд, то разбегаясь снова. Дима уже минут десять смотрит в потолок, пытаясь осмыслить всё в верном порядке. Но стоит только обратиться к воспоминаниям о всей этой неделе, как мысли смешиваются в безобразную путаницу. Переутомление даёт о себе знать, совсем Масленников себя загонял, ему бы вздремнуть часиков так десять, тогда и мысли нормально пойдут.       Но пока из обрывков воспоминаний, кроме съёмок и работы, удается разглядеть только объятия и поцелуи Полины и взгляды Эмиля. Взгляды Эмиля, они… ревнивые? Дима чуть ли не подскакивает на кровати. Он привык к таким взглядам парня, но он никогда раньше не задавался очень важным вопросом. Почему он так на него смотрит?

***

             Эмиль всячески отводит взгляд и изучает что угодно, кроме глаз напротив. Стены, пол, потолок, окно, компьютер, плинтус, стол… Что угодно, кроме родных серых глаз. Во взгляде Димы не было ни осуждения, ни угрозы, только какая-то тревога и непонимание. Приплыли.       -Ну… Так и о чём ты хотел поговорить? — голос резко становится слабым, и кажется выдавить из себя слова больше не выйдет из-за резко нахлынувшего страха, ужаса даже.       Дима некоторое время смотрит на дрожащие руки Эмиля, которые он скрестил на груди в защитном жесте. Потом, собравшись с духом и мыслями, начал:       — Эмиль, я хотел спросить… Почему ты так смотришь на меня? Постоянно, особенно когда рядом Полина, ты смотришь так, как будто… ревнуешь? — Масленников и сам удивляется, как у него вышло выпалить всё на одном дыхании, даже не запнувшись. Возможно, сказать всё в лоб было не самой лучшей идеей, но лучше так чем растягивая этот разговор.       Эмиль знатно так завис, минуту, а то и две сверля потерянным взглядом точку в полу. Кажется теперь мысли катаются на карусели в голове Иманова. Вот парочка подобралась, да?       Но всё же Эмиль выдаёт подавленное:       — Всмысле?.. — и затихает, видимо стремясь растянуть диалог как можно дольше.       — В прямом. В прямом смысле, Эмиль. Я просто хочу понять, почему когда Полина обнимает меня, целует, да просто когда Полина проявлят ко мне внимание, ты смотришь так, будто бы ты ревнуешь, — Дима снова удивляется тому как грамотно он составляет предложения, стабильно произнося всё ровно, одним тоном. Чудо, не иначе.       Иманов в ответ лишь потрясённо моргает. Если его моргания перевести на азбуку морзе, получится слово SOS судя по всему. Спустя ещё минуту Эмиль вдруг вздрагивает всем телом, как током удареный, и на одном дыхании выпаливает:       — Ах почему, почему?! Тебе и вправду интересно почему? Может потому что ты ведёшь себя как идиот, как придурок, как… как… Да у меня даже слов не хватает чтобы выразить как ты себя ведёшь! Прощаешь её, позволяешь ей вести себя как будто вы встречаетесь, ты позволяешь ей возвращаться после того, как её бросил тот, на которого она тебя променяла! Неужели ты не видишь что она использует тебя? И надо мной издевается если тебе интересно, потому что… Нет нет нет, уж не перебивай, — одним взмахом руки затыкает он Масленникова, который не пытается больше вставить ни слова, — Она же тоже видит эти взгляды! И смеётся надо мной! А мне больно, потому что я всегда рядом, всегда помогаю, всегда благодарен за твою помощь, а ты предпочитаешь делать вид, что ничего не видишь!.. Почему я так смотрю на вас? Да потому что я блять ревную, потому что блять люблю тебя!       Эмиль замолкает, ощущая себя так, будто он только что пробежал марафон. Мигом испаряется вся смелость, и душа наполняется тягостным ожиданием.       Дима безо всяких слов подходит и заключает кудрявого в объятия. Эмиль утыкается носом ему в плечо и начинает тихонько всхлипывать.       — Дииим… А я поэтичный?       — Что ты имеешь в виду?       — Потуши пожары в моей душе. Пожалуйста…       И Дима понимает без лишних слов. Берёт обеими руками лицо Иманова и целует. Аккуратно и нежно, будто боясь спугнуть. И Эмиль отвечает, всё увереннее и увереннее…       Ну всё, можно ставить точку. Хэппи энд.

***

      — Ай, Эмилька, ты чего кусаешься? Да ещё и на шее, на видном месте.       — Чтобы эта стерва Полина знала что ты мой.