После пробуждения Солнца

После окончания третьего курса программа сильно усложнилась. Ребят завалили заданиями, докладами, тестами и контрольными. Практических занятий тоже прибавилось: учили мастерить амулеты, талисманы, создавать магические барьеры, иллюзии, даже приручать фамильяров. С последним, к слову, справились лишь три однокурсника, и ни Акира, ни Дей в их число не вошли. Дей привык к Акире до такой степени, что ему казалось, он знает его с самого рождения, и когда они были вынуждены ненадолго расставаться, он чувствовал себя неуютно, словно ему не хватало какой-то весьма важной части тела. Дей каждый раз поражался этому странному и неприятному ощущению пустоты. Вот вроде бы он прекрасно осведомлён о том, что Акира в библиотеке, готовит реферат, Дей даже тему знает: «Причины запрета кровно-родовой магии. Пять самых жестоких ритуалов в истории». Однако отчего же ему так некомфортно без него? Дею было жутко интересно, чувствует ли то же самое его друг, но спрашивать об этом он не решался. Было ещё одно обстоятельство, которое не давало ему покоя: Акира стал другим. Если раньше он был молчаливым, немного хмурым, неразговорчивым, то сейчас это словно обострилось. Дей всё реже видел на его лице даже подобие улыбки, и это терзало его. При любой попытке обсудить эту тему Акира всеми способами уходил от ответа. Во всём остальном их дружба была нерушимой. Акира оказался чрезвычайно чутким и заботливым: зная, что Дей любит утром подольше поспать, из-за чего часто пропускает завтрак, приносил ему в комнату любимые булочки с вишнёвым или яблочным повидлом и ни разу не перепутал их с банановыми или малиновыми, которые Дей терпеть не мог; следил, чтобы у того всегда была чистая одежда и бельё, и регулярно относил его вещи в прачечную вместе со своими, потому что Дей часто забывал и оказывался в ситуации, когда ему нечего надеть. Тогда Дею приходилось в одной пижаме с ворохом грязного тряпья тащиться к прачкам и ждать, когда они всё это богатство перестирают и высушат. Дей никогда не просил Акиру ни о чём подобном, тот просто молча взял эту обязанность на себя, понимая, что другу так будет проще. Дей, в свою очередь, избавил Акиру от всех моментов, связанных с общественной работой, делая её за двоих и позволяя тому проводить это время в одиночестве, за его любимым занятием — чтением. А ещё, что бы ни случилось, они всегда заступались друг за друга. Дей навсегда запомнил случай в столовой, когда Акира разбил и, кажется, сломал нос одному из пятикурсников за то, что тот толкнул Дея плечом, так что у него выпал из рук поднос с едой. Со стороны это выглядело, как будто это произошло случайно, но оба друга понимали: это была маленькая месть за проигранную стычку на арене. Старшекурсник не ожидал, что Акира так же «случайно» развернётся и точным ударом впечатает кулак ему в переносицу. Дей тогда переживал, что ситуация дойдет до Магистра, но жаловаться никто не побежал. Жаловаться учащиеся не любили, жаловаться — это показывать слабость. На пятом курсе парни достигли девятого магического уровня, что само по себе являлось событием. Такие случаи в истории школы можно было пересчитать по пальцам. Обычно ученики останавливались на шестом, седьмом и восьмом, и уже к третьему курсу было примерно понятно, кто и каких высот сможет достичь. На взятие следующей ступени могли уйти годы, и зачастую для мага она и оказывалась заключительной. Даже говорили, что если к концу третьего курса не возьмешь восьмую ступень, то так навсегда и останешься магом средней руки. Но Дею и Акире было плевать, что там и кто говорил, они тренировались как проклятые и сделали это.

✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧

28 декабря 1095 года после пробуждения Солнца Вечная Обитель, Вечноцветущий Бор Они ступили на мягкий ковер из разноцветных лепестков, застилающий главную площадь Обители. В небе плавно кружили фонарики в виде остроконечных звёздочек, заливая всё нежным тёплым светом. В середине площади возвышалась широкая сцена, украшенная золотыми колокольчиками и фиолетовыми шёлковыми лентами. Над сценой покачивалась в воздухе иллюзия огромного фолианта в искусно выделанном кожаном переплёте и сложенных перед ним крест-накрест двух мечей, словно оберегающих древние знания от предполагаемых недругов. Вместо привычных кустов можжевельника вокруг площади танцевали призрачные гигантские фигуры знаменитых магов и волшебниц. Время от времени они останавливались, и из их рук в небо вылетали яркие фейерверки. Такое сложное волшебство, должно быть, поддерживалось, каким-то очень умелым магом иллюзий. — А вот и вы! Хорошо, что пришли! — радостно воскликнул Тодо и похлопал Дея по плечу. — Как мы могли пропустить такую вечеринку? — засмеялся Дей. Они влились в ряды выпускников. Наслаждаясь безалкогольными напитками и лёгкими закусками, однокурсники весело болтали и танцевали. Все парни были одеты в чёрные смокинги, а девушки — в вечерние платья. За пять лет учебы ребята сильно изменились, юноши вытянулись в росте, возмужали, а девушки приобрели красивые женственные формы. Немудрено, сейчас им всем было как минимум по двадцать лет. Сложно поверить, но это был их последний день вместе и завтра двери Вечной Обители для них закроются навсегда. Ребята разъедутся по всем уголкам Вечноцветущего Бора и, возможно, больше никогда не увидятся. — Ух ты, кого я вижу?! — К Дею и Акире припорхнула Салли. Девушка, одетая в элегантное чёрное платье без рукавов, корсет которого в районе декольте украшали пушистые перья, с достоинством задрала подбородок и безапелляционно заявила: — Вы двое, я сегодня буду танцевать и с тобой, и с тобой. — Изящным пальчиком она указала сначала на Акиру, а потом на Дея. — И я не потерплю никаких возражений. Я не раз спасала ваши задницы на арене, поэтому будем считать, что это плата. Парни с улыбкой переглянулись, но возражать не стали. Девушка была их неизменным партнёром по команде, она и правда заслужила к себе особенного отношения. Тут же из-за спины Салли выглянула Хиори. Она была одета в пышное платье небесного цвета, а в её длинные косы были вплетены незабудки. Обычно нескладная и даже грубоватая, в этом образе она выглядела невероятно нежно и мило. Кусая губы и застенчиво хлопая ресницами, Хиори пролепетала: — А я? Я тоже хочу. Я хоть и… — И с тобой потанцуем, — не дослушав, ответил ей Акира и добродушно улыбнулся. Хиори засияла от радости, а Дей удивлённо хмыкнул. В ответ на вопросительный взгляд Дея Акира, приблизившись к нему, тихо прошептал на ухо: — Знаешь, хочу, чтобы наш заключительный день всем запомнился только с самой лучше стороны. И я тоже не прочь сохранить его таковым в своей памяти. А девчонки у нас и правда очень красивые. — Полностью тебя поддерживаю, брат, — согласился с ним Дей. Вечер прошёл отлично. Все танцевали, участвовали в смешных конкурсах, много смеялись, вспоминая весёлые моменты из школьной жизни. — Акира, я знаю, что у нас на курсе негласное правило не обсуждать эту тему, но я не могу тебе не сказать, — в танце робко произнесла Керри, потом замолчала и опустила глаза, ожидая разрешения продолжить. Акира немного напрягся, но решил выслушать девушку. — Говори, раз начала. — Знаешь, я ведь тогда и правда влюбилась в Ивифана, очень сильно. Это было что-то настоящее, понимаешь? — сказала Керри, заливаясь краской. — Я догадывался, — сообщил Акира и постарался выдавить из себя что-то, что можно было принять за улыбку, но справился плохо. — Знаешь он… он был таким хорошим… — Она говорила с паузами, подбирая слова, вероятно, чтобы не наговорить лишнего. — Я до сих пор думаю, что он был самым лучшим парнем на всём белом свете. Я… я так скорблю. Это не лечится. — Акира заметил, как в уголках глаз Керри заблестели слёзы. — И я всегда буду его помнить. Ты не один. Исполняемая музыкантами медленная мелодия неожиданно начала нервировать. Ля-мажорная тональность, лёгкая, певучая и оптимистичная, диссонировала с внутренним миром парня. Хотелось закрыться от неё, сбежать куда-нибудь в мрачную тишину, может быть, даже вместе с Керри, чтобы поговорить спокойно, без всего этого чуждого и раздражающего. — Ты знала, да? — спустя какое-то время спросил Акира. Он почти сразу догадался, что она подразумевает, но некоторое время не решался продолжать этот сложный разговор. — Что вы родственные души? Да. Я понимала это, просто молчала. К тому же вы похожи. Не внешне, конечно, а как-то внутренне. Не могу объяснить как, но это чувствовалось. — Ясно, — ответил Акира. Его руки, лежащие на её талии, бережно притянули девушку поближе, обнимая. Прохладная шёлковая ткань ласково огладила его пальцы. Керри была невероятно приятным человеком: нежная, милая, добросердечная, по-детски наивная. Она удивительно подходила Иву. Даже сейчас Акира смотрел на неё, в этом её длинном розовом платье, со струящимися по её хрупкому стану мягкими блестящими локонами, и думал: поставь их рядом, они бы выглядели так, словно созданы друг для друга. Наследница древнего клана воинов, потомок знаменитого генерала Рональда Дарка, героя Великой Западной войны, и наследник проставленного клана целителей, вопреки воле отца выбравший путь меча. Однако Акира где-то в глубине души понимал, почему Ив отверг Керри — она не была ей. Просто не была, и всё. — Удачи тебе, Акира. Пусть у тебя в жизни всё будет хорошо. Ты наш будущий Правитель, не наломай дров. — Музыка стихла, танец закончился. Керри скромно улыбнулась и ушла, а Акира так и остался стоять, задумчиво глядя ей вслед. В груди что-то зашевелилось и тоскливо заскребло. «А достоин ли я вообще всего этого хорошего, чего ты мне желаешь, чего желает мне Дей?»

✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅⋆⋄✧

Когда ведущий объявил об окончании торжественного прощального бала, выпускники разбрелись по аллеям и паркам Обители — ложиться спать сегодня никто не собирался. Все хотели выпить этот последний день и ночь до дна. Впрочем, преподаватели не были против их ночных гуляний. Дей и Акира медленно шагали по главной аллее, всё больше отдаляясь от бывших однокурсников, и наслаждались приятной прохладой звёздной летней ночи. — Что дальше, Акира? Ты же уже думал об этом? — задал мучающий его вопрос Дей. По какой-то причине они ни разу не обсуждали перспективы своего будущего, словно оно было невероятно далёким, но неожиданно это будущее не просто забрезжило где-то на горизонте, а нахлынуло с неудержимой неотвратимостью безудержной стихии. — А что дальше? — недоумённо вскинул брови Акира, будто не понял, о чём его спрашивают. — Ну, куда мы? Пойдём служить в какой-нибудь военный гарнизон на границе или во дворец? Что ты хочешь? — Что значит «мы»? — Направленный на Дея взгляд заледенел, отчего по спине парня пробежали колючие мурашки. Однако Акира быстро отвернулся, невозмутимо вышагивая по каменным плитам. — Не понимаю тебя, — нахмурился Дей. — Я поеду во дворец, к отцу. Я думаю, будет правильно, если он сам меня направит, куда посчитает нужным, или оставит при себе, если решит посвящать в свои дела. А ты… — А я с тобой, верно? — с надеждой подхватил его слова Дей. — Я думаю, что нет. Ты вернёшься в Звёздный город и поступишь так же, как и я, — сухо отчеканил Акира, точно оглашая приговор. — Почему? Зачем мне так поступать? Я взрослый, да и отец никогда меня не неволил. Скорее всего, он даже удивится тому, что я стану у него спрашивать, чем мне заняться, — в замешательстве округлил глаза Дей. — Дей, ты у меня спросил, и я всего лишь озвучил тебе своё видение дальнейшего развития событий. Конечно, ты вправе сам выбирать, куда направиться. — Так я и выбрал, я с тобой, в столицу, — упрямо заявил Дей. — Нет. Дей растерянно заморгал. Он решительно не мог принять того, что Акира предлагает им разделиться. — В смысле «нет»? — Это будет неправильно, — сказал Акира, даже не удостоив его взглядом. — Ты же сам сказал, что я имею право сам выбирать. — Дей начинал выходить из себя, его разозлил этот диалог, разозлил Акира своей манерой говорить, словно общаешься не с человеком, а с безэмоциональным деревянным истуканом. — Хорошо, поедешь в столицу, — согласился Акира, и Дей с облегчением выдохнул, но спустя пару мгновений Акира добавил: — Но без меня, я выберу иной путь. — Что? — неверяще пробормотал Дей. — А то, что наши с тобой пути с завтрашнего дня расходятся, — бескомпромиссно заявил Акира и наконец повернулся, посмотрев Дею в глаза. — Но как же так? Мы же хотели?.. — Это было три года назад, Дей. Всё поменялось. — Да, поменялось, но наше желание… Я все ещё… — Дей не смог продолжить, слова застряли в его горле, словно это были и не слова вовсе, а острые лезвия. — Прости, я принял решение, — холодно отозвался Акира. Дей остановился. Сжимая кулак в районе сердца и яростно качая головой, он воскликнул: — Акира, ты не можешь так поступить! Акира тоже встал и, не поворачиваясь, ответил: — Так будет лучше. — Твёрдость его тона начала звенеть металлом. — Да ничего не будет лучше, никому не будет лучше: ни тебе, ни мне! — Дей сорвался на крик, пытаясь вразумить друга. — Мы напарники, помнишь?! Что на тебя нашло?! Мы друзья, хоть мы уже давно не синхронны… — Да при чём тут, к демонам, «синхронны»? — презрительно покривился Акира, обернувшись. — При чём тут эта связь? Ты что, серьёзно считал, что сможешь заменить мне Ива? Эти слова обрушились на Дея, как гром и молния. Он, как рыба, выброшенная на берег, мог только открывать рот и задыхаться от обиды, которая пришла от того, кто был для него важнее всех. Кто ещё вчера его защищал, кто переживал за него и всеми силами пытался помочь в любой ситуации. — Акира, остановись, — предупреждающе произнёс он и плотно стиснул зубы, усмиряя желание сказать что-то очень плохое. Уперев руки в бока, Акира ядовито ухмыльнулся. — Ты реально думал, что всё будет хорошо и ты займешь его место? А если опять что-то пойдёт не так и я начну терять контроль, ты просто снова перенастроишь меня под себя? Дей не мог это слушать. Ему безумно захотелось заткнуть уши и зажмуриться, а лучше провалиться в иное измерение, погрузившись в забвение, потому что помнить эти слова и этот брезгливый, полный неприязни взгляд он не желал. Его сердце заколотилось, пульс загрохотал в ушах. Дей стремительно шагнул вперёд и, схватив друга за плечи, резко тряхнул. — Акира! Замолчи! — Акира-Акира! Акира это, Акира то! Ты что, настолько привязан ко мне, что не видишь своей жизни без меня?! Ты что, втайне сохнешь по мне?! — Дей отпрянул от него, как от чумного, а Акира хохотнул и, гадко оскалившись, добавил: — Скажи, в твоих фантазиях я сверху или снизу? Или ты предпочитаешь делать это ртом? — Он схватился за ремень в намерении расстегнуть. — Хочешь вопло… Но его речь была прервана на полуслове мощным и быстрым ударом в челюсть. Послышался хруст. Не устояв на ногах и позорно свалившись на каменное покрытие аллеи, Акира схватился за щёку, а его приоткрытые губы окрасились алым. Дей молча развернулся и направился прочь. Его тёмная фигура медленно удалялась под светом фонарей, а потом скрылась из виду, оставляя Акиру в одиночестве.