Драбблы по лб

Пьяный музыкант опять сидел на музыке и играл на своей поломанной гитаре. — Я не отдам тебя никому! Не прощу любую твою вину! — Пел Лука но вдруг его песню кто то оборвал. — Там поется вообще то так. Я не отдам тебя никому прощу любую твою вину! — Сказала Мари и взяв из его рук водку отпила. — Ну привет бывшая! — Сказал Лука, обняв Мари. — Как ты поживала? - Он пожал ей плечо. — Я думал, что ты умерла! - Посеребренный голос его появился снова. — Так и было, - Мари закрыла глаза. - Я была немного больна. - Она потянулась к нему и погладила его руку. - И теперь я здесь. Что ты хочешь, что я сделала? - Спросила она, нахмурившись. — То, что ты всегда хотела делать, Мари. - Он снова посмеялся. - Ты должна вернуться домой, к нам. - Он указал на небо и Мари поняла, что он говорит о небесной скале, где они когда-то жили. - Мы ждем тебя, Мари. — Ты долбаеб, опять набухался! — Сказала Мари. — Я всегда набухал, Мари. Ты это знала. Мари посмотрела в глаза Луку и на его лице прозрачно читала тоску, любовь и страх. Она понимала, что теперь ей нужно сделать выбор. Она могла вернуться обратно к своему прошлому или остаться с тем, кто на самом деле был ее любовью. — Блять ладно идем с тобой лука в мой дом. А то у тебя своего нет ток мусорка может засыпать в вашей подушке. - Мари сказала, нахмурившись. - Но ты знаешь, что это было мое сердце. То же самое, что и тебе. Так что никому из нас его не отдам. — Спасибо Мари! — сказал бомж с глубиной души, поцеловал её на лбу и взял с собой поломанную гитару. Они пошли пешком через поле, где раньше росли цветы, но сейчас было только листво. Небо было ярко-синим и погода прекрасная. Лука чувствовал себя легким, как ребенок, ведь Мари возвращалась к нему. Он смотрел на нее и каждый раз восхищался ее прелестью. Казалось, что лет сорок спустя она все еще сохранит свою привлекательность. — Вот и сой дом. — Они вошли в него. — Ахуетьь. Кстати Мари я по пути подумал я тебя люблю. Го опять мутить. — Спросил Бомж-Лука. — Я тебя тоже любила. Но было так сложно. — Мари задумчиво сказала. — Ты помнишь, как мы бежали от этого места, как мы боялись попасть в руки тем, кто их хотел заполучить? Как мы чувствовали себя в бегах, когда мы знали, что нигде не будем спасены? — У тебя опять белочка, дура. Опять напьешлся и ничего не помнишь. В тот день дура, ты сидела дома перед теликом и жрала чипсц. Я должен был пойти с тобой на вечеринку, а я решил остаться с тобой, как ты сказала. Так вот, что я думал, что ты знаешь. Мари сказала, нахмурившись. — Так вот почему я стала такой, как я была. А ты, Лука, ты был тогда самым милым. И все время говорил только о любви. Я думала, что ты не серьезно, но потом поняла, что ты был. Только не помни это теперь. — Ты согласна быть со мной? — Спросил Лука-Бомж, закрыв ее в объятиях. — Ты просто хотела быть с нами, с нашим народом? Ты никогда не хотела покинуть его? — Да я хочу быть с тобой Лука. Но ты обещаешь что бросишь пить? — Да, я это обещаю, Мари. Я это сделаю. Они оставались вместе, Лука и Мари. Они чувствовали себя счастливыми, как никогда раньше. Они помнили свои прошлые ошибки и неудачи, но теперь это было прошлое. Они решили начать новую жизнь, построенную на любви, взаимопонимании и преданности друг другу. Через год. Ссора — Ты хоть понимаешь сколько я в тебя денег вложил, неблагодарная! — Сказал Лука — И что же ты в меня вложил, боюсь спросить. Дом мой, еда моя, деньги мои. — Сказала Мари грозным тоном. — А помнишь 4 года назад на выпускном я тебе сорвал лилии, а? Что забыла? Или тебе так часто дарят такие дорогие цветы. Ах да тебе и дешевые не дарят. — Сказал Лука Мари нахумырилась. — Ладно давай перестанем ссориться. Мы же любим друг друга. — Они переплели пальцы. — Го выпьем? А потом пойдем сексом заниматься? — Да, хорошо. — Мари вздохнула. — Мы все же вернёмся к нашим нормальным жизненным ритуалам? — Конечно. А потом мы можем подумать о том, как мы сможем жить вместе в этом доме. Мы можем перестроить его, обновить. Мы можем сделать его нашим. — Хорошо, так мы сделаем. — Лука обнял Мари и поцеловал её на лоб. — Я люблю тебя, Мари. Я никогда не забуду. Пивки запилили и вышли из мастерской. Мари пошла к входной двери, а Лука отложил свою виску на плечо. Они шли тихо, потому что хотели, чтобы никого не застало. Мари думала о том, как они позовут своих друзей, чтобы поделиться своей новостью, и как они будут жить дальше. Лука же думал о том, как они будут выбираться из насильственного образа жизни, в который они попали, и как они смогут построить свою жизнь, не боясь за свое счастье. Помимо этих мыслей, Мари не могла скрыть от Луки то, что она часто думает о том, кто такой он такой был прежде. Лука никогда не говорил ей об этом напрямую, но она чувствовала, что он вспоминает свои прошлые ошибки. Она решила поделиться этими мыслями с ним, как можно скорее. После вечеринки они пришли домой. Мари пошла в свою спальню, а Лука отправился в свою мастерскую, чтобы работать над своей последней серией животных. Мари заснула в своей постели, но через час проснулась от шума, который слышала через стену. Она подумала, что это Лука пьянцом раздается внизу. Мари решила ему поспорить. Она поднялась с постели и прошла через дверной проем в мастерскую Луки. Лука сидел на полу, с обломочком камня в руке. Взгляд его был тусклым и пустым. На полу рядом с ним лежали разбитые и разгромленные фигурки животных. — Ты что-то не спала? — Он спросил, не переставая смотреть перед собой. — Это неважный час. — Лука, пожалуйста, скажи мне. Кто ты такой? Что случилось прежде? Какие ты такие воспоминания? — Мари подошла к нему ближе, стараясь успокоить его тембрами голоса. — Я хожу с тобой, я никуда не уйду. Лука замолчал, продолжал глядеть на разбитое лицо старой львицы, которую он недавно разбивал о пол. — Мне было по-настоящему плохо, — сказал он в конце концов. — Я потерял всё, что любил. Я потерял себя. Я не знал, как жить без них. Я стал злым. Я стал тем, кем я никогда не хотел бы быть. Я хотел все потерять, что было хорошего, что мы имели. Мари опустила голову, её глаза наполнились слезами. Она понимала его. Она понимала, что он прошел через это все, потому что был готов на все, чтобы спасти своих друзей. — Я люблю тебя. — И я. — Сказав это он заключил ее в крепкие объятия. Теперь они точно знали что их история только начинается. Они любят и будут любить друг друга всю жизнь.