it's none of your business, Vega

Раннее утро, еще темно. Джейд была просто в восторге, она обожала ездить ночью, когда неприятный яркий свет не слепил глаза, когда дороги были пусты, и можно было остаться наедине со своими мыслями. Понятное дело, что в такое время суток в школу не поедешь, поэтому это утро задало девушке хорошее настроение на предстоящий день. Но, на удивление, она почти ни с кем не разговаривала, не пререкалась, не ругалась, всего лишь иногда раздраженно вздыхала или качала головой. Когда уроки закончились, Вест отправилась с ребятами в «Нозу», любимый суши бар в округе. На самом деле, она была готова идти куда угодно, но только не домой. Никто из ее друзей не знал, что произошло, но и рассказывать она не собиралась. Ни в коем случае. ― Чего не ешь? ― заботливо спросил Бэк. С их расставания прошло уже добрых три месяца, а он все не переставал проявлять к девушке особое внимание. Его, конечно, можно было понять, все-таки они встречались на протяжении нескольких лет и знали друг друга слишком хорошо, чтобы обо всем забыть в один момент, но Джейд это невероятно выбешивало. ― Не хочу, ― резко ответила она. ― Зачем тогда сидишь здесь? ― вклинился в их маленький диалог Робби, но, получив возмущенно-злой взгляд, громко сглотнул и отвернулся. ― Хотя знаешь, ты прав, ― Вест встала с места, закинула сумку на плечо и направилась к двери, крикнув напоследок, не оборачиваясь. ― Незачем. ― Что с ней такое? ― удивился Андре. ― Все как обычно. Просто Джейд, ― пробубнил Оливер, заглядывая в чашку, из которой пила бывшая. ― Даже кофе не допила. ― Тебе крышка, ― злобно усмехаясь, сказал Рекс, а Робби начал оправдываться перед куклой. Пока все продолжили болтать обо всякой ерунде, Тори встала и вышла следом за Вест. ― Джейд! ― окликнула она девушку. Та стояла неподалеку с сигаретой в руке. ― Чего тебе, Вега? ― неохотно ответила, даже не повернувшись, когда приставучая недоподруга подошла ближе. ― Я хотела узнать. Как ты? Ты какая-то тихая сегодня, даже не издеваешься надо мной. ― Ты издеваешься? ― Джейд все же соизволила повернуться к девушке, и оказалось, что они стоят слишком близко друг к другу. Тори поспешно сделала шаг назад, увидев возмущенный взгляд напротив. ― Ты постоянно ноешь, что я плохая, а когда я не трогаю тебя, тебе не нравится. У тебя с головой проблемы? ― Не важно, ― Вега закатила глаза. ― Так как ты? Вест поднесла сигарету к губам, сделала долгую затяжку, все еще глядя в глаза девушки, а после медленно выдохнула дым. Тори невольно засмотрелась, уж очень эстетично она выглядела: эти красивые руки с голубоватыми выпирающими венами и изящными пальцами, чуть приоткрытый рот, но взгляд остановился на другом. Покрасневшие порезы на запястье. ― В порядке, ― усмехаясь, ответила Джейд. Она докурила, бросила бычок на землю и притоптала его ногой. ― Мы закончили. Девушка развернулась и зашагала к своей машине, но Тори бросилась за ней, схватила за руку, вынуждая обернуться. ― Убери от меня свои клешни, Вега, ― сквозь зубы рыкнула Вест, вырвалась и наконец села в автомобиль. Она дала по газам и в считанные секунды скрылась за поворотом. Тори стояла на месте около минуты, не понимая, что произошло, а после вернулась к друзьям, но осталась молчаливой и задумчивой. Ночью, когда сон, кажется, охватил ее, в голове резко всплыла картинка с этими ужасными красными полосами на руке Джейд. «Что же с тобой происходит?» ― подумала Вега и сжала подушку. Она действительно переживала за подругу, но эти мысли были последним, что она запомнила в тот день, ведь сон все-таки утащил ее в свои теплые объятия. Для Вест же эти объятия не были столь теплыми и желанными. Один и тот же кошмар охватывал ее, стоило ей только заснуть. Целую неделю одно и то же. Каждую ночь. Но самым ужасным было то, что этот сон произошел наяву. В пятницу вечером девушка вернулась домой в хорошем настроении. Она знала, что отец на работе и не помешает их с мамой плану. Женщина пообещала дочери, что они посмотрят ее любимый фильм «Ножницы» вместе, и Джейд ждала этого весь день, ведь их с мамой времяпровождение было лучшим, что случалось в ее жизни. Вест очень любила свою мать, их отношения были просто идеальными, будто некая связь держала их вместе. Девушка кинула свою сумку на кровать и направилась в спальню родителей. ― Мам! Я пришла и готова к просмотру! ― искренне улыбаясь, пропела она, но женщины в комнате не оказалось. Джейд спустилась на первый этаж дома и постучалась в дверь ванной комнаты. ― Мам, ты там? ― ответа не последовало, поэтому она прислушалась. Тихие капающие звуки ― единственное, что было слышно. Джейд дернула ручку, и дверь оказалась незапертой. Ужасная картина открылась перед ее глазами, которые вмиг наполнились слезами от осознания. В ванне, с окрашенной кровью водой, лежала мать девушки. Одна ее рука свисала к полу, а по пальцам медленно стекали темно-бордовые капли. Кровь струилась из многочисленных порезов на руках. Эти почти бесшумные капли, падающие на кафельный пол, оглушали Джейд. Она стояла, не двигаясь, несколько минут, а после рванула к уже холодному телу в остывшей воде. На полу, в луже крови, валялся позолоченный раскладной нож с узким лезвием. ― Мама, ― кричала она, обхватив бледное лицо женщины. ― Почему? ― уже шептала она, проводя по окровалвленным рукам, тем самым пачкая свои. Джейд сидела на подоконнике в своей комнате, не в силах перестать плакать. Черт знает, сколько точно времени прошло, за окном была уже глубокая ночь. За это время сигареты в пачке закончились. Вест потянулась к лезвию, лежащему на том же подоконнике. Нет, она не хотела умирать. Она хотела наказать себя. Джейд часто делала так, будь то неудобные ботинки, то же самое лезвие или же сигареты, затушенные об ладонь. Три глубоких пореза легли на запястье. Вдруг послышался голос отца. ― Джиджи! Ты нужна мне в кабинете, быстро! Вест закатила глаза, недовольно простонала и, спрятав руку за спину, отправилась к родителю. ― Я Джейд, ― она хмуро глянула на мужчину, крепко сжала кулак и почувствовала, как теплая кровь стекает в ладонь, а затем становится неприятно липкой. ― Да какая разница, ― грубо ответил тот. ― Чего тебе надо? ― Что это? ― отец заметил темную каплю на бежевом ковре прямо возле ноги дочери. Девушка опустила взгляд и мысленно выругалась. Мужчина грубо схватил Джейд за руку и, как только увидел порезы, глаза его вмиг потемнели. ― Ты что натворила?! ― он вывернул ее запястье, чтобы она тоже могла видеть следы своего поступка. Вест поморщилась и попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал запястье, принося все больше боли. ― А что я натворила? Боишься, что твои друзья узнают, что ты хреновый отец?! ― она со всей силы отдернула руку и отшатнулась назад. Еще несколько капель упали на ковер. ― Это все из-за тебя! Из-за тебя мама убила себя! Грудь тяжело вздымалась, пальцы подрагивали, а глаза наполнились слезами. Мужчина быстро размахнулся и со всей силы ударил дочь ладонью по лицу, а она, не выдержав, упала на пол, хватаясь за горящую щеку. ― Не смей. Не смей так со мной разговаривать. Джейд смотрела ему прямо в глаза. Горящие, озлобленные. Она издевательски засмеялась. ― Теперь ясно, почему она сделала это, ― поднялась на ноги. ― Никто и никогда не будет любить тебя, потому что ты ненормальный! ― Твоя мать была больна, идиотка! Она была шизанутой, и ты такая же, ― он резко подошел к ней слишком близко и отвесил знатный подзатыльник. ― Что б ты сдох, ― прошипела она и быстрым шагом убралась из кабинета, громко хлопнув дверью. Джейд выбежала из дома в одной лишь черной майке и джинсах с прорезями на коленях. Ее любимые ботинки по-прежнему натирали. Холодный ветер обдул голые руки, и они вмиг покрылись мурашками. Вест села в свою машину и несколько минут просто смотрела в одну точку. Слез больше не было, только ярость и обида. Она не знала, куда бежать. Знала лишь то, что есть только один человек, который может поддержать ее. Тори. Поэтому, дав по газам, направилась к ней. Через некоторое время она уже стояла у знакомой двери, то ли боясь, то ли стыдясь постучать. К ее большому удивлению, дверь открылась, и выбегающая из дома Вега врезалась в девушку. ― Осторожнее, идиотка, ― тихо сказала Вест. ― Джейд? ― удивленно спросила хозяйка. ― Что ты тут делаешь? Девушка молча смотрела в пол, прикусив губу. ― Ладно, ― Тори отошла с прохода. ― Заходи. Что случилось? Джейд обессиленно приземлилась на диван, закинула голову назад и негромко раздраженно крикнула. Вега села рядом, но не прикасалась к ней. ― Помоги мне, ― на выдохе произнесла гостья, нахмурившись. Она чувствовала отвращение к самой себе. Слабая, никчемная. Сжав кулаки, она ударила по дивану и всхлипнула. Тори замерила кровь на ладони, а после и на запястье. ― Расскажешь? ― она аккуратно взяла руку Вест в свою. ― Это не твое дело, Вега, ― произнесла сквозь зубы, глядя прямо в глаза. ― Но ты сама пришла! ― возмутилась девушка. Она встала с дивана и куда-то отошла, но после снова села рядом, держа в руках бинты, хлоргексидин и стерильные марлевые салфетки. ― Ты плакала. ― Нет, ― тихо ответила Джейд, внимательно наблюдая за тем, как Тори бережно обрабатывает ее порезы. Вега подняла на внезапную гостью свой взгляд, и в нем миг заплескалось беспокойство. Нижняя губа Вест была треснута, разбита, если говорить точнее. Щека была покрасневшей, а на скуле темнел кровоподтек. Джейд встретилась с ней взглядом и приподняла бровь. ― Прости, ― Тори опустила взгляд и открыла упаковку бинта. ― Это отец, ― опустила голову на спинку дивана вновь и закрыла глаза. ― Он ударил тебя? ― Нет, блять, по головке погладил. ― Мама знает? ― туго перевязала запястье и завязала узелок, чтобы повязка не съехала. Вест резко выпрямилась, почувствовала, что не сможет сдержать слезы, и, отдернув руку, отвернулась от девушки. Вега, увидев, что подруга вздрагивает, осторожно положила руку ей на плечо и погладила. ― Я не хотела тебя обидеть, ― не получив никакой реакции, Тори пересела так, чтобы видеть лицо гостьи. ― Что случилось? На лице Джейд не было ни грамма косметики, поэтому синяки под глазами от недосыпа виднелись четко. Она была разбита. Ее сердце было разбито. ― Она убила себя неделю назад, ― едва слышно прошептала Вест, и в груди Веги тоже что-то разбилось.