День Святого Вазелина

На следующий день Лёша с замиранием сердца оставил небольшую коробочку в вещах Нурлана, пока тот ушёл в душ после рабочего дня. Когда Сабуров вернулся в раздевалку, Лёша сидел возле своего ящика и невинно улыбался, ожидая, когда Нурлан найдёт подарок. Сабуров потянул со скамейки джинсы, и коробочка упала на пол с глухим звуком. — Это что? — он поднял её с пола и вопросительно посмотрел на Лёшу. — Нурик, с Днём Святого Вазелина! — Щербаков расплылся в довольной улыбке, а потом рассмеялся. Сабуров открыл коробочку и вытащил баночку со спортивным вазелином. Приподнял бровь и ухмыльнулся: — Это — намёк? — Скорее, руководство к действию, — Лёша покраснел и улыбнулся в ответ. Нурлан ускорился, натягивая на себя одежду, и они поспешили на парковку, чтобы поскорее добраться до квартиры Нурлана. Пока они ехали, оба старались говорить о чём-то отвлечённом и шутить, не представляя, как всё произойдёт. Внутреннее напряжение у Лёши зашкаливало, и он не понимал, что делать, когда они окажутся у Нурлана дома. Он понимал, что одними поцелуями дело не ограничится, и он сам хотел большего, но также понимал, что к большему он, скорее всего, не готов. И скорее морально, чем физически. Он не раз оказывался в похожей ситуации с девушками, когда они попадали к нему домой, и после флирта и поцелуев всё неизбежно заканчивалось сексом. Сейчас он чувствовал себя на их месте и не представлял, каким может быть их секс с Нурланом. Сабуров его однозначно возбуждал, если не сказать больше, но как всё это осуществить, Лёша не представлял. Он мог определённо сказать, что Нурлан тоже нервничал по тому, как часто он откидывал назад волосы и громче обычного смеялся, чаще кидал на Лёшу долгие взгляды. Я хочу его, может это и неправильно. Хочу и всё. Будь, что будет. Когда они зашли к Нурлану в квартиру, то стали как два дурака в коридоре, не зная, с чего начать. — Есть хочешь? — Нурлан кивнул в сторону кухни. — Я кое-что приготовил, можем поесть. Я даже какао купил. Лёша смущённо улыбнулся. Из-за волнения есть совершенно не хотелось. — Если хочешь, можем поесть, — он согласно кивнул и огляделся по сторонам, пытаясь отвлечься от беспокойных мыслей. — Я в ванную схожу. Руки помою. Можно? — Да, конечно, — Нурлан спохватился и пошёл дальше по коридору, показывая дорогу. Потом включил свет в ванной комнате и запустил Лёшу внутрь. Нурлан хотел пойти обратно, но Лёша взял его за руку, задерживая. — Ведёшь себя сейчас как пиздюк малолетний, — Щербаков опустил взгляд на грудь Сабурова, чтобы скрыть собственное смущение. — Ты сам не лучше, — Нурлан положил руку Лёше на спину и притянул к себе ближе. — Я знаю, что это пиздец как странно, но я просто боюсь сделать что-то не так. Боюсь, что тебе не понравится. И что ничего не получится. И что ты уйдёшь. Лёша поднял взгляд и посмотрел Нурлану в глаза. В них читалось искреннее переживание и забота. — Начни делать хоть что-нибудь, — он потянулся вверх и начал Нурлана целовать, подогревая возбуждение их обоих. — Принести твой подарок? — Нурлан быстро отстранился и кивнул себе за спину. — Ты придурок? Спортивный вазелин не очень подходит для смазки, если ты об этом, — Щербаков тихо засмеялся. — Откуда такие познания? — Читал где-то, — Лёша смущённо улыбнулся. — Тогда нахера ты мне его подарил? — в глазах Нурлана читалось лёгкое непонимание. — Чтоб тебе физиономию больше не разукрасили, если решишь снова в боях участвовать, — Лёша коснулся того места, где у Нурлана больше месяца назад был огромный фингал. — Она мне такой больше нравится. Лёша подцепил футболку Нурлана на боках и потянул вверх, обнажая крепкий торс. Он с нетерпением ждал этого момента и с удовольствием прикоснулся пальцами к твёрдому животу, начиная гладить. Сабуров посмотрел на Лёшину руку, и неловкость быстро сменилась возбуждением. Нурлан начал сам раздевать Лёшу, стягивая с него футболку и джинсы. Подхватил Щербакова под бёдра и усадил сбоку на стиральную машину, чтобы Лёша был повыше и целоваться было удобнее. Сжимая бёдра Нурлана своими коленями, Лёша притянул его ближе к себе. Не смотрел вниз, чувствуя как сильное возбуждение уже оттягивает нижнее бельё и упирается в живот Сабурова. Нурлан же вниз посмотрел и довольно улыбнулся. — Тогда в раздевалке у тебя ведь на меня встал? Правда? — он расплылся в ещё более широкой улыбке. — На Дубарева, — Лёша знал, что игра всегда заводила их обоих, и пошутил. — Так что, замутим тройничок? Лёша отрицательно покачал головой. — Кстати, ты мне приготовил подарок? — он испытующе посмотрел на Нурлана. — Говоришь сейчас как обиженная тёлка, — Нурлан тихо засмеялся. — Приготовил, конечно. Кроме ужина тебя что-то ещё интересует? — Смотря что, — Лёша закусил губу. В паху было жарко и совсем тяжело. Нурлан не ответил, отошёл к душевой кабинке, открыл прозрачную дверцу и открыл оба крана, настраивая приятно тёплую воду. Потом взял Лёшу за руку, заставляя спрыгнуть на пол, и медленно стащил с него бельё, оставляя несколько мимолётных поцелуев на животе. Подтолкнул к душевой кабинке, а сам пока быстро выпутался из своей одежды, скидывая её на пол. Лёша кинул быстрый взгляд на член Нурлана, тот был уже откровенно возбуждённым. Щербаков снова закусил губу, борясь с очередным горячим приливом внизу живота. Нурлан зашёл в кабинку за Лёшей и прикрыл дверцу, по которой начали стекать тёплые струи воды. Он подошёл к Щербакову вплотную, обнял его за талию, и, не церемонясь, опустил свою руку на Лёшин член, вырывая тяжелый вздох и сдавленный стон. Щербаков прикрыл глаза от откровенного удовольствия. Неспешно целуя Лёшины губы, иногда проникая к нему в рот своим языком, Нурлан скользил большой ладонью по мокрому члену Щербакова, и тёрся своим налившимся органом о Лёшины бёдра и живот. Было горячо и томно. Их обоих будто окутало пеленой из густого и тягучего возбуждения. — С праздником, зайчик, — Нурлан сказал это Лёше на ухо, опустился на одно колено и, придвинувшись ближе, обхватил потемневшую гладкую головку губами. Услышал над головой ругательство, которое смешало в себе неподдельное удивление, бурный восторг и острое удовольствие, которое Лёша испытал. Сабуров улыбнулся, делая ещё несколько быстрых движений, вбирая потяжелевший орган в рот глубже и сжимая губы плотнее. Нурлан никогда не делал ничего подобного другому парню, но ему не раз делали минет девушки, так что он понимал, что именно должно было понравиться Щербакову. Делая быстрые резкие движения рукой, опуская её до основания члена, Нурлан играл языком с блестящей головкой, обводил её по кругу, откровенно облизывал и успевал следить за Лёшиной реакцией. Тот прижался спиной к стенке кабинки, запрокинул голову, ударившись вначале затылком о стенку, но даже не заметив этого. Один раз Щербаков посмотрел вниз на то, что Нурлан делал языком и губами на его члене, и до боли прикусил губу, чтобы сдержать вырывающееся наружу возбуждение и не спустить в ту же секунду. Больше он вниз старался не смотреть. Стоял с закрытыми глазами и всё глубже тонул в вязком мареве наслаждения. Когда Нурлан почувствовал, что дыхание у Лёши стало совсем рваным и тяжелым, и он начал непроизвольно толкаться вперёд бёдрами, пытаясь быстрее добраться до маячившего уже неподалёку оргазма, Сабуров поднялся на ноги и притянул Лёшу к себе, обнимая за пояс. Сжал пальцы, оставляя небольшое отверстие, достаточное для того, чтобы можно было всунуть налитой пульсирующий ствол, и приставил руку к набухшей головке. — Можешь не сдерживаться. Лёша на секунду приоткрыл глаза, посмотрел на Нурлана, а потом на его кулак и, вцепившись в плечи Сабурова обеими руками, начал двигаться быстро и грубо, толкаясь в узость между горячими пальцами и ладонью. Он свёл брови от сильного удовольствия, которое начало уже простреливать яркими вспышками вдоль позвоночника и в паху, особенно отдаваясь в яичках. Сжав с силой плечи Нурлана до отчётливого покраснения под пальцами, Лёша толкнулся ещё несколько раз рвано и глубоко, и выплеснул всё в руку Сабурова, практически вжимаясь в его тело. Нурлан обнимал его и гладил рукой по мокрой спине, сжал свободной рукой упругую ягодицу, от чего удовольствие в паху отдалось повторным эхом. Подняв за подбородок Лёшино лицо вверх, Нурлан скользил губами по его щекам и губам, оставляя лёгкие и влажные поцелуи на мокрой коже. Целовал Лёшину блаженную улыбку и искренне улыбался сам. Продолжая стоять с закрытыми глазами под тугими струями тёплой воды, наслаждаясь поцелуями, Лёша чувствовал, как не получивший разрядки мощный член Нурлана ласково и ненавязчиво тёрся о его живот и бёдра, о его обмякший после оргазма член. Снова переборов смущение, Щербаков взял член Нурлана в руку и провёл несколько раз пальцами по всей длине. Низкий хриплый стон показался слишком громким, но Сабуров не торопил Лёшу. Щербаков заставил себя разлепить веки и посмотреть вверх Нурлану в глаза. Тот смотрел на него тепло и ласково улыбался. В его улыбке по-прежнему читалось сильное желание. — Ты же никогда раньше не был с парнями? До этого? — Нурлан спросил тихо. За Лёшу ответил его румянец, вспыхнувший на без того красных щеках. — Я обещаю, я буду нежным, — Нурлан снова сказал это тихо, и Лёшино внутреннее напряжение будто смыло стекающими струями воды. Сабуров снова начал целовать Лёшу медленно и откровенно, проникая в его рот глубоко и настойчиво, сильно сжимал большими ладонями Лёшины ягодицы, гладил накачанную спину и руки. Потом медленно развернул Лёшу лицом к стенке и потёрся каменным членом об упругие половинки. Обводил по контуру округлые бёдра, шлёпал твёрдым стволом то по одной ягодице, то по другой. Положив руки перед собой на мокрую белую поверхность, Лёша прикрыл глаза, не зная, что Нурлан собирался делать, но полностью доверившись ему. Сабуров наклонился к Лёшиной шее и начал целовать, сжимая иногда губами разгоряченную влажную кожу, вёл носом от шеи по позвоночнику вниз, оставил несколько ощутимых поцелуев на пояснице. Потом Нурлан немного раздвинул половинки и плавно повёл головкой вперёд и вверх, проезжаясь объёмным членом по ложбинке между ягодицами. Не специально задел края заднего прохода. Потом повторил это движение быстрее и напористее, сжав чуть сильнее упругие половинки. Они плотно стискивали возбуждённый член, и Нурлан прикрыл от удовольствия глаза. Сначала медленно и чувственно, потом чуть быстрее и напористее, Сабуров втискивал член между сжатых ягодиц и не всегда сдерживал низкие глубокие стоны. Стремительные и ритмичные движения разогревали кожу в непосредственной близости от заднего прохода, и возбуждение снова запульсировало внизу живота. Лёша прогнулся сильнее в пояснице, и угол скольжения стал более удобным. Головка ощутимее касалась упругих краёв отверстия, однозначно вызывая у Лёши приятные ощущения. Он и не знал, что там столько нервных окончаний, прикосновение к которым может приносить удовольствие. Нурлан сжимал пальцами покрасневшие от тёплой воды ягодицы сильнее, наслаждаясь тем, как они сдавливали его член по бокам. С вожделением смотрел, как набухшая головка тревожит круговые мышцы, чуть задевает и отодвигает, не проникая внутрь, но заставляя эти мышцы напрягаться и расслабляться. Слышал, как Лёша тихо стонал и бормотал что-то. Края его заднего прохода и ложбинка между ягодицами покраснели от интенсивного трения, и весь этот вид нереально возбуждал. Двигаясь уже совсем быстро, Нурлан представил, как плотно упругие тугие мышцы могли бы обхватить его член, принимая на всю длину, и после ещё нескольких движений белёсые струйки раскрасили поясницу и ягодицы Щербакова, почти сразу смешиваясь со струящейся водой и смываясь. Нурлан мучительно медленно потёрся о не такие уж и сжатые мышцы заднего прохода, манившие своей узостью, и помотал головой, отгоняя чересчур сильное желание войти внутрь. Притянул Лёшу к себе, прижимая его мокрую спину к своей такой же мокрой груди, и начал его снова целовать, покрывая влажными касаниями щёку и шею. При этом сжал уже снова возбуждённый член Щербакова в своей большой руке и начал быстро и жёстко надрачивать. Лёше однозначно понравились чужие прикосновения и активное трение между ягодиц, поэтому Нурлан для себя понял, что всё будет. Не сразу, но будет. Когда-нибудь. Упёршись руками в стену перед собой, Лёша запрокинул голову Нурлану на плечо и позволил себе быстро тонуть и захлёбываться в чувственном наслаждении от поцелуев на лице и шее, от рванных стремительных движениях по своему члену и от горячего крепкого тела, которое прижималось к нему сзади. Он никогда не чувствовал такого единения с кем-то, при этом не занимаясь полноценным сексом. Это было одновременно странно и до безумия приятно. Лёша кончил во второй раз бурно, ощущая, что ноги уже не слушались совсем и дрожали. Нурлан потянул его за собой на дно кабинки, чтобы сесть под тёплые струи и просто прижаться друг к другу. Выходить наружу не хотелось совсем. Когда уже было далеко за полночь, Лёша лежал возле Нурлана на кровати и гладил его руку, увитую рельефными мышцами и венами, всегда хотел насладиться этими ощущениями. — Лёш, все те записки, — Нурлан помолчал некоторое время, — все три тебе подкинул я. Щербаков не отвечал, только продолжал задумчиво смотреть на Нурлана. — Не знаю, почему, но сначала хотел постебаться над тобой. Ты меня жутко раздражал. Или привлекал. Не знаю, как объяснить. И вчера, — Нурлан снова помолчал, — вчера я тоже не признался, что это был я. — Я знаю, что это был ты, — Лёша улыбнулся по-доброму. — И тебя это не напрягало? — Ты ж сам сказал, что у всех свои закидоны, — Щербаков снова погладил руку Нурлана. — Ты, получается, тоже зайчик редкого вида? — Получается, так, — Нурлан добродушно улыбнулся. — Хотя я всегда думал, что я нормальный, — он наклонился и поцеловал Лёшу. — И таким зайчикам тоже надо как-то размножаться. — Придурок, у зайчиков мальчиков не может быть потомства, если они вместе… — Лёша запнулся на секунду. — Если они того… — Я знаю. Мне очень хорошо с тобой, — Нурлан перехватил Лёшины пальцы и сжал в своей руке, — а остальное может катиться далеко и надолго. Ты мне так и не ответил насчёт отношений с одним боксёром, — Нурлан посмотрел на Лёшу вопросительно. Щербаков довольно улыбнулся: — Если ты о Дубареве, то я, пожалуй, воздержусь. У меня тут появился один казах из Степногорска. С закидонами. Но они мне пока очень нравятся. Нурлан тихо засмеялся. — С Днём Святого Вазелина, Нурик. — С праздником, Лёш, — Нурлан притянул его к себе и накрыл одеялом. — С Днём всех зайчиков!