Поцелуи, что убаюкивают мой (с)ад мыслей

Яркое солнце слепит парней. От вчерашней грозы не осталось ни следа. Птички звонко пели, над травой летали бабочки и стрекозы. Масами с грустью провожал взглядом насекомых, их с каждым годом становилось будто всё меньше, и мыслями он был там, где-то возле них, высоко в небе. Чо молчит всю дорогу. Его глаза прикованы к горячей земле и Акибе кажется, что от такого взгляда можно реально расплавиться. Что же такого приснилось Юмину, что он был таким понурым? Мимо проносятся деревья, кусты, под ногами мешаются редкие лужи, спрятанные в тени. Юмин идёт немного позади Масами, смотрит на темный затылок и хочет что-то сказать, но мысли все его перебивает жар на щеках от воспоминаний о сне. В его голове всё не могло уложиться, как ему могло присниться что-то такое… Но жар чужого тела, чужие губы и чужой голос стояли такими четкими в его голове, что он ненароком задумывался - а точно ли ему это просто привиделось во сне? Глупые мысли назойливыми мухами облепили его тело. Чо очень хотел вернуть своё привычное состоянии пустоты или безразличия, но из-за странного японца, возникшего в его жизни не так давно, это попросту не получалось. Наконец-то из-за крон показалась старая крыша штаба и парням должно было стать лучше от этого, но оба находились во взвинченном состоянии. У порога в небольшое здание одиноко сидел Чонмин. Он начищал маленьким ножиком одну из веток. Мысли были его мрачными и на связь с внешним миром подросток не выходил. Шин почти никак не отреагировал на появление Масами и Юмина, но бедная ветвь, выскользнувшая из его рук и упавшая под ноги подростков, заставила прийти в себя. -Ты чего? - спрашивает Чо, замечая странное поведение друга. Чонмин, не привыкший к вопросам старшего, удивленно воззрился на него. -Ты у меня спрашиваешь? - Шин всё ещё находился в небольшом шоке от того, что обычно молчаливый Чо разговаривает. Больница на него положительно повлияла? Или их новенький - Масами? Хотя и новеньким его уже нельзя назвать, втерся в их ряды он быстро и был уже как родной. -Ну, не у себя же. - Юмин продолжает наблюдать за младшеньким. Масами неловко переминается с ноги на ногу и встаёт на первую ступеньку порога. -Я пока вещи отнесу. - говорит японец и скрывается за дверью. Чо всё также испепеляет своим холодным взглядом. -С Миндже поругался. - тихо отвечает Шин и пинает ветку, которую пытался заточить до этого. Нож впивается в горячую землю. -Что-то новенькие. - Юмин немного удивлён. Насколько он помнил, эти двое почти никогда не ругались. - И что вы не поделили? Чо садится возле Чонмина, давая понять, что готов выслушать. А Шин и не знает с чего начать даже. Всё было так странно и сложно. -Ну… - младший не знает как начать, ведь они с Юмином так редко разговаривали. Бывало делились сигаретами, говорили что-то глазами и два раза обнялись, за всю историю их дружбы, но это были те случаи, когда Чо чуть не умирал. Их устраивало такая дружба, Юмин был сам по себе такой - не общительный, холодный и какой-то заторможенный, с огнём в глазах, когда нужно кого-то защитить и легкой улыбкой на губах, когда удается уйти от проблем. - Я просто сказал, что мне не нравится его привычка собирать осколки от бутылок и то, что я не понимаю что он находит красивого в мусоре. Чонмин тяжело вздыхает и опускает голову на колени. -Больше он ни на что не обижался? - легко интересуется Юмин. Догадка была совсем близко и он, кажется, почти уловил нужную мысль. -Ну, обижался, но так… По мелочи тоже. - Шин поднимает голову и грустно смотрит. - Прости, что я тебя гружу… Ты только вернулся, а я уже со своими проблемами лезу. -Ничего, я же твой хён. - Юмин треплет Чонмина по волосам, разлахмачивая их еще больше. - Можешь жаловаться мне столько, сколько захочешь. Чо смотрит всё также холодно, но теперь этот взгляд для Чонмина наполнен невидимой теплотой. Может его старший и не был таким безразличным, каким казался всегда? Кажется, что из всех ребят, настоящего Чо смогли разглядеть только Масами, что решил свалиться на голову Юмина, как снег летом, и Конхо. -Хорошо… Тогда я продолжу? - неуверенно спрашивает Шин и Чо одобрительно кивает. - В последнее время Дже стал будто чувствительнее ко всему что я говорю. Его может обидеть любое мое замечание, хотя раньше такого никогда не было. Ну, знаешь, что-то по типу: Нет, это не земляника, а малина. И он может поругаться со мной из-за этого. -А между вами ничего не произошло до этих ссор? -Что ты имеешь ввиду? - Чонмин разглядывает старшего и не понимает что тот пытается донести. -Ну, то и имею ввиду. Что-то же произошло,да? Чонмин мнется,переплетает пальцы, закусывает губу и внимательно рассматривает камни перед собой. -Ну… Было кое-что… - Шин неуверенно смотрит на хёна, но тот мягко улыбается. Редкая эмоция на сером лице… Настолько редко уголки губ приподнимались на лице старшего, что при виде этого хотелось сразу же выдать всё. - После того, как мы навестили тебя в первый раз, мы вместе возвращались в штаб. Все разбрелись по домам, а мы не хотели расходиться… Мы сидели и просто пили чай, ну, ничего необычного не происходило, всё было как всегда… *** Чонмин удобнее устроился в кресле. Руки его согревал травяной чай, а взгляд провожал Миндже. Ким носился по комнате, пытаясь найти что-то, он все повторял себе под нос: “Это должно быть где-то здесь, я точно положил это куда-то сюда”. -Что ты ищешь? - Шин допивает чай и ставит кружку на стол. Собирается подойти к младшенькому, но тот останавливает его взглядом. -Это сюрприз. Больше Чонмин вопросов не задает. Усаживается обратно в кресло и всё также глаза его бегают за тонкой фигурой. Острые колени светятся своими новыми ранами и Шин думает о том, что обязательно нужно их обработать. -Ура!!! - кричит Миндже и достаёт какую-то небольшую коробочку. Подросток идёт к креслу, удобнее устраивается возле Чонмина и ставит предмет на пол, так и не раскрывая содержимое. -Что там? - терпение Шина на пределе. Ему очень хочется узнать, что же за сюрприз такой. -Узнаешь немного позже. - загадочно говорит Ким и широко улыбается, освещая улыбкой всё вокруг. Да, они только недавно пришли из больницы и перед их глазами всё ещё стояло искалеченное тело, но надежда на лучшее и увлеченность друг другом, помогла немного отойти. Они долго сидят и разговаривают. Миндже устроил свою голову на плече старшего и рассказывал ему какие-то придуманные им истории. В его рассказах не было места для боли, одиночества и несчастий, слова его были полны только хорошим. Чонмин смотрит на раны и встаёт за их маленькой, штабной аптечкой. Миндже мотыляет ногами, ударяя стопами о кресло, и следит за Шином. Чонмин быстро нашел то, что искал и снова вернулся на своё место. Для большего удобства, он решил присесть на корточки перед Кимом, чтобы продезинфицировать рану. -Я и сам могу. - тихо говорит Миндже и Чон не замечает румянца на щечках. -Ага. Я вижу твоё “сам могу”. - Шин осматривает колени внимательнее, приблизившись лицом к ранам. Свет от лампы не особо ему помогает, но он не жалуется. - Будет больно, скажи. - Чонмин выливает что-то на ватный диск и принимается аккуратными движениями смазывать рану. Миндже не больно, он завороженно смотрит на старшего и боится дышать. Было что-то волшебное в этом. На смену диску приходится палочка. Чонмин обмакивает её в зеленку и принимается медленными движениями наносить на колено. Миндже дергается и шипит, неприятная боль, сменяется чужим холодным дыханием. Шин старательно дует и бросает короткий взгляд на Миндже. Парень сидит весь красный и молча закусывает губу. -Болит? Ты весь покраснел, может жар поднялся? - Чонмин тянется к лицу младшего, чтобы прикоснуться губами к чужой коже на лбу, но Ким останавливает его. Они смотрят друг другу прямо в глаза и Миндже решается. -Ты… Ты можешь ко мне прикоснуться… - шепчет тихо Ким, но Шин улавливает каждое слово. Не только они, но и другие знали,что между ними что-то творилось. Что-то, что вызывало бабочки в животе, звёздочки в глазах, трепет в груди и румянец на щеках. Миндже знал о чувствах старшего к себе и позволял тому многое. Не любящий прикосновения и просто стеснительный Ким, прямо сейчас разрешал прикоснуться к нему. -А зачем ты разрешение даёшь? - не понимает Чонмин и прикасается губами ко лбу. - Обычное же дело. Температуры нет и хорошо. Шин продолжает обрабатывать колени, а Миндже жмурит глаза и пытается не расплакаться прямо на месте. И что ему делать теперь, когда он признался в своих чувствах и ждал поцелуй совершенно не в лоб? *** -Понятно… - говорит Юмин и смотрит на ясное небо. - Ты узнал что в коробочке было? -Неа… Что мне делать, хён, я в панике… -Не переживай, вам просто нужно нормально поговорить. - Чо закрывает глаза и наслаждается звуками природы. Из-за двери слышатся радостные крики макнэ, ругань Конхо и заливистый смех Масами. - Ты же знаешь, что ты для него значишь что-то большее, чем просто друг? Шин краснеет и отворачивается от старшего. -Я не вправе вмешиваться в ваши разборки, вы должны сами ко всему прийти. - Юмин встает и поднимается по ступеням. -Спасибо… - благодарит Чонмин. Ему стало немного легче. Чо ничего не отвечает, открывает дверь и спокойно входит внутрь, но тут же оказывается почти сбитым с ног. Масами врезается в тело Юмина, не успевая затормозить. Оба неловко замирают. -АГАААА!!! - кричит Джихван и бьёт Акибу по спине, передавая роль. Выполнив миссию, он тут же убегает. Масами смотрит на Чо и что-то таинственное блестит на дне его глаз. Он немного отстраняется от старшего и легонько шлепает ладошкой по плечу. -Теперь ты водишь. - он игриво улыбается и убегает. А Юмин смотрит ему вслед и на душе становится спокойно… Спокойно, по-родному тепло.