chocolate for valentine's day

      «Он ревнует... Забавно.»       

«Я убью его. Я, блять, точно его убью.»

...

      День самый обычный, теплый, солнечный. На часах примерно час дня и Дазай всего лишь спешил на работу. Он опаздывал уже на часа четыре и сегодня опаздывал не просто потому, что утром захотелось поваляться в теплой постели подольше. Сегодня все было гораздо интереснее, а итогом этого «интереснее» стал немаленький пакет с подарочным шоколадом в его правой руке и злющий-презлющий рыжий мафиози, увидевший Осаму с тем самым пакетом.       Наступило четырнадцатое февраля, день влюбленных, а тех самых «влюбленных», как уж повелось, у Дазая было немерено. Привычка неосознанно флиртовать с девушками даже во время обыденных бесед свое берет, и вот... первой была соседка с нижнего этажа, которая будто бы выжидала, не желая пропустить, когда же тот привлекательный и загадочный парень, вечно бинтами обмотанный, к которому она недавно зашла соли попросить, а в итоге получила гору комплиментов, будет спускаться вниз по лестничной клетке. Еще парочка знакомых застали Дазая на остановке. В кофейне, где обычно детектив брал чего-то горячего выпить утром, две баристки чуть ли не дрались, протягивая ему шоколад и спрашивая, как он планирует провести этот день и есть ли у него девушка. О своей личной жизни Осаму предпочитал не рассказывать, да и на свидания не соглашался, но никогда и не отказывал. Увиливал от ответа, благодарил за шоколад и добавлял что-то о том, что «ты сменила парфюм? пахнет просто прекрасно» или «этот блеск тебе очень идет, смотрится завораживающе». А затем едва ли заметная улыбка и расслабленный взмах руки на прощание.       И почему только Чуя удивлялся, что Дазай так нравится девушкам?..       В любом случае... что там дальше? Еще одна знакомая, с которой Дазай как-то выпивал в баре, встретила его на станции метро. Сказала, что хотела позвонить и предложить увидеться в перерыве между работой, ох, как же удачно Дазай попался ей этим утром! Девушка из пекарни, мимо которой Дазай часто проходил, заметила его еще издалека, махая рукой и подзывая, чтобы тоже подарить шоколад. Еще та миленькая студентка, которая подкармливает котов в районе возле Агентства. Бывшая клиентка, старая знакомая, одна из коллег, которая точно так же опаздывала на работу, какая-то брюнетка, которая... Дазай даже не смог вспомнить, откуда знает ее, но виду старался не подавать и только благодарил, улыбаясь. В общем, когда добрался до Агентства, учитывая все потраченное время на встречи, кофе, разговоры и все тот же ненавистный Чуе легкий флирт, пропустил уже почти половину рабочего дня.       Походка легкая, расслабленная, в руке пакетище пакет с собранным по пути в Агентство шоколадом, лицо так и светится от радости (все-таки женское внимание приятно) и вот тут-то...       — Сюрприз, ловелас ебаный, — Чуя буквальной прорычал, опираясь спиной о стену практически в шаге от входа в Агентство и прожигая взглядом кучу сладостей, подаренных Дазаю.       Ну, наверное, на этом историю можно и заканчивать. Три пули в грудь, последнюю (очень символически) — в сердце, труп Осаму — в багажник жаждущего крови мафиози, затем в залив скинуть с моста, ну и дело с концами.       Улыбка с лица Дазая не сошла, правда, бровь немного дернулась.       Начнет оправдываться — будет только хуже, потому что Чуя подумает, будто бы есть за что оправдываться.       Так что...       — Чу-у-уя, — взяв себя в руки, как ни в чем ни бывало протянул Дазай, делая пару шагов навстречу. — Ты сегодня злее обычного. Не думал встретить тебя тут. Давно ждешь?       — Лучше спроси, жду ли я тебя один. Там внутри еще какая-то блондиночка, которая хочет отблагодарить шоколадом цитата «того бинтованного красавчика, который спас ее жизнь», — рыжий буквально зарычал, выкидывая сигарету и наступая на нее носком ботинка, чтобы затушить. — Ты, чертова скумбрия, тебя давно пора на консервы пустить, ты, блять, хотя бы с одной девушкой не ведешь себя так, будто бы ты из романа нахрен вылез, я тебе шею готов свернуть, ублюдок!..       Чуя все ворчал и ворчал. Давил ногой сигарету так яростно, что Дазай был почти уверен, что его напарник представляет, как этой же ногой размазывает по асфальту лицо самого Осаму.       Немного страшно на самом деле, потому что злой Чуя — это всегда к синякам.       Ну а еще злой Чуя — это совсем немного, вот самую капельку, но все же мило.       Поэтому удержаться и не раздразнить еще больше Дазай все же не мог.       — Ох, моя собака завидует, что хозяину сегодня уделили так много внимания?       — Завали ебло, мудак! — шикнул Накахара, зыркнув из-под полей шляпы так, что у любого другого человека, который не знал рыжего настолько близко, как знает Дазай, точно бы холодный пот на спине выступил.       Проблема в том, что Дазай знает. Знает, что попал в самую суть проблемы и что Чуя сейчас готов схватить его за воротник рубашки и придушить. Что же, это даже немного заводит.       Дазай знает, что больше всего в этой ситуации Чую бесит, что он не особенный. Даже не первый. Всего лишь еще один, которому Осаму сегодня улыбнется обаятельно, подмигнет и поблагодарит за подарок. Особенно учитывая их игры в «люблю-ненавижу» и не особо частые свидания, Чуя сейчас наверняка терзается сомнениями, что, возможно, он себе эту взаимную симпатию придумал и просто повелся, как еще примерно с десяток таких же наивных персонажей, на красивые слова Дазая, которые на самом деле он рассказывает каждому второму встречному.       Забавляет. Ну до чертиков же забавляет. Чуя, кусающий губы и действительно злящийся. Ревнующий Чуя, который боится оказаться всего лишь несерьезным развлечением, но никогда в жизни в этом не признается. Готовый взорваться Чуя, который даже не может запретить Дазаю использовать это дурацкую манеру речи, состоящую из сплошного флирта, потому что Чуя никогда не признается ни то что Осаму, даже себе, будто бы ему не все равно, с кем там его напарник коротает вечера.       До того мило, что у Дазая сердце быстрее биться начинает, а улыбку даже давить из себя не нужно, уголки губ сами вверх тянутся.       — Ох, или же ты завидуешь, что у меня поклонниц побольше твоего, м? Чу-Чу, тебе сегодня хоть кто-то подарил шоколад?       — Я сказал тебе заткнуться, дерьма кусок! Какое, к черту, завидую?! Даже для тебя это уже верх идиотизма! Я тебе только посочувствовать могу!       — Знаешь, если бы ты не был таким грубым, думаю, у тебя бы тоже было много девушек, желающих получить сегодня твое внимание. Ты же симпатичный, — улыбка Дазая становится только шире, когда он подходит еще ближе и наклоняется, буквально в глаза Чуе заглядывая своим искрящимся от душевного возбуждения взглядом. — Наверняка твои тайные обожатели банально подойти к тебе бояться, потому что накричишь в лучшем случае, а в худшем — шею свернешь.       — О, я свернул бы тебе шею, ублюдок... — Чуя прошипел, щурясь недовольно и одновременно с тем смущенно, тут же делая шаг назад и отворачиваясь. Игры Дазая пусть иногда и вносили огонька в их отношения, но сейчас идти у него на поводу совсем не хотелось. Это... на самом деле раздражало и задевало, пусть Накахара и не мог до конца понять, почему именно ему до того обидно. — Пожалеть нужно тех идиотов, которые подарили тебе шоколад. Даже не подозревают, что за твоей маской сверкающего принца скрывается лживый обольститель, который только и умеет что использовать.       Дазай вскинул брови, все же переставая улыбаться. Теперь он тоже едва ли заметно хмурился и даже не пытался скрыть, что вот эти вот слова Чуи уже были чересчур.       Забавно, когда Чуя кусает себе локти, гадая, есть ли у Осаму кто-то еще на стороне.       Не забавно, когда Чуя говорит о том, что Дазай его нагло использует и никогда не был искренним в своих словах.       — Дурак, — Осаму тихо вздохнул, прикрывая глаза. — Я же говорил, что тебе можно доверять мне. Нужно доверять мне. Так что не неси всякой чуши. Давай уже, — не открывая глаз, он протянул руку. — Ты себя только что жалким идиотом назвал, в курсе?       Выглядел Осаму даже немного обиженным, и у Чуи вдруг глаз задергался, потому что это именно он, он (!) тут должен злиться, но почему-то сейчас рыжий почувствовал острый укол совести за свои слова. Еще и рука Дазая, выставленная вперед, будто бы тот даже не сомневается в том, что Чуя принес ему шоколад. Вот ублюдок!       Тихо рыча, Накахара все же достал из кармана небольшую подарочную упаковку, а затем буквально швырнул ее в руки Осаму. Не кинул, но положил с такой злостью, будто бы вместо шоколада внутри должен был находиться цианистый калий.       Почувствовав удар подарка о свою ладонь, Дазай все же наконец-то открыл глаза, как-то скептически разглядывая обернутую подарочной бумагой коробочку.       — Сам сделал или купил просто?       — Тц. Напрягаться ради тебя — неблагодарное дело, знаешь? Сам сделал, — Чуя выплюнул, будто бы стыдясь своих слов и уже жалея, что вчера возился у плиты.       Дазай снова покосился на упаковку, ощупывая ее и пытаясь прикинуть примерно вес.       — Блять. Неловко, потому что я просто купил. Ты знаешь, что я не силен на кухне.       Чуя изо всех сил пытается до последнего не поворачиваться, будто бы ему вообще похуй, иди-ка ты куда подальше, Дазай, и так выбесил. Но в итоге все же косится в сторону Осаму, который положил шоколад рыжего в пакет (к другим, блять, своим ахуенным, сука, подаркам, дайте Чуя просто сомнет все это гравитацией в комок и швырнет в ближайшую урну), а затем достал другую подарочную упаковку, протягивая ее напарнику.       Не то чтобы это было неожиданно (на самом деле ожидаемо и, о блять, да, хоть что-то в этом есть приятное, потому что Чуя единственный, от кого Дазай не просто получил шоколад, но и подарил в ответ), но на щеках Накахары все же выступил едва ли заметный румянец.       — Он крафтовый. Надеюсь, тебе понравится.       Пару секунд Чуя рассматривал то шоколад, то снова ухмыляющегося Дазая, а затем вскинул брови, пытаясь придать голосу как можно больше надменности.       — За дурака меня держишь? Ты просто передариваешь то, что подарила тебе одна из этих фифочек, я прав?       — Ты каждый год это спрашиваешь. И каждый год я отвечаю, что брось, я не такой засранец.       Еще какое-то время они обмениваются уж совсем не доброжелательными взглядами, а затем Чуя фыркает, все-таки забирая из рук Дазая подарок.       Без лишних слов, благодарностей или прощаний Накахара разворачивается и уже делает шаг к своей машине, но вдруг Осаму все же окликает его, из-за чего рыжий даже не поворачивается, но оглядывается через плечо.       — Чего?       — Знаешь, я сегодня планирую не закрывать дверь на замок, — Осаму пожал плечами с абсолютной невозмутимостью в голосе, будто бы рассказывал о чем-то совершенно обыденном вроде того, что ел сегодня на завтрак. — Седьмой этаж, помнишь, да? Просто подумал, что совсем ничего не смогу сделать, если какой-то мелкий грозный мафиози вдруг вломится ко мне домой и попытается меня—       — Заткнись! — слегка округлив глаза, шикнул рыжий.       — Ха-а? — а вот Дазай снова почувствовал нотки ребячества, улыбаясь с дьявольским огоньком в глазах и продолжая. — Я хотел сказать, что буду совсем беззащитным, если кто-то ворвется в мою квартиру, а затем попытается грубо меня—       — Да замолчи, придурок! — Чуя уже даже не рыкнул, а буквально перекричал Дазая, снова заставляя конец фразы потеряться.       — Э-э-эй, почему ты не даешь мне закончить? — наигранно, будто бы и правда готов расплакаться, Осаму тихонько шмыгнул носом. — Никогда меня не слушаешь, дурацкий Чуя. Я говорю, что если кто-то с очень плохими намерениями найдет меня сегодня безоружным в кровати—       На этот раз Чуя даже не пытался заткнуть Дазая. По крайней мере, словами. В один миг он просто снова оказался рядом с напарником, закрывая ему рот рукой и смотря с такой злостью, даже яростью в глазах, что точно испепелить взглядом был готов.       — Я тебя понял, придурок, — едва ли заметно краснея, прорычал рыжий. — С первого раза понял, подобие человека, самое раздражающее существо во всей вселенной. Просто прикуси уже язык, мы под твоим офисом, и если не будет вина, я развернусь и уйду, усек?       Дазай усмехнулся, кивая, и игриво лизнул ладонь Чуи языком, из-за чего тот тут же шарахнулся в сторону, на этот раз действительно заметно краснея, а затем зашагал спешно снова к машине, матерясь себе под нос о том, что его напарник — самый настоящий моральный урод.

***

      — М-м-м!!! Вкуснятина! Иногда и от вас польза есть, Дазай-сан! — Ацуши с Кекой почти что пропели в один голос, распаковывая одну за другой упаковки с подарочным шоколадом и с удовольствием съедая все до последней крошки.       — Э-эй... а как же уважение к старшему коллеге? — разочарованно и даже немного жалобно протянул Дазай, вешая свое пальто на крючок у двери офиса.       — Ой, простите, — Ацуши тут же замахал руками, вдруг понимая, что прозвучало обидно. — Но шоколад и правда потрясный. Точно не хотите попробовать?       — А? Нет, ешьте на здоровье, все равно сладкое не люблю.       Накаджима вскинул брови, явно не понимая, как можно не любить шоколад, но решил не заморачиваться и просто продолжать есть, раз уж Дазай-сан угощает. Кёка с Рампо даже не думали Дазая переубеждать, только быстрее открывали новые конфеты, желая попробовать абсолютно все и как можно больше.       Вот только, стоило руке Кёки достать из пакета ту самую упаковку, подаренную Чуей, как Дазай тут же перехватил ее, улыбаясь и откладывая в сторону.       — А вот этот все-таки попробую, — произнес Осаму почти что с предвкушением, рассматривая подарок, обернутый яркой бумагой. — Будет забавно, если он в форме сердца. Хотя... скорее всего, на нем написано какое-то оскорбление...       — М? Этот какой-то особенный? — Ацуши вскинул брови, пережевывая очередную шоколадную конфету и с интересом разглядывая то, что Дазай забрал из общей кучи и приберег для себя. — Он от кого-то важного вам?       — Ох... важного? — Дазай вскинул брови, задумавшись на секунду. — Ну... наверное, так и есть.       — А? Дазай-сан, у вас есть кто-то, кто вам нравится?! Серьезно?!       — Ну-ну, Ацуши... — нервно хохотнув, Дазай отмахнулся от слов младшего коллеги, усаживаясь в свое кресло и беря в руки парочку бумаг, с которыми должен был разобраться еще утром, но увы и ах. — Это слишком громкие слова. Не думаю, что они бы пришлись по вкусу тому, кто подарил мне этот шоколад.       — М? Так а кто это? — не до конца понимая ситуацию, Ацуши искренне поинтересовался, выжидая ответа, но Осаму, кажется, решил вопрос проигнорировать, будто бы и не услышал.       И тогда Рампо, до этого просто молча насаждающийся шоколадом, все же подал голос, с важным видом поправляя очки, уже готовый ответить на все интересующие Накаджиму вопросы, ведь как это великий детектив может чего-то не знать?       — Вообще-то у нашего Дазая весьма интересная любовная линия, Ацуши-кун, — посмеиваясь, сверкнул хитро глазами Эдогава. — Ты разе не заметил, что сегодня с самого утра около Агентства...       — Эй! Я прекрасно понимаю, что от тебя ничего нельзя скрыть, Рампо-сан, но иногда тайнам лучше оставаться тайнами, — подперев голову рукой, Дазай вскинул брови, глядя на детектива, и тот все же вздохнул, кивая.       — Ладно. Считай это благодарностью за шоколад.       Пару секунд Дазай наблюдал за всей троицей сладкоежек, не решаясь спросить, но в итоге интерес все же взял верх.       Откинувшись на спинку кресла, Дазай прикрыл глаза, интересуясь якобы невзначай, будто бы ему действительно все равно, хотя и прекрасно понимал, что Рампо такой дурацкой игрой не провести.       — С самого утра? Правда с самого утра?       — М? — отрываясь от конфет, замечая интерес Осаму, детектив кивнул, подтверждая. — С самого утра, ага. Это даже мило.       — Ага... — Дазай усмехнулся, не сдерживаясь, так и не открывая глаз, представляя, как Чуя проторчал около его работы добрые четыре часа, просто потому что хотел сделать подарок. Пальцы Осаму огладили гладкую бумагу, которой была обернута коробочка, будто бы там, под ней, находится не просто шоколад, а что-то чертовски ценное и важное сердцу. Хотя так ведь оно есть. Наверное... даже съесть его будет жалко. — Согласен. Это чертовски мило.