Звучание сердца

Гарри своему ритму жизни не изменял. Ничто — ни встреча с крёстным, с которым он продолжал общаться, переписываясь на пергаменте, ни объявление его чемпионом вместо Виктора, который даже обрадовался, ни что-либо ещё — не могло поколебать его способ сбросить пар.  Ритм жизни Гарри, то есть его способ сбросить пар был незамысловатым — подъём в шесть утра, пробежка — в Хогвартсе как раз было отличное после для квиддича, — разговоры с друзьями и задачки по математике, чтобы мозги не атрофировались.  А зачем Гарри сбрасывать пар? — спросите вы. Ну так я вам отвечу: в Дурмстранге нервы Гарри были относительно спокойны, но тогда его ритм жизни был просто привычкой, привитой с детства. В Хогвартсе же была огромная куча неадекватных людей, не знающих понятие «толерантность». Пришлось Гарри сбрасывать пар, чтобы «случайно» кого-нибудь не убить.  Вообще, Гарри был милым малым, но иногда его захватывала какая-то идея и он отталкивал от себя всех. Даже своих друзей. Впрочем, из он об этом предупредил, и они уже не обижались. Но новая идея — половина беды, потому что когда у Гарри была новая идея, он наносил только 50% урона. 100% урона он наносил тогда, когда эта идея полностью его опустошала, и у него начиналась депрессия. Вот тогда к нему было лучше не подходить. Вообще на глаза не показываться. Потому что на Гарри было страшно смотреть. Также страшно как и на тех, кто осмелился с ним заговорить.   Зачем я вам всё это рассказала? А вот зачем: у Гарри появилась «отличная» идея. И он бросился её прорабатывать. Спрашивал что-то у крёстного, о котором рассказал ребятам, которые вполне хорошо новость приняли, общался со старшекурсниками своей школы — Хогвартские мало того, что не знали даже части того, что проходят в Дурмстранге в первом классе, так ещё и нос задирали; Гарри даже в библиотеку ходил, что вызвало у всех учеников Дурмстранга когнитивный диссонанс. Причём сути этой идеи никто не знал, да и выпытать не пытался — знали, взрывоопасно.   И вот, день, когда будет первое испытание. Идея Гарри себя исчерпала. У Гарри началась депрессия. Все в шоке, дурмстранговцы во главе с директором в ужасе, а Гарри лениво и безразлично смотрит на всех своими зелёными глазами, лёжа в кровати.  Нет, он не заболел, просто ему вообще плевать на исход испытания. Его просили все друзья, даже зная насколько это опасно, его на коленях умолял Каркаров, но всё было тщетно. Гарри лежал и казалось не обращал ни на кого внимания. Но это было не так. На самом деле он медленно закипал. Наконец чаша терпения лопнула, ярость полностью затопила его, у Гарри началась истерика. В таком состоянии он вышел на поле. В палатку, где его ждали другие чемпионы и Людо Бэгмен. Сейчас любая реплика могла взорвать его и нанести немалый урон говорившему. Об этом предупредили организатора и тот, послушав, молчаливо боясь за своё здоровье протянул мешочек Гарри. Тот вытянул первый номер, что сделало его чуточку довольным — не придётся тратить силы ещё и на ожидание.  Гарри выходит на поле. Перед ним венгерская хвосторога. Гарри медленно поднимает взгляд от лап и перемещается к глазам. Они горят такой яростью, какая следует за Гарри с самого рождения. И Гарри понимает Хвосторогу. Все эти людишки, что пришли поглазеть на них… раздражают. Гарри кланяется ей. Та сменяет гнев, на недоумение, всё ещё раздраженно покачивая хвостом. И Гарри вдруг подходит поближе. Люди на трибунах ужасаются, страха прибавляет этакий контраст: на фоне драконицы Гарри совсем малыш.  Крылья драконицы закрывают его от любопытных глаз, а шум на трибунах перекрикивает слова, что говорит мальчик ей. Тем не менее она его слышит и соглашается помочь. И именно она избавляет его от всех чувств, что переполняли его, но никак не могли выйти, ещё сегодня утром. Потому что она понимает.  Гарри выходит с золотым яйцом, Бегмэн надрывается в похвалах, судьи хватаются за сердца, но Гарри нет до них дела, совет драконицы помогает — абстрагируйся от всего, что мешает быть добрым к родным людям.