Ты - мой свет

***

      Чонгук тщательно выбирал одежду — сегодня или никогда! Кажется, его стиль никак не вязался со вкусами Тэхёна. Ким был ярким и привлекательным, в то время, как сам Гук старался не выделяться, выбирая тона блёклые или совсем тёмные. Тэхён мог разговорить любого, даже совсем незнакомого человека, в то время, как немногочисленные друзья Чона знали, что он может не отвечать на звонки месяцами. Ничего удивительного, что никто даже заподозрить не мог, что Чонгук тайно влюблён в этого неповторимого, просто нереально красивого юношу!       Но сегодня Тэхён устраивает «Прощальную вечеринку для самых близких», и Чонгук каким-то невероятным образом получил на неё приглашение, хотя сам был уверен, что Ким Тэхён не всегда помнит о существовании Чона Чонгука, даже когда они находятся в одной комнате. Возможно, это дань вежливости: благодаря весёлому Хосоку все терпели его нелюдимого братишку. Есть вариант, что его позвал Джин, кузен Тэхёна, который не раз намекал Гуку, что его «оленьи глазки» поразили его прямо в сердце! Второй кузен Тэхёна, Намджун, поддакивал всему, что говорил первый. Наверняка там подсуетился Пак Чимин, уверяя всех, что без поддержки друзей Чонгук совсем перестанет общаться с людьми! Гук был уверен, что на его тираду Мин Юнги сказал что-то типа: «Он, конечно, странный, но всё же наш!» И в итоге Чонгук впервые за шесть лет знакомства с Тэхёном получил от него личное сообщение: «Чонгук-и, приглашаю тебя на свою Прощальную вечеринку для самых близких! Начало в 19:00, вход свободный, форма одежды значения не имеет. Жду с нетерпением, Ким Тэхён».       Гук долго читал текст, искал в нём подвох, пытался представить, как Тэ, один раз написав шаблон, просто менял имя в самом начале и рассылал сообщение всем контактам из своей книжки. А что, с него станется! Гук ещё помнит его день рождения в прошлом году, когда квартиру Кима просто забила толпа людей, и Тэхён то и дело спрашивал: «Я, извиняюсь, давно тебя знаю? Да, настолько давно, что уже не помню, как тебя зовут!» Все смеялись над его шуткой, но сам парень, кажется, был просто в восторге, что к нему на «днюху» припёрлись даже те, кого он, может быть, видел один раз в своей жизни, да и то сквозь призму алкоголя.       Чонгук тогда знатно попсиховал, ведь каждый так и норовил приобнять, прижать, а иногда и поцеловать этого яркого и приветливого юношу! Сам Чон едва сдерживался, чтобы не подойти, не отдёрнуть на себя этого Кима Тэхёна, который, кажется, был рад каждому, кроме него. Потому что с ним он поздоровался примерно так: «О, Чон Чонгук! Рад, что ты тоже пришёл! Располагайся, будь, как дома. Если что-то нужно — подходи, не стесняйся!» — и упылил обнимать-жмакать других гостей! А Чонгуку даже руки не подал!       И вдруг, на фоне всего этого его пригласили, заявив, что он — один из самых близких. И вечеринка Прощальная. Что бы это ни значило, Чонгуку не нравится это слово! Поэтому он сегодня возьмёт свои стальные яйца в железный кулак и пойдёт признаваться Тэхёну в любви!       Уже приближаясь к двери квартиры, Чонгук почувствовал неладное: он опоздал почти на два часа, потому что думал, потому что сомневался, потому что боялся. И всё же из-за приоткрытой двери квартиры не раздавалось ни звука — это что за вечеринка без музыки и пьяных голосов? Чонгук вломился в дверь, пробежался по всем трём комнатам — пусто! Просто никого, даже никаких следов вечеринки! Он обошёл квартиру ещё раз и обнаружил Тэхёна. Тот лежал около дивана — бледный, в липкой испарине. На своё имя никак не реагировал, даже похлопывания по лицу ни к чему не привели. Чонгук пощупал пульс — типа, что-то понимает! Однако ему показалось, что тонкая нить ударов какая-то слишком… В общем, стоит поспешить!       Уже через двадцать минут машина «скорой помощи» везёт их в ближайшую больницу. Перед этим Гук скинул в общий чат: «Ребят, я пришёл на вечеринку, а тут никого нет, кроме Тэ. И он без сознания! Вы где все?»       Но ответа ни от кого он не дождался. Тогда начал звонить его кузенам, которые так же никак не реагировали на его звонки. Сюр какой-то! Человек умирает, а ему никто не желает помогать! В больнице Тэхёна отвезли в отделение интенсивной терапии, а Гука оставили сидеть в пустом гулком коридоре. Парень обхватил руками голову и постарался собрать мысли в кучу: что могло случиться с Тэхёном? Но в голову лезло такое, что не хотелось переваривать! Прощальная! Что, если он решил уйти не просто от них, а из этой жизни? Может, у всегда весёлого парня тоже были какие-то проблемы, которых никто не замечал за его яркой улыбкой? Может, трудности в семье?       Перебирать можно было бесконечно, но где-то там умирает тот, без кого жизнь Гука просто потеряет смысл! Он для него, как солнце, без которого жить можно, но очень плохо и недолго. В голове тяжёлой кувалдой билось: «Я не успел! Он не знает!» И хотелось заорать о своих чувствах, вот только тот, для кого они предназначены, не услышит… И Гук заталкивал назад, в самое сердце горестный крик по самому прекрасному человеку на земле!       Когда в конце коридора появился человек в белой одежде с такой же белой маской на лице, Чон кинулся к нему:       — Что с ним, доктор? Он будет жить?       — Пока сложно сказать, — ответил врач. — Доза слишком большая. Мы желудок ему промыли, всё необходимое сделали. Дальше, как говорится, всё зависит от него. От его желания жить. Потому что, судя по содержимому желудка, он хотел эту жизнь прервать. Вы ему кто?       — Брат, — уверенно сказал Гук, не желая новых вопросов.       — Не знаете, что могло его заставить такое сотворить?       Чон покачал головой. Ничего он не знает про Кима Тэхёна! Просто чистый лист! Кого любит? С кем в отношениях? Есть ли тот, ради кого Ким вернётся в этот мир? Чонгук, знай он такого человека, побежал бы сейчас за ним на край света, чтобы привести к постели умирающего, заставить сказать самые важные слова, чтобы Тэ вернулся! Главное, пусть живёт, остальное разве так уж важно? Главное, его солнце снова будет согревать его существование. Но Чон такого человека не знал. Те, кто могли ему в этом помочь, никак не брали трубку. И Чонгук решил: он сам вытащит любимого! И твёрдо заявил:       — Доктор, пустите меня к нему, я попробую вернуть его!       Врач кивнул, махнул рукой, приглашая следовать за собой. Вскоре они вошли в отдельную палату, где стояла одна кровать, на которой лежал бледный и неподвижный Ким Тэхён. Чонгук попросил:       — Оставьте нас, пожалуйста.       Доктор кивнул и вышел. Чонгук часто видел в кино, как с умирающим говорят близкие, умоляя его вернуться. И сейчас он решил взять на себя роль спасителя, не особо понимая, что нужно делать в таком случае? Он присел на стул у кровати, взял в ладони прохладную руку Тэхёна и тихо позвал:       — Тэ, ты меня слышишь?       Никакой реакции, даже ресницы не дрогнули. Чонгук ещё немного подумал, набрал в грудь воздуха, закрыл глаза и заговорил:       — Тэхён! Не смей уходить! Ты даже не представляешь, насколько сильно ты нужен всем своим друзьям! Ты же, как лучик света в жизни каждого — несёшь и тепло, и радость, и желание встречать новый день, потому что в нём обязательно будешь ты! Тэ, приди в себя и выбрось из головы все дурные мысли! Если кто-то тебя не любит, то он просто кретин, неспособный понять, что ты — самое лучшее, что может случиться в его жизни! И из-за него не стоит лишать счастья дышать с тобой одним воздухом тех, кто любит тебя и ценит каждое твоё появление в его жизни. Тэхён, ты слышишь меня? Если да, то подай хоть какой-то знак…       Но и руки, и лицо Кима оставались неподвижными. Тогда Чонгук снова заговорил:       — Если ты не вернёшься, то я буду день и ночь молиться, чтобы твой ангел, в которого ты так веришь, ругал тебя за то, что ты оставил этот мир, где есть люди, которые живут только потому, что у них есть ты! Или нет! Я найду ведьму, которая отловит твою душу и посадит в мешочек, отдаст его мне, а я каждый день буду рассказывать твоей душе, как несчастен, потому что тебя больше нет в моей жизни! И что в этом мире есть не только я, кто скорбит о тебе! Тэхён! Немедленно возвращайся!       И опять никакого отклика. Чонгук, потеряв всякую надежду, уронил лицо на ладонь Тэхёна и тихо сказал:       — Какой же я дурак! Я так долго тянул с признанием, и вот ты ушёл, так и не узнав, что моё сердце вот уже несколько лет бьётся только потому, что мои глаза могут видеть тебя! Тэхён… Прости, что я говорю это. Может, для тебя это вовсе не важно. Скорее всего, я не тот человек, который может вернуть тебя. Но я, к сожалению, не знаю, кто разбил тебе сердце, иначе заставил бы его вернуть тебя, а потом разбил бы ему морду! Но что теперь говорить об этом? Извини меня за то, что я сейчас сделаю. Но, возможно, у меня просто не будет другого шанса.       Чонгук поднялся, внимательно посмотрел на бледное лицо, на дверь, затем склонился, закрыл глаза и приблизил свои губы к губам Тэхёна. Тут же на его затылок легла твёрдая рука, и губы Кима довольно дерзко накрыли его. Вторая рука обхватила его за талию и свалила на кровать. Ничего не понимая, Чонгук распахнул глаза и увидел над собой прикрытые глаза Тэхёна. Его губы, не ведавшие сладости поцелуя, горели от настойчивости других, а на лицо вдруг выплеснулась краска стыда. Да что происходит? Он попытался отодвинуться, выползти из-под наглого Кима, но тот тихо проговорил ему в губы:       — Это твой последний шанс — или ответить мне на поцелуй и вернуть меня к жизни, или оттолкнуть, и тогда я навсегда исчезну.       Чонгук лежал почти минуту, переваривая сказанное. Лишь когда Тэхён начал отстраняться от него, так и не открывая глаз, Гук обхватил его за шею, притянул к себе и неуклюже принялся отвечать на столь желанный поцелуй. Тэхён, перевернувшись на бок, крепче прижал к себе Чонгука и попросил:       — Останься со мной. На всю эту жизнь.       Чон перепугано смотрел на Кима — тот точно понимает, что говорит? Он и глаза не открыл, и голоса его не слышал. Может, в бреду не понимает, что с ним происходит? И просит дать ему такое обещание? Гук сглотнул и тихо сказал:       — Хорошо.       — Нет, скажи: я останусь рядом с тобой на всю жизнь!       — Я останусь рядом с тобой на всю жизнь, — покорно повторил Гук.       — Почему? — вдруг распахнув глаза, посмотрел на него Тэхён.       — Потому что… — Чонгук закрыл глаза и выпалил: — Я люблю тебя! Давно! Сразу! Но ты такой… Со всеми довольный и весёлый, а со мной…       — Влюблённый и стеснительный? — услышал Гук тихий смешок.       Он снова открыл глаза. Теперь Тэхён смотрел на него, счастливо улыбаясь. Чон решил на всякий случай уточнить:       — Влюблённый в меня? Чона Чонгука?       — А в кого же ещё? Уже давно и сразу. Но ты такой суровый, всегда на все мои выходки кусаешь губы и задираешь подбородок, как будто хочешь послать меня, да статус не позволяет!       — К-какой ещё статус?       — Самого серьёзного среди нас, — уверенно говорит Тэхён.       Чон даже приподнимается на локте:       — Ты считаешь меня самым серьёзным?       — Не только я, — уверяет его Тэ. — Все знают, что ты лишнего слова не скажешь, если не видишь в этом смысла. К тому же я был уверен, что тебе больше нравится Чимин: ты ему и улыбаешься, и за руку разрешаешь подержать. Но вчера он сказал, что вы с ним просто друзья. И я решил попытать удачу.       — Что это значит? — начинает хмуриться Чон.       — Вот не делай так! — прячет лицо в подушку Тэхён. — Мне и так стыдно!       — Хорошо, не буду. Слушаю тебя! — требует Гук.       И Тэхён, поглядывая на него одним глазом, признался…       … — Наверное, я приму предложение дяди и уеду в Штаты, — говорит Тэхён Чимину.       Тот недовольно смотрит на друга: здесь у Тэхёна есть все перспективы, а там, на новом месте, с его знанием языка, Тэ на долгие годы станет «шестёркой» при высокомерном дяде. Но Тэхёну, похоже, плевать на карьеру и будущее. Он измотан морально. Вот уже шесть лет он влюблён в младшего Чона, который никак не реагирует на его подкаты. Чимин сам предлагал некоторые Тэхёну: пригласить Чонгука на отдых, позвать на свидание, подарить ему подарок, попросить помощи, наконец! И всё бы сработало, но Тэ отчаянно трусил:       — Если я сделаю это только для него, он может и отказаться. Приглашу-ка я всех! И всем сделаю подарки! Брошу в общем чате клич о помощи!       Пак был уверен, что не сработало именно потому, что Гук не понимал, что всё это делается ради него одного. И теперь Чимин опять говорит другу:       — Ну, сбежишь ты от него, сделаешь свою жизнь хуже — а смысл? Ты его не забудешь, он даже не поймёт, почему ты так поступил. Вам нужно поговорить, желательно наедине.       — Я устрою прощальную вечеринку! — загорается идеей Тэхён. — Выпью побольше для храбрости, и подойду к нему, скажу всё, как есть, а дальше пусть он сам решает мою судьбу: откажет — уеду.       Чимин только головой качал! Кажется, ему эта идея не понравилась.       В 19:00, когда гости должны были потихоньку собираться, Тэхён стоял у окна и смотрел во двор. Ни одной машины не приехало в течение получаса! Ничего не понимая, парень принялся звонить друзьям — вначале кузенам, потом Мину и Паку. Последним набрал Хосока, но ни один не ответил на его звонок!       В 20:00 Тэ понял, что никто к нему на вечеринку не придёт. Он открыл бутылку виски и щедро налил себе в бокал. Залпом выпил половину. Поперхнулся, налил снова до краёв и выпил. (В это время Чонгук хмурился, потому что Тэхён терпеть не мог крепкие напитки!) Потом он повторял это до тех пор, пока не закончилась бутылка, и свет в его глазах не померк…       — Так ты просто ужрался в соплю? — возмутился Чонгук.       — Ну, как бы, да. Я ждал друзей, думал, они приедут, поддержат меня, начнут отговаривать, а все просто проигнорировали моё приглашение. В том числе и ты…       Чонгук опустил голову. У него были мысли никуда не ходить. Что измениться, если Тэ уже решил что-то и собирает всех просто попрощаться? Может, это даже эгоизм — рассказывать о своих чувствах человеку, в планах которого тебя просто нет. Однако Чонгук всё же пришёл — может, даже просто увидеть его в последний раз!       — Но, ты же был без памяти, — снова хмурится Гук.       — Ну, вначале — да. Потом доктор привёл меня в чувства, дал что-то выпить, и мой мозг прочистился. Он сказал, что меня привёз хмурый парень с «оленьими глазами», и я сразу догадался, что это — ты. Подговорил его сказать тебе, что я отравился и до сих пор без сознания. А потом просто лёг и стал ждать, что ты будешь делать дальше…       — Я убью тебя, Ким Тэхён! — зарычал Гук, вспомнив все свои страхи.       — Я тоже тебя люблю, Чон Чонгук, — сказал ему в губы Тэхён и снова принялся атаковать языком губы Гука.       Тот вдруг прижал к себе податливое тело и горячечно зашептал:       — Никуда тебя не отпущу! Никому не отдам, даже самой смерти! Не смей больше так поступать со мной!       — Уговорил, языкастый, — хихикает Тэхён, обнимая своего нового парня.