Взаимно

Заказав пиццу, я пошел на кухню узнать, что же делает моя именниница. Оказалось, что она готовила свой любимый салат. Сам сделал бы, но плохо готовлю. Подойдя сзади, я обнял ее за талию. Она повернулась, и на ее щеках появилась краска — Ну я готовлю… — Ведь объятия не помешают, верно? — поцеловав ее в ее алые губки, сказал я. Погладив ее по плечу, я удалился, чтобы не мешать. — Маааарс! — через какое то время услышал я — помоги мне разложить все на стол. Я помог, и мы вместе сели за стол. Все было замечательно. И торт, и вкусненький салат, и прекрасное подаренное платье на Земле, так идеально облегающее ее хрупкую, худенькую фигурку. Конечно, с макияжем она красивая, но все же, она выглядит лучше без него. — Ешь давай, для кого делала? — внимательно смотрев на меня своими голубыми глазами, сказала Земля. Когда мы доели все, пиццу, салат, то я подумал, что чего то не хватает на столе. Точно, шампанского! Взяв алкоголь, я разлил его по бокалам, и мы вместе с любимой залпом выпили, после того как я произнес тост в честь праздника. *** Ужас, так, так голова кружится, все плывет. В тоже время кайфово чувствую, все тело расслаблено, ничего не хочется, просто сидеть на стуле и все… Я посмотрел на Землю, кажется, ей лучше, чем мне. Конечно, она не изменилась, но почему то сейчас она стала выглядеть привлекательнее. Моя малышка. Моя любимая. Боже, почему. Я почувствовал, что внутри все напряглось, я вспотел. «Подойди, подойди к ней…» — настойчивый голос шептал мне, и я бессознательно повиновался. Я сам это хотел. Сам. Тем более, это подарок Земле. Главный подарок. Я уже сам не помнил, как дошел до нее, и просто обхватил ее руками. Черт. Получилось грубо. Я хотел нежнее… Она обратила на меня внимание, но ее голубые глаза еле открывались. Страстно поцеловав ее, я смотрел на нее, но услышал лишь слабое — «Марс…» Стул не выдержал нас обоих и рухнул на пол и мы оказались на полу. Но это неважно. Важно то, что мы оказались на полу, я сверху. И я чувствовал ее. Как стучит ее сердечко, как она не понимает, что происходит. Любимая… Что с ней? Она дрожит? — Чего ты дрожишь, малышка? — сладко пропел я, ощущая удовольствие от ее прикосновения — Мммне холодно — сказала любимая закрывая очаровательные глазки. Поняв, что пол не лучшее для этого место, я нежно взял ее на руки и отнес в спальню. Там я ее положил на кровать, любуясь. Ее платью чуть прорвалось, оголяя часть бедер. Почему, почему так мало? Я вновь почувствовал небывалое возбуждение, и лег рядом, лаская ее. Но я лишь услышал, как она что то невнятно пробормотала: — Марс… Мне так хорошо — ее сладкий голосок проник в самое сердце. Моя хорошая, любимая. Она хочет этого. Но почему то вдруг на меня напала странная мысль. А если то, что я делаю, неправильно? Но ведь Земля не против? Но она лишь простонала, когда я погладил ее около гинеталий. Ей будет приятно, я постараюсь. Платье сползло, и я видел ее оголившиеся бедра. Ещё и бретелька сползла… Я, я не могу это терпеть Я решил, что не надо ждать, и плюхнулся рядом на кровать, снимая с нее это платье. В этот момент оно казалось мне преградой. Преградой к тому, чтобы Земля была счастлива. Сняв его, я аккуратно положил его рядом. Взгляд переместился на Землю, все ещё лежащую и смотрящую на меня ласковым, мутным взглядом. Ее маленькая, но упругая грудь, ее животик… Ее круглое и милое личико дополняло всю эту красоту Пиджак и рубашка полетели к черту. Я кинулся к ней, целуя ее. Но в один момент не сдержался, и укусил ее. Она открыла свой очаровательный ротик и издала немой звук. Ничего, малышка. Не волнуйся… Ещё мгновение — и все лишнее улетело в угол, давая взору налюбоваться Землёй, ее телом. Я чувствовал, как затвердел у меня член. Взяв его рукой, я немного потрогал его, чтобы хоть чуть успокоиться. Сердце неистово колотилось, и кажется, я покраснел. Я обвил вокруг нее ноги, касаясь ее чувствительных точек. Земля покраснела, и улыбнулась, странно глядя на меня. Ее чуть бледная кожа покраснела, когда я погладил ее. Затем я опускал руку ниже, добравшись до бедер. Я ласкал ее, и она застонала от удовольствия. Добравшись до чувствительных точек, я аккуратно пощекотал и там. Земля вновь застонала, но ещё сильнее. Обняв ее, я гладил ее везде, целовал. Погладил по растрёпанным волосам, взглянул в ее глаза. Я больше возбуждался, глядя на нее. Как же хочется войти в нее. Пальчиками я щекотал около входа во влагалище, стараясь как можно мягче и приятнее это делать. Для ещё большего ее возбуждения я погладил ее, и она обняла меня, страстно поцеловав… — Продолжай… Марс… — она влюбленным взглядом мерила меня, ее детские, полузакрытые глазки… Она хочет меня. Моя красавица, все будет. Я сделаю все отлично… Достав лежащий на комоде презерватив, я одел его. Взяв свой затвердевший член, я начал аккуратно вводить его, чтобы моей любимой было приятно. Я чувствовал, как вхожу в нее, чувствовал всю эйфорию. Боже, это так волнительно. Все больше и дальше продвигаясь, я чувствовал ее волнение. Чего же беспокоиться? Я рядом, моя любимая, малышка… Вдруг я услышал тихий крик. Земля раскрыла рот, и по ее лицу текли слезы. Чтобы успокоить ее, я немного прикусил ее. Ей стало легче, я чувствовал это. Но боль. Ее боль меня ужасала, я не знал, насколько… — Давай… дддальше — я услышал тихий всклип. Посмотрев на бедняжку, я увидел, что ее лицо было в слезах, но она была… — У тебя точно все хорошо? — обеспокоенно спросил я. Но в ответ был лишь взгляд, наполненный умоляющим взглядом. Я заметил, что по ее лицу пробежала боль «Моя сладкая…» — Да…через это все проходят… — она легла в удобную позу, и я продолжил. Это было так кайфово… Я зашёл полностью, и почувствовал ранее неизвестное ощущение. Это чувство непередаваемо, его нельзя было описать. Та, которую ты любишь и обожаешь, теперь вы с ней единое целое… Я посмотрел на малышку. Она лежала, и погладив ее, она немного вздрогнула, и размякла, когда я вошёл. Она немного сморщилась от боли, которая преследовала ее. Бедная. Я нежно прикоснулся к шее, и ласкал ее рукой. Та эйфория уже почти прошла, и я аккуратно вытащил пенис, и любимая издала непонятный вздох — то ли боли, то ли удовольствия. Чтобы ей стало легче, я взял ее, и бурно поцеловал. Ее горячие губки дарили тепло и нежность. Поцеловав в ее розовые, нежные щёчки, я повернул ее к себе спиной и потянул к себе, гладя ее во всевозможных местах. Она повернулась ко мне, и тихо прошептала мне на ушко: — Я люблю тебя, Марсик — нежно покусывая меня, она погладила мой пенис, поглядывая на меня — Можно? — Конечно — как же не разрешить ей? Ее прикосновения дарили мне лучшее состояние кайфа. Когда она дошла до до конца, я дрогнул, так как это было что то. А Земля умела делать приятно, я даже удивился. Последний раз пощекотав ее около влагалища, она застонала, и понял что это оргазм. Мы обнялись ещё раз, и лёжа в кровати, прижимались друг к другу, чувствуя тепло. — Как тебе эта ночь? — позволив немного отдохнуть спросил я — Это лучшая ночь в моей жизни, спасибо тебе за это — и она бросилась на меня, страстно целуя… — Хочешь, можем выйти на балкон… — Давай — согласилась Земля и быстро накинув какие то тряпки, вышли. На небе сверкали миллиарды звёзд. Их так много. Но после этого я понял одно — теперь Земля единственная, единственная в этом мире, среди бесконечной вселенной, я выберу ее.