Искусство готовить

В доме Оды часто пахло чем-то вкусным. Иногда пахло корицей, ванилью, цветной посыпкой и молочным сахаром, отсылающим к выпечке, которую Анго все равно почти не ел. Иногда же пахло овощами и мясом, специями, разными гарнирами, соусами. И Анго, которому не сильно нравилось сладкое, этот запах нравился больше. Это был запах здоровой вкусной пищи. Такую пищу мужчина нечасто ел. И оказавшись на кухне Оды, невольно его на слюну пробивало. Но было довольно странным для Анго открытием то, что Ода всяко отрицал свое умение готовить. То ли считал от этого себя менее брутальным, что было бы странно думать в 21 веке, то ли ещё из-за каких-то своих принципов. Но Сакагучи не понимал. Есть готовит? Готовит. Это вкусно? Очень. Так зачем же отрицать? Но Ода неловко чесал затылок и будто пытался оправдаться: - Я же просто покупаю еду быстрого приготовления или грею уже готовую еду. В этом нет ничего странного. И Анго возмущённо сопел, принимая от Оды порцию пищи. Такая абсурдная ситуация, ведь Ода накладывает им еду из одной кастрюли. К чему вся эта ложь? Вот возможно Ода как-то смущается своих пристрастий, либо считает себя пока недостойным, а вот у Анго один только образ готовящего вечером в фартуке Оды приятно греет сердце. Сакуноске и так ассоциируется с каким-то уютом: его вечно чистый дом, аккуратно прицепленные на стены детские рисунки, мягкая циновка, светлая мебель, цветочные горшки около окна. Сам вид Оды, такого уютного, домашнего, вечно спокойного сонного кота, несмотря на наличие ружья в кобуре. И готовка пищи - как ещё деталь к созданию уюта - пошли бы Оде к стати. Как бы один дурак (в данном случае - Ода) это не отрицал. Но Анго хотел поймать его на лжи. И даже целый план разработал. Как насчёт того, чтобы специально приготовить блюдо отвратительно и попросить друга оценить его и помочь как-то исправить? С такой мыслью Анго открывает в интернете разные рецепты, раздумывая над тем, какие продукты станут благородной жертвой. В конце концов, он решает приготовить фаршированного креветками омара в томатном соусе. Потраченные деньги жалко, но что не сделаешь ради любимого человека, ради его уверенности. Анго внимательно читает рецепт. Нужно варить омара 7 минут? Отлично, Анго будет мучить его 10 минут на медленном огне. Режет остывшего омара совсем неаккуратно, оставляя кое-где лишь панцирь и в некоторых местах почти полностью забирая мясо. Креветки он также чистит совсем небрежно, под конец просто промывая их водой, а в остальном и так сойдёт. При приготовлении томатной пасты он не щадит соль и черный перец, оливковое масло он "случайно" проливает больше положенного. Все мясо он перемешивает с сыром и заполняет им панцирь. Ставит в духовку не на 15 минут (как было сказано в рецепте), а почти на час. В итоге, запах получается обманчиво приятным, но пока на вкус Анго решает не пробовать. Дав отдохнуть бедному омару ещё 5 минут, Анго уже аккуратно упаковывает его, чтобы в целости довести до дома Оды. Одасаку встречает его радостно, но взгляд его становится озадаченным, когда он смотрит на миску в руках улыбающегося Анго. Ода позволяет другу пройти вперёд. И тут выясняется, что Ода вовсе не один. Случайной жертвой, помимо Оды, суждено было стать Дазаю. Когда Анго с Одой вошли на кухню, Дазай сразу отметил интересный запах. - Вааа! Анго, неужели ты приготовил для меня краба? - Не совсем. - неловко отвечает Анго. - Я приготовил его, чтобы вы оценили его. Может, мне стоит что-то исправить? Ещё посуда не была поставлена полностью на стол, как к омару потянул руки младший мафиози. И только распробовав то, что успел отхватить, Дазай замирает. Лицо его сильно меняется с счастливого на полностью сконфуженное. Анго клянётся, что он даже слышит хруст панциря, перемешанного с мясом. У мальчика даже слезы на глазах выступают. Должно быть, теперь в битву вступили соль и большое количество острых приправ. Он прижимает ладони к горящим щекам и молчит, словно глубоко о чем-то задумался. Ода, спокойно глядя на реакцию Дазая, тянется из-за своей порцией. Пришедший в себя Дазай кое-как говорит: - Не надо, Одасаку. Побереги свою жизнь… Но Ода не слушает и ест свою порцию. У него нет такой же яркой реакции и, казалось, омар ему будто бы даже зашёл. Но внимательный взгляд Анго заметил, как на секунду брови Сакуноске нахмурились, а губы скривились. Но он не держал это выражение на лице. Лучшим навыком Оды было скрывать свои эмоции. Дазай смотрит удивлённо, а после поднимается резко с пола и несётся туда, где у Оды находилась ванная. - И как? - медленно интересуется Анго. В этот раз Одасаку точно не отвертится. - Ты же впервые готовишь что-то подобное? Я думаю, что ничего страшного нет. Эта не та реакция, на которую он надеялся - Так может, ты мне дашь какую-нибудь рекомендацию? Или научишь меня что-нибудь готовить…? Ода долго молчит. Анго не торопит, ждёт ответ. Ну давай же, Ода. Это момент для признания. В комнату даже успевает вернуться Дазай, чье лицо стало совсем бледным. - Дазай, - интересуется Ода. - Может, тебе что-то дать? - Нет. Анго, мне так не хочется обвинять тебя в чем-то, но вот теперь в ближайшее время я не смогу есть крабов. Теперь, открывая консервы, я буду вспоминать твоё блюдо и сразу терять аппетит. - Дазай. - смотрит на него серьёзно Сакуноске. - Анго хочет научиться готовить. Ты хочешь помочь? Дазай морщится, но после премило улыбается. - Хотел сказать, что не умею готовить. Но затем вспомнил, как приготовил тофу! Скажите же, что хорошо получилось? - Нет! - восклицают оба мужчины, а после смеются, понимая, что блюдо Анго хотя бы можно съесть без вреда для зубов (или почти без вреда).

***

Анго едва сдерживает какой-то прилив нежности, когда видит, как Ода повязывает фартук. Он розовый, с мелкими акриловыми цветочками (должно быть, Сакура постаралась). Ода сам выглядит смущенным, не меньше Анго. Последнему тяжело не подойти и не поцеловать этого домашнего человечка в щеку, а Сакуноске, кажется, по одному взгляду понимает его мысли и, наверное, уже раскусил весь его план и решил вытащить и свои козыри. Он и дальше играет так, словно верит в то, что Анго вообще не способен приготовить что-то более-менее съедобное. - Чтобы ты хотел уметь готовить? - поворачивается он к другу. Дазай сидит за низким столом. И вроде бы, у него немножко крутит живот, он строит из себя жертву, но и он хитро улыбается, отмечая, какое воодушевление появилось со стороны Анго. Что ж, теперь все точно в курсе, что жертва отравления появилась не просто так. Вообще Анго хотел обойтись и без отравления, но… Дазай переживет. Он многое в своей жизни переживет. Уже на всякий случай вызвал у себя рвоту и разжевал пару таблеток активированного угля. Позже Анго обязательно перед ним извинится. Не для себя же в первую очередь постарался. Анго считал, что, если несколько людей увидят готовящего Оду, тот станет чуть увереннее и хотя бы при них не будет отпираться, кидая глупые оправдания появившейся в холодильнике домашней еде. - Мне бы хотелось научиться готовить какой-нибудь десерт и что-нибудь вкусное на ужин. - Ладно. Ода шумно проверяет все кухонные ящики. Анализирует состав, мысленно составляет список имеющихся продуктов. - Можем приготовить суп с клёцками и банановый рулет. И готовка начинается. Анго закатывает рукава рубашки, собираясь готовить. На деле, он следил за каждым движением Оды, а принимать активное участие поначалу не планировал. Ода формирует слегка желтоватые шарики из теста, а Анго уже свое тесто, бисквитное, замешивает для рулета. Дазаю на правах потерпевшего достается половинка банана. Так, помимо этого, горемыка ещё требует дать ему очистить своими силами миску от сладкого теста. Анго, жалея и так настрадавшегося подростка, уступает, хоть ему и говорили раньше часто, что есть сырое тесто - к болям в желудке. Но не сам процесс готовки был важен в этот момент. Да, все уже в курсе, что Анго умеет готовить, вот, самостоятельно за рулет взялся, и без оплошностей ещё, и Оде помогает погружать клецки в бульон. Главное же это готовка в приятной компании! Мужчины часто бросали друг на друга пытливые взгляды, будто мысленно разговаривая о чем-то. Анго и рад бы был сказать, что думает, но, во-первых, он просто не сможет это сказать, не умерев от смущения, во-вторых, здесь Дазай, и уж лучше пройти последний круг ада, чем знать, что Дазай будет теперь каждую их встречу припоминать каждое вылетевшие в этот вечер слово. Анго внимательно рассматривает крупные ладони Оды, аккуратные чистые ногти, которые Ода ни разу не задел ножом, шустро нарезая зелёный лук. Будь Анго более сентиментальным, то наверняка бы расплакался. Потому что именно рядом с этим человеком он ощущает то состояние, которое появляется при нахождении дома. В месте, где всегда будет хорошо и спокойно. Анго с Одой хорошо настолько, что словами не передать, как Анго часто не хочется покидать эту квартиру. Может, как-нибудь уговорить съехаться? Ну то есть, Анго просто переедет к нему? Потому что небольшая, но уютная квартира то, что нужно Анго после работы. Никакая дорогая квартира в центре с большими панорамными окнами с этим не сравнится. На плите варится суп, а рулет отправляется в духовку. Оба мужчины ещё стоят, будто в один миг блюдо может внезапно приготовиться. Анго делает вид, что не замечает того, как близко находятся его руки и руки Оды, а ещё делает вид, что не замечает, как его собственная рука приближается к чужой почти вплотную. - Дазай, ты как? - беспокойно интересуется Ода. Подросток бросает на них уставший взгляд. Нет, ещё и обводит им, будто сканирует, а затем укладывается лицом на стол, как лежал и до этого. - Пойдет. Надеюсь, после супа будет легче. - Не сомневайся. Этот суп будет очень вкусным. Его же Ода приготовил. - Я думаю, что он ещё лучше, ведь мы его вместе приготовили. Вновь смотрят друг на друга и смущённо улыбаются. Дазай смотрит на них. Ох, как же ему хочется кинуть что-нибудь едкое по поводу разворачивающейся вокруг него ситуации. Однако он стойко поднимает себя с места и идёт к раковине, чтобы налить воды. Ода поворачивает ручку плиты, и та перестает шуметь. - Дазай, тебе налить сейчас или позже? - Позже. - отвечает подросток, выпивая уже третью кружку. Ох, Анго не устанет винить себя за такое состояние бедного ребенка. Дазай хоть и возвращается на прежнее место, косит взгляд в их сторону с интересом, хоть и делает вид, что увлечен чем-то другим, да и вообще его здесь нет. Оду присутствие третьего будто не смущает, и он чуть наклоняется к Анго: - Умеешь же готовить. Анго хоть и тушуется, но тоже чуть пододвигается ближе: - А как мне ещё тебя нужно было заставить готовить? - Поверь, если бы ты искренне, глядя в глаза, сказал бы мне, что хочешь съесть что-то, приготовленное именно мною, я бы бросил все свои дела и тут же бы начал готовить. Анго смущённо склоняет голову: - Получается, был путь побороть твое смущение куда короче? - Да, - уже будто не улавливая суть разговора, говорит Ода. Он внимательно смотрит на чужое лицо. Слегка румяное от стеснения и от долгого нахождения около плиты, но такое красивое, притягательное. Ода смотрит, как подрагивают чужие ресницы, пока Анго что-то ещё говорит (вроде бы, даже не ему), как двигаются его слегка пухлые губы вместе с родиной над ними. Анго не знает, что для кого-то он тоже связан со словом "уют". Ода видел его в домашней одежде, в спальне со множеством книг, где горел бы лишь ночник под потолком, а они бы вместе с Анго лежали на кровати в обнимку и спорили, у кого день был тяжелее. Завтрак бы он приносил Анго в постель, желательно, каждое утро, садился рядом и ел, получая после поцелуй в щеку. А потом бы они вместе собирались, смотря в одно зеркало в тесной ванной, но никак бы не злились друг на друга из-за отсутствия места, наоборот, пользовались бы этим сполна, перехватывая друг друга в объятия и даря бесконечные поцелуи. Чужие губы перестают двигаться, и вот Анго слегка поднимает голову и ловит чужой внимательный взгляд на своем лице. Теперь они смотрят друг другу в глаза. И в этот момент уже все остальное кажется таким мелким, ненужным. Они одновременно приближаются и прижимаются к губам друг друга. - Ой! - слышится со стороны. Нет, это Дазай не от удивления, не от осуждения какого-то. Просто таблетки и выпитая вода дали реакцию, и Дазай быстро бежит в сторону туалета. Стоящие в объятиях друг друга мужчины даже не обращают на посторонние звуки внимания. Вот Дазай вернётся - объяснят все.