Лучше поздно, чем никогда

Учебник Принца-Полукровки был самым настоящим кладом. Сначала Гарри скептически отнёсся к пометкам на полях, но после превосходно сваренного «Напитка Живой Смерти» Гарри вознёс этого Принца в ранг святых. Читая этот учебник, Гарри читал не сами рецепты, а комментарии этого Принца к ним. И по ним Гарри пытался понять, кто же именно этот Принц-Полукровка. Сначала он думал, что это девушка, поскольку все заметки были написаны идеальным почерком. Но этот вариант пришлось отбросить в сторону, поскольку, во-первых, подписан он был как Принц, а во-вторых, некоторые комментарии были написаны несколько грубо. Поэтому Гарри сомневался в принадлежности комментатора к женскому полу и думал на мужчин. Но на какого именно мужчину нужно было думать, он понять никак не мог. К Рождеству Гарри прочитал весь учебник уже несколько раз. Но так и не смог понять, чьим поклонником он стал. А после Рождества и нападения на Нору Пожирателей Смерти всё стало только запутаннее. Гарри начали сниться сны. И сны эти были настолько приятными, что Поттеру не хотелось просыпаться. Во снах ему приходил таинственный комментатор и вытворял вещи, выходящие из ряда вон. Сначала Гарри, конечно, испугался, когда проснулся ночью с липкими штанами. Несколько дней после этого он старался даже не брать в руки учебник и старался вообще не спать. Из-за чего он стал дерганным, под глазами залегли тёмные круги, а кожа стала бледной. Рону и Гермионе он списал своё состояние на бессонницу. Рон поверил тут же, а вот Гермиона смерила внимательным взглядом и пообещала отвести к мадам Помфри, если это продолжится. Гарри пришлось согласится со словами подруги, поэтому в тот вечер он ложился спать с особым страхом. Он боялся, что такой сон приснился ему всего лишь раз и больше такого не будет. Но на следующее утро Гарри проснулся вновь с липкими штанами и жёстким стояком. И Гарри выдохнул, чуть ли не тут же доставая учебник Принца-Полукровки. Так, сон за сном Гарри начинало нравится. Его мучитель представлялся высоким, стройным, с чуть накачанными мышцами и бледной аристократической кожей. Лица почему-то Гарри представить не мог, оно всегда было как будто заволочено дымкой. И каждый раз во сне Гарри таял и извивался под руками своего искусителя. В реальности же он ходил задумчивый, постоянно с учебником. И где-то к апрелю Гермионе это надоело. Она попыталась отобрать у Гарри учебник, но Поттер этого не хотел. Пока через десять минут пререканий с Гермионой, учебник не забрала Джинни. И тут же Рону и Гермионе стало известно про Принца-Полукровку. Гермиона начала протестовать и заявила, что от него надо избавиться. На что Гарри упёрся, как баран. Ситуацию спасла Джинни, сказав, что знает надёжное место. Гермиона посмотрела на Гарри упрямым взглядом, и ему пришлось сдаться. Поэтому спустя час Гарри стоял посреди Выручай-Комнаты совсем один и прижимал пальцы к губам, которые недавно поцеловала Джинни. И в этот момент Гарри понял, что ему не понравилось. Этот поцелуй нельзя было сравнить с теми, что дарил ему таинственный Принц-Полукровка во снах. Да даже поцелуй с Чжоу на пятом курсе не шёл в сравнении. И Гарри просто осенило, что он хочет быть только с этим Принцем. Он забыл про свою влюблённость в Джинни, влюбившись в Принца-Полукровку. Осознание подарило какую-то небольшую надежду. Которая разбилась в событиях мая. Сначала отправленное в Малфоя заклинание Сектусемпра. Потом побелевшее то ли от ужаса, то ли от гнева лицо Снейпа. Затем Дамблдор с последними уроками о крестражах. После добытый в пещере с инферналами крестраж. И на закуску смерть Дамблдора от руки Снейпа. Но самым обидным и чуть не разбившим сердце стали слова Снейпа: — Ты посмел использовать против меня мои же заклинания, Поттер? Это я изобрел их — я, Принц-Полукровка! Это признание стало спусковым крючком для Гарри. Он замер не в силах пошевелиться, осознавая, что влюбился в Снейпа. Похороны Дамблдора и отъезд домой на лето прошли в тумане. Рон и Гермиона списали это на небольшую депрессию после смерти Дамблдора, даже не подозревая, что на самом деле переживает их друг.

***

С проникновения в Министерство и побега с Площади Гриммо казалось стало только хуже. Летом Гарри гнал от себя мысли о влюблённости в Снейпа и продолжал это делать до тех пор, пока они не оказались скитающимися по лесам. На нервы действовало радио, которое Рон слушал, не переставая. А также свою лепту вносил крестраж, который они носили по очереди. Именно в те дни, когда его носил Гарри, и приходили мысли о Снейпе. Вернулись даже сны. Только теперь Гарри видел чёткое лицо Северуса Снейпа. И всё также подставлялся под ласки сильных рук и губ, а также поцелуи. Также Гарри вспоминал как сам во сне отвечал взаимностью, проводя пальцами по лицу, по носу с горбинкой, как он любил эту горбинку прикусывать. — Гарри, — тихо спросила Гермиона где-то в середине декабря. Рон ушёл от них примерно пару недель назад, и теперь Гарри и Гермиона скитались одни. — Мм? — спросил Поттер, не отрываясь от какой-то книги по Боевой магии. — Кто она? — Что кто она? — не понял Поттер. — Ну как её зовут? Я ещё осенью заметила, что ты выстанываешь некоторые просьбы, когда спишь, — смущённо сказал подруга. Гарри и сам покрылся румянцем. — Вот мне и интересно, как её зовут. — Его, Гермиона, его, — тихо прошептал Гарри, закрыв лицо ладонями. — Надеюсь это не Малфой? — Нет. — Ну тогда ладно. — И всё? — удивился Поттер. — Не будет осуждения? — А почему оно должно быть? — также удивилась Гермиона. — Многие маги, чтоб ты знал, гомосексуальны. — Нда? — Да. — Это Снейп, — тихо признался Гарри. — Что? — протянула Гермиона и приземлилась на лавку напротив Гарри. При этом её глаза стали размером с галеон, а рот чуть приоткрылся. — Это он Принц-Полукровка. Разгадка личности переросла в одержимость, а потом я влюбился. Для меня его признание было таким же шоком. — Он не знает, — догадалась Гермиона. — Нет, — грустно вздохнул Гарри. — Тогда у тебя появился ещё один повод выиграть войну. — Было бы всё так просто, — тяжело вздохнул Гарри, на что Гермиона рассмеялась и потрепала его по голове. Лань в конце февраля стала настоящей неожиданностью. Сначала Гарри думал позвать Гермиону, но потом решил пойти самостоятельно. Лань привела его озеру, в котором лежал меч Гриффиндора. Гарри поднял снова глаза на лань, которая подошла к нему и уткнулась мордочкой ему в щеку, слегка потеревшись. — Спасибо, — прошептал Гарри и нежно улыбнулся, проводя рукой по призрачной шерсти. Лань почти тут же исчезла, оставив после себя лёгкий осадок грусти. А Гарри вытащил меч и при помощи Рона, который спас ему жизнь, уничтожил крестраж.

***

Поход в Хогсмид был заранее провальной мыслью. Но зато теперь Гарри шёл в строю гриффиндорцев в сторону Большого Зала, где всех собирал директор Снейп. И от одной мысли, что Гарри сейчас увидит Снейпа, всё внутри сжималось, сердце заходилось в бешеном темпе, а колени дрожали и были готовы подгибаться. Гарри показалось, что Снейп не изменился от слова совсем. Всё та же чёрная мантия, белая рубашка, сюртук, брюки. Волосы цвета ночи до плеч и глубокие чёрные глаза, в которых хотелось тонуть. Гарри хотелось поплыть и он с трудом держал себя в руках. Оскорбления с его стороны в адрес Снейпа немного отрезвили. Но когда Северус покинул Большой Зал, улетев через окно, Гарри почувствовал пустоту. А ещё какое-то скребящее душу чувство страха. Начало Битвы прошло мимо, в поисках диадемы Когтевран. Уничтоженная диадема спровоцировала видение, от которого кровь стала стыть в жилах. Волан-де-Морт требовал привести к себе Снейпа. Гарри бросился в сторону Визжащей Хижины так быстро, насколько мог. Рон и Гермиона бежали следом и еле поспевали. Когда они оказались на месте, Волан-де-Морт уже уходил вместе с Нагайной, оставив за собой умирающего зельевара. Как только Гарри понял, что Лорд ушёл, он бросился к Снейпу. — Только не умирай, прошу тебя, — еле слышно прошептал Поттер, зажимая разодранное горло и с паникой глядя в глаза напротив. — Ну же. У тебя же есть зелья. Где они? — Посмотри на меня, — прерывисто прошептал Северус, отвлекая Поттера от поиска зелий по карманам мантии. — Собери их, — Снейп взмахнул рукой, указывая на свои слезы, что текли по лицу. — Собери. — Гарри, — подошла сзади Гермиона, протягивая небольшую пробирку. Поттер забрал её и поднёс к щеке зельевара, собирая несколько слезинок. Потом он снова поднял взгляд на чёрные глаза. — Не умирай, прошу тебя, — отрывисто прошептал Гарри. — Я не смогу без тебя. Снейп смог лишь слабо улыбнуться, после чего закрыл глаза. Гарри казалось, что его сердце остановилось в этот момент. Он слышал обращение Волан-де-Морта, как сквозь вату. После чего поднялся и быстрым шагом вылетел из Хижины, направляясь в Хогвартс. В кабинет директора, туда где был Омут Памяти. А спустя час Мальчик-который-выжил шёл в Запретный лес. По его щекам катились слезы. Его любимый человек умер. Но перед этим Гарри наговорил ему столько гадостей, хотя Снейп всего лишь защищал его. И кажется любил. Но это была лишь крохотная теория, поскольку сердце грело короткое воспоминание с ланью. Ещё спустя несколько часов Гарри запустил последний Экспелиармус в Волан-де-Морта и победил. Его тут же окружил гвалт радостных криков и аплодисментов. Рядом оказался Рон, хлопая по плечу и радостно обнимая. А также уставшая Гермиона, которая лишь глазами показала в сторону Визжащей Хижины. Что конкретно она сделала, Гарри не спросил, он бросился туда. Забежав внутрь, он подлетел к Снейпу и упал перед ним на колени. Руки тут же принялись искать пульс. Слабое биение сердца обнаружилось спустя несколько минут. Гарри тут же подхватил Северуса на руки и аппарировал с ним в Мунго.

***

Январь, 2000 год В вип-палате на кровати лежал мужчина. Его бледное лицо было похоже на цвет наволочки. И различить где наволочка, а где лицо, можно было лишь по чёрным волосам, что обрамляли лицо и были чуть ниже плеч. Он был одет в больничную пижаму, на стене над его кроватью висело заклинание, показывающее состояние пациента. Рядом с кроватью стояла тумбочка, рядом с тумбочкой стоял стол, заваленный всякими учебниками по Артефакторике и исписанными пергаментами. Окно было зашторено на ту половину, где лежал больной, а вот на стол падал солнечный свет. Напротив окна у двери стоял диван, на котором частенько ночевал победитель Тёмного Лорда и будущий артефактор. Со дня Победы прошло полтора года, которые Северус Снейп провёл сначала в магическом сне, а потом в коме. Первое время Поттер отказывался отходить от своего любимого зельевара, но суды над Пожирателями Смерти заставили его поменять мнение. Поэтому Гарри уходил на день, но приходил на ночь. Он сидел на неудобном жёстком стуле всю ночь и держал Снейпа за руку. Уже потом, когда Северуса вывели из магического сна и тот погрузился в кому, Поттеру предложили оплатить вип-палату. Поттер согласился, и спустя несколько дней Снейп лежал в одиночестве, куда не могли проникнуть никакие журналисты. Но зато мог Поттер. Гарри почти что переехал туда, готовясь сдавать все экзамены в палате. На время самих экзаменов Гермиона силком уводила Гарри из Мунго. То что, рядом осталась только Гермиона, Гарри принял спокойно. Он знал, что Рон не оценит Снейпа. И подозревал что-то такое в сторону и остальных Уизли. Лишь Фред и Джордж иногда писали Гарри письма и интересовались его делами. Гермиона то же разорвала все связи с Уизли, сдав экзамены экстреном вместе с Гарри. И почему-то увлеклась дружбой с Блейзом Забини, а потом и вовсе у них начались отношения. Гарри лишь порадовался за подругу, с грустью мечтая, чтобы Снейп очнулся. И вот, спустя полтора года ожиданий, со стороны Снейпа показалась первая активность. Сначала Северус пошевелил пальцами. Потом нахмурился и попытался медленно открыть глаза, что получилось лишь с пятой попытки. Перед его глазами предстала индивидуальная палата, кем-то обжитая. Медленно повернув голову чуть влево, взору Снейпа предстала весьма интересная картина. За столом сидел Гарри Поттер и спал. Его правая рука сжимала ручку, голова лежала на правом локте, а левая рука свисала вниз. Одет парень был в серые спортивные штаны и свободную чёрную футболку, что плотно облегала все мышцы. Снейп слегка усмехнулся, почувствовав, как тянутся мышцы шеи и лица. Буквально через несколько минут в дверь зашёл колдомедик, отвлекая Снейпа от созерцания Поттера. — Слава Мерлину, мистер Снейп, вы очнулись! — с облегчением и шёпотом воскликнул колдомедик. — А то мистер Поттер нас чуть с ума не свёл. Стойте. Не говорите пока. Понадобится время, чтобы окончательно восстановиться голосовые связки и вернуть голос. Я проведу пока диагностику. И целитель начал махать палочкой над Снейпом, что-то бормоча самопишущему перу. Снейп следил за каждым движением, мысленно соглашаясь со всеми действиями и диагнозами. После целитель дал выпить Снейпу несколько зелий, а сам посмотрел на заклинание, показывающее состояние. — Целитель Лайнар? — сонно спросил Поттер, чуть приподняв голову. А после тут же вскочил. — С ним всё хорошо? — Да, мистер Поттер, — усмехнулся целитель. — Надеюсь, что скоро вы нас покинете. — О чем вы? — нахмурился Гарри. И только потом заметил, что на него смотрит Снейп. Сердце ушло в пятки. Гарри широко распахнул глаза, чуть приоткрыв рот. Целитель усмехнулся, а Снейп закатил глаза. — Не перенапрягайте его, мистер Поттер, — сказал целитель и вышел. — Северус, — прошептал Гарри и рухнул перед Снейпом на колени, беря его руку в свою, а другой проводя кончиками пальцев по лицу. — Тише, молчи! Тебе наверняка нельзя говорить. Выслушай меня. Прости меня, слышишь? Я вёл себя, как идиот. Ты был прав мозгов у меня нет, — Гарри усмехнулся, смаргивая слезы. — Я так рад, что ты очнулся. Не знаю, чтобы делал, если бы ты умер. Я бы не смог жить. Не смотри так! Да, может я и называл тебя трусом, но на самом деле так не считал. Я влюбился в тебя. Полюбил по саркастическим заметкам в учебнике по Зельеварению. Ты стал моей одержимостью, наваждением. Мне снились сны, я представлял тебя. Когда ты признался, я думал, что хуже и быть не может. Но реальность оказалась лучше, — Гарри слегка улыбнулся и провёл большим пальцем по лбу Северуса, разглаживая хмурое выражение лица. А потом провёл кончиком пальцев по горбинке носа. — Мерлин, ты бы знал, как я люблю эту горбинку. Ты моё всё, Северус. Я люблю тебя. У меня сердце было готово остановиться, когда ты чуть не умер, — еле слышно признался Гарри утыкаться лбом в руку зельевара. — Я правда очень люблю тебя. Все полтора года, что прошли с Победы, я был рядом с тобой. Я так мечтал о том, что ты очнешься. Гарри замолчал, тяжело дыша и стараясь унять слезы. Рука, что недавно сжимал Поттер, вырвалась и провела рукой по волосам Гарри, беря в захват на затылке. Гарри приподнял голову и встретился с глубокими чёрными глазами, которые затягивали в свою глубину. Снейп пару секунд хмуро смотрел на него, потом расслабился и еле слышно прошептал: — Несносное чудовище. Я тоже люблю тебя. А после потянул на себя, прижимаясь к губам Поттера в лёгком поцелуе.