Часть 1
14 февраля 2024 г., 15:52
Музыка затихла, и Сириус поднялась с колен, пропев последнюю строчку.
— Итак… — голос чуть дрогнул после длительного выступления. — Я уже говорила, что благодарна каждому, кто решил провести этот вечер здесь, со мной? Ах, я думаю, вам понравился мой подарок на Валентинов день. Вы любите этот фит с Джеймсом, да? — она улыбнулась на громкий шум в зале. Сегодня сет-лист её концерта немного отличался от предыдущих в туре. — Но есть ещё одна не менее важная вещь… — Сириус направилась к пианино, установила микрофон и стянула с плеч блестящий красный пиджак. — Я безумно рада быть с Вами, но есть человек, которого мне очень не хватает сегодня.
Рима улыбнулась в телефон. С ней на фэйстаме висела Эммелина, координирующая каждый публичный шаг Сириус, и, разумеется, она была частью плана.
— Ты уверена, что она не в курсе?
В курсе чего? На данный момент Рима была на пути к отелю, в который через час вернётся её девушка, чтобы отдохнуть и следующим вечером вылететь домой, в Лондон, и пробыть там около недели.
Ну, таков был изначальный план.
Что поменялось? Сегодня их второй день влюблённых как официальной пары, они не видели друг друга три недели из-за несостыковки графиков, и Сириус, очевидно, была расстроена этими обстоятельствами, как минимум потому что ей до жути нравилось демонстрировать то, насколько сильно она влюблена. Грандиозно или в мелочах — не важно. И сейчас работа отняла у неё эту возможность.
Рима буквально не могла допустить такого настроения своей возлюбленной, зная, что может это исправить.
— Если Джеймс тебя не сдал — всё супер, — Эммелин помогла ей с организацией ужина, и Джеймс, вообще-то, не должен был знать — он совершенно не может держать язык за зубами, когда дело касается его лучшей подруги. Но так уж вышло, а потому оставалось верить, что он списал свою взволнованность на выступление с Сириус сегодняшней ночью и не обломал всё.
— Я уверена, — снова послышался голос Сириус. — вы знаете, что я собираюсь сыграть…
Рима точно знала, что она собирается играть.
When the morning came we were cleaning incense off your vinyl shelf,
'Cause we lost track of time again
Она слышала этот мотив бесчисленное количество раз, строки сменялись одна за другой каждый раз, когда в очаровательной голове мисс Блэк (коей её называла Рима, пока та была полностью погружена в процесс создания чего-то, что вскоре станет шедевром) появлялись всё новые и новые мысли.
Laughing with my feet in your lap,
Like you were my closest friend
В конечном итоге, долго и упорно работая, Сириус явила это публике почти год назад, 10-го марта, и все её старания окупились в тот момент, когда она оказалась заключена в тёплые объятия, зацеловывая чудесные губы своей чудесной девушки.
«How'd we end up on the floor anyway?» You say,
«Your roommate's cheap-ass screw-top rosé, that's how»
I see you every day now…
Эммелин повесила трубку, когда ей пришлось вернуться к работе. В любом случае, у Римы тоже не так уж и много времени.
☆★☆★☆
В идеале это… свидание могло пройти немного иначе, но, очевидно, у Сириус будет не так уж и много энергии к достаточно позднему часу, учитывая, что ей пришлось проснуться в девять утра, что было непозволительно рано для человека, который ненавидит существовать до двенадцати часов дня. Тем не менее всё было более чем хорошо. Лёгкий ужин с любимым десертом, красное вино, куча всякой вредной и вкусной ерунды (вдруг они решат посмотреть кино), букетик цветочков в вазе, подготовленная любимая пижама и мягкие тапочки, подарок и кое-что более личное спрятано на случай, если простых поцелуев будет…недостаточно. And I chose you. The one I was dancin' with In New York, no shoes, Looked up at the sky and it was… Итак, Сириус должна была быть здесь с минуты на минуту, потому Рима немного переживала. Всё, чего она действительно хотела, — это поднять настроение своей девушке и позволить ей почувствовать себя достаточно спокойно и расслабленно, учитывая график, по которому она жила последнее время. Всего за мгновение до того, как дверь распахнулась, за ней послышался голос. The burgundy on my T-shirt when you splashed your wine into me, And how the blood rushed into my cheeks, so scarlet, it was… — Да, здесь… — как только Сириус вошла, телефон, зажатый между щекой и плечом, выскользнул и с шумом упал. Она замерла и поняла это только в тот момент, когда телефон вернули ей в руки. — Я перезвоню, Марлс, — она кладёт трубку, даже не дожидаясь ответа Марлин. Точно ли она не отключилась по пути в машине? Это реально? — Привет, драгоценность. The mark you saw on my collarbone, the rust that grew between telephones, The lips I used to call home, so scarlet, it was maroon. Этот голос. Абсолютно нежный и любящий. Настоящий. Не тот, что в динамике телефона или наушников. Она сейчас расплачется, вот и всё. Она так скучала. Бросая сумку на пол, Сириус с грохотом захлопывает дверь и преодолевает небольшое расстояние между ними одним рывком. — Ты здесь. Это было очень тихо. Хотя её сейчас буквально трясёт от энергии, от волнения, от всего, что она чувствует, ей просто не нужно говорить громче. Её услышат. В ответ Рима обнимает её крепче. За талию притягивает так, чтоб было комфортнее сцепить руки вокруг её шеи, как любит Сириус, и не пыхтеть для этого на носочках. — У тебя… — Сириус вздохнула, почувствовав движение пальцев в волосах. — Ты же должна была быть занята сегодня? — Я не соврала, — Рима слегка отодвинулась, чтобы они могли посмотреть друг на друга. — Я устрою тебе отдельную приватную съёмку, только попроси. Но если мы сейчас не поцелуемся… — сзади её схватили за волосы, не позволяя наклониться к губам. — Фотосессия, я надеюсь, в формате «ню»? Потому что я на меньшее не соглашусь, — подавив улыбку при виде смущения своей девушки, Сириус наконец поцеловала её. Это было медленно, тягуче-сладко. Ей хотелось полностью насладиться этим моментом. Полностью забыть об усталости, желании скорее смыть с волос слой лака, да вообще обо всём, что не касалось Луни. Всё, что сейчас существовало — аромат жасминовых духов, мягкие кудри под пальцами, рука, крепко сжимающая её талию, и эти губы. Покусанные (жаль, что не ей самой), но всё ещё идеальные. Они отстранились в тот момент, когда стало горячо. Было бы конечно славно продолжать, но сначала Сириус определённо нужен душ. — Я… — не успела Сириус договорить, как её опередили. — Да, пойдём смоем с тебя всё, пока эти блёстки не засыпали весь номер, — Рима повела её за руку в ванную комнату, где их уже ждала тёплая вода и ароматизированные бомбочки. Сириус закрыла лицо ладошками и вздохнула. — Я тебя люблю. — И это всё, что нужно было, чтобы услышать эти слова? — Рима улыбнулась и посмотрела на несколько бомбочек. — Тут есть клубничная, что-то ярко синее, с лимоном и, эм, — покрутила в руке одну из них. — какая-то с маслом для ванн. — Выбирай любую, — осторожно сняв с волос заколки, Сириус стянула футболку и просто бросила на пол. — Составишь мне компанию? — может, её взгляду и было трудно отказать, но если они окажутся в этой ванной вдвоём… ну, в общем выйдут они отсюда не скоро. — Пока будешь смывать макияж, я займусь твоими волосами. Согласна? — ну и как она могла быть не согласна, когда тёплая ладонь так приятно удерживала за шею, заставляя потакать любому желанию Римы.☆★☆★☆
Через пять минут Сириус устало прикрыла глаза, пока тёплая вода расслабляла каждый нерв в её теле. — Итак, — она потянулась за пенкой для снятия макияжа, предварительно расположив всё необходимое, включая маленькое зеркальце, на широком бортике ванной. Рима не смогла подавить улыбку при виде забавно сморщенного, чтобы пена не попала в глаза, выражения лица её девушки, когда та тщательно устраняла старания визажистов. — Как? — Мм? — Как ты провернула это у меня за спиной? Постой… — её вдруг осенило. — Джеймс тоже был в курсе? И, придурок, ничего не сказал? — может она и была рада, но это какое-никакое предательство. Следующим шагом было смыть пенку и нанести что-нибудь тонизирующее. — Ему угрожали. Возможно, не только я, — почесав макушку Сириус, сидя рядом с ванной, Рима вспомнила о своей изначальной цели. Взяла в руки душ и настроила воду на чуть тёплую, но не горячую, прежде чем намочить длинные чёрные волосы. — Но тебя всё устраивает, поэтому не трогай его несчастную задницу. — Кто сказал, что устраивает? — вопреки словам, тихий вздох слетел с её губ, когда длинные, просто идеальные пальцы помассировали кожу головы. — Но, допустим, ему повезло. — Ты хочешь сказать, что чем-то недовольна? — волосы соскользнули с бледных плеч и это было ужасно жестоко. Хотелось укусить, а затем пойти дальше к шее и… Стоп. Нет, лучше ограничиться быстрым поцелуем. Так и сделав, Рима скорее потянулась за шампунем. — Я хочу сказать, что это ужасно не… — она хотела возмутиться, но прикосновение губ к плечу заставило её довольно улыбнуться, абсолютно сбив весь её настрой. — «Не» что? — …будет ужасно несправедливо, если мы сегодня не переспим, — Сириус показалось, что она может буквально растаять и остаться в этой ванной, если простое нанесение шампуня и дальше будет столь приятным процессом. — Мне кажется, там должно было быть что-то другое, — Рима улыбнулась, переходя от кожи головы к лёгкому массированию шеи и плеч. — Я не понимаю, усыпляет тебя это или возбуждает, подавай более различимые сигналы, драгоценность. — Просто продолжай, Луни. Возможно, Сириус сама до конца не понимала, какое влияние оказывает на неё эта женщина.☆★☆★☆
— Вот, ну, в общем ей пришлось извиниться, хотя она буквально ничего не сделала, и меня это ужасно выбесило, просто мерзость, — Сириус размахивала ложкой, проглотив кусочек пирожного. После душа она переоделась в подготовленные заранее вещи, в числе которых была её-но-не-её-а-на-самом-деле-давно-украденная кофта и тапочки с рисунками собачьих лапок. Они поужинали, и сейчас ей было более чем комфортно обсуждать драмы, о которых она узнала не так давно, поедая клубничный чизкейк и допивая бутылку вина на пару со своей девушкой. — Мм, да, но тебе лучше не лезть в эту тему, — Рима украла немного желе с её тарелки. — Твоё ярко выраженное чувство справедливости очень милая черта, но мы не хотим, чтобы кто-то что-то неправильно истолковал. — Ну, по крайней мере, сплетни никто не отменял, — сделав глоток вина, Сириус отложила тарелку, чтобы залезть сверху на колени своей девушки. — И ты очень любишь это дело. — Очень я люблю… — глаза пробегают по телу Сириус, и даже в абсолютно бесформенных вещах и с пушистыми, словно после взрыва, волосами (она решила посушить их феном и пожалела через 15 минут) она выглядит как дочь Афродиты. И это минимум. — …меня? — сдерживаемая улыбка заметна, но её старательно прячут. — Обсуждать все новости с Регулусом, но твой вариант тоже интересен. Широко раскрыв глаза, всем видом демонстрируя предательство, Сириус проворчала. — Можете ещё поцеловаться, чего ждёте? — Джеймс не поймёт, к сожалению, — на эти слова Сириус, показательно надувшись, слезла обратно на диван, сложив руки на груди. В этот момент Рима поняла, что чуть не забыла о самом важном. — Ладно, у меня есть кое-что, что может растопить лёд между нами. — После такого меня уже не купишь. Рима быстро вытащила из сумки нечто прямоугольное, запакованное в подарочную бумагу, и вернулась на диван. — Ладно, у нас временный мир, — любопытство, конечно, пересилило. Через секунду обрывки бумаги лежали на полу, а в руках у Сириус была…книжка? Нет, блокнот. — Открой и прочти. Она открыла и…боже. Это был полноценно оформленный, посвящённый ей…дневник? Тут были вклееные скриншоты, где говорилось о ней («Лилс, я умру, если просто выпью кофе с ней наедине, ты издеваешься?»). Её фотографии (снимок с их первого фото-сета) и их совместные селфи. Какие-то отрывки мыслей Римы («О’кей, она знает французский, и мне конечно не хочется поцеловать её и делать это до тех пор, пока она не забудет все возможные языки, что есть в её голове»). Это всё… все эти страницы… они были для неё? Пролистывав совсем немного, Сириус почувствовала, что плачет. Но перед тем, как её начали утешать, она быстро поднялась с дивана. Какое-то время она рылась в куче вещей, пока не нашла нужную. — Сириус, ты… — Рима растерянно смотрела на неё. — Я, эм… — ладно, это было сложно. — Я думала… Точнее, я не знала, как это сделать и… Но… Ты просто… — Сириус глубоко вдохнула и опустилась на подушки рядом. — Я тебя люблю и люблю больше, чем что-либо ещё в мире. Я не… Даже в мечтах мне не виделось, что кто-то такой… волшебный может полюбить меня в ответ. Рядом с тобой для меня не существует чего-то непоправимого, потому что если мы справились друг с другом, — Рима улыбнулась этим словам, вспоминая, как сложно им было преодолеть свои же пороки, — всё остальное решаемо. Мне ни с кем никогда не было так спокойно, я сижу здесь, с тобой, и это самое безопасное и мирное место на земле, ведь здесь есть ты. Ты останешься, и утром я проснусь и буду наблюдать за тобой, пытаясь не поцеловать, но ты знаешь, что у меня не получится. И я хочу…всего этого, — одной рукой она сделала хаотичный жест, указывая на пространство между ними. — Я знаю, что ты чувствуешь то же самое, — момент паузы, и затем она вытаскивает из-за спины вторую руку. И открывает бархатную коробочку. — Луни, любовь моя, Рима Люпин, ты согласишься быть моей… невестой, для начала? — ей казалось, что она задыхается. — Конечно, да, — Сириус столкнули спиной на диван и Рима упала сверху, заключая её в крепкие объятия. Сказать, что она плакала было… очень мягко. Она ревела. И Сириус, кажется, заплакала вместе с ней, прежде чем поцеловать. Она отложила коробочку на столик рядом, чтобы обхватить лицо Римы обеими руками. Надеть кольцо они успеют. Поцелуй больше не был медленным и осторожным. Нет, он быстро набрал обороты. Сириус поерзала, передвигая ноги так, чтобы Рима оказалась между ними. Та, в свою очередь, не теряя времени зацеловывала её челюсть, затем шею. Лёгкие укусы заставили закрыть глаза и отдаться каждому ощущению, каждому движению губ на чувствительной коже. Они были пьяны, счастливы, и обе абсолютно наслаждались каждой секундой. Несколько раз зубы сильно впились в кожу, наверняка оставляя следы, и Сириус издала возмущенное мычание. Одна из рук Римы, тем временем, уже была под её футболкой и едва не касалась груди. — Спасибо, — со вздохом пробормотала Сириус. — За что? — это заставило Риму отвлечься от её увлекательного занятия и нахмуриться. — За то, что ты здесь, — она знала, что её щеки наверняка красные, волосы в беспорядке, и вообще она уже теряла дыхание, но любовь и обожание в глазах её невесты заставляли чувствовать себя превосходно. Словно она единственное, что важно в мире. — Я всегда рядом, где бы ты не захотела, чтобы я была.Так на самом деле и было. Они вдвоём единственное, что важно в мире.
