Я стеснялся тебя

На этот раз дождь был вполне настоящим. Авантюрин раздраженно фыркнул и, стоя у главного входа главного офиса, закурил. Сигарета досадно мокла от крупных капель, но, к счастью, это было главной неприятностью прошедшей рабочей недели. Впереди маячила командировка на Пенаконию, его время сиять. Выбор Алмаз был довольно неожиданным, но он не планировал упускать этот шанс. Даже изучил все материалы, которые Веритас прислал ему на почту. Там не было чего-то удивительного, до чего он бы сам не смог дойти при должном желании. Еще одно доказательство того, что не особо-то они и нуждались в господине консультанте из Гильдии эрудиции. Сам Веритас, к счастью, перестал его донимать. Может быть, подействовал довольно жирный намек, который он передал через Джейд, или до Рацио наконец начал доходить смысл просьбы, озвученной еще давно. Боковым зрением он улавливал, как мимо снуют коллеги, торопясь домой к семьям. Сквозь шум дождя пробивались звуки заводящихся двигателей машин. Одна из капель затушила ему сигарету, поэтому Авантюрин раздраженно потянулся в карман за зажигалкой, но отвлекся, когда вокруг вдруг стало подозрительно сухо. — Возможно, лучше воспользоваться помещением для курения внутри здания, — сказал Рацио, раскрыв над ним зонт. Авантюрин мельком посмотрел на него, не желая задерживать взгляд. Он все-таки закурил, не обращая внимания на то, что дым полетел в сторону Рацио. Но рубашка и впрямь неприятно липла к телу от влаги, а промокшие стекла очков едва ли позволяли четко разглядеть подошедшего. — Ты сам-то не боишься промокнуть, доктор? — с издевкой спросил Авантюрин, выпуская в его сторону очередную порцию дыма. — Я взглянул на прогноз погоды с утра и прихватил с собой плащ, — сказал он. — Но, если интересно мое мнение, я предпочитаю жаркий климат. С утра было приятное солнце, а сейчас уже льет дождь. — Прискорбно, — сказал Авантюрин. Вот и поговорили. Он отвел взгляд куда-то в пустоту. Из-за капель на стеклах очков городские огни расплывались в причудливые световые фигуры. Когда Авантюрин все же решил взглянуть на Рацио, то заметил, что тот держал зонтик только над ним, а сам стоял под проливным дождем. — Ради чего такие жертвы? — он недовольно фыркнул. — Уважаю чужое личное пространство, — пожал плечами Веритас. — Спасибо, — бросил Авантюрин. Они простояли в молчании еще пару минут. Он нарочно скурил свою сигарету аж до самого фильтра, и только потом отбросил в стоявшую неподалеку урну. — Проводить до машины? — спросил Веритас. — Авгин, может быть, и означает «‎мед», но я не сахарный, не растаю, — сказал Авантюрин. — Иди сразу к своей. — Я не вожу автомобиль, — сказал Веритас. — На Пир-Поинте хорошо развитая инфраструктура общественного транспорта, поэтому я предпочитаю тратить время до и после работы на чтение. За рулем так бы не вышло. — Можно слушать аудиокниги или подкасты, — напомнил Авантюрин. — Я старомоден, а еще я лучше воспринимаю информацию в текстовом формате, — ответил Веритас. Авантюрин покачал головой. Очень, конечно, важная и интересная информация. Разум его сейчас был занят настоящей дилеммой. Веритас все еще невероятно раздражал одним своим существованием. Наверное, по той простой причине, что напоминал: «Ты не властен над своей судьбой, всю жизнь кто-то где-то решал за тебя». ‎Но он ведь не был каким-то монстром. — Давай, может, я подброшу тебя до дома? — предложил Авантюрин. Хотелось звучать любезно, но получилось так, как будто он только вчера овладел речевым аппаратом и с трудом выдавливал из себя каждое слово. — Спасибо, — на лице Веритаса мелькнула улыбка. — Это будет очень кстати. Авантюрин вспомнил дурацкую поговорку. Хочешь вызвать дождь — помой машину. Висящие на зеркале игральные кубики покачнулись, когда они с Веритасом синхронно хлопнули дверьми. В салоне пахло свежей кожей и сладким диффузором. Он отложил очки, повернул ключ, автоматически заиграло радио с какой-то ненавязчивой попсой. — Тебя не укачивает? — спросил Авантюрин. Веритас за все время поездки лишь назвал свой домашний адрес, а после сразу же уткнулся в книгу. — Я слышал, что вредно читать в движущейся машине, — сказал он. — Это не доставляет неудобств, если водитель хороший и плавно управляет автомобилем, — ответил Веритас, не отрывая взгляда от страниц. Авантюрину это показалось неким подобием комплимента, но что-то ему помешало поблагодарить в ответ. Он ведь уже предложил сегодня Веритасу свою помощь. Лимит приятных слов на день был исчерпан. Когда они застряли в пробке, он все же заставил себя бросить взгляд в сторону пассажирского сидения. «‎Избегающий тип привязанности как последствие посттравматического стрессового расстройства: Методы терапии». То ли у Авантюрина голова плохо работала после полной рабочей недели, то ли каждое из слов в названии книги имело смысл только по отдельности, но вместе они звучали как какой-то заумный бред. ‎Не найдя ничего интересного на обложке, он перевел взгляд на Веритаса. У того чуть подсохли влажные волосы, и теперь они по-дурацки завивались. Авантюрин поспешил посмотреть в окно, чтобы случайно над этим не посмеяться. Всю неделю после его нервного срыва в кабинете Рацио они даже не пересекались. Иногда по чистой случайности оказывались в одно и то же время в кафетерии или холле, но не более. Авантюрин теперь не чувствовал на себе этих пронзающих взглядов, на коже не появлялось новых посланий, а Веритас, судя по всему, наконец-то начал жить собственной жизнью. Идеальный расклад. — Спасибо, хорошего вечера, — сказал Рацио на прощание, когда они притормозили у входа в один из множества жилых комплексов на Пир-Поинте. — Тебе тоже, — бросил вслед Авантюрин. Ну вот, превысил лимит.

***

Топаз заварила кофе, вдохнула его аромат и провела карточкой по сканеру. Совсем скоро она отбывала на Ярило-VI. Авантюрину не хотелось показывать сентиментальность, но он старался провести с ней как можно больше оставшегося до отъезда времени. И, конечно, со Счетоводом тоже. — Ты не боишься пить кофе после того, как покурил? — спросила она. — Переживу, — фыркнул Авантюрин. — Как подготовка к поездке? Закупилась термобельем? — Очень смешно, — сказала Топаз. — Я совершенно серьезен, — Авантюрин приподнял бровь. — Отморозишь себе в этом Белобоге все придатки, так и останешься со своими кошками да свинюшками. Топаз закатила глаза. Обычно такие угрозы должны были поступать от родителей, беспокоящихся о том, что их ребенок состарится в одиночестве. У Топаз живых родственников не осталось, поэтому Авантюрин с радостью их подменял, даже несмотря на то, что у Топаз была родственная душа. — У меня к тебе вопрос интимного характера, — сказала Топаз, когда они сели за столик в офисном кафетерии. — Откуда берутся свинки-копилки? — уточнил Авантюрин. — Я думал, что у тебя для таких вопросов есть Джейд. — Я не об этом, — сказала Топаз. — Но Джейд ты очень вовремя вспомнил. Она отвлеклась на то, чтобы сделать глоток кофе, но не забыла бросить на Авантюрина загадочный взгляд. — Ты попросил ее что-то передать доктору Рацио? — спросила она. — Было дело, — кивнул Авантюрин. — Что именно? — этот вопрос для него стал неожиданностью. — Джейд плевать, что мы родственные души, она не хочет нарушать слово, которое дала тебе. На последнем слове Топаз ткнула ему в грудь, прямо в окошко на рубашке, тонким наманикюренным пальчиком. Было больно. — Я теперь виноват в твоих терках с соулмэйтом? — Нет, это Джейд такой человек, — разочарованно вздохнула Топаз, возведя глаза к небу, видимо, проклиная вселенную за то, что послала ей такую женщину. — Но мне очень любопытно. Что ты ему передал? — Кое-какие материалы для его исследования, — ответил Авантюрин, мысленно похвалив себя за то, что даже не соврал ей. — Чем ты его так заинтересовал? — удивилась Топаз. — А что, по-твоему я такой скучный и неприметный молодой человек? — Авантюрин развел руками, а потом принял позу недовольной матери. — Нет, — нагло улыбнулась Топаз. — А еще Рацио не кажется тем, кто будет заводить новые знакомства на работе, тем более как-то выходящие за ее пределы. — Это не было ничем таким, о чем ты сейчас наверняка думаешь, — успокоил ее Авантюрин. — Простая деловая просьба от коллеги, которую я, конечно, поспешил удовлетворить. Ну, знаешь, вдруг мне тоже в будущем понадобится его одолжение. — А мне показалось, что вы неплохо бы смотрелись вместе, — неожиданно сказала Топаз. — В смысле? — Авантюрин напрягся где-то глубоко внутри. — Чисто внешне я заметила, что вы неплохо дополняете друг друга, — пояснила она. — Ну, знаешь, вы бы выглядели как хорошая пара. Я редко обращаю внимание на такие вещи, но когда вас в одной комнате увидела, как будто пазл сложился. Не знаю. Она сама выглядела растерянно и не могла подобрать слова, чтобы описать свое ощущение, поэтому он не стал показывать собственное раздражение. Хотя он на секунду почувствовал себя куском мяса, к которому подобрали подходящий гарнир. — Ну ты же вроде не планируешь связывать себя с соулмэйтом, — напомнила Топаз. Авантюрин кивнул. Он и впрямь иногда ходил на свидания или спал с кем-то. Это никогда не заходило дальше приключения на одну ночь, но, пожалуй, он даже получал от этого удовольствие. Его не интересовало мнение соулмэйтов этих людей на его счет. К тому же некоторые из них состояли в открытых отношениях, кто-то еще не встретил родственную душу лично, кто-то попросту нагло изменял. Это все было не важно. — Я иногда чуть-чуть завидую тебе в этом плане, — призналась Топаз. — Я счастлива с Джейд, но иногда интересно, каково жить без всего этого. — Прекрасно, — усмехнулся Авантюрин. — Просто Рацио такой холодный и сдержанный, — заметила Топаз. — Ни разу не слышала от него ничего про родственную душу, не замечала, чтобы он оставлял ей послания. Как будто он такой же, как и ты, но, скорее, потому что помешан на своей научной работе. — Ты что, пытаешься подложить меня под нашего многоуважаемого доктора? — спросил Авантюрин. — Ну, почему-то раньше ты был не против, когда я в барах указывала тебе на симпатичного мальчика или девочку, а ты шел с ними знакомиться и весело проводить время, — вспомнила Топаз. — Дорогая, ну не на работе же этим заниматься, — сказал Авантюрин. — Ладно-ладно, — замахала она руками. — Мог просто сказать, что Рацио не в твоем вкусе. Авантюрин печально улыбнулся, потому что снова не хотел ей врать. Все-таки взаимоотношениями с Топаз он почему-то дорожил. Если задуматься, то между ней и Веритасом была не очень большая разница — они оба посвящали его в свою жизнь и интересовались им. Проблема была в том, что ему хотелось самому выбирать себе близких людей, а не подчиняться некой абстрактной судьбе, которую он даже не мог увидеть, почувствовать и потрогать.

***

Если Топаз он мог назвать чуть ли не единственной своей подругой, в Джейд видел кого-то вроде наставницы, то с другими Каменными сердцами его отношения складывались несколько сложнее. На собраниях Департамента стратегических инвестиций он вечно втягивался в какую-нибудь дискуссию, даже когда пытался сидеть и не отсвечивать. Что же поделать с тем фактом, что он привлекал столько внимания одним своим существованием? Сегодня встреча проходила без участия Алмаз. Видимо, у эманатора Сохранения нашлись дела поважнее. Авантюрин тихо усмехнулся, представив, как его начальство своими руками помогает Клипоту со строительством стены. Так же работает плата за силу эона? С Перл они даже практически не общались, несмотря на то, что разделяли один ранг в иерархии, как и с Топаз. Во взаимоотношениях с Обсидианом тоже скользил холодок, но, кажется, особенно сильно его не любил Опал. У них даже состоялся очень напряженный разговор сразу после его назначения на миссию с Пенаконией. Авантюрин как сейчас помнил кабинет Опала, где его хозяин стоял к нему спиной и задумчиво вглядывался в пурпурно-красное сумеречное небо Пир-Поинта. — Но почему я? — спросил Авантюрин. Опал даже не повернулся, а еще, кажется, и его зоркий взгляд не видел настоящих намерений, стоящих за этим решением. — Это должен был быть я. Но Алмаз считает, что сотрудничество с Семьей по-прежнему имеет ценность, и надеется на мирное решения вопроса, — ответил Опал. — Если так подумать, то ты подходишь для этой работы больше, чем я, — признался Авантюрин. — Это только наш второй разговор, и ты так мне доверяешь? — спросил Опал. — Нет, я тебе совсем не доверяю, — сказал Авантюрин. — Может быть Джейд, но я уж точно нет. — Возможно, на этот раз тебе не так повезет, и ты заплатишь за то, что удача так долго была на твоей стороне, — предположил Опал. Он наконец обернулся, далекое здание отразило семицветный свет Опала, и внезапно заиграла музыкальная шкатулка. — Но ты ведь этого и хотел, верно? От воспоминаний об этом разговоре по его спине пробежал табун холодных мурашек. Понабирают же всяких. Веритас, кстати, тоже присутствовал на встрече, но, к счастью, не особо отсвечивал. Не мудрено, он ведь сидел в обществе Каменных сердец. Может, среди таких же зануд он и был авторитетом, но здесь решались по-настоящему серьезные вопросы, к которым могла подготовить только лишь жизнь, а не страницы учебников. Да, пожалуй, что скорый триумф на Пенаконии — это именно то, к чему он шел с рождения. Это был целиком и полностью его собственный выбор, осознанный, а не подстроенный невидимыми руками вселенной. — Что же, и последнее на повестке дня, — сказал Опал, подменяющий Алмаз. — Нарушение правил хранения и передачи внутренних архивных записей Корпорации Межзвездного Мира. Он не сразу понял, о чем именно шла речь. Не могли же с него взыскать за такую глупую мелочь. — Авантюрин, ты хочешь объясниться? — спросил Опал. — В чем? — приподнял он брови с самым невинным видом, который только мог принять. — В том, что ты взял запись из архива, не подав на это предварительного заявления, не зарегистрировавшись и, что самое важное, так ее и не вернув, — перечислил Опал. — А это, между прочим, была запись закрытого собрания Корпорации Межзвездного мира, содержащая конфиденциальную информацию. Тут он все прекрасно вспомнил. Господи, он ведь даже не воспользовался большей частью записи, методично обрезав все, что касалось собрания многолетней давности, и оставил только ту часть, где у него состоялся разговор с Джейд. Этот момент, кстати, лично для него был гораздо более конфиденциальным, чем любая корпоративная тайна. Он ведь всего лишь хотел дать Веритасу понять, насколько болезненна для него тема прошлого, чтобы тот больше не лез с бестактными вопросами. Никакого желания говорить с ним напрямую у Авантюрина не было, иначе для него это вылилось бы в очередной нервный срыв или паническую атаку. Ну или в непреднамеренное убийство человека, который изобрел лекарство от космического рака. Теперь он мысленно трижды проклинал Веритаса. Мало того, что вытрепал все нервы, так еще и после попытки хоть как-то исправить ситуацию Авантюрину грозил как минимум выговор за нарушение корпоративной тайны. — Простите, господин Опал! Откуда-то с края длинного стола для собраний послышался голос Рацио. Авантюрин взглянул на него со всем презрением, которое только мог собрать. Посмотрите на него — сидит себе в очках на кончике носа, плотно застегнутой чуть ли не до подбородка рубашечке, делает пометки в своем блокноте всю встречу. — Видите ли, это я попросил Авантюрина достать для меня запись из архива, — неожиданно сказал он. — Вы? — удивился Опал. — Зачем? — Для одного из моих исследований, — сказал Веритас. — Сердечно прошу меня простить, коллеги. Я же здесь без году неделя. Не знал, что для этого нужно заранее подавать заявку, зарегистрироваться и все остальное. Господин Авантюрин, меня, кстати, об этом предупреждал, а я, как идиот, его поторопил. Если позволите, я возьму на себя всю ответственность за это досадное недоразумение. Надо признать, что актер из Рацио был паршивым. Как-то абсолютно не сочеталось это слепое неведение с его голосом, внешностью и в принципе всем, что о нем успели узнать в КММ даже за то короткое время, что он здесь проработал. Дурака он из себя строил из рук вон плохо. Все же понимали, что Веритас наверняка изучил их корпоративный кодекс и внутренний свод правил вдоль и поперек даже до того, как его нога переступила порог офиса. — Что же, в таком случае, доктор Рацио, спешу вам сообщить, что, согласно нашим внутренним правилам, наказанием за это нарушение служит штраф, — сказал Опал. — Подойдите, пожалуйста, в Отдел управления человеческими ресурсами, они выпишут вам справку о дисциплинарном взыскании. — Конечно, — кивнул Веритас. — На этом встреча окончена, всем спасибо, — объявил Опал. Их невероятно дружный коллектив принялся расходиться, но, разумеется, до Авантюрина долетели перешептывания со стороны Опала и Обсидиана. Да пошли они.

***

— Рацио! — Авантюрину еле удалось догнать его в коридоре. Тот уже удалялся в сторону лифта, конечно же, с книгой перед глазами. Все нормальные люди на его месте утыкались в телефоны. Что с ним вообще не так? — Что это было? — спросил Авантюрин, затаскивая его за рукав пиджака в пустую конференц-комнату, где кроме них никого не наблюдалось. Рацио отвлекся от книги с таким невозмутимым видом, будто это не его только что силой затолкали в комнату и закрыли за ним дверь. — Я просто решил оказать небольшую услугу, — сказал он таким же невинным тоном, которым врал Опалу несколько минут назад. — Ты меня за придурка не держи, — сказал Авантюрин, толсто намекая, кого в их молодой и сплоченной команде он таковым считал. — Я вовсе не сомневаюсь в твоих умственных способностях, — сказал Веритас. — По правде говоря, я оцениваю их довольно высоко, непросто работать в… — Хватит вешать мне лапшу на уши, — прервал его Авантюрин. — Зачем ты взял вину на себя? Это я взял запись из архива, предварительно забив на правила. — Чисто технически это и впрямь моя ответственность, — сказал Веритас. — Тебе бы не пришлось делиться этим со мной, если бы я не нарушил твои границы, задавая вопросы. Я запустил череду последствий, мне это и расхлебывать. — Что же, ладно, — кивнул Авантюрин. — Я впервые готов с тобой согласиться, ты во всем виноват. — Рад, что мы хоть в чем-то сошлись, — сказал Веритас. — А теперь извини, но, как ты сам слышал, мне нужно успеть заскочить в департамент hr. — Ты не переживай, — спохватился Авантюрин. — Я могу оплатить за тебя штраф. — Не стоит, — одернул его Веритас. — Как я уже сказал, это моя вина. К тому же мой гонорар рассчитывается по несколько другой системе, чем у штатных сотрудников Корпорации, поэтому это уж точно не нанесет ущерба моему доходу. Об этом можешь не переживать. — Точно, я уж разволновался, что ты теперь умрешь от голода, — закатил глаза Авантюрин. — После того, как наведаешься к эйчару, спускайся на обед, давай я хоть куплю тебе кофе. — На это я готов согласиться, — улыбнулся Веритас. — Ну, возможность не ударить в грязь лицом перед Опалом дорогого стоит, — признался Авантюрин. — Хорошо, что сегодня это был ты, а не я. Спустившись в кафетерий на первом этаже, он оглядел помещение, заметив Топаз и Джейд. Сидели и разглядывали что-то в телефоне. Скорее всего, новые фото Счетовода в дизайнерской одежде прямиком с Сяньчжоу. Топаз что-то восторженно говорила, даже не прожевав свой круассан, а Джейд ее внимательно слушала. Какая идиллия, самое время ее нарушить. — Приятного аппетита, дамы, — сказал Авантюрин, подсев к ним за столик. — А вот и наш главный страдающий от Альцгеймера, — сказала Топаз. — И маленький нарушитель правил, — добавила Джейд. — Сто семьдесят пять это средний рост, — огрызнулся Авантюрин. — Ну это смотря кого, где и с кем сравнивать, — задумалась Топаз. — Для свинки-копилки в холке это даже вполне прилично. — Бывают такие свинки-копилки? — удивился Авантюрин. — С человеческий рост? — В холке, — заметила Топаз. — Но вообще-то да, встречаются в дикой природе. Понял теперь, чем могут обернуться твои визиты к нам в гости без подарков для Счетовода? — Звонком ОПГ диких свинок-качков? — усмехнулся Авантюрин. Топаз не успела поделиться с ним информацией о том, что где-нибудь во вселенной такое наверняка существует и, зная харизму и обаяние Счетовода, он бы даже с ними был на короткой ноге. В кафетерий вошел Веритас, после чего Авантюрин сорвался с места, и они еще долго о чем-то говорили у кофейного аппарата. — Скажи, пожалуйста, что не я одна думаю, что из них бы могли получиться родственные души? — спросила Топаз, толкнув Джейд в бок локтем. — Не нам с тобой об этом судить, — ответила та. — Но дома мы это обсудим.