Я стеснялся тебя

Авантюрин все еще не верил в родственные души. Идея, что у них с Веритасом могло что-то получиться казалась абсурдной. Госпожа вселенная облажалась, решив, что у них было что-то общее. Какой вообще замысел судьбы мог скрываться в их связи? Он не разбирался в теме родственных душ, но что-то ему подсказывало, что люди должны быть хотя бы чем-то похожи. Авантюрин и Рацио, кажется, были несовместимы по всем возможным фронтам. В Веритасе его раздражала жуткая медлительность, излишняя придирчивость к деталям, тотальное отсутствие чувства юмора и такта. Рацио хотя бы понял, что неинтересен Авантюрину как спутник жизни, но проявлял свою навязчивость в вопросах работы. С содроганием вспоминался тот поздний вечер, когда они задержались в офисе, чтобы обсудить сделку по Пенаконии. Все уже разошлись по домам. Казалось, что они остались одни во всем здании. Авантюрину тоже не терпелось уже поехать домой. — Как будто тебя там кто-то ждет, — бросил Веритас, а потом продолжил свое нудное рассуждение про Клан Дубов. — Прости? — приподнял брови Авантюрин. — Это что за намеки такие? — Это не намек, — объяснил Веритас. — Всего лишь сослался на твое полное отрицание романтических связей. — Эй, то, что я не хочу тебя, еще не означает, что мне не с кем разделить пятничный вечер, — фыркнул Авантюрин. — Ну я и не удивляюсь тому, что ты ведешь такой образ жизни. С чувствами он, впрочем, вряд ли имеет что-то общее, — подытожил Рацио. — Итак, высшие позиции в клане занимают галовианцы, с ними надо быть осторожными, так как они способны передавать мысли телепатически… — Я ухожу, — бросил Авантюрин. Он даже не собрал со стола свои записи. Назвать их полезными можно было с натяжкой. В основном он разрисовывал лист геометрическими узорами под бубнеж Рацио. Тяжело несколько часов подряд сидеть на одном месте, а Веритаса раздражало то, что он все время вертел в руках игральную фишку. — Тогда я ускорюсь, — с вызовом сказал Рацио. — Тогда догони, — бросил Авантюрин, уже закрывая за собой дверь конференц-рума. Веритас все-таки настиг его у лифта, куда Авантюрин успел нырнуть и вовремя нажать на кнопку, чтобы он закрылся. — Галовианцев можно распознать по характерному нимбу над головой, — не унимался Рацио, переходя на сверхзвуковую скорость говорения, — а еще у них за ушами расположены пары крыльев. Галовианцы рождаются без оперения, поэтому внешний вид новорожденных вызывает отвращение и даже… Перед носом Рацио закрылась прозрачная дверь лифта, поэтому Авантюрину оставалось только с ухмылкой смотреть на то, как он беззвучно открывает рот и яростно жестикулирует. — Пока-пока, — улыбнулся Авантюрин, хоть и знал, что Веритас его не услышит. Он поймал себя на том, что улыбался от этого воспоминания. Сразу захотелось пойти умыться холодной водой. Веритас был прав и в квартире он действительно был наедине с собой. Справедливости ради, в этом было кого винить, потому что до появления Рацио он проводил вечера в шумных барах, на встречах с клиентами или на свиданиях. Людей, плюющих на связь соулмэйтов было предостаточно, особенно на Пир-Поинте. Встреча с Веритасом разбередила его, поэтому на знакомства, а уж тем более на флирт, свидания и секс не осталось внутренних сил. Ссора с Топаз его добила, поэтому последнее время он все чаще оставался дома. Даже поговорить теперь было не с кем. Авантюрин много раз просматривал телефонную книжку, но с большинством контактов его связывали азартные игры, совместные попойки или даже что-то более разрушительное. Никто из них бы не стал срываться, потому что ему просто одиноко. Зато у Авантюрина было логичное объяснение обращению к связи соулмэйтов. Ему просто было скучно, а Рацио буквально всегда под рукой. Никаких более глубоких причин того, что он решил написать и поговорить о книгах не было. Он точно не находил их немногочисленные диалоги приятными, не чувствовал разливающееся по коже тепло от посланий Веритаса и не разглядывал каждую букву, написанную размашистым почерком, который не казался красивым. Он и самого Рацио-то красивым не считал. По офису ходили разные слухи, и если до Веритаса подобные комментарии долетели бы только через сто лет, у Авантюрина повсюду были глаза и уши. В первый рабочий день по Корпорации прошла волна разговоров, что «‎Эрудиты наконец-то прислали кого-то симпатичнее моли, которая завелась в книжном шкафу». Еще он слышал, как по курилкам хвалили высокий рост (подумаешь, достижение), мраморную чистую кожу (просто выиграл генетическую лотерею) и накачанное тело (зачем ученому такая гора мышц?). ‎ Ладно, возможно, Веритас был довольно привлекательным. По крайней мере, пока не открывал рот. Стоял бы статуей, может быть, Авантюрин бы и оценил. Функционирующий и говорящий Рацио вызывал только раздражение. Авантюрин фыркнул и все-таки решил принять холодный душ перед сном, но избавиться от мыслей о Веритасе это не помогло. Уже в постели он потянулся к лежащей в ящике тумбочки ручке. Почему-то желание переписываться возникало только ночью. Наверное, потому что в течение дня он уставал и под конец мозг окончательно переставал работать. Других объяснений Авантюрин не видел. Он включил прикроватную лампу и вывел на запястье лаконичное: Ты меня бесишь Спустя всего несколько секунд по коже расплылось тепло, к которому Авантюрин успел привыкнуть. Лучше бы Веритас не отвечал вообще. Ему же всего лишь хотелось выплеснуть чувства. К тому же, если бы тот не подавал признаков жизни, можно было бы предположить, что он наконец-то умер.

И тебе спокойной ночи

***

— Дорогой, ты мог бы остаться буквально на десять минут? — сказала Джейд, коснувшись плеча Авантюрина. Тот кивнул, провожая взглядом партнеров с Сяньчжоу. Переговоры с долгоживущими всегда шли тяжело. — Благо, что ты понимаешь своих земляков, — сказал Авантюрин. — Или это в силу твоего преклонного возраста? Джейд натянула улыбку, но он был уверен, что она уже тысячу раз пожалела, что рассказала ему про свой настоящий возраст. Это было в первые дни его работы в КММ, а на Сигонии он не встречал долгоживущих. Он даже не знал, кто из его предков мог бы считаться ровесником Джейд. — Расслабь галстук, — сказала она, сама подцепив его воротник пальцем, — и расскажи мне, как ты. — У меня все прекрасно, — заверил он. — Прошло столько лет, а ты все еще смотришь на меня снизу вверх, — вздохнула Джейд. — Ты можешь все мне рассказывать. На секундочку, я сплю с твоей лучшей подругой. — Так для тебя это всего лишь секс?! Я думал, что вы с Топаз родственные души и все такое, — Авантюрин театрально схватился за сердце. — Я ждала ее рождения сотни лет, — напомнила Джейд. — Поэтому да, позволь мне порадоваться хорошему сексу. — Топаз из Десяти каменных сердец, — на рекламный манер проговорил Авантюрин, — охотится не только за долгами, но и за милфами. Он поймал уставший взгляд Джейд, передвинул очки на кончик носа и приподнял брови. Неужели совсем не смешно? Через пару секунд она все же слегка улыбнулась. — Ага! — воскликнул Авантюрин. — Не говори никому, что меня смешат такие вещи, — пригрозила она. — Особенно Опалу. — Опал может поесть гов… — Возвращаясь к моему вопросу, — поспешила прервать его Джейд. — Как ты? — Нормально, — Авантюрин скрестил руки на груди и с вызовом посмотрел на нее. — Тебе не о чем переживать. С Топаз мы все уладили, я пригласил ее вместе поработать на Пенаконии… — А что насчет ваших личных отношений? — тут же поинтересовалась Джейд. Авантюрин замялся. Ему было проще говорить с Топаз о работе, но ее личное отношение к нему все еще могло быть неоднозначным. Ему не очень хотелось проверять, чтобы не узнать, что он потерял еще одного близкого человека. — Она твой соулмэйт, — напомнил Авантюрин. — Спроси у нее сама. — Я уже, — заверила Джейд. — Так зачем же тогда ты сейчас говоришь со мной? — Потому что я беспокоюсь о тебе. Авантюрин отрицательно покачал головой. Они с Джейд явно не были чужими, но при ней его всегда что-то сковывало. Наверное, дело было в их знакомстве, при котором он буквально был в кандалах. Первое впечатление тяжело перекрыть даже спустя годы заботы с ее стороны. Она сотню раз помогала ему в переговорах с Лофу, вытащила его задницу с Талии, когда он едва ли не словил десяток пуль, а еще приезжала за ним и Топаз в очередной бар, укладывала на заднее сиденье машины и разрешала остаться переночевать. Последний раз был пару месяцев назад. Он как сейчас помнит, что она приготовила омлет с овощами, а потом поняла, что он все еще пьян даже на утро, и отправила спать дальше. — Я не верю, что ты обо мне беспокоишься, — отрезал Авантюрин. — Если ты переживаешь о рабочих процессах, то мои личные отношения никак не помешают… — Эоны, — Джейд потерла переносицу и закатила глаза. — Какие же вы оба идиоты, стоите друг друга. — Мы с Топаз? — спросил Авантюрин. — С ней тоже, — вздохнула Джейд. Она на несколько секунд отвернулась в окно, а Авантюрин получил передышку и возможность поискать пути отступления. Всего несколько минут разговора о том, как она за него волнуется, ощущались в десять раз тяжелее, чем многочасовые переговоры с Альянсом Сяньчжоу. — Топаз ведь сегодня утром вернулась с Ярило-VI, — сказала Джейд. — Привезла какие-нибудь местные сувениры? — поинтересовался Авантюрин. — Водку там или обморожение яичников. — Она пока не выйдет на работу, хоть и рвется сюда, — продолжала Джейд, — я попросила ее пару дней отдохнуть. — Все-таки отморозила себе что-то, — вздохнул Авантюрин. — А я говорил не ходить в этих шортах. Теперь тебе придется рожать, если вы захотите детей. Впрочем, тебя наверняка окрестят старородящей… — Сколько раз мне просить тебя не паясничать? — сказала Джейд, впрочем, без тени строгости или обиды в голосе, разве что, с усталостью. — Прибереги свои шуточки для ужина. Приглашаю тебя к нам послезавтра в восемь. Как раз обсудите все с Топаз. — Хорошо, — Авантюрин слегка удивился, но не подал виду. — Очень соскучился по всем вашим животным. — Они по тебе не очень, — сказала Джейд. — Помнишь, как Счетовод съел одно из твоих колец. — У меня их много, я на него не обижаюсь, — пожал плечами Авантюрин. — Впрочем, если вы, как его опекунши, хотите мне компенсировать… — Оно вышло через пару дней, можем вернуть, — предложила Джейд. — Оставьте себе, — покачал головой Авантюрин. — Или можете подарить Опалу. Джейд снова попыталась сдержать смешок, но на этот раз у нее не получилось. — Мой второй выигрыш за сегодня, — улыбнулся Авантюрин. — Ладно, это было смешно, — сдалась Джейд. — Кстати, есть одна просьба перед ужином. — Захватить вина? — Авантюрин уже обрадовался, ведь у него дома как раз завалялась пятнадцатилетняя бутылочка. — Почти, — сказала Джейд. — Захвати с собой Веритаса. Это приглашение было чуть ли не единственной хорошей новостью за неделю, и Джейд нужно было все испортить. Авантюрин поначалу даже не понял, чего именно она от него хочет, поэтому пару раз моргнул, глядя на нее с недоумением. — Он ведь тоже в каком-то смысле участвовал в вашей… ситуации, — сказала Джейд. — Думаю, что он тоже заслуживает право знать, чем все кончится. — Исключено, — отрезал Авантюрин. — Он мне даже не друг, он мне вообще никто. — Так уж никто? — приподняла бровь Джейд. Авантюрин сам не заметил, как полез в карман, чтобы начать перебирать между пальцев игральную фишку. После этого вопроса он почувствовал себя в гораздо более загнанном положении, чем когда главы планет угрожали ему прилюдной экзекуцией. — Топаз мне все рассказала, — объяснила Джейд. — Вы, конечно, сами разбирайтесь со своими отношениями, но я думаю, что будет лучше… — Ты откуда знаешь, что для меня лучше? — прервал ее Авантюрин. — Знаешь, нерешенный конфликт с родственной душой… — У нас нет конфликта, — поправил Авантюрин. — В конфликте обычно участвуют две стороны, а мы… — Договорились не лезть друг к другу? — догадалась Джейд. — Прекрасно, значит связь родственных душ не помешает вам трезво посмотреть на ситуацию. — Нет никакой связи, — заверил Авантюрин. — Хорошо, — кивнула Джейд. — Значит, ты просто позовешь на ужин своего коллегу, который оказался поставлен в неловкое положение из-за ваших с Топаз личных взаимоотношений. Такая формулировка тебя устраивает? Авантюрин задумался. Возможно, от одного ужина Веритас все же не обнаглеет и не полезет нарушать условия их сделки. К тому же, он не задумывался над тем, что только что сказала Джейд. Будь Рацио и впрямь обычным сотрудником Корпорации, заставшим конфликт двух Каменных сердец, Авантюрин бы принес извинения за такую неловкую ситуацию. Множество вещей в их отношениях стали бы проще, будь Рацио просто очередным коллегой. Например, Авантюрин бы без задней мысли предложил ему опрокинуть стаканчик после первого же рабочего дня, а потом… — Задумался? — спросила Джейд. — Ты все равно не узнаешь, о чем, — Авантюрин ухмыльнулся. — Но несмотря на твою непрозорливость, может быть, ты и права. Я передам Веритасу твое приглашение. — Нет, дорогой, это будет твое приглашение, — покачала головой Джейд. — Как скажешь, — пожал он плечами. — Но подарок для вас я все-таки подарю только от себя. — Конечно, — кивнула Джейд. — Вы же не пара в конце концов. — Не в этой вселенной, — фыркнул Авантюрин. — Послезавтра в восемь, — напомнила Джейд. — И не опаздывайте. — С Рацио тут опоздаешь, — закатил глаза Авантюрин.

***

После разговора с Джейд прошел уже целый день, а он все медлил. У него было десять шансов поговорить с Веритасом и позвать на ужин, но он не воспользовался ни одним. Можно было обсудить это после утренней деловой встречи, заскочить к нему всего на пять минут во время обеденного перерыва или написать ему. Ах да, еще можно было написать ему. В глубине души Авантюрин надеялся, что Рацио откажется. Сошлется на какие-нибудь другие планы и будет невероятно занят. Хотя, он даже не знал, как Веритас мог проводить пятничный вечер. В голове тут же прозвучал знакомый низкий голос — «Спасибо за приглашение, но вынужден отказаться. Буду сортировать ручки по цветам». Как-то так Авантюрин представлял ‎досуг Рацио и был уверен, что его забавная фантазия не так уж далеко ушла от реальности. «Мы же родственные души в конце концов, я должен знать его на интуитивном уровне», — подумал Авантюрин, все еще посмеиваясь, а потом одернул себя. Почему он думал о Веритасе как о соулмэйте? Почему предполагал, что наверняка должен понимать его? Откуда вообще такие мысли? Вдруг стало мерзко от самого себя и осознания того, что он не просто думал о Рацио, но еще и умилялся. Авантюрин покачал головой и решил, что зайдет к нему завтра перед самым ужином. Джейд назначила его на восемь, а рабочий день у них заканчивался в шесть. Что же, значит, Рацио получит свое приглашение ровно в пять часов пятьдесят пять минут. Он не похож на человека, который любил спонтанность. Такое ощущение, что Веритас строил любые планы минимум за полгода. Тем выше вероятность, что он откажется, Авантюрин состроит грустную мину, а потом хорошо проведет время с Джейд и Топаз. Утром пятницы он проходил мимо кабинета Веритаса, но не услышал оттуда признаков жизни. Пробежала легкая надежда на то, что доктор приболел и его вообще нет на работе. Рацио наверняка из тех королев драмы, кто писал завещание при температуре в тридцать восемь и восемь. От этой мысли Авантюрин тоже усмехнулся, но вновь одернул себя. Как-то слишком много фантазий о том, как вел себя Веритас в разных ситуациях — не надо оказывать ему такую честь. — Эй, док! Авантюрин постучался в его кабинет в самом конце дня, но, к сожалению, обнаружил Веритаса на рабочем месте. Может быть, не все потеряно и Рацио зачитался какой-нибудь заумной книгой и его будет не оторвать? — Проходи, — Веритас пригласил его, едва Авантюрин показал нос в дверном проеме. Он оглядел чужой стол, приметил закрытый рабочий ноутбук и сложенные в маниакальном порядке документы с канцелярией. Веритас весь выглядел каким-то нервозным. — В общем, тут такое дело, — сразу начал Авантюрин, стараясь не задумываться и не интересоваться тем, что происходило, — Джейд и Топаз организовывают небольшой ужин. Хочешь присоединиться? — Ужин? — переспросил Веритас. — Небольшая встреча со мной, Джейд и Топаз, — продолжил Авантюрин. — Она как раз вернулась на Пир-Поинт, поэтому нам бы неплохо уладить ту… ситуацию, на которой мы расстались. — Понимаю, — кивнул Рацио. — Это сегодня в восемь! — сказал Авантюрин, не дав тому дальше открыть рот. — Извини, что так поздно приглашаю, просто забегался с рабочими делами. Если у тебя другие планы, мы поймем! Авантюрин все это время держал одну руку в кармане, перекидывая между пальцами игральную фишку, но сейчас он скрестил их. — Ничего страшного, — сказал Веритас. Сегодня удача отвернулась. Авантюрин не подал виду, что его это расстроило, но в голове уже перебирал сотни вариантов того, как ему избавиться от этой нежелательной компании и придумать убедительную отговорку для Джейд. Всего через полсекунды взгляд зацепился за галстук Веритаса, на котором было едва заметное пятно. — Что это? — спросил Авантюрин. Он всего за два шага преодолел расстояние от двери до рабочего стола, навис над Веритасом и уставился на его галстук. Не хотелось признавать, но даже с такого нелепого ракурса сверху вниз Рацио все еще выглядел хорошо. Эти слегка вьющиеся темные волосы, спадающие на бледный лоб, гладкая светлая кожа, прямые черты лица. Авантюрин будто смотрел на произведение искусства, вытесанное из камня каким-то гениальным творцом, положившим на дело всю жизнь. — Я выпил три чашки эспрессо сегодня, но на последней у меня затряслись руки и я немного пролил, — признался Веритас. Лучше бы он и был безмолвной статуей. Авантюрин ожидал чего угодно, но не этого. В нем перемешались стыд и умиление, но выдал он лишь смешок. — Я сходил к врачу, чтобы пожаловаться на учащенное сердцебиение, — зачем-то продолжил Веритас, видимо, не заметив реакции. — Он сказал, что со мной все в порядке, но я не доверяю сотруднику офисного медицинского пункта, надо будет записаться на нормальное обследование, пока не произошла интоксикация. Авантюрин шумно выдохнул носом, не понимая смеяться ему или плакать. Вроде бы ученый с восемью докторскими, но почему-то захотелось назвать его идиотом, а еще потрепать по этим вьющимся волосам. Конечно, эти мысли и желания пошли куда подальше, на задворки сознания. Хотелось зацепиться за это пятно на галстуке и сказать, что в таком виде он никуда не приглашен, но в последний момент он передумал. — Ладно, пошли, — вздохнул Авантюрин и кивнул в сторону выхода из кабинета. Веритас безмолвно последовал за ним. Авантюрин, казалось, чувствовал его взгляд в спину, а еще заметил, что обычно Рацио ходил быстрее. В людном лифте он зачем-то задержал дыхание и пытался смотреть на безликих клерков, а не на Веритаса, чтобы не обнаружить между ними всего пару сантиметров. Он же никогда не страдал от клаустрофобии. До кабинета Авантюрина они тоже шли молча. Он вспоминал все свои галстуки, пытаясь определить, не оставил ли дома тот классический черный. Когда регулярно встречаешься с деловыми партнерами, неплохо иметь на работе запасную одежду — пиджак, туфли, галстуки, запонки. Этому его научила Джейд. — Не присаживайся, а то мне будет неудобно, — предупредил Авантюрин, когда они зашли в офис. Веритас в его кабинете выглядел инородным предметом. Выделялся на фоне золота и коричневых кожаных кресел, но в то же время казался очередной дорогой скульптурой, которую ему прислали деловые партнеры в подарок за плодотворное сотрудничество. Только вот он бы не поставил Рацио на входе, скорее, в центр комнаты. Авантюрин открыл один из шкафов, стоящих у стены за рабочим столом. Вряд ли бы кто-то догадался, что он хранит в нем сменную одежду, а не ценные бумаги. Здесь как раз оказалось несколько галстуков, только нейтрального черного не было. Видимо, все-таки остался дома, возможно, даже не у Авантюрина. В последний раз он его видел, когда нужно было срочно переодеться перед встречей с делегацией с Лофу. Сами переговоры прошли хорошо, а после он, кажется, уединился с кем-то из лисьего народа. — Теряется на фоне пиджака, — Авантюрин взял в охапку несколько галстуков и стал по очереди прикладывать к груди Веритаса. — Мне нравится этот, — вставил тот. — Тебя никто не спрашивает, — сказал Авантюрин. — Без обид, но иногда тебе нравятся довольно безвкусные вещи. — Жестоко ты к себе, — произнес Веритас и сразу отвел взгляд. — Меня ты не выбирал, как и я тебя, к сожалению, — напомнил Авантюрин. — Я бы и в другой вселенной мог… — Мы-то находимся в этой, — прервал Авантюрин, после того как закончил с галстуками. — Этот выглядит неплохо. Подчеркивает цвет глаз. Он остановился на бордовом. Веритас все это время не отрывал от него взгляда, вот и пришлось поддерживать зрительный контакт. Авантюрин даже хотел сказать вслух, что цвет глаз Рацио что-то ему напомнил, но он не смог понять что. Чтобы отвлечься от этих мыслей, пришлось занять руки. Он приподнял воротник чужой белой рубашки, снял с Веритаса запачканное кофе безобразие, и принялся завязывать свой галстук. Непривычно было делать это на другом человеке, но не мог же он привезти его к Джейд и Топаз в таком несуразном виде. — С чего тебя волнует то, как я выгляжу? — спросил Веритас. — Чтобы людям становилось с тобой невыносимо только тогда, когда ты открываешь рот, — ответил Авантюрин, — а до этого тебе бы неплохо производить приятное впечатление. Из-за разницы в росте завязывать галстук на Веритасе оказалось на удивление удобно. Его шея была как раз чуть ниже уровня глаз Авантюрина. Это также большой плюс, если он однажды решит придушить Рацио голыми руками. Пока что почему-то не хотелось. В нос Авантюрину едва слышно бил теплый пряный запах. Если нюх его не подводил, то Веритас едва нанес парфюм с утра, и к вечеру начали пробиваться базовые ноты — дерева и дыма, похожего на благовония. — Ты что, принюхиваешься? — спросил Веритас. — Нет, — поспешил сказать Авантюрин. — С тобой просто даже стоять душно. Он затянул галстук потуже и так же молча, как и по пути сюда, повел Веритаса на парковку. По пробкам как раз за час доберутся до квартиры Джейд и Топаз.