моё признание в любви

У неё были светлые, спутанные и кудрявые волосы, нежная и добрая улыбка, которая, казалось мне, всегда была под лучами солнца, и везде и всюду виделась её улыбка, даже когда её не было и вовсе. Такой я её запомнила: вечно с улыбкой на лице, под ярким солнцем, с её ямочками на щеках и добродушным взглядом. Я её назвала Есенин, а уже потом её так называли все, но точно знаю, то, как я звала её у себя в голове, не звал никто. Так ласково, с каким-то тёплым чувством в груди, я прозвала её "Еся". И никому я не рассказывала о таком, возможно даже слегка забавном прозвище, и никому не позволила его услышать. Мне также не нравилось, что она сидит у кого-то другого, разговаривает с ним. Однажды я даже рассердилась на неё, сказала что-то грубое, обидное, с ужасом заметив потом, как эта теплая улыбка пропадает с её лица. И в то проклятое мгновение я почувствовала себя виноватой, страшно обозлившись на себя, и всё то происходило за секунды, в тот миг, когда исчезала её улыбка. Я осознавала все свои ошибки, но не показывала, что осознала их. Ведь я построила себе непреклонный авторитет, который никто не смел разрушить! Никто....кроме неё. А она так и не догадывалась, что сумела "превратить его в щепки". Итак, я глядела на эти надутые щёки.. Мне даже казалось иногда, что пару раз я точно доводила её до слёз. Именно в эти моменты она уходила на кровать к другим девочкам или просто покидала нашу палату. Тогда я осознавала свою ошибку ещё больше, всё больше погружалась в этот самоанализ, была зла и на себя и её. Тогда я ещё не понимала, почему же я чувствую такую жалость, почему ощущаю вину за свои поступки, думала, что я так со всеми, но потом вдруг поняла, что я слишком безэмоциональная, что б чувствовать жалось ко всем остальным.    Я помню...Она часто рассказывала стихи Есенина и других поэтов, конечно же, однако стихотворения Сергея Александровича, по-видимому, нравились ей больше всего, ведь чаще я слышала именно их, а ещё читала много книг, (за что, собственно, и получила от меня это прозвище - "Есенин"). Помню, как все жаловались и ныли, да даже воспитатели иногда не хотели брать её на прогулку, дескать, она была слишком разговорчива. А мне ведь тоже казалось сначала, что меня она бесит, но, как выяснилось, вскоре - я ошибалась, вновь. Мне нравилось её разговорчивость. Но даже тут я не подавала виду! Зато играть в карты, в слова, ассоциации, обсуждать какую-то книгу или рассуждать о творчестве великих людей: о поэтах и лирике в частности, я предлагала только ей. Знаете, я всегда была с ней, даже ночью, (наши кровати были рядом) мы всегда смеялись: я шутила над ней, снова наблюдала за тем как она злиться из-за всякий мелочей и смеялась. Когда она подходила ко мне и спрашивала насчёт врачей, воспитателей, или моё любимое - когда она боялась подойти к медсёстрам и попросить помощи, я всегда была рада и гордилась внутри себя о том, что могу оказать эту самую помощь.         Все её рассказы я слушала внимательно -  было интересно. Что весьма удивительно, обычно мне абсолютно всё равно на людей и их слова, но только не здесь, всё, что происходило рядом с ней было не так. Мы вместе думали о том, что ответить её родителям, что просить из еды, и  всё  делали вместе, похоже, мы действительно две родственные души. Мы играли с ней в карты, сидели за обедом, да неважно где! Она.... Смотрела в этот чёртов телефон! Там её подруги. Я всё понимаю, но я тоже перед ней. Считает ли она меня подругой вообще? Вот мы уедем из больницы, и что же потом? Так же как с другими подругами? Мы просто перестанем общаться... Она меня забудет, вернётся к ним. Кто будет мне  рассказывать о своих буднях, о жизни, кто будет читать полюбившиеся стихи Есенина, которые вроде бесят, а вроде и нет. Она меня забудет так же как  и другие в свое время.....  Почему только я всех помню?! Никто не помнит меня... Мне казалось я не на столько тихая и серая, что бы меня забывать. Забудет, точно забудет...у неё столько подруг, на что  я надеялась? Она меня в серьёз точно не воспримет, я так просто на время... Она ворочается ночью, что-то говорит во сне, ложиться рано. Но всё равно, когда я просыпаюсь, она ещё спит, завернувшись в одеяло так, что её и не видно. Я её тормошу и пытаюсь разбудить до прихода врачей. Еле просыпается, бедная девочка, слишком любит поспать. В таком месте, как больница, для неё кругом страдания. Я говорю ей, что на завтрак, напоминаю, чтобы она выпила таблетки, сообщаю, сколько времени до обхода, затем подаю ей телефон и говорю, кто её искал - типичные больничные будни. Я радуюсь, пока они не закончились, и жду выписки, а что будет потом, не знаю и предположить ни могу....                                                                     ###   Мы продолжили общаться активно и каждый день. Но то было ненадолго: да, она сначала писала мне первой, потом всё реже и реже, а вскоре уже писала ей только я. Все повторяется как по сценарию... Будто бы всё это какой-то замкнутый круг...Оказывается, при больнице она мне не так много рассказала, а что-то выяснилось совершено случайно в чате. Но все же, как я и говорила, она меня забудет, будет общаться лишь со своими друзьями. А я....Чёрт возьми, опять одна. Она мне больше не писала, а я, прекрасно осознавая, что ей не интересно со мной, не писала ей.     Но вот мы снова встретились в этой больнице. И знаете, она почти не изменилась даже с прошлых встреч, но сильно повзрослела. Она по-прежнему была Есенин, но больше стала Марией. Но мои мысли тогда были всё те же. Затем снова выписка, и похоже, эта встреча стала для нас последней. Мы больше не общались. Я ещё думала однажды , что мне понравился один человек, но и тут мимо! Эта была просто симпатия. Потом мне показалась, что мне нравится девушка из одного класса, (она чем-то напомнила мне Марию). И вновь ошибка. Я смотрела на неё, а думала о другой. Я не могла её забыть, её милый образ не выходил из головы. Совсем.   ....Холодная зима,иничего не видно,   ужасный ветер и снег, ещё темно. —ЛЮБОВЬ К ВАМ Думаю о вас каждую ночь! Люблю! Вспоминаю!! Представляю как сон наяву! Ваши кудри, улыбка, глаза, голос и смех, поведение и невинность - они коснулись моей души. Я подожду годик, два, и 100 лет подожду! Я буду вас ждать и любить, вспоминать ваши кудри и сладостный взор. И о Господи, ваш прекрасный цвет волос и улыбка, что в моей памяти отпечаталась больше всего. Её тень я не когда из головы не смогу вытравить, и смех ваш будет в памяти моей. Надеюсь, вы мне простите настойчивость мою, что буду ждать я вас всегда и вспоминать. Исполниться вам 15-17 лет. Я сразу приеду, вспомню, отмечу в календаре красным маркером. Да зачем мне маркер? Ваш облик и ваша душа и так будет со мной навсегда. —Ваше красноречие поражает! Позволю себе заметить, вы тоже весьма не дурны. Ах, ждать... Вся наша жизнь - сплошное ожидание. Но я надеюсь, что вы не будете им себя морить столько времени —А я буду!!! Буду и не говорите! Я буду жить, ждать, страдать, лишь бы я дождалась от вас ответа, вашего возраста, тела, слов, души, смеха. Хотелось бы и пару стонов, но боюсь, это будет ещё дольше. Но я буду ждать столько сколько надо, лишь бы помнила обо мне и писала мне как твои дела. Всё тот же снегопад и небо. Там и завершилась эта история. Разлука – это не только источник горя и тоски, но и сила, которая помогает нам расти и становиться лучше. В конце концов, расставание лишь укрепляет наши связи с теми, кого мы любим, и помогает понять истинную ценность их присутствия в нашей жизни. И пусть разлука порой кажется непереносимой, она даёт нам возможность по-настоящему оценить, когда мы снова сможем быть вместе.