Основатель (праведного) пути

      В комнате царила полутьма. Когда Бэйтан Лу вошла, в нос сразу же ударил терпкий аромат благовоний. Девушка осмотрелась. Кровать, прикрытая пологом с символами ордена Цишань Вэнь, столик с закусками, несколько подушек на полу. Лу подошла ближе к кровати и заглянула за полог. Однако за ним было пусто.       Комната сама по себе была небольшой, но уютной. Не было ничего лишнего, никаких изысков. Это заставило девушку улыбнуться. Она никогда не любила пышных убранств и церемоний. От мыслей о том, что это все подготовил ее супруг, на щеках выступил румянец.       Изначально о Вэнь Сюе говорили, как о сильном и жестоком человеке. Однако он оказался иным. К терпеливости, обходительности и красоте Лу добавила еще и внимательность. Сюй - очень внимательный супруг. Он так же как и Лу понимает обязанность вступить в брак. У них просто не было выбора. Сюй не тронул ее за все это время.       Последние известия крайне взволновали девушку. Вэнь Сюй уничтожил Облачные Глубины. Она испытала некоторый страх, однако он смешался с чувством восхищения. Ее муж повел войско на Великий орден и одержал победу за два дня. Лу гнала от себя эти мысли. Неправильно, совершенно неверно так думать. Когда-то Лу уговаривала отца позволить ей обучаться в Гусу. Она просто не имеет права испытывать трепет перед человеком, который выжег соседний орден. Однако девушка не могла побороть в себе эти чувства.       Еще в день их свадьбы Лу осознала, что искренне симпатизирует Сюю. А его отстраненное поведение вызывало чувство благодарности. Лу все еще чиста и невинна, хотя о таком исходе она могла только мечтать. Сюй осуществил ее мечты, позволил бывать дома и ничего не требовал. И чем больше Лу думала о своем супруге, тем больше понимала, что такого мужа она может полюбить. Если уже не полюбила.       Сюй прислал послание, в котором предложил обсудить вопрос о наследнике. Лу ответила незамедлительно. И вернулась в Безночный Город.       Девушка не могла ожидать, что к ней отнесутся с таким пониманием.       - Поужинаем.       Лу вздрогнула, услышав голос со стороны окна. Но взглянув на своего мужа, который курил трубку и смотрел в небо, девушка расслабилась и невольно улыбнулась.       - Спасибо за приглашение. Мне очень нравится эта комната. Не люблю излишеств, - она присела за стол и сразу же наполнила две чаши вином с легким ароматом персика. Это снова заставило Лу смущаться - ее любимое вино. - Могу я спросить, как мой муж узнал?       Сюй встал с окна и подошел к столу. Он положил потушенную трубку на стол и присел напротив супруги.       - На свадьбе ты разбавляла вино с водой и закусывала его преимущественно персиками. Персиковое вино не делают в Даого Бэйтан, однако им славится Лэйху Сэ. Ты знакома с женой моего брата, что означает - часто бывала в Лэйху. На свадьбе ты почти ни с кем не говорила и часто касалась украшений будто они тебе мешали. На тебе не было яркого макияжа и ты не накрасила ногти. Тебе не нравится быть в центре внимания и посещать мероприятия. Из этого я сделал вывод, что всякие яркие и дорогие убранства - это не твое.       Лу была откровенно поражена. Одна встреча столько всего рассказала о ней ее мужу. Девушка опустила взгляд на закуски:       - Мой муж хотел поговорить о наследнике.       - Сюй.       - А?       - У меня есть имя, - Сюй взглянул слегка укоризненно. - Почему бы тебе не обращаться ко мне именно так?       Лу сразу же просияла:       - Мне казалось важным высказать уважение. Но, - она помедлила. - Сюй, разве сейчас подходящее время?       - А когда оно будет?       На этот вопрос девушка затруднялась ответить. На самом деле Лу вникала в управление орденом и касалась внешней политики, так как рассчитывала, что когда-то встанет на место отца. Но судьба распорядилась иначе. Кто знает, может это и к лучшему. С таким мужем даже состоять в политическом браке не страшно.       - Я не против разделить с тобой ложе, - Лу покосилась в сторону окна, на котором горели благовония. - Но я не желаю, чтобы это была обязанность.       - Мы обязаны продолжить род Вэнь, - Сюй так же посмотрел в сторону благовоний. - Они помогут расслабиться. Нам обоим это нужно.       Девушка вздохнула и покачала головой:       - Не уверена, что готова обсудить дела своего ордена.       - Лу, - Сюй посмотрел крайне серьезно. - Ты вправе делать все, что хочешь. Я не трону тебя, пока ты находишься в положении. Никто не тронет. Однако ты должна понимать, что как только ты забеременеешь, тебе придется находиться в Цишане.       - Разумеется. Я наслышана о лекаре Вэнь Цин. Твоя сестра очень талантлива.       - После смерти брата она с головой ушла в работу. Ее исследования интересны, но, - Сюй покрутил в руке чашу с вином. - Это называется - мир еще не готов.       - Иногда гении остаются непонятыми. Или их понимают только после смерти, - Лу подперла голову рукой и посмотрела в окно. - Мне трудно судить о целительстве. Я знаю основы. Моя участь, - она тихо рассмеялась, - наносить удары руками и ногами. Совсем не женственно. Знаешь, когда я была маленькая, матушка часто гневалась на меня из-за того, что мне нравится учиться драться. Она говорила, что я никогда не найду себе достойного мужа. Однако, - она перевела взгляд на Сюя, - достойный муж нашел меня.       Вэнь смотрел на супругу непроницаемо. Рано или поздно этот момент должен был настать. Наследник Цишань Вэнь должен родиться. И зачать его должен непременно Сюй, который оправдывает ожидания главы Вэнь куда больше остальных. Да и врожденные таланты представителя Даого Бэйтан, смешанные с талантами того, в ком течет кровь главенствующей ветви Вэнь... Сюй вздохнул и отмел лишние мысли.       - Мне льстят твои слова, - произнес Сюй. - Однако мне жаль, - он прикрыл глаза, - я не уверен, что могу разделить твои чувства, - Вэнь вновь посмотрел на супругу. - Уважение и искренность не всегда сопровождаются любовью. Надеюсь на понимание.       Лу слегка удивилась. Сюй очень понимающий и проницательный. Ей точно повезло с мужем.       - Тебе не обязательно любить меня, - девушка несильно улыбнулась. - Я благодарна за откровенность. И за отсутствие наложниц, - уже тише добавила она.       - Я не животное, - ответил Сюй и слегка нахмурился. - Ни слова о брате.       - Мм... Искренность, - произнесла Лу и дождалась кивка со стороны мужа. - Избранная наложница твоего брата слегка, - девушка задумалась, - необычна.       Сюй усмехнулся и едва не рассмеялся:       - Можно без уважения. Только искренность сейчас.       Бэйтан Лу сразу же поддержала настрой и подлила вина своему мужу:       - Искренность без уважения, - она поставила сосуд с вином и развела руками. - Она тупая и крайне раздражающая. Я пожелала бы не пересекаться с ней никогда. Твой брат и правда верит в то, что нравится ей?       - Чао отличная пара для нее, - Сюй невольно улыбнулся и тихо рассмеялся. - Что она пыталась тебе рассказать?       Лу отвела взгляд:       - По той девушке сразу видно, что опыт в постели у нее велик, однако, - она вновь посмотрел на Сюя, - она очень многое говорила и о тебе. Пока я пыталась от нее уйти, - Лу помассировала висок. - Мне неприятно слышать о тебе те вещи, которые многие говорят. Однако та наложница твоего брата нашла удобное место и считает, что имеет какое-то значение для кого-то, помимо Вэнь Чао. Мне неловко обсуждать это с тобой, однако я очень надеюсь, что пока я буду носить нашего ребенка, мне не придется пересекаться с этими людьми. Мне немного жаль твоего брата, но это его выбор.       - Черт, - Сюй продолжал улыбаться. - Тебе стоило быть главой ордена, а не моей женой. Не считаешь это несправедливостью?       - Утешаю себя мыслью, что будучи женой будущего главы Вэнь я обеспечу себе беззаботную жизнь.       - А как же наносить удары руками и ногами?       Лу немного задумалась и свела брови к переносице, хмурясь.       - Если у нас будет сын, я его научу, - девушка заулыбалась после этих слов. - Уже представляю, как я учу его драться в рукопашном бою, а ты - обучаешь держать в руке алебарду или меч. А еще - стоять на мече, - Лу тихо рассмеялась. - Пусть этот ребенок и вынужденная мера, - протянула она и прикрыла глаза, - я буду его любить.       Сюй окинул жену пристальным взглядом, но по итогу улыбнулся сам:       - Да. Я тоже. Давай позаботимся о нашем мальчике.       - Мальчике? - Лу вскинула брови. - И откуда такая уверенность?       - А давай проверим.       Сюй смотрел немного весело. Лу глянула в сторону кровати и заулыбалась:       - А давай.       Благовония начали действовать. Вино расслабило. А идеальная постель очень скоро была смята.

***

      Дверь в комнату была закрыта. Но это не остановило Гуаншаня. Он просто выломал ее, со всей силы ударив ногой.       - Ебучая сука! Даже не пытайся мне пиздеть! Какого хуя ты это сделала?!       От удара главы Цзинь, Шу спасла только ее реакция. Целительница отпрыгнула в сторону и сразу же выхватила две печати - для атаки и для защиты.       - У меня был тот же вопрос, когда ты припер того ублюдка сюда, - Шу едва ли не оскалилась, усмехаясь. - Но теперь ты дядюшка Шань.       - Конченная пизда.       Гуаншань уселся на стул и закинул ногу на ногу.       Шу убрала талисманы и присела на мягкую кушетку в углу.       Брат и сестра уставились друг на друга. Шу смотрела холодно и зло. Гуаншань стучал пальцем по столу и задумчиво пялился на сестру. Первым молчание прервал глава ордена.       - Меня не отравишь.       Женщина фыркнула:       - Да у тебя хер за столько лет не отпал. Было бы упущением тратить на тебя яды.       - Блять, у Цзысюня истерика, - Гуаншань закатил глаза. - Я же не объясню этому ублюдку, что его папаша угрожал тебе. И, - мужчина устало потер переносицу, - Цишань Вэнь? Ты серьезно думала, что я не узнаю?       - О, - протянула Шу. - Попалась, - она наигранно заулыбалась и развела руками.       Гуаншань даже не дернулся:       - Ты же понимаешь, что на мне это никак не отразится. Я могу прилюдно казнить любого и назвать его шпионом, если это потребуется. Глава Не не настолько тупой, чтобы подумать на меня.       Шу села более расслабленно, опершись на руку и закинув ногу на ногу.       - Семнадцать лет назад ты припер сюда бастарда своего отца и насмехался надо мной. Если тебе так нужен брат, то вот, держи, - передразнила она, пародируя брата. - Будем считать, что я оценила шутку.       - Убила его и тем самым обелила себя, - Гуаншань тихо рассмеялся. - Кто следующий? - Цзинь поднялся. - Я просто до опизденения зол из-за того, что ты сделала.       - Но ты этим воспользуешься, - усмехнулась Шу.       Гуаншань развел руками и щелкнул пальцами правой:       - Естественно. И ты, блять, ни шагу отсюда не ступишь, - он стал серьезнее, - пока я хотя бы не встречусь с Жоханем. Пиздец, - он даже руками всплеснул.       - Глава Не не подумает на тебя. А что на счет Фэнмяня? - Шу поднялась и окинула брата холодным взглядом. - Или его ебнутой суки? Цзыюань же у нас верх рассудительности, - саркастично произнесла Шу и закатила глаза. - Ставлю почки твоего друга-алкаша, что у Юй будет истерика. Молния из жопы и огонь из вагины, когда до Фэнмяня дойдет и он скажет ей.       Гуаншань сложил руки на груди и глянул слегка укоризненно:       - Оставь почки Мянь-Мяня себе. Можешь сожрать их и сдохнуть.       - Зачем так далеко ходить? Я могу просто отсосать тебе, - Шу заулыбалась. - Сосни и помри.       - Только если решишь отсосать главе Вэнь. А, погодите, ты же уже это сделала, чтобы спасти свою драгоценную душеньку, если Жоханя внезапно заинтересует Ланьлин и он сожжет нас. Так же, как сжег сраные Глубины! - Гуаншань ткнул в сестру пальцем. - Ебучая эгоистичная мразь.       Шу прекратила улыбаться. Но не оставила свой сарказм:       - Можешь по-братски отлизать мне за то, что Жохань в ближайшее время не сунется сюда. А то, что я преследовала свои интересы - тебя ебать не должно.       - Но ебет, - Гуаншань вскинул брови и удивленно уставился на сестру. - Меня это ебет. Потому что это я - глава этого ебучего ордена. Который граничит с Гусу Лань. Самые длинные границы, если ты не забыла.       - О, я помню. Как и то, что ты - последняя обоссанная мразь.       Гуаншань сделал шаг к сестре и прошипел прямо ей в лицо:       - Я хоть не оправдываю себя за это. Ты убила бастарда папаши, потому что искала оправданий своей же жестокости. Но при мне не нужно этого делать, Шу, - Гуаншань коснулся плеча сестры. - Ты решила поделиться информацией с Жоханем, а я решаю, что если этот припадочный прикончит тебя, я это скрою. Ото всех.       - Считаешь, я не принесу пользы? - Шу изогнула бровь. - Тебе нужен целитель, а-Шань. И этот целитель - я. Сколько ты протянешь без меня? - Шу накрыла руку брата своей и улыбнулась. - Сделаем ставки на печенку Мянь-Мяня?       Гуаншань оттолкнул сестру:       - Уладим это, - он оправил свои одежды. - Смерть - несчастный случай. Личный лекарь главы ордена сделала подобное заключение. Все продолжат думать, что он мертв потому что передал информацию Цишаню. Это позволит не волноваться о передаче информации хотя бы немного. Мне плевать на твои договоренности с Жоханем. Просто прекрати уже оправдывать то, что ты - тварь. Блять, Шу, ну ты могла найти способ попроще? - Гуаншань закатил глаза.       Женщина лишь рассмеялась:       - Ну тогда это не было бы так интересно. Смотри, как ты злишься. В следующий раз я придумаю что-то поинтереснее.       Гуаншань лишь цыкнул:       - Да пошла ты. Но, - он стал серьезнее, - если ты допустишь хотя бы мысль о том, чтобы коснуться своими играми Цзысюаня - я тебе голову оторву, - он прищурился. - Я не позволю впутать моего наследника в твои грязные игры, манда.       Однако Шу это ни капли не проняло:       - Это лишь потому, что ты уже впутал его в свои.       

***

      Больно. Было просто невыносимо больно. А еще - сыро. Похоже, что идет дождь.       Хуань с трудом открыл глаза и посмотрел на торчащие корни какого-то дерева. Сичэнь пару раз моргнул, стараясь собраться с мыслями. Голова просто раскалывалась, буквально все тело болело, а мысли путались. Нападение Цишань Вэнь, горящий орден, отступление и... Хуань прикрыл глаза и прикусил губу. Нет. Нет... Так вот как его хотели уничтожить. Жохань не просто убил его. Вэнь Жохань...       Хуань прикрыл глаза рукой и всхлипнул, позволив слезам пролиться. Его уничтожили не как человека. А как заклинателя. Вэнь Чжулю просто...       Издевательство. Это просто чертова насмешка! Как человек Лань Сичэнь жив, но вот как заклинатель - уже никогда не вернется в этот мир. Глава Великого ордена заклинателей без золотого ядра. Верховный заклинатель наверняка катается со смеху. Цишань Вэнь не убили главу ордена, оставили жить, но...       Хуань смахнул слезы и с трудом сел. Нужно выбираться отсюда и возвращаться. Он не имеет права на слабость. С ядром или без, он должен вернуться, чтобы убедиться в том, что дорогие ему люди живы. И оценить потери. И сделать столько всего, на самом деле...       Сичэнь схватился за голову, которая закружилась, когда он принял сидячее положение. Но как только Хуань сфокусировал взгляд, то сразу же побледнел. Он был укрыт одеждами Цишаня. "Сюй" - сразу же понял Сичэнь.       Взглянул на чужие одеяния, Хуань лишь вздохнул. Защитные талисманы, согревающие символы и печати для отвода глаз. Сюй буквально спас его в этой лесной глуши.       Рядом обнаружились Лебин и Шоюэ. Хуань потянул руку к мечу, но не решился коснуться его. Пока что.       А еще хотелось верить, что он хотя бы сможет встать. Сейчас он - обычный человек. И падение с меча наверняка причинило сильные травмы. Но ничего, как только он вернется...       Взгляд упал на лист, который торчал из-под ворота ханьфу. Сичэнь достал его и развернул.       Подчерк Сюя Хуань узнал сразу. Вэнь написал послание поверх аккуратно отрезанного кусочка карты с прочерченным маршрутом. Сичэнь слегка нахмурился, читая написанное.

      "Если ты это читаешь, ты уже понял цель. Это было неизбежно, но не забывай о ценности своей жизни. Для всех. Следуй маршруту и в течении трех дней встретишься со своим любимым. Ни шагу в сторону, если не хочешь словить стрелу в спину. Теперь она тебя точно прикончит. Когда достигнешь метки - ты знаешь, что делать. Вас никто не заметит. Не задерживайся. Как только выйдешь из укрытия - одежды сгорят. Не обожгись. Дождь не спасет тебя и скоро закончится. Поднимешь меч - найдешь подарок. Как приторно. Ты - глава Великого ордена. И так будет всегда. Это - так же неизбежность.

      Треклятая гадалка"

      Хуань вздохнул и посмотрел на чужие одеяния.       Сюй. На самом деле - невероятный человек. Во всех смыслах.       Сичэнь сложил лист бумаги и все же поднял свой клинок. Под ним оказалось то, о чем говорил Сюй - небольшой прозрачный пузырек. Наверняка лекарство. Хуань сглотнул. Верить Сюю или же нет?.. Сичэнь откупорил пузырек и выпил всю жидкость. Концентрат обезболивающего и укрепляющего отвара заставил поморщиться. Приторный привкус трав останется надолго.       Хуань закашлялся и усмехнулся. "Как приторно" - в чем-то Сюй точно прав. Но вот на счет главы ордена... Сичэнь покачал головой. Он отбросил пузырек в сторону и поднялся.       Дождь и правда постепенно начал утихать. Хуань бросил верхние одежды Сюя в сторону, прямо на мокрую землю. Те сразу же загорелись.       Ни слова лжи. Сичэнь сжал в руке карту с посланием от Сюя и решительно поднялся. Как только дождь закончится, он вернется. И через три дня встретится с Минцзюэ.       Хуань закрепил флейту и меч на поясе. Лист с картой аккуратно спрятал в ханьфу. На помеченной Сюем точке была совсем мелкая надпись - название того места. Ну что же, когда Хуань прибудет туда, чистая сторона листа ему точно понадобится.

***

      Поднеся чашу к губам, Цзысюань помедлил. Мятный отвар был хорош, однако Цзинь не решился выпить его сразу. Нет, он не хотел думать о плохом, но все же...       - Даже не вздумай это пить.       Юноша едва не выронил чашу. Он отставил отвар и повернулся к окну. Но как только Цзысюань открыл рот, чтобы что-то произнести, Сюй приложил палец к губам, крайне тихо пробрался в комнату и присел за кровать. Младший нахмурился. Но уже через мгновение в дверь постучали.       - Молодой господин Цзинь, донесение.       Цзысюань медленно выдохнул, вылил отвар из чаши обратно в вытянутый бутыль и убрал это под стол.       - Да, конечно.       Адепт ордена вошел, уважительно поклонился и произнес:       - Глава объявит о случившемся завтра. Похороны состоятся завтрашним вечером. Вас просят подготовить церемонию. Глава считает, что наследнику Великого ордена впору заниматься приемом гостей.       На мгновение Цзысюань удивился. Но кивнул:       - Да, конечно.       И как только адепт покинул комнату, юноша накинул на дверь печать и сделал то же самое с окном, которое предусмотрительно закрыл.       Сюй выглянул из своего укрытия:       - Ну пиздец. А твой папаша вообще не касается ничего, что связано со смертью.       Цзысюань вздохнул. Намек на то, что Гуаншань делает отвратительные вещи чужими руками был крайне прозрачен.       - Вроде того, - Цзинь присел на кровать и погладил место рядом с собой. - Ты уже знаешь о случившемся.       Это утверждение от Цзысюаня вызвало на лице Вэнь Сюя улыбку. Старший присел рядом и обнял возлюбленного:       - И я соскучился.       Цзысюань сразу же повернулся и был вовлечен в поцелуй. Цзинь улыбнулся и прижался, обнимая любимого.       Сюй отстранился первым и заправил прядь чужих волос за ухо:       - Ты и правда потрясающий.       Младший продолжил улыбаться:       - Ты это говоришь потому что знаешь, что я только что не выпил яд?       Вэнь прикрыл рот, чтобы не рассмеяться излишне громко. Ну это и правда судьба. Взросление и жизнь в ордене Ланьлин Цзинь любого сделает излишне проницательным и заставит ожидать ножа в спину. По крайней мере с Цзысюанем так и получилось.       - Очень смешно, - закатил глаза Цзинь.       - Он бы не убил тебя сразу, - ответил Сюй уже серьезнее. - Но раз ты понял, что в отваре яд, - он коснулся кончиками пальцев щеки любимого, - ты понимаешь, что твоя родня уже совсем ебанулась и грызет друг другу глотки.       Цзысюань не спешил с ответом. Он понимал происходящее, а из этого вытекала и цель Сюя здесь. Однако если и есть во всем мире человек, которому доверял Цзысюань всем сердцем, то это только Сюй. Они всегда обо всем говорили друг другу. Говорили правду. И этой правды накопилось, когда слать друг другу послания стало невозможно.       - Информатором Цишань Вэнь была тетушка Шу, - Цзинь слегка задумался. - Глава Вэнь посетил последнее собрание целителей, чтобы узнать о ней больше и принудить к сотрудничеству. Однако я не совсем... Ты же здесь, чтобы убить ее. Зачем? Разве глава Вэнь не заинтересован в границах с Цинхэ Не? Во всех границах, - добавил он.       - Минутка поучительных рассказов, - улыбнулся Сюй и прижал Цзысюаня к своей груди, начиная гладить по голове. - Важность Ланьлина состояла в расположении. С недавних пор Гусу Лань переместился на территорию Цинхэ. А границы Ланьлина и Цинхэ не имеют значения, потому что глава Цзинь не будет дергаться ни в одну из сторон.       - Мне жаль.       Сюй невольно улыбнулся:       - Ты не должен так говорить. Я все-таки чертов убийца.       - Которому не просто далось это, - Цзинь сел ровнее. - Сюй, тебе не нужно ничего мне говорить, чтобы я понимал твое положение. Клянусь, - он накрыл руки Вэня своими. - Я верю тебе.       "Он на самом деле мое благословение Небес", - думает старший и переплетает их пальцы.       - Ты только что сказал, что я пришел убить твою тетку. Ты не должен быть таким спокойным, а-Сюань.       - Да, - согласился Цзинь. - Ту самую тетку, которая передала сведения Цишань Вэнь, убила моего дядю и пыталась отравить меня. Даже если яд не убил бы меня сразу, - он прикрыл глаза.       Сюй приподнял лицо юноши за подбородок, заставив взглянуть на себя, и оставил быстрый поцелуй на губах:       - А-Сюань, не грусти.       - У нас снова мало времени.       - Нет, - сразу же произнес Сюй. - Не это.       Цзысюань тяжело вздохнул:       - Как же тяжело, когда твой почти что муж предсказатель. Ладно, да, я буду на том "перевоспитании". Главе Вэнь было проще прямым текстом стребовать с каждого ордена по представителю главенствующей ветви.       - Это было бы скучно. Формулировка о морали более эксцентрична.       - Как же, - Цзинь даже глаза закатил. - Расскажи лучше, как там Облачные Глубины.       - Твои друзья целы, не переживай. Кажется, что Лань Ванцзи должно было ранить в ногу, но ничего страшного, у него же муж - целитель.       - Муж? - Цзысюань выглядел слегка удивленно.       Сюй кивнул:       - Именно. Они поженились перед ночью нападения. Но брачную ночь они провели.       - Сюй, - Цзинь взглянул укоризненно. - Лань Цижэнь и правда применил дисциплинарный кнут?       - Он отпиздил ублюдочного брата как последнюю псину. А-Сюань, - Вэнь снова прижал любимого к себе. - Я скажу все как есть. Только ты, - он помедлил, - не бойся ничего. Хорошо? И когда выберетесь из пещеры, - он вновь ненадолго замолчал, - не задерживайся в Пристани Лотоса. Убирайся оттуда вместе со своими друзьями. Вам все равно по пути будет.       Цзысюань не стал расспрашивать подробнее. Он потянулся за поцелуем. А когда получил его, произнес, слегка дрогнувшим голосом:       - То, что ты говорил ранее... Сюй, прошу, останься чуть дольше. Не уходи сейчас.       Тот и не собирался этого делать. Глядя в глаза возлюбленного, Сюй думал о том, что хочет подарить этому юноше все, целый мир, но вынужден перебиваться мимолетными встречами. Цзысюань с самого детства был замешан в интригах. С чем-то юноша смирился, а с чем-то готов побороться. Его проницательность, когда дело касалось семейной дележки власти и положения, просто поражала старшего.       - Цзинь Шу посчитала, что смогла провести отца. Тот не терпит подобного. Очевидно, что как только Шу почувствует власть и возможность, она избавится от главы Цзинь. Для отца это неудобно.       - Сюй, ты предупредил меня о яде.       В комнате повисла тишина. Последние слова Цзысюаня поразили Сюя до глубины души. Этого юношу довели до того, что он видит ценность в таких мелочах, а не в собственной семье. Тетушка-целительница, которая помогала ранее из своей выгоды решила подлить яд замедленного действия. Отец требует делать все, что в его интересах, втаптывая мнение сына в грязь. Мать извечно пинает прогибаться под будущую жену и ее семью. Цзысюань с самого рождения был безгранично одинок и сидел в этой золотой клетке. Интриги, косые взгляды, насмешки - что угодно, да еще и ни капли уважения.       - Тебе это не нужно было даже, - Сюй снова касается волос юноши. - Я не хочу уподобляться им. Так что подумай хорошо, верно ли ты решил. По поводу гуани.       - Сюй, ты не можешь уподобляться им. Ты не манипулируешь мной. Ты пришел убить и прямо заявил об этом. Ты честен со мной. Я не питаю иллюзий, я вижу факты, - Цзысюань нежно улыбнулся. - Если тебя считают отвратительным и жестоким, то я не лучше. Как только я узнал о смерти дяди, то подумал о том, как бы не стать следующим. На твоей брачной церемонии глава Вэнь сказал, что побои заметны. Мне показалось это унизительным. Но потом я пошел за огоньком. Глава Вэнь считает меня твоим утешением, - он задумался ненадолго. - Не уверен, насколько это хорошо, но я рад, что ты сейчас здесь.       - А-Сюань, - Сюй взял любимого за руки.       Тот сразу же смутился:       - Прости, я просто...       - Трахни меня.       - Что? - Цзысюань едва с кровати не свалился от такого предложения.       Сюй сжал чужие пальцы чуть сильнее и повторил:       - Трахни меня. Прямо сейчас.       И поцеловал Цзысюаня, крепко прижав к себе.       Когда юноша говорил так уверенно и прямо, Сюй просто не мог сопротивляться желанию провести со своим Цзысюанем как можно больше времени. Хотелось показать, насколько тот любим и желанен. И насколько Сюй сходит с ума от этого очаровательного юноши.       Цзысюаню не нужны предсказания, не нужно стоять на вершине. Он просто хочет быть рядом с любимым человеком. И готов на все ради этого, улавливая такие вот моменты.       - Мм... Блять, ты был бы просто идеальным главой ордена, - Сюй отстранился и облизал щеку возлюбленного. - Мне почти что жаль, что этого никогда не произойдет.       Цзысюань шумно выдохнул и распустил свои волосы. Он потянулся к черной ленте в волосах Сюя, однако тот перехватил чужую руку.       - А-Сюань, ты...       - Сюй, - перебил юноша и улыбнулся. - Ты уже знаешь ответы на все свои вопросы. Я - Цзинь. Позволь мне оправдать некоторые свои поступки именно этим.       "Он меня точно с ума сведет", - подумал Вэнь и подхватил юношу, чтобы уронить на кровать.       Цзысюань сразу же заулыбался. Сюй навис сверху и прошептал прямо в губы:       - Я заставлю тебя кончить в меня, моя судьба.       Масло оставило пятно на постели, однако никого это не волновало. Цзысюань заглатывал член возлюбленного до основания, проталкивая в него уже два пальца. Сюй сидел сверху, придерживаясь за изголовье кровати одной рукой и запрокинув голову немного назад. Рядом с двумя пальцами Цзысюаня были и пальцы самого Сюя, который начал растягивать себя для любимого первым.       Цзысюань немного отстранился, а после - снова заглотил до основания, расслабив горло и уткнувшись носом в чужой пах.       Сюй хрипло простонал и немного отстранился, чтобы насадиться на пальцы сильнее.       Цзысюань выпустил чужой член изо рта и облизал головку.       - А ты много думал об этом.       Цзинь убрал пальцы и невольно смутился:       - Будто ты - нет.       - Я - да, - Сюй немного отодвинулся. - Хочешь подразнить меня еще? Я мог бы отсосать тебе.       "Иногда его откровенность меня просто убивает", - подумал Цзысюань. Говорить о предпочтениях, о чем угодно - это же то, что нравилось им обоим.       - Лучше использовать масло, - Цзинь погладил ногу любимого. - Это твой первый раз. А тебе еще обратный путь держать.       - Нет, ты не должен так беспокоиться, - с улыбкой заметил Сюй.       - Но я буду, - возразил младший. - И я все еще не верю, что это происходит.       Вэнь отодвинулся чуть дальше. Он уселся на чужие бедра и потянулся к пролитому маслу.       - Не тяжело? - Сюй глянул на Цзысюаня, который покачал головой, и вылил остатки масла себе на ладонь. - Уверен, что не хочешь отсос?       - Сюй, блять, - Цзинь все же отвернулся, окончательно смутившись. - Нет. Я и так с ума уже схожу.       Тот лишь усмехнулся и принялся размазывать вязкую жидкость по возбуждению Цзысюаня. Юноша простонал и невольно толкнулся в руку.       - Твоя девственность теперь полностью моя, - Вэнь приподнялся, чтобы потереться влажной дырочкой о головку члена любимого. - Хоть что-то я для тебя сохранил.       - С-сюй... Мм...       "Придурок ты", - думает Цзысюань, когда Сюй сам насаживается на него.       Но этот раз стал первым и чем-то новым для обоих.       Цзысюань, не отрывая взгляда, смотрел на Сюя. Юноша просто не мог не восхищаться своим возлюбленным. Сюй отдавался ему, насаживался на его член до основания, выгибался, показывая себя без всякого смущения.       И это смущение отбросил сам Цзысюань, облизываясь, постанывая и поглаживая тело своего любимого.       - А это было охуенно. Еби меня чаще.       Цзысюань хотел было что-то ответить, но Сюй сгреб его в объятия и тихо рассмеялся. Смех был слегка хриплым, и по итогу Сюй слегка закашлялся.       Младший сразу же отстранился:       - Я принесу попить.       - Чаша вина будет весьма кстати.       Цзысюань закатил глаза. На самом деле он смирился. Правда. В том, что Сюй всегда и все видит наперед есть свое очарование. И это то, что Цзинь искренне любил.       И наверняка Сюй это прекрасно понимал.       Цзысюань вернулся не только с вином, но и с полотенцем. Предсказание то было, или же нет, но Цзысюань и правда излился внутрь любимого, когда Сюй снова опустился до основания и отклонился немного назад, сжимая свой член и накрывая руку Цзиня своей.       - Мы не женаты, а ты уже омываешь меня.       - Сюй, - Цзысюань отложил полотенце и наполнил чашу любимого снова. - Я хочу хоть немного приблизиться к тому первому разу, который сделал для меня ты.       - Не нужно.       - Не нужно, - согласился Цзинь. - Но я хочу. Держи, - он протянул чашу.       Сюй поудобнее устроился на подушках у изголовья кровати. Он потянул руку, приглашая любимого устроиться рядом:       - Иди сюда. Мне скоро уходить. Хочу погладить тебя еще немного.       Цзысюань сразу же устроился рядом. Он уложил голову на грудь любимого и погладил горячую кожу:       - Я люблю тебя. И мне очень нравятся наши разговоры во время нашей любви.       - И ты почти не смущаешься, - улыбнулся Сюй и зарылся пальцами в чужие волосы.       - Почти, - согласился Цзинь и прикрыл глаза. - Мне осталось совсем немного.       Вэнь отставил пустую чашу:       - Чувствую себя выебанным.       - Ты к этому и стремился, - Цзысюань не сдержал тихого смеха. - Но кто из нас выебан - спорный вопрос.       - Твое семя было во мне. Тут без вариантов.       Цзысюань снова смутился, но это не мешало ему наслаждаться крепкими объятиями любимого. Как бы Цзинь не старался, Сюй снова и снова находил способы сказать что-то, что вгоняло в краску.       - А-Сюань.       - М?       - Через девять месяцев у меня родится сын.       Цзысюань слегка вздрогнул. Он поджал губы и принялся водить пальцем по чужой груди.       - Мне... Сюй, полагаю, что должен поздравить тебя.       - Я жег благовония и думал о тебе. - Вэнь вздохнул. - Между нашими детьми будет два года разницы.       - Я не хочу об этом думать. Когда мы встретимся в следующий раз? На том "перевоспитании" тебя точно не будет.       - Нет, - сразу же отвечает Сюй, наматывая на палец прядь чужих волос. - Отец всегда поручает любую херню Чао. А тот и рад. Но я прошу тебя довериться своим друзьям из Гусу Лань. И, - он прикрыл глаза, - я дам тебе знать, когда буду на границе с Ланьлином.       Цзысюань приподнялся:       - Хорошо. Я буду ждать весточку.       - Обещаю, я назову его Юань.       Цзинь невольно улыбнулся:       - А-Сюй, я очень надеюсь, что он будет похож на тебя.       - Мои глаза, - говорит Сюй глядя в потолок.       - Только глаза?       - Нет, - Сюй снова прикрывает глаза и улыбается, - от матери ему достанутся только крепкие меридианы, как наследие рода Бэйтан.       - То есть, скоро на свет появится твоя маленькая копия?       Вэнь рассмеялся:       - Можно сказать и так. Спасибо отцу, что он не стал дедом в свои тридцать.       - Сюй.       Тот открыл глаза и посмотрел на Цзысюаня. Младший держал в руке красивую золотую гуань с заколкой, с конца которой свисала подвеска в виде орхидей.       Цзинь протянул украшение любимому и тихо произнес:       - Она твоя. Ты не обязан носить ее, я все понимаю. Но заколку ты можешь использовать как угодно. Золото - хороший проводник духовных сил. Я очень надеюсь, что этот подарок будет тебе еще и полезен.       Цзысюань коснулся кольца, которое было кулоном на его груди.       Сюй принял подарок и поцеловал тыльную сторону ладони любимого:       - Ты назовешь сына Жулань. И ты все еще не спросишь, почему орхидеи?       Юноша улыбнулся:       - Нет. Давай ты мне сам расскажешь. После нашей смерти.       Вместо того, чтобы ответить, Сюй подался вперед и поцеловал своего Цзысюаня.       

***

      Цзинь Шу расхаживала по комнате и кусала ноготь на большом пальце. Чертов Гуаншань. Как же раздражает. Считает, что раз в свое время Шу позволила его суке родить, то не сможет отнять жизнь у наследника? Не сейчас. Но ко всему нужно быть готовой. Хорошо, что жена была тупая, а самому Гуаншаню похер на сына, как и на всех остальных детей. Цзысюань явно не заметит ничего в отваре. Но это станет...       - Ты реально его отравить хотела.       Шу вздрогнула и сразу же приготовила печать для атаки. Однако соперник оказался куда быстрее.       Женщина едва увернулась от клинка. Она отпрянула на расстояние и слегка нахмурилась, глядя на юношу в черном.       - А ты... Вэнь Сюй, да? Неужели глава Вэнь все же решил переключить свое внимание на Ланьлин Цзинь?       - Нет. Отец просто не желает играть в игры, где его пытаются использовать. Но вашу затею натравить его на главу Цзинь он оценил. Вы и правда готовы избавиться от своего брата любыми способами. А этот способ должен был еще и обезопасить вас. Ваш брат по линии отца, даже ваш племянник. Вы не знаете, когда нужно остановиться.       Шу взглянула с насмешкой:       - Не понимаю, о чем ты.       - Понимаешь.       Женщина побледнела, когда услышала голос племянника. Цзысюань вошел настолько тихо, что она даже не заметила.       Однако это заставило Шу рассмеяться:       - Я в восторге, - она похлопала в ладоши. - Я не настолько хороший шпион, как сын самого главы. И с каких пор Цзысюань работает с вами?       - Цзысюань не работает с нами. Я просто его люблю. Должен же его хоть кто-то любить, верно?       От услышанного Шу опешила. Она не скрывала своего удивления:       - Что? Так ты, - она глянула на племянника, - раздвинул ноги перед мужчиной. - Шу внезапно заливисто рассмеялась. - Блять, а-Шань просто обязан это знать.       - Но не узнает, - Сюй сделал шаг вперед сжимая в руке меч. - Знаешь, что происходит со шпионами, которых раскрыли?       - Их убивают, - Шу опустила взгляд на меч Вэня. - Однако за моей смертью последует и смерть Гуаншаня. Не думайте, что словили меня. Цзысюань, я прожила в этом ордене куда больше твоего. И я продумала несколько вариантов развития событий.       Цзысюань даже не дрогнул:       - Лекарства для отца делаешь ты. Это ты поддерживаешь потоки его духовных сил, чтобы те не замедлялись и не уменьшали силы его ядра. Без тебя он постепенно станет обычным человеком. Не сразу, а медленно и мучительно. Так, да?       Шу зло глянула на племянника:       - Неплохо. А ты умнее чем кажешься.       - Поэтому он и не стал пить ту дрянь, - Сюй смотрел холодно.       Женщина вздохнула:       - Любишь, да? Может, тогда умрете вместе?       Шу едва успела сложить пальцы в печать, чтобы ловушки, установленные в ее комнате сработали. Ядовитые иглы должны были полететь точно в Сюя. Однако как только Шу подняла руку, Цзысюань встал перед Вэнем.       - Умрем, - Цзысюань смотрел прямо в глаза своей тете. - Но только после тебя.       - Отойди, придурок, - Шу призвала меч. - У тебя хватило ума раскрыть меня. Но ты настолько слепой, что не понимаешь, что он, - она указала на Сюя, - тебя использует? Да каждый во всей Поднебесной считает тебя сыном шлюхана, которому повезло чуть больше остальных.       - Если бы меня волновало чье-то мнение, я бы уже покончил с собой, - ответил Цзысюань и отпрянул в сторону.       Сюй бросился вперед, чтобы атаковать. Шу сразу же отразила его атаку. Однако удар Вэня был сильным, поэтому женщина попятилась назад.       Они обсудили это. И условились обойтись без крови. Сюй сказал, что привлечет внимание, как убийца, а Цзысюань заверил, что они все сделают тихо.       Поэтому как только Шу полностью сосредоточила внимание на Сюе, Цзысюань сократил расстояние между собой и Шу. Небольшая золотая пластинка ослепила ярким светом. Шу потеряла бдительность, чем Сюй и воспользовался, чтобы сунуть в рот Цзинь Шу отравленную пилюлю. Ту самую, которую использовали шпионы, чтобы самоустраниться в случае поимки. Действовал яд незамедлительно.       Тело женщины обмякло. Однако Сюй не позволил ей упасть. Все должно было выглядеть как самоубийство. В первую очередь - для главы Цзинь, который будет искать подвох.       Цзысюань отвернулся, чтобы не смотреть на то, как Сюй укладывает его мертвую тетушку на кушетку.       Правильным ли было это решение? Трудно сказать. Верил ли он тетушке, которая лишила его стольких братьев и сестер, которых могла родить мать? Определенно нет. Желал ли он смерти? Нет. Он просто хочет выжить сам. А в ордене Ланьлин Цзинь иначе выжить просто невозможно.       Цзысюань сделал несколько шагов вперед и присел на пол. Из потайного места в полу, он достал несколько пузырьков с лекарством. Он поставил их на стол и прикусил нижнюю губу. Один пузырек он оставил при себе.       Сюй окинул юношу взглядом:       - А ты и правда знаешь все здешние секреты.       Тот вздохнул и покачал головой.       Сюй подошел к Цзысюаню и поцеловал его в щеку:       - Ты не должен был.       Тот снова качает головой:       - Нет. Иди.       На прощание Вэнь снова целует. На этот раз - в лоб. И выпрыгивает в окно.       Ну а Цзысюань... Поднимает панику, дабы на утро уже все в Башне Карпа знали о смерти главного целителя Великого ордена Ланьлин Цзинь.