Кошмар.

Мне казалось, будто я тону. Как черные руки обхватывают мое тело, несут куда-то вглубь, вниз, тащат, душат. Сжимают костлявыми пальцами шею,заставляют задыхаться - пузырьки воздуха взлетают вверх, вода теснит горло. Казалось, будто меня топят нарочно - все как в детстве. Только смех братьев, несколько худых, но сильных рук и я, не умеющий плавать. Я никогда плавать, к слову, не умел - на речку ходили только летом, да и я сам как-то воду не особо любил. Потому что когда я заходил в нее, меня сразу тащили вглубь и топили, насмехаясь и глумясь. А я только и мог, что барахтаться в воде, кричать и захлебываясь, синеть от недостатка воздуха: иногда даже о смерти подумывал, когда уже совсем темнело в глазах. Но умереть мне не давали - резкий выпад вверх, пару хлопков по щекам, и я снова тонущая игрушка, с которой весело играть. Которую весело топить, душить, заматывать шею водорослями и глумиться. "Маменькина дочка!", "тупая уродина!", господи, и все на меня. Почему? Может, потому что я самый младший и хоть как-то отличался от остальных? Наверное, тем что еще и единственная их "сестра", а не брат. Дети вообще обидчивы, особенно если это парни, особенно если живут в бедной семье, и особенно если эти дети - мои старшие братья, которые меня и ненавидят. Глоток воздуха - и снова темень. Снова душат, снова топят. Я еле держусь, чтобы не зареветь, но все равно барахтаюсь, рвусь и мечусь вперед, вверх. На грудь что-то больно давит, и это очередная рука. Ослушаешься и перестанешь быть игрушкой - найдут что-то новое, за что можно задеть. Что можно дёрнуть, порвать, за что, блять, можно щипнуть и куда ударить. Уж лучше утопление, нежели так. Сон оборвался резко: вот, у меня темнеет в глазах, а вот я уже вскакиваю на кровати, весь в холодном поту, дрожу и плачу. Как плачу? Слезы по щекам катятся как бешеные, на одеяле появляется много капель. Касаюсь руками щёк - очевидно,что мокрые. Вздыхаю рвано и всхлипнув носом, в ненависти и с неким злом скидываю одеяло со шлепком на пол. — Ненавижу..блядей..— тихо выдохнул сам себе под нос я, после чего утер нос кулаком. Повернул голову в сторону -темно. Еще ночь, значит и спрашивать никто не будет..Наверное. Если я никого не разбудил. Поправив рукой майку, я с вымученным вздохом всунул ноги к тапки и поднялся с постели. Куда ночь - туда и сон..Так учила маман, так говорила, когда кошмары снились. Или не так? Уже не вспомню, давно было. Стакан с водой махом оказывается в моей руке, а я сам большими глотками выпиваю все,что было в нем. Чуть-чуть было, пару капель. Ну чтож..Нехило. Дрожь в руках все еще не прекращалась, а сна не было ни в одном глазу. Я устал просто безпредельно бродить по комнате, потому и смирившись, но все же нацепив поверх трусов еще и шорты, вышел. Самое время наведаться в лазарет. Может, там меня ночью и не особо захотят видеть, но все же, успокоительного было бы неплохо навернуть. И снотворного. Чуть-чуть. Самую малость. Док обязательно бы помог, хоть чем-то: сам сказал мне приходить, когда "совсем уж приспичит", и "совсем худо будет". В остальные случаи, извольте аптечку заюзать. Спускался я с комнаты очень тихо - проверял каждый шорох, и ежась, еле двигал ногами, лишь бы не скрипнуть очередной половицей. Покурить было бы славно, но сигарет нет, магазины в городе закрыты, а таскать у Ларри как-то не особо хочется: я ему еще за прошлые должен. А там нехилый такой должок образовался, честно сказать. Вот, я уже у двери. Лазарет слегка пугал, был второй фобией, но не такой сильной, как вода. Я с тихим вздохом открыл дверь, потянув ручку вниз, и ступил на кафель. Обдало прохладой, спиртом и кровью - типичный запах медкабинета, в котором тусит Фри-фри. Тихо прикрыв за собой дверь, я прошел глубже, ориентируясь наощупь: темно, хоть глаз выколи и наизнанку вывернись. Задел что-то рукой и с шипением отпрыгнул, жмурясь - что-то с грохотом упало вниз, благо, не разбилось. Во второй комнате закопошился Док. Вот ты ж задница.. Дверь приоткрылась - из-за нее ожидаемо высунул макушку растрепанный и сонный Фридрих, явно немного недовольный и в непонятках. Ну да, среди ночи кто-то шумит в лазарете, определенно не голуби и не вор - все свои. Значит, орать можно. Я сглотнул, видя как его рука тянется к выключателю и включает слабый свет. Сощурился - непривычно. И сразу начал оправдываться, тихо отходя назад. — Док..Я тут это.. — Заснуть не можешь,Джим?— оборвав, все же негромко спросил меня он, кажется, смягчившись в лице. Я со стыдом киваю, кусая губы. Он только и манит меня рукой в комнату, открывая дверь полностью, и конечно, показывая себя во всей красе: я так и знал, что он спит в одних трусах. — Ам..А зачем? — только и спросил я, на что он только махнул рукой и пригласил меня внутрь. Закипел чайник - щелчка, правда, я не слышал. Кажется,его приглушил голос Дока. — Я же знаю, что ты уже не первую ночь так не спишь. Бессонница у нас обоих, думаю было бы неплохо сначала обговорить проблемы,из-за которых не идет сон, а после и попробовать заснуть. — только и сказал мне Фридрих, на что я вздохнул и прошел в комнату, шаркая тапочками. Там оказалось весьма мило - обычная комнатушка, никаких трупов и скелетов, только грамотно расставленные книжки по полкам, лампа на маленьком столе,чайник. И целый ящик чая - я аж восхитился. Но все же, от этой комнаты пахло иначе, нежели от лазарета. Мне казалось, что если я сюда войду, то тут тоже будет вонять кровью, а тут прям..Прям аромат чая, булочек, какой-то бомж-лапши, может арома-палочек..? — Ты тут типо медитируешь? — Нет, я тут живу. И провожу большую часть свободного времени. — не отвлекаясь от подбора каких-то трав,и не глядя сказал мне Док. Я прикрыл за собой дверь, садясь на кровать, которая подо мной тихо скрипнула и фыркнул: на стене висел какой-то странный плакат с надписями на немецком. Красота, мне б так свою каморку обставить. — Ты какой чай больше любишь, Джим?— снова спросил меня Док, на что я только пожал плечами, доставив право выбора ему. Прикрыл глаза и лег на подушку, а через пару минут мне уже в руки подали чай. Белая кружка, какие-то странные лепестки внутри - свет снова Док выключил, после чего щелкнул лампой и вздохнув, сел рядом. — Может, расскажешь что тебя беспокоит, раз уж ты не первую ночь по базе бегаешь? — помешивая чай ложечкой и после, отставляя ту на тумбу, спросил меня Фридрих. Я скривил губы, не желая поначалу отвечать, но все же..Может лучше было бы выговориться, хотя бы раз? Теплая рука на плече заставила меня слегка дрогнуть - неожиданно, но приятно. И вздохнув, я начал рассказывать, теребя в руках ушко этой самой кружки. Это будет тяжело, я знаю. — Короче..Как бы тупо не было,но..Я воды боюсь до усрачки. Не, не то что бы душ принимать боюсь или там умываться, не..— снова крутанул чашку,нервничая. Док лишь молча погладил пальцем мое плечо, будто этим жестом позволяя мне продолжать. Я вздохнул. — Я именно..Именно плавать боюсь. В речке там, бассейне..Всегда кажется, что снова топить начнут, а я..Я такого пипец как боюсь, я даже..Даже не знаю что и сказать, ну..— мой голос дрогнул, и я, сжав пальцами чашку, вздохнул. К горлу подкатил ком, а в голову прикатили неприятные отрывки сна и воспоминаний. Рвано выдохнув на мысленное "раз-два-три" и глотнув из чашки, я продолжил. Док молчал. — И после туфорта, когда меня кидают во время боя в воду, я всегда ну..Боюсь утонуть типо. Плавать не умею нихрена, а тут еще и пиздиловка и ракеты и всякий кипиш, я после этого еще долго отхожу. Сегодня, помнишь, — я повернул на Дока голову, — меня снова сдуло в воду? Типо, Пиро что-то с воздухом химичил и меня сдуло. Я думал, я сдохну в этой воде ссаной, орал еще как резаный, пока не дотащили до этой..как ее..— слово крутилось на языке, но никак не приходило ко мне. Док вздохнул,кивая. — Трубы? Помню-помню..— я усмехнулся и вздохнув, снова потупил взгляд. Фридрих лишь сочувственно погладил меня снова. — Так вот..Я к чему эт все..Раньше в Бостоне меня часто братья так топили..Младший ж типо, мамкин любимчик, а если маман не видит - можно и отпиздить, и придушить..Так еще я и пола другого, как знаешь, то вообще пиздец полный..Уссыкались с меня,а я так несколько раз чуть реально не утонул..Сука. — я стыдливо шмыгнул носом, снова чувствуя как дрогнул голос, как я сам дрогнул и рвано вздохнув,опустил голову. Признаваться было дичайше стыдно, но это..Это же Док, он ж и так мои секреты хранит некоторые. Да. Ему доверять можно, ему..Он же не будет смеяться или насмехаться ,он просто может..Поддержит, не знаю? Вроде так,не зря же он меня и на чай пригласил и выговориться дал и..Сука. В следующий момент меня мягко приобняли сбоку,гладя по волосам. Я рвано вздохнул, отставляя чашку на ту же тумбу и прижался в ответ, зарываясь лицом в его мохнатую грудь и позволяя истерике вырваться наружу в виде слез. Мне будет дичайше стыдно, но сейчас мре плевать - мне хотелось просто молча подождать, пока дрожь пройдет, пока я успокоюсь,пока..Пока не перестану тихо всхлипывать, и пока..Пока не проревусь. Я вообще не заметил, как оно произошло: вот, я сижу с кружкой и рассказываю ему что-то, а вот я тихо хнычу, обнимаясь с ним, чуть ли не вою в его грудь. Обида, злость на себя, страх и прочее, захлестнуло меня с такой силой, что просто на слова не хватило сил, я просто не мог уже говорить. Я уже не слышал, что говорил Док, я просто полностью ушел в ощущения, теплые объятия и поглаживания, просто в тактильность. В объятиях было тепло и безопасно, по крайней мере, мне так казалось.. Может, я и буду вспоминать это все со стыдом, но не сейчас. Сейчас...Все должно быть хорошо. Наверное.