История нашей запретной любви

Сколько я уже не видел его тело и его глаза? Не знаю даже, зачем поцеловал тогда так смело, будто… Будто всегда так делал. Я чувствовал прожигающую всё и вся на своём пути ревность. Я никого и никогда прежде так не ревновал, как этого Ши Цинсюаня. Стоит ли мне признаться ему и я так и буду ждать у моря погоды? Не знаю, посмотрим, что будет дальше. Я очень надеюсь, что с ним всё будет в порядке. Не зря, наверное, его семья согласилась буквально на то, чтобы его изнасиловал какой-то левый парень. Может… Нет, даже мысли об этом не стоит допускать, а иначе всё реально плохо…

***

Что этот Ши Уду себе позволяет?! Пусть говорит про кого угодно и что угодно, но позволять себе оскорблять своего собственного младшего брата низко даже для меня. Кто бы мог подумать, что Цинсюань единственный нормальный в своей чокнутой семейке? Я даже не хотел сегодня ругаться с кем-то, просто этот Уду вынудил меня кричать! Ладно бы просто проигнорировал меня, да нет же! Ему нужно раздуть из мухи слона, да ещё и меня, виноватым выставить! Как же это противно, аж блевать тянет. Надеюсь, что никогда не увижу Цинсюаня таким, как его старший брат. Надеюсь…

***

Что? Записка? Это точно от Цинсюаня, тут даже думать не надо. Кто ещё мог подписать конверт так: «От анонима, младшего брата своего злейшего врага, Цинсюань♡» При этом Цин было написано мелкими, еле заметными буквами, чтобы на первый взгляд казалось, будто написано Сюань. Отличная шифровки, ничего не скажешь, однако криативно и мило. Сюаню это абсолютно точно нравится, никаких «но» не допускается. В ней написано что-то о последней встрече, свидании в парке после уроков и ещё куча всякой фигни. Кто в здравом уме поверит, что это их последняя встреча? Его родители те ещё сволочи, то точно не трусы и не слабаки, так что если и решат полностью помешать сыну в чём-то, то сделают это более значительным событием. Например, переезд или смена школы. Совершенно очевидно, что летом они уже точно не увидятся и на все нежности и признания им осталось всего лишь каких-то пара месяцев. Жёсткие рамки, однако, наверное, только благодаря ним Цинсюань наконец-то решился что-то предпринять в отношении Сюаня. Вопрос: а стоит ли идти на это мини организованное свидание? Многое изменится, если пойдёт и ничего не изменится, если проигнорирует. Цинсюань, конечно, будет ждать его до последнего в парке, потому как думает, что это последний шанс на встречу, но что если… Нет, это слишком дурная и жесткая мысль. Вообще, сам факт взаимной симпатии пугает Сюаня до дрожи. Он всегда боялся кого-либо любить. Боялся, что его любовь грубо засмеют или выставят глупой. Лучше выглядеть холодной и бесчувственной глыбой, чем сопливым мальчиком на побегушках. И его стратегия явно сработала. Вдруг, Цинсюань не такой, как все? Глупость. Лишь сам факт их неминуемого расставания уже даёт понять, что их любовь не может быть счастливой. Дав волю чувствам сейчас, он лишь роет себе могилу на потом. И всё же… Кого волнует боль, когда ты знаешь, что ничего лучше этих чувств и эмоций больше никогда не почувствуешь? Рискнув один раз, ты потеряешь меньше, нежели рискуя каждый раз из обычной необходимости. Если он не будет счастлив рядом с горячо любимым им Цинсюанем, значит не будет счастлив ни с кем.

***

Сюань решил отправиться в парк сразу после школы. Неприятно было осознавать, что он заставит такого милого и отчаянного парня ждать. К тому же он не из тех, кого противно слушать. Если Цинсюань говорит, то очень интересно и красочно, так что соскучиться с ним практически нереально. А вообще, Сюаню не важно, настолько хорошо он общается с другими. Ему важно, как красиво он говорит с ним и как к нему относится. С заботой и любовью или с грубостью и ненавистью. Хотя и это не имело особого значения. — Хэй, Сюань, ты всё-таки пришёл! — радостно закричал Цинсюань, кинувшись с улыбкой навстречу черноволосому красавцу. Он обнял его из-за всех сил, боясь отпустить и потерять. И всё-таки, это неизбежно и зависит вовсе не от него, как хотелось бы… — Куда бы я делся, а, Цинсюань? Ты зачем позвал меня? — боязливо произнёс Хэ, не забывая добавлять с свой тон грубость и недовольство. Это защитная реакция его сознания на явные признаки проявления любви к нему. Будь он чуточку смелее, обнял бы любимого парня в ответ, однако нет, он полный слабак. — А, это… Ты разве не прочитал письмо? Или… — Ши не стал продолжать, ведь явно было понятно, к чему тот клонит. Только вот эти мысли полностью абсурдные, ибо если бы Цинсюань не был важен для Хэ, то последний бы ни за что не пришёл к нему на «свидание», а особенно сразу после школы. — Идиот! Я имел в виду, что тебя явно до конца этого учебного года никому не денут. А вот летом вы, скорее всего переедете, — сказал, немного вспылив, Сюань, продолжая пялиться на Ши взглядом полным любви и глухого обожания. — А… Так это же прекрасно! Но, знаешь, я всё равно хочу кое-что тебе сказать… Опять, — поговорил с паузами Ши, стараясь ровно дышать и не волноваться. Видно было, как он хотел прижаться к руке Хэ, но не мог даже коснуться её из-за страха. Увидев это, Сюань сам дал ему свою руку, позволив делать с ней всё, что тому только вздумается. — Что ты хотел мне сказать? — с замиранием сердца спросил Хэ, догадываясь, о чём идёт речь. Он не знал, что ответит на признание и стоит ли ему вообще отвечать, ему было до безумия страшно. Рой мыслей заполнил его голову беспорядочным клубком. — Я… Я люблю тебя, Хэ Сюань. Люблю, но не знаю, чувствуешь ли ты ко мне такие же ответные чувства, — на одном дыхании сказал Цинсюань и просто замолчал, ожидая ответа или хоть какой-нибудь реакции от Сюаня. Ему было некомфортно стоять рядом с тем, кому он только что признался. Хотелось редко взять и повернуться, а после посмотреть возлюбленному прямо в глаза, в ожидании увидеть там искры любви. Сюань долго томил с ответом. Долго думал, стоит ли идти на такой отчаянный и в то же время решающий шаг. Он боялся неизвестности, что ожидала их дальше, но ещё больше боялся увидеть слёзы на лице этого милого парня, которого его сердце так сильно полюбило.