in memories

*****

Несмотря на то, что я стараюсь не смотреть на человека напротив стоящего, зато я чувствую прожигающий на себе взгляд и решаюсь наконец из чистого любопытства поднять свой взор. Раз, и единственное, что бросается мне — голубые глаза напротив, которые прищурено рассматривают меня с интересом. Эти глаза мне напомнили океан, океан, в отражение которого хочется смотреть всю оставшуюся жизнь. Два, и я осматриваю внешность брюнета полностью, делая вывод о том, что красотой его природа явно не обделила. Брюнет около пятнадцати секунд смотрит мне прямо в глаза, позабыв о данном инциденте и не подавая виду, что ему дискомфортно от только что пролитого горячего напитка на торс, его рот остаётся в приоткрытом положении и он не испытывая ни капли смущения даже не думает о том, что пора бы уже отвести взгляд, а не вот так открыто пялиться в такие большие и красивые до безумия глаза. По мнению брюнета, сравнить их можно только с тёмным и густым лесом. Но и он - не будет красиво выглядеть на фоне этих глаз. Спустя пятнадцать секунд он всё же пробегается взглядом по мне, судя по всему изучая мой внешний вид и телосложение. Пробегается по моим кудрям, носу, замечая на ней не маленькую родинку, по достаточно-большим ушам и щекам, затем остаётся еще одна деталь, которая пока не успела получить должного внимания. И прежде чем спуститься к самой интересной части лица, он вновь внимательно смотрит в мои глаза, затем спускается к пухлым губам, имеющим приятный оттенок розового и вновь возвращает взор на глаза. Мы стоим молча всего минуту, а такое ощущение, что проходит целая вечность. Бессовестно рассматриваем друг друга, и снова возвращаемся к глазам, ощущая невидимую связь между собой. - Ты кто такой? — спрашивает брюнет пряча одну руку в кармане и продолжает прищуренно смотреть на меня. Меня смущает этот властный взгляд и я искренне надеюсь, что не выгляжу сейчас как помидор. Я даже не могу поиграться кольцами на своих пальцах из-за документов, которые до сих пор находятся в руке. - Извини, это вышло случайно, я сегодня первый день — я вглядываюсь на пятно, которое посадил минуту назад и думаю про себя, отстирается ли оно вообще? не останется ли ожог на его коже? - Извини? Уже одиннадцать часов утра, а ты до сих пор не открыл до конца свои сонные глаза. — брюнет подаёт это в язвительной форме - Так это же ты резко дверь открыл, не убедившись, что за ней никого нет. - Пацан, во-первых будь проще, и прежде чем тыкать, знай с кем разговариваешь, иначе это будет твой первый и последний рабочий день — выдаёт это брюнет спокойно, но с ноткой агрессии, а затем ехидно улыбается, словно только что одержал небольшую победу. . — Во-вторых, знаешь ли, я не привык к тому, что за дверьми может кто-то стоять и без того большие уши греть. - Кем ты себя возомнил? Я разве уже не извинился за этот несчастный случай? Не надо мне угрожать, я тебя не боюсь и быть уволенным тоже — я совершенно не контролирую ответную агрессию, которую, видимо брюнет и добивался. А просто стоять как истукан и молчать я не собираюсь. И это часть моего неисправимого характера. Именно поэтому у меня не самые лучшие отношения с преподавателями в универе, да и в школе было тоже самое. Но разве это плохо? Я ведь не просто так показываю свой характер, а потому что люди зачастую этого и добиваются. Но с другой стороны мне бы хотелось никак не реагировать на таких людей и не вестись на их на провокации. Ведь уверенность таких людей ломается именно тогда, когда они остаются проигнорированными. - Нет, это ты кем себя возомнил? Я уверен, что ты просто не получил должного воспитания — брюнет явно был шокирован дерзостью, на его памяти, незнакомые ему люди никогда с ним так не разговаривали и не показывали ему характер. Именно поэтому, он просто не даст уйти, не оставшись в этом нелепом споре победителем. — Неужели некому взяться за воспитание ветреного мальчишки, неуважающего взрослых? Только сейчас я замечаю, что мы находимся тут не одни и большинство работников вслушиваются в нашу перепалку. Я отвожу взгляд на них и большинство судя по всему удивлены моей грубостью. Но почему, если он начал первый? Медленно перематываю время назад и вспоминаю, что Ира попросила отнести кофе заведующему нашей компании. Тут до меня доходит, что скорее всего, если в кабинете из которого со скоростью света пытался выбежать этот придурок, больше никого нет, то он по всей видимости и есть тот основатель компании. Тот самый Арсений Сергеевич, про которого вчера мне Ира успела немного рассказать. Ну и что, с того, что он владедец компании? Это не значит, что он может так грубо обращаться со своими работниками. На задворках памяти всплывает секретная информация, которой Ира вчера со мной поделилась. Информация о том, что по всему офису ходит слушок о том, что он - самый настоящий бабник. Да, абсолютно не испорченная репутация. Это и заставляет меня усмехнуться ему прямо в лицо. - Проблема не в воспитании, а в том, что такой человек как ты просто не заслуживает к себе уважения. — Я беру его за запястье и протягиваю его к себе, пока Попов, у которого мир остановился на моменте, где его берут за запястье, наблюдает за каждым моим действием. В раскрытую ладонь брюнета я вкладываю документы, затем убираю руку. Словив растерянный взгляд голубоглазого, лишь разворачиваюсь и ухожу в кабинет Матвиенко. Попов провожает меня взглядом, а потом заходит в кабинет из которого только что пытался выйти, скорее всего для того, чтобы под горячую руку не попали невинные люди. Ну, всем казалось именно так, что он был не на шутку разгневанным. Но когда Попов скрылся в кабинете, он трепетно накрыл левой рукой своё запястье, которое минуту назад обвивали длинные, красивые и окольцованные пальцы. Мало кто знал, что у брюнета запястье - одна из эрогенных зон. И Арсений не дал бы просто так мне уйти, если бы не это прикосновение, которое по правде говоря, выбило его из колеи.

*****

Я захожу в кабинет, где и нахожу своего злого, как собака начальника. Армян сидит с недовольным лицом, развалившись на кожаном стуле и покачивается в разные стороны, раздумывая над чем-то важным. - Серёж, что-то случилось? Я видел как ты нёсся взбешенным в свой кабинет. — я подхожу к рабочему месту директора, находя рядом с ним стул и сажусь напротив. - Да я там с Арсом повздорил, это наш владелец компании. — Серёжа складывает руки в замок и произносит это с каплей жалости. А мне нравится, он готов делиться своей проблемой со мной. Он относится ко мне слишком хорошо без каких-либо оснований. Вот он - действительно тот человек, который заслуживает, чтобы я к нему относился с уважением. - Я тоже — на этом моменте я облокачиваюсь на спинку стула и закидываю свою ногу на другую, держа ладони вместе. — Думаю, он будет против брать меня на работу. - Пусть только попробует это сделать, я потом ему такое устрою. — обиженный Серёжа поднимает голову наверх, кидаясь угрозами. - А почему вы вообще с ним поругались? — мне становится приятно от осознания, что Серёже, который знает меня пару дней, я уже успел понравиться и он готов работать со мной. - Из-за отказа одной компании сотрудничать с нами. Он сильно расстроился и я начал предлагать одну выгодную сделку для нас, с другой компанией, на что он моментально отказался. Мы начали спорить. Слово за слово, и в итоге оказалось, что я неразумно потратил миллион на компанию СПРО которая, собственно, и отказала нам в сотрудничестве. - Какой-то сумасшедший он у вас. - Это правда, но помимо всего этого он мой лучший друг, мы с ним дружим больше семи лет, поэтому я всегда встану на его защиту. — тут я немножечко прихуел, я даже не задумывался, что у такого приятного человека как Серёжа, может быть такой друг козёл. Хотя может быть он и вовсе не такой. Вдруг я ему просто неприятен, потому что так хищно разглядывать обычного, незнакомого человека, к которому ты относишься положительно или нейтрально - далеко не норма. Нет, он точно чокнутый. — А вы почему? - Я пролил горячий кофе на него и извинился, но ему извинений было недостаточно и он решил меня поправоцировать. Я только потом вспомнил слова Иры, что он заведующий.... — тут я вспоминаю, что Ире нехорошо и резко перевожу тему — Бля, там же Ира в женском туалете, у неё токсикоз. Матвиенко резко начинает хохотать от сложившейся ситуации с Поповым. Серёжа как никто другой знает своего лучшего друга и давно запомнил, что Арс очень трепетно относится к своей одежде и внешнему виду. Он также в курсе, что эта рубашка - одна из самых любимых и дорогих вещей его гардероба. Ему бы очень хотелось понаблюдать за тем, как Антон ненамеренно мстит Арсу за своего начальника. Меня радует, что я каким-то образом смог развеселить Матвиенко и теперь он будет улыбаться весь день тому, что Арсу его поведение обернулось кармой. Я набираю номер Иры, чтобы дозвониться и узнать о состоянии девушки, пока Серёжа по-дурацки хихикает сам себе под нос. Ворваться в женский туалет не получится. Прикладывая телефон к уху начинаются гудки. - Алё, Ир, тебе принести какие-нибудь таблетки? - Нет, у меня с собой есть и я только что выпила, спроси у Сергея Борисовича, можно ли как они подействуют поехать домой. - Конечно, езжай, мы сами тут справимся. Позвони, если станет хуже, мы тебя отвезём до дому. - Не стоит, мой муж приедет за мной — Ира отключается первой и я снова перевожу всё внимание на армяна. Он всё еще не может успокоиться хихикать, а этот ребяческий смех вызывает даже у меня непроизвольную улыбку.

*****

Работы сегодня особо много не было, но к двум часам дня я уже сильно выдохся. Ира поехала домой, а мы с Матвиенко еще не ходили обедать. Он мне безумно импонировал и даже сегодня в свободное время от работы мы вместе общались и шутили на разные темы, заливаясь от смеха. Он рассказывал мне как сильно любит движ и тусовки. А также поделился историей о том, с каким трудом они создали компанию и с чего начинали. Мне было интересно слушать Матвиенко, но не совсем понятно откуда у Попова были такие крупные деньги в 20 лет на её создание. - Антон, может пойдём вниз, пообедаем? — спрашивает Серёга оторвавшись от монитора разминая шею. - Было бы неплохо, а там хоть нормально готовят? - Ты шутишь? Ты думаешь мы бы с Арсом стали подбирать людей неумеющих вкусно готовить? - Да я как-то не думал, но есть хочется, так что пошли — Я встаю и покидаю свой рабочий уголок, потягиваясь от усталости. В этом маленьком, но уютном кафетерии, которое предназначено только для персонала, действительно вкусно готовят. Мы сидим с Матвиенко напротив друг друга, уже набившие брюхо, и обсуждаем новую компьютерную игру, которая недавно выпустилась. Так вышло, что мы оба фанаты компьютерных игр, а местечко оказалось достаточно атмосферным, что нам буквально не хотелось его покидать из-за отсутствия дел. Я увлеченно слушаю Матвиенко, отпивая фруктовый чай с кружки. И мы оба переводим взгляд на только что спустившегося Арсения в чистой черной рубашке, расстегнутой на 3 пуговицы, с рукавами до локтей и заправленным низом в прямые штаны темного цвета. Попов закатывает глаза, когда видит нас и подходит к стойке, перекидывается парой фраз с девушкой и вновь возвращает на нас свой недовольный взор, облокотившись руками о стойку, он поворачивается к нам передом, чтобы можно было лучше разглядеть. Арсений находится на расстоянии десяти метров от нас, пока армян делает вид, что ничего не замечает и обиженно отпивает свой напиток. Я продолжаю беседу по поводу игры и останавливаюсь на моменте, когда голубоглазый приближается к нашему столику с чашкой темного кофе в руке. Брюнет поставив кофе на стол, располагается рядом с лучшим другом, а я уже и забываю о чем говорил, когда Арсений ставит свои увенистые и красиво усыпанные родинками руки на стол. На это невозможно не обратить внимание и я стараюсь не смотреть на эти руки и на их обладателя. Получается с трудом, мои глаза всё ещё не получили удовольствие, поэтому они всё время сами изучают каждую венку и родинку на предплечье. А когда поднимаются выше всегда встречаются с голубыми глазами напротив. Но я хотя бы пытаюсь это контролировать, а кое-кто делает это нарочно, не отрывая от меня глаз. И даже когда отпивает с кружки, продолжает это делать. И чего он этим добивается? Складывается впечатление, что даже если сейчас прозвучит тревожная сирена, то его взгляд всё равно будет прикован ко мне. За столом царит мёртвая тишина. Матвиенко всё ещё не замечает лучшего друга. Я начинаю чувствовать себя третьим лишним и некомфортно одновременно под пристальным взглядом. А довольный собой Арсений видимо это замечает и поворачивается полубоком к армяну. - Серёж, зайдешь потом в кабинет, нужно поговорить наедине — допивший свой кофе Арсений взглянув на меня в последний раз, ухмыльнувшись, отодвигает стул и уходит, не дождавшись ответа хвостатого.

*****

Чтобы понять, что находится в кабинете у Попова необязательно быть в него приглашенным, поскольку всё прекрасно видно через широченные, стеклянные и раздвижные двери, заполняющие всю стену. По сути, он скорее спроектировал это для того, чтобы наблюдать за работой ребят. И в основном Попов не присутствует на работе. Однако в его отсутствие, только Матвиенко разрешено туда входить. В его кабинете эстетично расположились диван персикового оттенка с коричневыми подушками и сбоку два кресла на оттенок темнее, чем диван. В центре между диваном и камином стоит кофейный столик. В этой комнате, как и в кабинете армяна панорамные окна с выходом на террасу. Позади от дивана подъем на уголок, в котором и стоит рабочий стол со всеми необходимыми вещами для работы и еще парочкой кресел. На месте, где начинается подъем снова находятся раздвижные двери, на этот раз уже не стеклянные. Это на случай, если он захочет уединиться. И именно туда и заводит Попов армяна, задвинув дверь за собой. Оба пропадают из виду и я больше не могу подсматривать за ними. А я стою и не понимаю зачем Серёже ассистент, если Попов всё равно сегодня ясно дал понять, что пока сделки заключать рановато. Всего-то напоминать о его ранее запланированных делах? - Серёж, извини за то, что вспылил сегодня — Арс садится на кожаный стул, выставляя руки на боковые ручки стула — Просто я сильно расстроился. Могу я загладить вину? - Можешь, если составишь мне компанию в клуб в эту субботу — глаза Серёжи в этот момент не на шутку загораются. Не так уж часто он может вытащить своего друга в ночной клуб. - Ты же знаешь, что у меня могут появиться дела в эту ночь — Попов тянется к ящику, доставая оттуда коробку с шоколадными пирожными. — Это тебе. - Арс, ты пирожными не отделаешься — Матвиенко забирает коробку с его любимыми пирожными — Жду ответ до четверга. В субботу не сможешь, значит пойдем в пятницу. - Да хорошо, хорошо — брюнет знает, что он сегодня наговорил немало лишнего лучшему другу и знает, что Матвиенко просто не отстанет со своим клубом, поэтому просто соглашается от безысходности. - Кстати, а что за неумёху кучерявую ты нанял? - Антон - не неумёха. Он хороший человек и пока со всеми заданиями успешно справляется. - Серёж, он сегодня при всех мне нагрубил. - Ну должен же был кто-то это сделать. - А я думаю, что стоит преподать урок невоспитанному мальчишке. - Арс, успокойся, зная тебя седьмой год, готов поспорить, что ты полез первый. Арсений закатывает глаза от злости, что его лучший друг скорее на стороне Антона, чем на его. Но долго на армяна злиться не получается, поэтому Арс начинает нелепо оправдываться, активно жестикулируя руками. Руки брюнета вообще жили отдельной жизнью и он почти что во всех своих рассказах ими махал. - Ничего я не лез, надо просто быть повнимательнее на рабочем месте. - Дай ему время, Арс. И он ещё тебе понравится. — на этих словах Матвиенко забирает коробку пирожных со стола, с полной готовностью покинуть кабинет заведующего — Это всё? Я могу идти? - Иди.

*****

К вечеру я прихожу домой и вспоминаю, что Серёжа теперь есть у меня в инстаграме. Я захожу к нему в профиль и вижу множество фотографий, на некоторых из них он на тусовках, на других выделывает трюки со скейтом. А ещё у него есть публикации с Арсением, на которых и отмечен брюнет. Чисто из любопытства я захожу к нему в профиль и вглядываюсь в черно-белую аватарку. На которой на половину изображен брюнет, а за спиной на стене отчетливо видно цифру 2. Я сам не заметил как начал рассматривать его публикации. В отличии от инстаграма Серёжи, здесь не так уж много фотографий. Все фото обработаны в черно-белом цвете. Та, которая стоит на аватарке встречается мне вновь, но уже в публикациях. На одном фото Попов в белой рубашке и черной жилетке сидит со стаканом в руке и смотрит в камеру, которая находится у его ног. На другой фотографии, сидящий на кресле в костюме, он раздвинул ноги и скрестил их вместе у щиколоток, руки находятся на подлокотниках кресла. Не нужно быть психологом, чтобы понять, что у него раздутое эго. На третьем фото он снова сидит, и снова в костюме, но с тремя расстегнутыми пуговицами, смотрит в сторону, приставив руку к голове. Почему он так не любит три верхние пуговицы? На последнем фото, которое мне пришлось по душе больше всего, смотрящий в сторону Попов щуриться от солнца и придерживает у себя за головой баскетбольный мяч. А костюм стал уже традицией, единственная фотография, где не было костюма - это фотография с цифрой два. Там Арс стоял в куртке и смотрел в камеру. Примечаю, что примерно так и выглядят аккаунты типичных деловых людей. Людей, у которых свои компании. Ну или он просто хочет казаться более серьезным и показать своё превосходство, что отлично получается и в жизни. Я вспоминаю его поведение сегодня за столом. И я правда пытаюсь не напрягаться от понимания, что ловил столь долгие и изучающие взгляды на себе. Но мне кажется, что я начинаю пугаться этого человека, до жути напоминающего мне маньяка. Даже сейчас, находясь далеко от него, в своей уютной квартирке, я немного испытываю страх за себя. Медленно, но осознанно прихожу к выводу, что я себя накручиваю. Мы знакомы всего день и я уже успел накосячить, поэтому ничего удивительного в его поведении нет. Отходя от мысли, я откладываю свой телефон в сторону, затыкаю в уши наушники с карандашом в руке, и продолжаю рисовать. Выбираю из плейлиста одну из своих любимых песен, которая носит название "I wanna be yours" , а её авторы - действительно талантливая группа Arctic Monkeys. Эта песня была выпущена примерно 5 лет назад. Рисование и музыка - это две вещи, которые помогают мне отвлечься или просто занять себя чем-нибудь, когда невыносимо скучно. Я безумно люблю рисовать, в особенности пейзажи или картины, которые посещают мою голову. А музыка - это нечто большее для меня. Мне всегда становилось грустно от осознания, что раньше люди не могли слушать музыку постоянно. У них не было наушников, которые могли бы настолько хорошо выполнять свои функции, помогая окунуться или переместиться в ту или иную атмосферу, вслушиваясь в каждую ноту, в каждый бит. У них были проигрыватели пластинок, которые не каждый человек мог себе позволить. Но и то, даже с проигрывателем тяжело услышать отдельно минус, на верх которого наложены слова, или наоборот. Я большой меломан и счастлив, что родился во время, когда музыка распространилась по всему миру, классическая, кантри, рок, любая. Каждый может позволить себе послушать любую музыку, но далеко не каждый способен оценить её достойно. Людям, конечно может приходиться не по вкусу какая-либо музыка. Но не слушать музыку вообще, не поддаваться её влиянию, не чувстовать каждый раз предвкушение на самом вступлении, или не понимать, что песня способна ассоциироваться с какими-то хорошими моментами или периодами твоей жизни - это так страшно. Можно написать целый рассказ, в котором будут перечисляться функции, с которыми идеально справляется музыка и влияния, которые она может оказывать на людей. По правде говоря, я буквально живу музыкой и за всё время она стала частью меня. Возможно, я бы даже и не смог прожить без неё, она как сильный наркотик, без которого в первый же день начинается страшная ломка. Вспоминаю моменты из жизни, когда мои наушники ломались, мне приходилось ходить один или пару дней, не слушая музыку и я просто чуть было не впадал в депрессию. И моя резкая смена настроения не оставалась незамеченной для моих родителей и друзей. Когда я заканчиваю рисовать под музыку я перевожу внимание на своё художество, где нарисован океан с большой волной. Всё это время, раздумывая над первыми попавшимися мыслями в своей голове, полностью отдавшись музыке, я голубыми красками вырисовывал волны с океаном на белой бумаге а3, что по итогу меня сильно удивляет. Только сейчас я осознаю, что на каком-то моменте впал в прострацию и получилось то, что получилось. Я садился за стол без каких-либо идей, мои руки сами решили это нарисовать. Самую малость пугает, что я не раздумывал над тем, что рисую, занимаясь искусством, а также, что я на протяжении часа этого занятия ни разу не заметил, что это океан. На моей памяти, нарисованных мною океанов с бешенной волной - ноль. Безусловно, были виды с пляжа/моста/высокого здания на море. Но на данный момент, на бумаге изображен лишь чистый голубой океан. Я не стал напрягать или спрашивать самого себя почему я нарисовал именно это. А попросту лёг спать.

*****

Мой второй рабочий день прошёл на ура, Ире заметно стало лучше. А мы по-тихоньку стали с ней сближаться, мне так было хорошо просто находившись рядом с ней. Она - открытый и честный человек, с которым приятно вести диалог на любую тему. Однако сегодня, изложив я ей наш маленький инцидент с Арсением, она была на его стороне, объясняя это тем, что она бы была в еще большей ярости, чем Арсений, пролей бы на её светлую рубашку кофе. И я согласился с ней, но у меня нет возможности перемотать время назад и промолчать на его провокации. Да и человека, выше упомяннотого нами, не было сегодня на работе. Ира много чему меня научила за эти полтора дня, например, работать с документами. У компании была куча важных документов, которые ни в коем случае не должны быть потеряны, им даже был посвящён один большой шкаф с множествами полок. Поскольку Матвиенко - директор, все важные файлы находились именно у него. Нужно обязательно следить за тем, чтобы они имели правильный порядок, в особенности договора, и не терялись среди прочих. Собственно, сложность заключалась в том, что их - хуёва туча, и потеря какого-либо важного договора приведёт к не очень хорошим последствиям. А третий день прошёл еще отличнее, правда на третий день Серёжа меня заставил перепроверять сортировку хотя бы четверти документаций, по моим расчетам, четверть была равна двум тысячам документам. Естественно, мною была проверена лишь половина, другая половина - Ирой. В офисе царил нескончаемый шум рабочих. Если бы здесь был заведующий, все бы боялись даже пошуршать. Больше всего меня радует то, что после работы я встретился с Димой Журавлёвым. До начала сеанса на фильм ужасов, мы вместе гуляли по одному из парков и обсуждали последние новости. Я узнаю, что его повышают до должности су шефа в ресторане, где тот работал поваром всего год, а сам рассказываю о своей новой работе, про в целом хороший коллектив, добрую и милую Иру и уверенно заявляю о том, что мой начальник является особенным человеком, и что я не встречал таких прежде. Ну он правда напоминает мне мягкую и ласковую зверушку. Не забываю упомянуть и Арсения и нашу первую неудачную встречу. Фильм начинался в половину первого ночи, не таким уж и страшным он оказался. Ну, так только я считал, Журавлёву же было стрёмно смотреть на расчленёнку, а большинство людей в зале пугались скримеров. И только я смотрел его с каменным лицом и даже умудрялся спокойно закидывать в рот попкорн, это вероятно потому, что скримеры были слишком очевидными, и потому что я часто смотрю ужасы и привык к подобному, подумал я. Примерно в половину четвертого мы с Димкой уже были дома, потому что изначально мы договаривались, что я останусь у него ночевать, да и от его дома до моей работы можно дойти за 15 минут. Всю оставшуюся ночь нам не спалось и мы разговаривали по душам, пили чай, даже уделили время тому, чтобы посмотреть интересные видео на ютубе, а затем их обсуждали. К утру нам с Димоном захотелось как-то разбавить обстановку и мы решили приготовить себе завтрак. А приготовить мы решили какао и банановые панкейки. Журавлёв жил в квартире один и сегодня отдыхал, поэтому никуда не торопился, а мне надо было быть на работе через 2 часа, так что времени было достаточно. Мы позавтракали вместе, и я не видел смысл спрашивать у Димы можно ли сходить в душ, но попросил для этого банное полотенце. Ко мне наконец приходит осознание, что если я сейчас даже не попытаюсь поспать хотябы час, то есть очень большая вероятность того, что я усну на работе. На часах было 6:30 когда я после освежающего душа всё-таки решил полежать немного и в случае чего Дима меня разбудит через час на работу. Дима бодрствовал, наводя порядок на рабочем столе, чтобы можно было поиграть в компьютерную игру. И я доверился ему. Вот только зря. Я просыпаюсь от резкого звона под ухо. Немедленно выискиваю на кровати телефон, на котором уже начало десятого часа и три пропущенных от Серёжи. Я должен был быть на работе в восемь, широченными глазами перевожу взгляд на Журавля, который уснул прямо за компьютером, положив голову на стол. И начинаю торопливо собираться, одновременно будя Диму, чтобы тот закрыл дверь. Фух, так быстро я еще никогда не собирался, вспоминаю все ли вещи собрал, толкая друга в плечо, потому что этот хрен ни в какую не хотел вставать, чтобы закрыться за мной. Мне потребовалось еще две минуты, чтобы его разбудить и потом я нёсся по улицам как угорелый, до работы я добежал всего за восемь минут. У входа я остановился, чтобы отдышаться, а затем пулей влетел через проход по коридору, где снова столкнулся с ним. При столкновении наши грудные клетки соприкоснулись и в моменте я рефлекторно выставил перед собой руки, отдаляясь от брюнета, не отводя взор от этих бесячих глаз. Брюнет поднимает руку, чтобы выразить своё недовольство и уже открывает рот для того, чтобы что-то сказать. - Извини — благодаря тому, что я выше Арсения на 5 сантиметров, я бегаю глазами по его лицу сверху, а затем добавляю — те. — отвожу взгляд и продолжаю свой путь резкими шагами, не обращая никакого внимания на человека, который далее недовольно наблюдает за отдаляющимся моим силуэтом. Я мигом забегаю в кабинет к Серёже и начинаю оправдываться перед ним. - Серёж, прости, я проспал. - Привет, соня, да я уже понял, что ты проспал. — армян подходит ко мне и мы здороваемся рукопожатием. - А че проспал то? Бессонница или просто с девушкой был? — вторая его мысль вызывает у меня небольшую усмешку. - Ну, если Димку можно назвать девушкой, то да. - Это твой лучший друг, про которого ты мне рассказывал? - Да. - А я думал это я твой лучший друг — в шутку обижается армян и отходит за своё рабочее место. - Несомненно, ты им станешь — я улыбаюсь Серёже стягивая с себя солнечные очки, пока армян по-детски улыбается мне в ответ. Ну разве он не булочка? Вы когда-нибудь встречали более милого начальника, чем он? Обычно, когда речь заходит о начальстве, у большинства людей на ум приходит строгий и хмурый босс, у которого получилось всё, кроме личной жизни. - Кхм.... Шаст, сможешь сегодня без помощи Иры обойтись? Проверь сегодня ещё тысячу документаций. — Прокашлявшись, произнёс армян серьёзным тоном. - Я постараюсь. — На этих словах я подхожу к шкафу с файлами и забираю оттуда сразу несколько папок, выстраивая в ряд их у себя на столе и принимаюсь за работу. Времени настраиваться и делать передышку - нет.

*****

К пяти часам вечера я уже сильно выматываюсь, за целый день я успеваю проверить около десяти папок, в каждой из которых содержатся по сто листов. Матвиенко отъехал по делам, а моей пятой точке уже невыносимо больно сидеть на стуле, поэтому я ложусь на диване у Матвиенко с папкой в руках, в которой остаётся проверить примерно 30 листов. Располагаю свою голову на мягкой подушке, а моя затёкшая шея получает неописуемое удовольствие и неожиданно для себя я вырубаюсь. Проходит полчаса и Попов не до конца войдя в кабинет Матвиенко уже произносит имя лучшего друга. - Серёжа.... Что видит в этот момент Попов?Арсений полностью заходит в кабинет и первым, что ему бросается в глаза - это спящий кудрявый я на диване. Брюнет оглядывает кабинет в поисках Серёжи, а затем наконец понимает, что его здесь нет. Он засовывает руки в карманы штанов и не спеша проходит к спящему силуэту, рассматривая лицо и позу, в которой я уснул. А уснул я полубоком, обвив папку двумя руками, моя голова аккуратно накрыла подушку, а часть кудряшек упала на лоб. Брюнет усмехается, видя эту картину, ещё минуты три тихо изучает все детали моего лица, далее уверенно достаёт руку из кармана и с нежностью, медленно отодвигает указательным пальцем челку в сторону, самую малость пригнувшись для этого. Подобревший он в какой-то момент, этим же пальцем проходит по моей вычерченной скуле.