Твоя улыбка

Он всегда испытывал ненависть к золотому мальчику. С того самого момента, как тот отвергнул протянутую руку. И с каждым днем все сильнее и сильнее презирал его. Все вокруг говорили об этом мальчишке. Гарри Поттер сделал то, Гарри Поттер сделал это. А вы знали, что Гарри… А я видела Поттера… И Драко не мог скрыться от этого назойливого жужжания нигде. Ещё и этот Гарри Поттер, который вечно смотрел на него. Вечно в чем-то подозревал. И вечно норовил подраться. Ладно, Малфой не станет отрицать того, что в первый год обучения сам всячески дразнил его и одергивал. Устраивал дуэли и подставлял бедного мальчика. Но и его понять можно. С самого детства он рос с серебрянной ложкой во рту. Все чего он хотел, ему давали. Любая игрушка, книжка. Даже дети, все, кому он предлагал свою дружбу, соглашались. А тут, смотрите, Гарри Поттер мальчик, который не такой. Конечно у одинацатилетнего ребенка сорвало тормоза. Потом и эта история с Волан-де-Мортом… Тьма и ужас которого парализовала его семью, заставив подчинятся. И что мы имеем по итогу? Драко Малфой — мальчик, которого никто не любит. Родители: один в Азкабане, другая пытается выплыть из долгов и презрения общества. И юноша, которого все сторонятся, кроме тех не многих детей, что росли в семьях пожирателей. Он был рад, что хоть кто-то был с ним и понимал его боль. Но искренне желал быть одиноким в своем горе. Потому что Паркинсон милейшая девушка, умная и добрая, о такой только мечтать любому парню, теперь была обречена на вечные скитания в магическом мире. Забини, креативный и весёлый парень, которому пророчили великое будущее теперь лечится от тревожности и паранойи. А сам Драко осознает, что люди были с ним только ради денег его отца. Вот так и получается, что судьба даёт тебе пинок под зад из бархатного кресла, хотя ты сам даже не хотел в нем сидеть. Злость на весь мир каждый день пожирает парня изнутри. Но в последнее время, ее не то что бы стало меньше, скорее, он начал смотреть на ситуацию под другим углом. Теперь он не обязан идти по какому-то пути, что придумал для него отец. Теперь он может уйти в другой мир, где его никто не знает, и быть тем, кем он сам хочет быть. Пианистом, художником, писателем. Да, даже простым продавцом в магазине! Для него открыты все двери. Все пути в маггловском мире приветствуют его тёплыми лучами надежды и облаками сложностей. Но, как говорила мать: «трудности нас закаляют». И Драко действительно начинает понимать, что его не пугают проблемы, он хочет с ними столкнутся и бороться. Гарри же в его сторону продолжает смотреть, кажется, не прерывно и прожигающе уже несколько дней. Он даже ничего плохого за это время не делал, а этот пялит на него все время, как на врага народа. Драко бы с ним подрался, но он и так стоит на учете в министерстве и драка с их любимым волшебником явно ситуацию лучше не сделает. Потому приходится терпеть и улыбаться. … Гарри не любил Драко. Ну вот, не нравился он ему и все. Конечно он понимал, что тому сейчас нелегко, но что он сам мог с этим сделать? Ещё и это министерство магии, которое слёзно умоляло его приглядывать за детьми пожирателей. «Что бы они ничего не натворили» — говорили министры. «Что бы их никто не обижал» — просила Макгонагалл. К директрисе Гарри больше прислушивался. В целом, Драко никто и не трогал. Ну, да, говорили за спиной гадости. Но Гарри и сам был не прочь сказать про Малфоя парочку слов. А пока никто никого не бил, Поттер считал, что все под контролем. Вот только оторвать взгляд от ненавистного блондина почему-то не мог. Тот с возрастом похорошел. Он и в детстве был стройным и высоким мальчиком, а сейчас возмужал и был приятен взору. То, что ему нравятся мальчики, Гарри понял уже давно, но то, что находит Малфоя симпатичным только вчера. Сложно было это осознать. Все же, большую часть своей школьной жизни они вздорили или игнорировали друг друга. А тут, раз, и симпатичный. И уже не так сильно хочется осуждать его за совершенные ошибки. И заткнуть поскорее обидчиков, которые, пусть и не в лицо, но обсуждали Драко. А тот, сто процентов, знал об этом, но молча терпел. Гарри этого не понимал, но не вмешивался. И вот сейчас, они сидят на ужине в большом зале и Поттер не может отвести глаз. Малфой улыбается. Впервые улыбается за весь этот учебный год, а в груди у Гарри все сжимается. Он не может начать есть, потому что для этого придётся перестать наблюдать за этим чудесным явлением. Малфой в моменте сталкивается с ним взглядом и тушуется. Улыбка сразу меркнет и блондин прямо сжимается. Кажется, что на него накладывается черно-белый фильтр. Гарри чувствует себя виноватым и пытается исправить ситуацию. Улыбается. А Драко отчего-то резко вскакивает и выбегает из зала. Что ж… Он попытался. … Этим утром Драко не смог встать с кровати. Не по силам это было. Вчера Гарри снова смотрел на него. Даже улыбнулся. И как на это реагировать, Малфой не знал. Было что-то теплое в той улыбке. И никаких намеков на злость или высокомерие. Это делало ситуацию пугающей. Он не понимал, чего ждать от Поттера. И от того снова становился мрачным и безэмоциональным. Пэнси все утро прыгала возле него, пытаясь поднять настроение, а он, казалось, совершенно не двигался вперёд. — Драко, она тут уже час скачет, вставай с постели. Завтрак скоро, — Блейз кинул в него подушку и пошел к своему шкафу. — Идите без меня. Я кажется простыл, — он наигранно кашляет и у друзей скептически взлетают брови. — Ты серьезно, Малфой? Из-за этого придурка Поттера? Ну хочешь я на него лягушек напущу? Или сделаю его волосы розовыми? — девушка все не унималась, придумывая разные безобидные шалости, которыми могла бы проучить Гриффиндорца. — Не надо, Пэнс, — он все же поднимается. — Все со мной в порядке. Никто ему не верит, но то, что он встал с кровати, их уже устраивает, так что пока от него отстают. … На защите от темных искусств Драко выдыхает. Поттер не пришел на завтрак и на совместном занятии его тоже нет. Может повезет и они даже за весь день и не пересекутся? Пэнси садится с Блэйзом и Драко остаётся один за столом, но его это особо не волнует. Он любит развалить свои учебные принадлежности на весь стол, оттого с ним и не любили сидеть. Сейчас он счастливо раскладывает учебники, тетрадь с конспектом и рабочую тетрадь. Сегодня проверочная работа и он планирует написать ее на высший балл. Через пару минут от начала занятия в дверь тихо стучат и профессор разрешает войти опоздавшему. Это оказывается Поттер. «Не было печали» — думает Малфой. А Гарри, видя, что все заняты проверочной, занимает первое попавшееся место. Сердце Драко пропускает удар, сбиваясь со своего ритма на что-то быстрое и хаотичное. — Привет, можешь поделиться вариантом заданий? — запыхавшийся Гарри, даже не смотрит в его сторону, выуживая из сумки ручку и тетрадь. — Бери, — шипит Малфой и сдвигает все вещи ближе к себе, освобождая большую часть стола. Гарри ойкает и поворачивается. Почему он сидит с ним? Оглядывая класс, Поттер замечает Рона, что во все глаза смотрит на него. И одними губами спрашивает, какого черта тот сел не с ним. Гарри хватает лишь на то, что бы пожать плечами. — Прости, — он чувствует себя неуютно, что потревожил Драко сейчас. — Ты можешь разложить вещи обратно. Мне много места не надо. — Просто делай уже гребаную работу, Поттер, — беззлобно плюет Малфой и старается сам отвлечься от странных мыслей, выполнением проверочной. — Я… Кажется я пропустил эту тему… Малфой пыхтит и двигает свои конспекты. Поттер благодарит его и вглядывается в аккуратный почерк. Спустя пару минут Гарри опять поворачивается к соседу по парте и мнется, нерешаясь задать вопрос. — Что на это раз, Гарри? — он даже не замечает, что назвал парня по имени. — Что ты ответил в первом вопросе? — Первый вопрос?! — возмущенным шепотом восклицает Драко. — Ты издеваешься? Уже пол занятия прошло, а ты только в начале? Ты не успеешь решить всю работу. Гарри смущённо смотрит на Малфоя и тот вздыхает, двигая свой лист к нему. — Списывай. Когда уже почти вся работа оказывается переписанной Малфой ловит себя на том, что разглядывает сосредоточенного Поттера. И в голове возникает вопрос «почему он позволил ему списывать?». — Спасибо, Драко. Боже. Малфой готов головой об стол ударится оттого, как внутри все сжимается. Его имя, сказанное этим голосом, хочется слушать вечно. Малфой забирает свой лист, что бы дописать последнее задание, которое, в отличие от остальных, надо было решать каждому самому. — Драко… — Решай сам, Поттер. — Я уже решил… Я о другом хотел поговорить… Малфой дописывает последнее слово и резко поворачивается к нему. — Что? Чего ты от меня хочешь? — отчего-то именно сейчас к горлу подступает страх. И продолжать разговор совершенно не хочется. — Как ты себя чувствуешь? — Что? — шок отражается на его лице. — Ну… Просто вчера ты был такой счастливый и весёлый, а сегодня снова хмурый. И я… Не знаю… Может в этом есть моя вина? — Да, Поттер, в этом есть твоя вина. Потому что ты следишь за мной, как за приступником! Потому что любое мое действие ты, чуть ли не в тетрадочку записываешь! — профессор поднимает на них взгляд и делает предупреждение. Драко тушуется. — Но все не так… — начинает оправдываться парень. — Я приглядываю за тобой, потому что директриса Макгонагалл попросила. Что бы тебя не обижали. — Ах, вот оно что! Значит попросили?! — Драко, тише… — Теперь ты меня затыкаешь?! — вскипает Малфой. — Все не так! — Мистер Малфой, мистер Поттер, что в проверочной работе вызвало у вас столь ожесточенные дискуссии? — Ничего… — в голос отвечают маги. — Тогда думаю, вы будете не против остаться после занятий, что бы написать мне объяснительную, почему выполняли самостоятельную работу в паре? — Хорошо, профессор Снейп. … Драко идёт по коридору чуть ли не дымясь от злости. Если бы Гарри сел со своим дружком, он бы всего этого не узнал. Его голова не раскалывалась бы от всех этих противоречивых мыслей. И, самое главное, он бы не шел сейчас на отработку. Недалеко от кабинета его доганяет гриффиндорец. И просит остановится, поговорить. — Я планирую сейчас написать объяснительную и никогда в жизни не заговорить с тобой. — Тогда просто послушай? Малфой поворачивается к нему с явным недовольством, но глядя на лицо, выражающее вину, печаль и раскаяние, все же кивает. Ладно, ему не сложно послушать. Пусть отпустит свои грехи. — Я просто правда переживаю за тебя. Да, меня попросили смотреть за вами. Но в процессе, я действительно начал относиться к тебе лучше. А ещё… Вчера ты так улыбался… У меня аж сердце замерло, ты очень мило улыбаешься. И я правда не хотел портить тебе момент, — его понесло. И внутри все клокотало от ужаса, стараясь поймать поводья тех лошадей, что несли его мысли в мир. Но в следующий момент он понял, что догонять их уже нет смысла. — Мне очень хочется, чтобы ты продолжал улыбаться. Мне очень нравится то, как ты счастливо сияешь. И я хочу быть причиной твоей улыбки. Потому что я улыбаюсь глядя на тебя. И хочу, что бы ты чувствовал тоже самое. Драко стоит в ступоре и не дышит. Хочется слиться со стенами, а ещё лучше забрать у Гарри его мантию и навсегда стать невидимым. Но по мере признания Поттера, в нем самом буд-то что-то расцветает. И к концу он уже с уверенностью может заявить, что это за чувство. — Я не готов к отношениям с тобой. Пока не готов. Но я был бы не против пообщаться, что бы притереться друг к другу, — закончив, он сбегает в кабинет, писать объяснительную. Градус неловкости между ними повысился на максимум, напряжение можно было резать ножем. Но оба парня, сидя плечом к плечу, и оправдываясь перед Северусом чувствуют приятное волнение и трепет в районе живота. И кажется, что теперь им все равно на происходящее вокруг, лишь бы и дальше чувствовать это прикосновение чужой руки к своей.