Эксперимент номер 666

- Мари, Маринетт...Мари, Маринетт... Смотря в потолок - Агрест бесконечно бредил имя девушки. Да, именно бредил, т.к. у парня абсолютно не оставалось никаких сил и слов, чтобы выразить всё то, что у него роилось в этот момент в его хрупкой, словно бабочка - душе... - Сынок, сыночек! Тебе плохо!? Тебе принести водички!? Забившаяся в истерике Эмили - предпринимала тщетные попытки привести абсолютно опустошённого сына в чувство, но тот только на минуту повернул голову к матери и "заговорил" со взглядом полным боли и отчаяния: - Мам, мне ничего не нужно... - Оставь меня пожалуйста... - Я хочу побыть один...Наедине со своим горем... От этих слов - женщина только сильнее зарыдала и ушла к мужу - громко проплакиваясь ему в плечо... От "поддержки" же Габриэля - Адриан только недовольно скрипнул зубами и послал его на все четыре стороны. - Я что неясным языком выразился, что хочу побыть ОДИН! ОДИН, чёрт возьми! - Адриан...Я понимаю что тебе сейчас плохо, но давай ты успокоишься и мы прямо сейчас организуем прощание с твоей девушкой и все прочие вытекающие! Офигев с такой бесчувственности к его горю - он сжал кулаки и подойдя в плотную к гордому профилю отца - хрипло заговорил: - Пока я не удостоверюсь лично, что она действительно мертва - я буду разговаривать с ней, как с живой! - Понятно!? - А ты не имеешь права раньше времени хоронить ту, которая является для меня, можно сказать жизнью! - Понятно!? Отвернув голову в противоположную от мужчины сторону - он весь сжался на кровати и процедил еле слышно: - Убирайся! Слышишь? Убирайся! И чтобы я тебя больше не видел! Ничего не сказав - мужчина ушёл, с грохотом закрыв дверь. - Мари...Любовь моя...Если бы ты знала, как я безумно скучаю и хочу быть рядом с тобой...Только с тобой...Слышишь? Поднявшись с кровати - он подошёл к окну и прикоснувшись ладонью и лбом к холодной поверхности окна - начал свой монолог с брюнеткой: - Помнишь наш День Знаний в первом классе? - Я тогда как последний идиот, дёрнул тебя за косы, обозвав серой мышью. - Хотя признаться честно - мне не хотелось! Правда не хотелось, т.к. ты мне очень сильно нравилась! - До сих пор помню наш с тобой по - детски - наивный диалог... А вернее фразу из него... " Я тебя очень сильно люблю, Адриан...И даже подружилась с тобой, если бы не... Феликс" - Феликс...Это он распорол нить наших с тобой красивых романтических отношений... - Которые начали завязываться ещё с начальной школы...

Восемь лет назад ( Воспоминания Адриана)

- Маринетт! Маринетт! СТОЙ! " Почему же ты меня в упор не видишь!? Какое удовольствие ходить хвостиком за этим мелким лжецом!?" - МАРИНЕТТ! Нехотя обернувшаяся синеволосая девочка повернулась в сторону маленького Агреста и дав знак Фатому, чтобы не ждал - подошла к белобрысому мальчишке вплотную... - Ну? - нетерпеливо произнесла синевласка, сложив маленькие ручки на груди. - Маринетт...Есть разговор... - собрав все возможные силы в свои крохотные кулаки - произнёс мальчик. - Какой ещё разговор? - растерянно пропищала синеглазка, хлопнув глазами с длинными ресницами - вмиг потеряв при этом былую уверенность и начав заливаться краской с головы до ног. - Разговор...Касаемый меня и Фела... - взяв её крохотные ладошки в свои, мальчишка со всей оставшейся уверенностью, что у него была - добавил: - Скажи...Только честно... - Ты любишь меня? - Я..Я...не знаю... Тяжело вздохнув и взглянув на их крохотные руки, сцепленные в замок - она с трудом выдавила из себя: - Мне нужно подумать... - Дай мне время... Нехотя выпустив ладошки из тёплых и таких нежных ладошек белокурого - она смахнула такие непрошенные в этот момент слёзы, и порывшись дрожащими руками в розовом рюкзачке с лошадкой - вынула оттуда милого плюшевого котика с сердечком в лапках. - Держи...Это...тебе... - Знай, что чтобы не произошло - я буду в твоём крохотном сердечке - навсегда... - И не смотри на меня больше...иначе я просто сойду с ума... Закрыв лицо ладошками и убежав прочь - она так и оставила мальчишку одного с неоднозначными мыслями, которые связались прочными путами в его головке, и никак не хотели развязываться...

Реальность

...- Мари, ох Мари ты даже не представляешь как мне без тебя больно, плохо и паршиво! - хрипло произнёс юноша, прижав к щеке " того самого" котёнка, которого Дюпен-чен подарила перед тем, как практически навсегда исчезнуть из его жизни. - Сердце разрывается на маленькие кусочки от несправедливости! - Так хочется повернуть время вспять! Так хочется обогреть тебя в своих объятиях и защитить от этой нездоровой любви Фатома! Мелкие слёзы стекали по щекам и капали на шерстяную мордочку котёнка, который вмиг стал таким же беззащитным, как и сама брюнетка... - Пожалуйста, вернись...Ты мне нужна! - Очень сильно нужна! Сжавшись в комок и прижав котёнка к груди - он вдохнул аромат малиновых детских духов и клубничного пирога. Аромат почти что растворился, но остался лёгкий шлейф, от которого у Агреста - вновь предательски защипало в глазах... Он почти что вновь расплакался...Но его поток эмоций прервал настойчивый стук за дверью, сопровождаемый посторонним шумом. " - Доктор, Вы же понимаете, что наш сын не псих? Он просто любит свою девушку! " " - Мадам Агрест, не сочтите меня за дурака, но Ваш муж - мистер Агрест...О Великое ему почтение! Вызвался помочь своему сыночку, т.к. тот начал резко показывать приступы неконтролируемой агрессии к его персоне! - Не знаю что мой муж такого наговорил, но я уверяю что у нашего принца нет никаких приступов! Тем более агрессии! Но врач в упор не хотел слушать Эмили. Он приказал достать ключ от комнаты Агреста младшего и открыть ему дверь. Находившаяся на грани нервного срыва женщина - кое - как, с потугами раздобыла ключ и открыла ему дверь... - Уходите! - Что Вы здесь забыли? Бедный Агрест начал трястись и бледнеть от вида шприца, в котором пузырилось сильнодействующее успокоительное. - Сейчас будет не больно! Подходя всё ближе и ближе к Адриану - врач с каждым разом заставлял разрывать его горло в криках и нелицеприятных угрозах. Когда противная игла всё - таки дотронулась до его кожи - он закричал что есть мочи, а потом обессиленно обмякнув на кровать - почувствовал чьё - то лёгкое словно пёрышко касание и тепло. Её тепло. Которое обволакивало, и уносило туда, где они были счастливы. Только они вдвоём...