пушистая проблема

весна — прекрасная пора. зарождение чего-то нового. но в понятиях хёнджина все немного не так. она уже не отличается от лета и даже от зимы. снег, дождь, солнце — фиолетово. с такими взглядами иногда и жить не хочется… нужно было купить еды, все же расстройство пищевого поведения или как по-простому рпп за ручку с язвой желудка уже ждут хвана за углом дома, на котором ярко-красным, неоновым светом горит надпись «питание одним дошиком». дождь, лужи от талого снега на окраинах дороги. все совершенно не так романтично, как описанные в книгах прогулки под одним зонтом с любимой. мокрая насквозь обувь даст о себе знать на следующее утро, когда парень не сможет встать с кровати из-за температуры под сорок, и ему никто, как в детстве не принесет таблетку, от которой голова перестанет болеть и спадет жар. он совсем один. очередная машина со скоростью под восемьдесят и хёнджин вновь весь в грязных разводах, стекающих вниз по темному джемперу. мерзко. небольшой пакет из магазина бьется об ногу. мелкие камни вылетают из-под обуви, отскакивают от земли еще пару раз. он увлеченно считает сколько раз отпрыгнул камушек, пока его не отвлекает странный звук, доносящийся из глубины каких-то еще мёрзлых кустов, на которых еле-еле появляются почки. интерес и нечего делать когда-то доведут хвана до гроба. мерзкий крик режет и так неидеальный слух, но к нему скоро привыкаешь, как и ко всему в целом. медленно шоркая подошвой об влажный после дождя асфальт, пахнущий приятно для кареглазого, в то время, когда другие люди считают его мерзким, хван подошёл к растению, от которого издавалось мяуканье вперемешку с мурчанием. уже ведь понятно, кто это, да? хёнджин подтянул брюки, аккуратно присел на корточки и одним быстрым движением достал пушистую проблему. на руках распласталась небольшая бело-рыжая кошка с огромными и глубокими оливковыми глазами, которые заглядывают в самую душу. она вела себя ласково, мурчала и подлизывалась, выглядела ухоженной, и на белой шерстке виднелся красноватый ошейник, значит, хозяин все же есть. — ну и как ты тут оказалась, малышка? вроде же домашняя. — в ответ послышался лишь негромкий звук. — пошли-ка со мной. не мерзнуть же тебе тут. взяв этот дрожащий пушистый комочек, хёнджин пошел дальше по дороге к своему дому. улыбка на лице вылезла из комы. нет, вы шутите? он не улыбался сколько? неделю, две, никто не видел его радостным, это роскошь не для всех близких ему людей. что же случилось сейчас? какой-то кошак заставил лыбиться во все тридцать два. хван, ты теряешь хватку. тот же код от двери, но уже другой хёнджин. обшарпанные подъезды, грязные изрисованные в признаниях в любви стены и пронумерованные двери. хван этот подъезд знал уже как облупленный. второй этаж, грязная дверь с номером «7» — дверь хёнджина. иронично, наверное, осознавать, что именно число семь считалось счастливым для него, поэтому теперь и квартира с таким же номером. — ну, располагайся, кошак. можешь считать это пока своим домом. вальяжной походке этой кошки позавидовала бы даже самая профессиональная балерина, а смелости и любопытству — любой исследователь. обход всего помещения в три комнаты, две из которых туалет и кухня, заняло примерно минут десять. дом парня не отличался особой величиной. мало чего хорошего можно купить на оставшиеся родительские и накопленные с подработок деньги. но главное, что квартирка-то своя, хотя ремонт бы тоже не помешал. оторванные местами обои, грязные окна, потолок с кучей паутины, заляпанный диван, протекающая стиральная машинка и прожженная утюгом занавеска. хёнджин правда пробовал убираться, стирать, но ничего не вышло. хорошо хоть готовить еще не пытался. слишком велик риск, что бездомных станет на одного больше. пройдя свой нелегкий путь, кошка устремилась прямо к хвану и начала тереться о ноги. — жрать хочешь? ну в этом мы похожи. щас будем вместе дошик заваривать, я тебе еще молока налью. приятное мурлыканье перерастало в неприятные оры. соседям точно не понравится. особенно той надоедливой бабке с квартиры напротив. но кого это вообще волновать должно? законом не запрещено иметь домашних животных, так что ничего ему не сделают. обшарпанные кухонные шкафчики со скрипящими дверцами «украшали» кухню своим видом. испачканные окна, пыльный подоконник, полное ведро мусора, стоящее возле двери, и гора посуды в раковине — обычный вид для хвана. в холодильнике появились бутылка свежего молока, которую парень не выпьет, но он знает того, кто с радостью будет. в шкафах над раковиной лежат несколько вкуснейших пачек лапши быстрого приготовления. звук нажатия на кнопку чайника сменяется на запах молока, который хван терпеть не может. еще пара секунд и блюдо для кошки готово. — кушать подано, — с характерным стуком хёнджин поставил тарелку на пол возле стола. в благодарность кот перестал приносить шум, но это лишь на момент поедания. чайник закипел, приправа со вкусом курочки высыпана — дошик готов. сидеть в девять вечера на кухне и кушать с кошкой, которую нашел где-то на обочине огромной дороги, что может быть лучше? — приятного аппетита нам, — в ответ лишь удовлетворенное мурчание, но хван рад, что это не тишина, уже успевшая надоесть за время этого одинокого проживания. пять дней они живут вдвоем, им весело. хёнджин любит гладить кота, кот любит облизывать руки. но вот нынешнему хозяину стало плохо, утром начали слезиться глаза, и опухли веки, не сложно догадаться, что у него аллергия. таблетки помогали, но долго это не могло продолжаться. нужно искать владельца. шорканье тапками по полу раздается эхом по комнате, маленькие лапки бегут вслед за звуком. хёнджин в ванную — кот на кровать. им, кажется, прекрасно живется вместе. таблетки снотворного и парень уже спит, жаль, что двухцветное счастье только проснулось и готово запеть всеми связками на радость соседям. выкинуть пушистую за дверь жалко, она ведь такая хорошая. терпеть это невозможно. из-за таблеток тянет в сон, но раздражающий вопль не дает и глаз сомкнуть. выйти погулять в два часа ночи? конечно. налив молока в светлую тарелку, взяв ключи, хёнджин сбежал из дома. от кого? от кота. темные улицы освещаются редкими фонарями, воспоминания всплыли, которые находится у него в душе. отец, взволнованная мать и сбегающий из дома пятнадцатилетний школьник. за все поступки стыдно, стыдно за того себя, прошлое осталось шрамами, о которых жалеешь. каждый день приходить в пустую квартиру и знать, что из всех людей на свете тебя никто никогда не будет там ждать, он привык и уже не чувствует такого одиночества, как пару лет назад. в кармане старой куртки лежит пачка сигарет, он бросил, перешел на электронки, но раз сегодня ночь воспоминаний, то можно и скурить. искра, тлеющий табак, и яд уже распространяется по легким. идя по улице, можно поразглядывать листовки о сдаче жилья, поиске работы, пропаже животных. одно такое объявление заинтересовало. пропал кот и фото уж слишком знакомой морды. оторвав один листочек с номером, он полетел в карман. луна сегодня уж больно красивая, хотелось бы признаться милой девочке в своих чувствах, но лишь хотелось. хван не спешил домой, сейчас легкий ветерок обдувает темные волосы, путая их между собой. в раздумьях проходит не один час, он вернется в квартиру не раньше четырех утра. просыпаться от навязчивого и громкого мяуканья пушистой твари — больно, плюс ужасное настроение на день гарантировано. хёнджин поспал от силы три часа и так уже шестую ночь, облегчает мысль о том, что он наконец нашел хозяйку или хозяина этого чудовища. кофе не спасает уже давно, но привычка на то и привычка, чтобы жить ею и, если отказаться возможна ломка, неприятное ощущение, проверено. запах свежезаваренного кофе не перебить ничем, глоток, и тепло разливается в душе… сделал резкий глоток, спалил себе язык и горло, которые из-за боли не будут давать возможности нормально есть. он ставит несчастную чашку с кофе на стол, параллельно вспоминая, куда же делся листок с номером. кажется, на тумбочке возле кровати. хватая телефон, парень садится на кровать и набирает номер. из трубки послышался сонный мужской голос. завораживает. — алло, кто это? — доносится с той стороны, но хван не в состоянии сейчас говорить, он в ахуе. этот голос сводит с ума, присутствует приятная хрипота, но он по-своему нежен. молчать еще долго будешь, хёнджин? — извините, вы кто? алло? — в трубке пытаются либо добить хёнджина, либо дождаться ответа. а хван тем временем вспоминал зачем звонил. и три года не прошло, как он придумал, что сказать. — я кота нашел, — хёнджин, ты правда думаешь, что человек, который только открыл глаза, поймет, кого ты там нашел? — какого кота? — похоже парень с прекрасным голосом не обладает дедукцией, еще объяснять придется. — двухцветная, небольшая кошка с красным ошейником и зелёными глазами, — он за эти девять слов два раза инфаркт подхватил. дышать тяжело, а ноги как на зло содрогаются. — вы по объявлению? просто прекрасно. когда и где я могу ее забрать? думать сейчас не хочется. единственное, что сейчас хочет делать хёнджин — это слушать до потери пульса и белой линии на аппарате, который хван один раз в жизни видел. почему-то сейчас он впервые начал задумываться о своей ориентации, а если это все же окажется просто папа маленькой девочки, которая потеряла кричащее чудовище? как жить дальше? слишком много вопросов, на которые трудно найти ответы. — вам удобно сегодня в четыре? я могу забрать ее у вашего дома, — вот все и решилось, он осознал слабоумие хёнджина и решил спасать ситуацию и кошку из лап этого молчаливого инкогнито, — как я могу к вам обращаться? — хёнджин, а к вам? — сказал. он смог. — минхо, приятно познакомится. до вечера. — взаимно, — нормальный диалог, неужели. абонент отключается, а хёнджин наконец выдыхает, сейчас он слышит только биение своего сердца, несмотря на то, что по квартире гуляет самый громкий пушистый комок в истории человечества. нужно больше общаться с людьми, находиться в обществе и хоть иногда звонить родителям. он уже несколько лет не общается ни с кем, только обменивается парой слов с кассиром в пятерочке. хван все же решается посмотреть от чего кот так орет постоянно, загуглил и ахуел. оказывается весной у кошек, так называемый брачный период, и им нужен кто-то для спаривания. прочитав все о весеннем обострении у усатых, хёнджин пришел к выводу, что вместо красных щек у девятиклассниц, коты привлекают внимание голосом. не удивительно, что она с каким-то кошаком в подъезде дня два назад обжималась. время близится к двум, а хёнджину поебать, он морально устал еще с утра и уже настроился на то, что сейчас просто вернет кота сорокалетнему мужику с прекрасным голосом. такой вот хёнджин, такой он настоящий. если девочки перед встречей часа три возле зеркала крутятся, то тот сейчас ест чипсы и смотрит мужское-женское в обнимку с котом. *** на самом деле это вовсе не чей-то папа, он и сам в сыны годится. он любит весну, прогулки на берегу речки, мороженое в руках, а иногда зонтик и быстрый бег, чтобы поскорее спрятаться от дождя. как бы все хорошо ни казалось с одной стороны, всегда есть противоположная сторона с различными проблемами и мороками. нет, у него нет проблем с семьей, и он вроде не считает отвратительным свое отражение в зеркале, но наступает ночь и это означает, что опять нужно смыкать глаза, или как это получается у минхо — лишь пытаться, без единой выигрышной попытки поспать полноценно. но уснуть снова не выйдет, даже после очередной пачки успокоительных, от которой вместо спокойного, долгого сна появляется лишь раздражительность и рассеянность. страх и расстройство сна не дают получить энергию и силы. и начинать новый день каждый раз тяжело, вставать каждый раз и сразу хвататься за что-то, ведь в глазах тьма — привычно, но все также тяжело. спать три или четыре часа максимум, потом идти в универ, в котором самой тяжелой задачей будет не та, что на огромной доске напротив, а — не упасть от дикого недостатка сна, а после на подработку, в которой остается та же задача, но прибавляется еще несколько — привычно, но все также тяжело. шесть утра. за окном ужасная погода, но все равно придется улыбаться людям. по инерции налив молока в желтую мисочку (он купил ее на распродаже за 50 рублей для любимой суни), минхо выбежал из квартиры — опаздывает. храм знаний и эта неуравновешенная преподавательница, которая может прицепиться к криво написанной букве. но не для того минхо корячился год назад на егэ, чтобы сейчас вылететь с бюджета из-за сумасшедшей преподши, поэтому приходится через себя улыбаться и поддакивать, раздражая этим одногруппников, минхо похуй. после ужасного дня в универе можно и на подработку сбегать, после которой ноги остаются за той стойкой в магазине. сегодня навстречу любимому хозяину не прибежала кошка. суни. она у хо поселилась полгода назад, у парня вся галерея забита ее фото в детстве, жаль показать некому, но он и сам не против просто пересмотреть их где-то на работе или посреди скучной пары в универе. но ее нет. после исследования всего помещения минхо в этом убедился. час ночи, но хо сидит, укутавшись пледом, он настолько мягкий, что в нем можно утонуть с головой, это ощущение расслабляет. чувство безопасности, ему полностью комфортно, будто его сейчас обнимает самый близкий человек, от этого так тепло на душе. он совершенно не жалеет свою осанку, когда сидит за распечатыванием листовок. из приоткрытой форточки веет прохладный ветер, окутавший всю комнату, темные волосы немного шевелятся. начинает трясти, но не из-за холода, он боится остаться ночью в полном одиночестве, страшно закрывать глаза в совершенно пустой квартире и ждать, какой кошмар на сегодня приготовит мозг. лучше уж вообще не ложиться, чем пережить это, но даже после пяти чашек кофе тянет в сон. на улице больше не видно людей, одинокие фонари освещают дороги, лишь пару машин проехали, шумя колесами. теперь пришло осознание, он совсем один, многие говорили найти девушку, но это не нужно, слишком большая ноша и придется постоянно терпеть упреки, контроль и недоверие, предательства и измены. да, он боится этого всего, но не больше, чем засыпать. хруст пальцами, облегченный выдох, горячий воздух окатил замерзший нос. закончил с написанием и печатью листовок. он правда надеется, что кошка найдется, надежда умирает последней, разве не так? но умрет лишь минхо, если сейчас же не ляжет на простынь и не уснет. жаль ненадолго. он уже проклял всех богов, которые только есть в греческой, римской и славянской мифологии. раздражающий шум ломает все представления, хотя бы о часовом сне. кому вообще в голову пришло звонить в семь утра, в единственный выходной день? минхо показался довольно странным человек по ту сторону, но сейчас предвкушение встречи с любимым котом — лучше. *** хёнджин был знатно шокирован, нет он ахуел, когда при встрече увидел молодого парня, довольно красивого, его темные волосы так правильно лежали на идеальном лице, руки хотели поскорей убрать эту челку с глаз и заглянуть в то болото, утонуть. тем временем минхо каждую секунду путал свой разум меж взъерошенных волос и нехотя прощался. хотелось больше. *** единственное, что минхо понял с так называемой прогулки — это либо он любит слишком много говорить, либо это хёнджин хорошо располагает к себе, потому что минхо чуть родословную, начиная с третьего поколения, не выдал. единственное, что понял хван, так это то, что хо был слишком милым, когда во время разговора решил показать фотографии суни в первые недели её жизни, он выглядел настолько счастливым, и хёнджин не сдержался, назвал его милым, а у хо в миг покраснела шея и местами кожа на лице, он будто рак, которого варили минут тридцать. и его прекрасные «пошел нахуй», кареглазый счастлив, когда видит смущенное лицо парня в ответ на очередной подкат. несмотря на это, они общались будто знакомы не два дня от силы, а лет десять, хван так даже с чонином, с которым общается со школьных лет, не вел себя. минхо забыл о всех проблемах, тревожащих его, а хван почувствовал в груди странное жжение, но оно приятное? они как будто нашли то, что дополняет их. все закончилось, как только дверь в квартиру захлопнулась у обоих. минхо покормить кота и дописать реферат, хвану надеть тапки и лечь спать, спасает лишь то, что они договорились погулять как-то на выходных, потому что знали — долго не смогут прожить без общества друг друга. ночь — все те же кошмары, стакан воды возле кровати, и пушистое создание тихо посапывает где-то на краю кровати, все то же самое, но другой минхо. *** неужели началась весна? почему все тот же хван хёнджин бежит от какой-то слишком быстрой бабушки с тремя тюльпанами в руках. забегая за угол дома, с отдышкой думает, что бабка-то спортсменка, три двора за ним бежала. но стоит только представить смущенное лицо минхо, когда он увидит эти несчастные три цветка, — понимает, что не зря чуть коньки не отбросил. счастливый плетется к подъезду нового знакомого. оранжевый джемпер мягко ложится на молочную кожу. пара заколок немного поблескивает на свету, густые ресницы идеально выглядят на карих глазах, несколько цветов выглядывают из-под предплечья. минхо уже понял: бежать бессмысленно — он погряз в этой красоте. завораживающая картина. из ступора извлекает быстрый смешок. — хо, я тебе подарок принес, — сдержать уголки губ, которые норовят разъехаться по самые уши не получается, он выглядит завораживающе-прекрасно. — думаю, это не тюльпаны, — слишком смело говорит это, зная, что за широкой спиной спрятаны именно эти чудесные цветы. — думать у тебя плохо получается, минхоша, — эхом в ушах раз за разом произносится это «минхоша», заставляя покрыться румянцем и стать краснее, чем эти гребаные тюльпаны. косо глядящие люди, на которых хвану все равно, а минхо судорожно пытается не словить панику, а чего они ожидали — два парня: у одного в руках цветы, а у второго чудесная лыба. — хо, это не все, — страшно даже представить, что он придумал на этот раз, но отказаться невозможно. шуршание мягкой ткани, и в руках оказываются два браслета с маленькими магнитами в виде сердечек, свисающих с ниточек. — смотри, ты говорил, что плохо спишь, надеюсь ты будешь смотреть на этот браслет и вспоминать, что есть я, и ты не один, — приятно. невообразимое ощущение, о минхо заботятся. — спасибо, — удивительная легкость возле этого человека, будто стало проще. на улице ничего не предвещает беды: тепло, пение птиц. при каждом случайном прикосновении мурашки. минхо влюбился во всего хёнджина. погода решила испортить настроение. дождь начался. прогноз погоды обещал ясную, солнечную погоду, но видимо не сегодня. поднимаясь по обшарпанным ступенькам на нужный этаж, промокшие до нитки, чуть не поскальзываясь — они смеются. старший пытается найти ключи в кармане, еле как попадая в замочную скважину, они наконец попадают в помещение. к ногам ластится суни, хо уже прошел дальше по коридору, а хван присел на корточки и аккуратно провел рукой по цветной шерстке пушистой. они уверены, что завтра заболеют. наверное, поэтому первым делом ставится чайник, и находится пара полотенец. — можешь пройти в ту комнату, я сейчас приду, — хозяин квартиры, указывая на одну из трех дверей — кажется, она ведет в гостиную. комнату немного освещает пробивающийся из-под штор свет, на улице вечер, пасмурно, и совсем скоро солнце полностью уйдет за линию горизонта. белое полотенце свисает с плеч парня, кошка уже уселась на коленях и лишь тихо мурлычет от тепла, исходящего от тела юноши. скрип двери в дальней комнате оповещает о том, что чай готов, и процент того, что завтра они все легкие выкашляют, становится меньше. на столик у дивана приземляются две небольшие чашки. плед греет промокшие ноги, мурчание кота — этот вечер прекрасен. дождь вроде затихает, идея выйти на просторный балкон приходит в голову минхо, несмотря на слова о том, что мы помрем, если сделаем это, они вышли. прохладный ветер уже прошелся по влажным волосам, по одежде. минхо нравится, вид чудесен — оранжевый свет освещает парня напротив, в его глазах видно солнце, расстояние между ними укоротилось до невозможно короткого, ноги содрогаются в предвкушении, быстрый взгляд, будто спрашивает разрешение одними глазами, ему отвечают действием — поцелуй. неуклюжий, нелепый — первый, но такой приятный и прекрасный, не идеальный, но чувственный. они любят, как не любили никогда, мир заиграл новыми красками, появился смысл просыпаться завтра. рука медленно поглаживает подбородок, добавляют остроты покусывания губ. прикрытые глаза и быстрые глотки воздуха, из-за которых нужно отстраняться от столь приятного действия. шорканье за дверью на балкон и не тихое мяуканье. «знакомый голосок» — промелькнуло в сознании парней и, хихикнув, смотря прямо в шоколадные глаза, минхо повернулся и приоткрыл дверь, впуская пушистую проблему. все как в первый раз, корточки, мягкие и приятные касания к цветной шерсти, а после клубочек на руках. — она, как наш ребенок, — шутит хёнджин, засматриваясь на мурлычущее счастье у себя на груди. — первый и последний, хёнджин, — а тот согласен, еще одну такую радость он уж точно не выдержит, вспоминает бессонные ночи, их было немного, но хватило на всю жизнь. — я тебя люблю, — немного поднимая взгляд, полушепотом произносит минхо. удивительно, потому что они виделись всего-то раза два, но уже не понимают, как проснуться завтра и не увидеть этого человека. стало легче, как будто курить бросил, оставил все не нужное позади и готов дальше идти не оглядываясь, они любят друг друга и этого хватает, чтобы снова начать дышать.