Половина сердца.

С объявлением отбоя вся база погружается в мёртвую тишину, прерываемую только мерным тиканьем настенных часов и далёкими звуками шагов - вероятно либо ДаФак, либо Дэв проверяют, все ли агенты разошлись по своим комнатам. Вантуз прислушивается к звукам в коридоре, но когда шаги вот-вот должны были приблизиться к его двери, они просто пропадают, оставляя после себя странное чувство незавершённости и вопрос о том, почему обход не стали заканчивать? Возможно ДаФак привык, что все агенты беспрекословно его слушают, а Вантуз физически не может покинуть комнату, поэтому и решил не проходить по всему коридору, собственно, так даже лучше, Вантузу было гораздо спокойнее, когда он понимал, что его не полностью контролируют, по этому, полежав немного на кровати, он всё же решил спуститься на пол - это было не так сложно, он просто схватился за изножье кровати и медленно опустился на пол, даже не подняв шума. Как залезать обратно - другой вопрос, пока что его не волнующий. Он ощущает, как карябает позвоночником пол, это неприятно отдаётся в весь внутренний механизм лёгкой вибрацией, из-за чего ему приходится обмотать открытые части титанового скелета плащом, для начала так было действительно легче передвигаться. А во-вторых, так он полностью убирает звук скрежета, что кажется лишком громким в тишине спящего бункера. Шуметь ему не хотелось, война научила его быть тихим и незаметным, хотя так и не скажешь, оглядываясь на его стиль боя и общую безрассудность. В прочем всем же всё равно, шумит он в своей комнате или нет? Разобравшись со всеми сопутствующими проблемами, он принимается исследовать комнату уже полностью, не ограниченный площадью кровати. Да, передвигаться на одних только руках не очень удобно, даже если ты робот не ощущающий усталости. Но даже такой малой манёвренности ему хватает, чтобы добраться до дальних ящиков и не обнаружить в них ничего, кроме бесполезных человеческих вещей. Среди всего этого мусора достаточно полезной оказывается только женская невидимка, больше походящая на кусок проволоки, которую Вантуз сразу же решает переделать под отмычку - не первый и не последний раз ему приходится взламывать двери, в штабе он делал это чтобы по-раньше уйти на патруль, а сейчас, чтобы проверить существует ли эта названная сигнализация. Он не помнил, когда приобрёл этот навык, он просто был у него всё это время, кажется даже ещё до войны. Конечно, открыть дверь, когда ты чуть ниже замка - та ещё задача, но приблизившись к единственной преграде, отделяющей его от коридора, он решительно хватается за ручку и чуть подтягивается на одной руке, чтобы хотя бы подняться на уровень замка, который сразу принимается открывать, не особо задумываясь о том, что оставляет царапины на железной поверхности. Где-то в это время гул ламп на время становится чуть громче, а после вовсе стихает, говоря о том, что всё освящение за пределами комнат было выключено. Видимо тут принято экономить электричество - ему же проще будет не попасться на глаза кому-то из агентов. С первого раза замок, ожидаемо, не поддаётся, в какой-то момент Вантузу даже кажется, что невидимка вот-вот сломается, но заветный щелчок заставляет его выдохнуть и достать отмычку из замочной скважины. Её он забирает с собой - ему же надо будет закрыть за собой дверь, когда он вернётся. Ведь так? Дверь открывается с тихим скрипом, который разносится по пустому тёмному коридору, освещаемому только полоской света из комнаты Вантуза. Прохладный воздух сразу же проникает в комнату, создавая небольшие потоки ветра от контраста температур. Для начала вантуз вытягивает за порог комнаты руку и ждёт, что сейчас оглушающе завоет сирена, но ничего не происходит, так что, осмелев, он покидает свою комнату и переключает камеру в режим ночного видения. Пустой коридор выглядел уже не так гостеприимно, как в дневное время, а за окном давно стемнело и кривые тёмные силуэты деревьев лишь дополняли жуткую атмосферу, в такие моменты можно было понять близнеца, который поверил в призраков, но, к счастью, Вантуз был гораздо старше и не верил в эти глупости, поэтому спокойно двинулся дальше. Из-за того, что он буквально полз по коридору, особого шума он не поднимал, поэтому был уверен, что его маленькую вылазку не прервут. Вантуз не знал, куда направляется, честно говоря, он не очень хорошо запомнил помещение, но, вероятно, он пытался добраться до мастерской и проверить, в каком состоянии Спикер и вообще находится ли он всё ещё там - Вантуза очень волновала судьба его боевого товарища, а прошлые обиды рассеялись едва он узнал, что близнецы в полном порядке и не умерли, когда Спикер закрыл дверь. И только он собирается завернуть за угол, где, по его мнению, находится мастерская, как надменный голос откуда-то сверху заставляет агента вздрогнуть и резко обернуться. – Тц, а я думал черви у нас не водятся. – ДаФак чуть склоняет голову и улыбается, смотря за тем, как жалко выглядит агент, ползущий по коридору - зрелище воистину забавное. – Далеко ползём? – ДаФак спокойно ступает следом за упорно продолжающим ползти агентом, что сейчас упорно игнорировал существование человека. Да, это было бесполезно и смехотворно, но он просто не хотел отвечать на эту провокацию, да и от своей цели не отказывался. – Ладно, хватит протирать полы, робот-пылесос у нас уже есть. – В конце концов закатывает глаза ДаФак и наклоняется, чтобы поднять робота, что сразу же начал недовольно дёргаться, пытаясь отцепить от себя чужие достаточно сильные руки. – Тебе не говорили, что ночью выходить нельзя? Может мне стоит поговорить с близнецами...? – На этой фразе он делает особый акцент и Вантуз сразу понимает, что дело - дрянь. – Они всё мне рассказали, я сам вышел. – Сразу же говорит агент и в ответ получает одобрительный кивок мужчины. По крайней мере два рычага давления у него уже было - чёрный Спикер и близнецы, а этого уже достаточно для того, чтобы успешно манипулировать героем Альянса. – Хотел проверить, есть ли тут сигнализация или нет. –Добавляет Вантуз и осматривает мужчину, что уже сменил одежду на белую рубашку и чёрные брюки. Рукава хоть и были закатаны до самых плеч, всё равно немного испачкались машинным маслом, а волосы растрепались, делая вид человека неуместно неряшливым. – Хорошо, что ты признался, хоть в этом и не было необходимости. – С этими словами мужчина чуть прищурил глаза и Вантуз внезапно понял, что совершенно не может ему ответить, будто громкость динамиков понизили до нуля. На вопросительный взгляд Вантуза ДаФак только коротко отвечает. – Наказание за проступки одинаково для всех. – После чего почти обворожительно улыбается, пока всё тело Вантуза, точнее его половину, пробивает разряд тока такой силы, что зелёные искры вылетают со всех открытых участков металлического каркаса и слетают с корпуса камеры. Болевой порог снова падает, из-за чего агенту удаётся очень хорошо прочувствовать “наказание”. Останавливается ДаФак только тогда, когда оператор начинает биться в конвульсиях, не как человек, просто от переизбытка энергии начинают активироваться все механизмы разом, а до перегрева мужчина доводить не собирался. – Ну вот и всё, надеюсь это был поучительный урок. – С этими словами ДаФак запускает руку в карман Вантуза и двумя пальцами берётся за импровизированную отмычку, доставая её и перекладывая в карман уже свой. К агенту слишком поздно приходит осознание того, что эту невидимку специально оставили в его комнате, чтобы на деле показать, почему не стоит нарушать правила. Умно. – Да пошёл ты. – Когда динамики снова начинают работать, агент подмечает, что его голос стал более электронным чем обычно, а мелкие помехи то и дело перебивали речь, впрочем, это быстро прошло. – Я-то пойду, а вот ты поползёшь. – Также беззаботно улыбается мужчина, а потом осматривает агента - в первый раз такой разряд действительно очень пагубно влияет на систему, но в последующие будет уже проще. А ещё он соврал, ни один из агентов ещё не испытывал на себе силу человека, даже в качестве наказания, это можно было назвать индивидуальным приёмом для дрессировки нового сторожевого пса для штаба. – Но ладно, в этот раз я великодушно донесу тебя до твоей комнаты, не хочу пол часа стоять и смотреть, как ты возвращаешься. – После этого мужчина торопливым шагом направляется к открытой двери, пока Вантуз что-то недовольно ворчит себе под объектив.