Твою мать!..

Монстр разлетелся на куски, будто взорвался. Меч убивал существ с такой скоростью, что было видно лишь вспышки от бликов. Хан Суён, стоявшая в сторонке и смотревшая, с какой напористой яростью зачищает скрытый сценарий Ю Джонхьюк, поражённо присвистнула. — Это он так злость вымещает? Ответить ей было некому, так как за чёртовым протагонистом она пошла сама, не прихватив никого, чтобы обменяться колкостями. Вообще, в идеале надо было, конечно, притащить тупого кальмара, но он… Занят. И, кажется, именно из-за его занятости солнечная рыба сейчас так яростно уничтожает бедных монстров. Вообще, это было довольно забавное зрелище. Все в их компании давно уже заметили, как Ю Джонхьюк смотрит на Ким Докчу. Все, кроме, очевидно, самого Ким Докчи, потому что этот тупой дурак абсолютно слепой. Или тупой. Хан Суён склонялась к тому, что оба варианта правильные. Наконец-то сценарий зачищен и Джонхьюк дёргано стёр кровь с собственной щеки. Это ему, правда, не особо помогло… Хан Суён легко проскальзывает за глыбу, надеясь, что протагонист не заметит её и пойдёт срывать злость на ком-то другом. Мужчина в ярости пнул мёртвую тушу, даже не глядя на окошко сообщения о законченном сценарии. Злость бурлила в его венах, и он просто не знал, как избавиться от этого невыносимого и абсолютно беспричинного чувства… Не помогла даже зачистка нескольких сценариев и неплохие награды. Мысли всё продолжали возвращаться к тому моменту, как какой-то неизвестный неудачник спокойно положил руку на плечо Ким Докчи. Ю Джонхьюк понятия не имел, кто это, но по словам детей, которые слишком уж охотно ответили на его вопрос, этот парень увязался за Ким Докчей за несколько дней до возвращения регрессора с очередного сценария. Это… Бесило. Ким Докча, тупой кальмар, не должен позволять себя трогать никому. Разве что детям. Мужчине хотелось схватить чёртового идиота за глотку и резко прижать к стене, яростно прожигая взглядом. Ублюдок явно бы улыбнулся своей крысиной улыбкой и попытался его подначить, а Ю Джонхьюк бы цыкнул, сжал горло Докчи сильнее, заставив его подавиться собственными словами, а потом он бы наклонился ниже и поце— Регрессор запнулся о труп монстра и чертыхнулся, замахиваясь мечом и отправляя тушку в полёт. Мужчина был весь в крови и грязи, пах сладковатым запахом разложения и кровью, но ему было откровенно всё равно. Сейчас нужно найти крысиного ублюдка и узнать, какого хрена рядом с ним трётся этот странный хер. — Докча-сси, ну пожалуйста!.. Джонхьюк замер, вмиг остекленевшим взглядом разглядывая открывшуюся ему картину: Ким Докча, этот несносный кальмар, неловко упирался руками в грудь этого странного парня, пока чужая рука лежала на его заднице. Вены на его руках вздулись от силы, с которой он сжал ладони в кулаки, на лице заходили желваки. Убийственная аура тут же кровожадно полыхнула вокруг него, явно нацеливаясь на блядского ублюдка, что посмел… Ким Докча неловко пытался отодвинуть от себя этого приставучего парня, имени которого он, честно, даже не помнил. Когда чужие руки коснулись его задницы, Докчу тряхнуло от отвращения, и он засопротивлялся живее, надеясь отодвинуть того без применения силы. А в следующий момент парня сдирает с места и он на всей скорости летит в стену. Мужчина замирает, чувствуя убийственную ауру позади него, и громко сглатывает, слыша опасное: — Ким. Докча. — Аха-ха, Ю Джонхьюк… Т-ты уже вернулся? — более нервно, чем следовало, спросил Ким Докча, сразу же понимая, что совершил ещё большую ошибку, когда аура протагониста стала гуще. — Убью. «Твою мать!», — успел лишь подумать Докча, когда в следующий момент его схватили за шею и впечатали в ближайшую стену. Мужчина тут же схватился за удерживающую его ладонь и сипло втянул воздух, поморщившись из-за удара. Глаза Ю Джонхьюка были что две бездны, и это пугало и… Немного завораживало. Но, эй, Ким Докча, побеспокойся за свою жизнь! «Чёртов протагонист, какого хрена ты такой красивый», — мысленно простонал Докча, состраивая максимально ублюдскую рожу. Это нихрена не хорошая идея — злить регрессора ещё больше, но выбора как такового у него не было, поэтому… — Ким Докча. — Джонхьюк-а, я— Докча широко распахивает глаза и задыхается, чувствуя чужие губы на своих. Регрессор не закрывал глаз, целуя его. Боже, его целует Ю Джонхьюк. Солнечник напористо проталкивает свой язык в чужой рот, с удовлетворением чувствуя, как дрожит глотка Докчи под его пальцами и как расплывается взгляд напротив. А после прикусывает мягкую губу и с трепетом ловит громкий судорожный вздох, больше похожий на стон. Спустя несколько секунд он с неким сожалением отсраняется и отпускает его шею, угрюмо вздохнув. А после разворачивается и уходит, едва заметно ухмыляясь и делая себе мысленную пометку избавится от того парня. Ким Докча едва стоит на трясущихся ногах, потеряно глядя вслед регрессору, и медленно прикасается к опухшей губе, пытаясь осознать только что произошедшее. Но спустя пару минут Ким Докчу хватает лишь на короткое восхищённо-испуганное: — Твою мать!.. Хан Суён присвистывает, закатывая глаза и ухмыляясь, вновь прячась за ближайшей стеной. А после смеётся почти до слёз и бормочет: — И всё-таки неплохая это была идея!..