Вечер, приятнее тысячи ночей

|-----------------------------| Снова ощущение мерзкой, склизкой жидкости в полости рта, медленно стекающей вниз по глотке. Будь воля Энджела, он бы выблевал вместе с этим все, что было внутри него. Однако сейчас он не в праве жаловаться на что-либо. Он не тот, чье мнение стоит внимания. Не тот, кто имеет власть над собственным телом. Сейчас, как и вчера, как и позавчера, как и завтра с утра до ночи, он лишь кусок мяса, кричащее то, чего от него ждут. Было ли это приятно? Нет. Может Даст и имел склонности к мазохизму, но каждый чертов день терпеть насилие со стороны крупных, ужасно пахнущих и грязных мужчин, было сущим адом. – Что с лицом, сучёныш? – с ухмылкой прошептал Валентино, – Проглатывай. Энджел бросил на него косой взгляд, снизу вверх, с лицом, выражающим чистое отвращение. Но не повиноваться парень не мог – потому, зажмурив глаза, сделал один неприятный глоток. Даст ощущал как теплые капли кончи стекали с его губ. Как же ему было противно, в то время как на лице хозяина красовалось самодовольное выражение лица. Валентино приоткрыл пасть, но Энджел, будто бы прочитав его мысли, грубым движением вытер свой рот. “ Вылизывать твою сперму с собственного лица я не буду „ – в мыслях сказал тот. На непослушный жест своего подчинённого, Валентино лишь молча закатил глаза и, проверив не испачкан ли его плащ, направился к двери. – Увидимся завтра, дорогуша, – на лице мужчины вырисовывался хищный оскал. – подготовься принять 20 извращенцев за час. Валентино остановился, ожидая чего-то вроде « Да, хозяин », но в ответ получил лишь недовольное мычание. – Будешь продолжать так выебываться, всю дурь из тебя вытрахаю, блядина. По спине Даста пробежала дрожь. Паука не волновало как его там обозвали, единственное – слова Валентино не пустая речь. И он хорошо это знал. Придя в себя и набравшись сил, Энджел лениво оделся и ушел прочь из студии. Как только он дошел до отеля, то мучительно надел на свое лицо маску ахуенной шлюхи. Распахнув двери, Даст самодовольной походкой прошел по коридору. Он прошел до барной стойкой и, облокотившись, начал диалог: – Эй, котик. Как проходит день,мм? – с дразнящей улыбкой выдавил паук. Видя перед глазами Энджела, что вновь пытается играть роль своего образа, Хаск раздраженно закатил глаза. Не потому, что он ненавидел весь этот глупый флирт, а потому, что это ненастоящий Энтони. – Нормально, однако теперь, полагаю, ужасно. – Ой, да брось, Хаск. Небось скучал весь день по звезде ада? – Энджел довольно выставил грудь. Но не прошло и минуты, как он устало лёг на стойку. – Дай что-то по крепче. – уже шепотом сказал тот. Бармен тяжело вздохнул, но как и пожелал клиент, сделал ему виски и без лишних вопросов вручил в ладонь. Хаск сосредоточенно рассматривал товарища, пока тот опустошал стакан. На теле паука было пару бледных синяков, небольших царапин и покраснений. Он все колебался, спросить ли об этом юношу или лучше оставить его в покое? В конце концов, Хаск выдавил из себя: – Валентино как всегда мудак, не так ли? – Да.. – буркнул Даст, протягивая уже пустой стакан, с просьбой новой порции. – Что на этот раз? – бармен пытался вести себя холодно, спрашивая с таким тоном, что казалось ему это вовсе неинтересно. Он быстрым движением наливает виски и снова пристально смотрит в глаза собеседника. Последовал тяжёлый вздох. Энджел тянется за стаканом, параллельно шепча о сегодняшнем дне. О том, какой на этот раз сюжет придумал Валентино и об этом тошнотворным минетом ему под конец дня. Хаск слушал юношу внимательно, не перебивая и пытаясь быть как можно тише во время рассказа. И вот, Даст опустошил уже пару стаканов и был слишком пьян, чтобы трезво мыслить, а тем более продолжать говорить. Паук устало опустил голову на стойку и что то жалобно бормотал под нос, когда вдруг ощутил теплые руки и нежный мех, ласково окутывающие его спину. Кот стоял позади Энджела и ласково, хоть и слабо, обнимал его за талию. Их тела соприкасались, разливая тепло по всему телу. Те даже могли чувствовать сердцебиения друг друга, так близки они были прямо сейчас. На лице паука засиял красный румянец. Бармен аккуратно наклонился к уху юноши, так, чтобы тот слышал его шепот. Энджел чувствовал, как шерстка кота нежно касается его лица. – Не знаю, что творится в голове у Валентино.. но в любом случае, я здесь. – слова Хаска ощущались горячим дыханием, низким мурчанием. – Обращайся, когда надо вывалить то дерьмо, что накопилось. Кхм.. Буду рад видеть такого же неудачника, как и я. – он издал тихий смешок и, неосознанно, начал тереться мордашкой, как это делают кошки при встрече любимого человека. Румянец на лице Даста становился заметнее с каждой секундой. Его лицо буквально пылало так, как не горел ни один пожар. Все, что звезда ада сейчас мог из себя выдавить, это пару неразборчивых слов, дрожащим голосом. Задыхаясь, он все же промолвил: – Мм... Х-хаск, ты.. В эту секунду бармен понял, что делает и резко отстранился. Увидев, как он своей персоной смутил того, для кого физический контакт это дело обычное, Хаск расстерялся и покраснел. – Извини. Я.. эм, – его глаза скакали с стороны в сторону – не знаю, что на меня нашло. Кот быстро откашлялся и собирался уже скрыться, как вдруг его руку схватил паук. – Останься, Хаск. Ты не можешь оставить меня.. в таком состоянии . Лицо Энджела было полностью красным. То ли от сильного смущения, то ли от того, что перебрал с виски. Однако ясно было одно: Даст не контролировал себя. Пьяница тянул бармена к себе, пытаясь прижать к телу. – Ты мне нужен.. сейчас. – он шептал, с нотками возбуждения в голосе. И неудивительно, ведь даже если Энджел имел большой опыт в сексе и во всем, что связано с ним, он никогда не чувствовал ласку от партнёров.. Даже простых поглаживаний по голове. Все, что он получал это унижение, жестокость и насилие. Но то, как Хаск трогал его..было ужасно приятным. Мужчина растерялся, и не успев среагировать, оказался прижатым к груди Даста. Дыхание паука было тяжёлым и прерывистым, а взгляд голодным на ласку. – Давай, котик...– со вздохом протянул он, – потрогай меня.. – Энджел.. – Хаск схватил партнёра за талию, но только чтобы оттащить от себя, на что получил недовольный стон. – Ты сказал, что..что я могу обращаться к тебе, когда мне хуёво..! И вот я здесь - нуждаюсь в твоей поддержке.. – капризничал беловолосый. Бармен вздохнул, все же доля правды здесь была. Перестав сопротивляться, он обвел тело паука своими лапами. На лице Даста появилась слабая улыбка и он крепче сжал тело Хаска, на что тот издал удовлетворенное мурчание. Объятия были крепкими и невероятно комфортными для обоих. Однако недостаточно для Энджела. Паук наклонился ближе к мордашке Хаска, вдыхая его запах и в это же время, слегка раздвигал ноги. Верхней парой рук Даст ласкал шею бармена, второй парой пытался проникнуть под рубашку, а нижней – подталкивал его к своей промежности. Когда их тела были настолько близки, что пах Хаска уже тёрся об зад Энджела, паук издал удовлетворенный стон. – Хаск..Я.. Я хочу тебя. – закрывая глаза, шептал тот. В ответ мужчина смутился, но позволял партнёру продолжать. Вскоре руки Даста бегали по торсу бармена, изучая тело. Он чувствовал горячую кожу и нежную шерсть, а также кошачье мурчание . – Хаск.. т-ты не удаляешь внимания моему телу. – жалобно простонал Энджел. – Сейчас, сейчас. Бармен наклонился к шее паука, проводя по ней линию языком. Он, будто бы кошка, сначала нежно лизал, а затем мягко покусывал. Это ласковые действия нравились Энджелу и тот отвечал на них лёгким постаныванием, наслаждаясь тем, что даже поцелуем назвать нельзя, больше, чем полноценным сексом на камеру.