Не кури при мне

Поздний вечер окутывал тьмой район, забитый тоннами многоэтажек. Это место в народе зовут "муравейником", ведь кроме домов и тысяч людей в них живущих здесь ничего не было: ни пустующего тихого парка, ни одинокого дерева, ни пустыря, заросшего травой. Дома, парковки, люди и машины. Пыльно и глухо. Один из домов выходил на большую развязку на конце города, откуда по ночам доносились звуки рычащих моторов. В одной из квартир этой многоэтажки в углу стола, казалось, тоскливо, но преданно, стоял настольный фонарь. Его работой было освещение трудов двух студентов, один из которых никак не мог понять, как начертить одну несчастную деталь, из-за чего голова его начинала кипеть, щеки краснеть, а терпение иссякать. Это был парень двадцати лет. Он пригласил свою подругу без задней мысли лишь с той целью, чтобы та помогла ему с чертежами, а взамен парень угощал её любимым лакомством. Девушка же, умница и отличница, ненамного младше его, никогда не отказывала другу во взаимовыручке, когда отвечала всем одногруппникам ровно наоборот. Она, сама того не понимая, была влюблена в этого парня. Верные догадки, порой, появлялись в её голове, но девушка старалась отбрасывать такие глупые мысли. А парень... Парень знал, что эта девушка прекрасна, и знал, что неравнодушен к ней, пусть и не догадывался о взаимности. Студент настолько её ценил, что не хотел использовать, как всех тех девчонок, что бегали за ним вслед, пытаясь получить клочок его дорогого внимания. ... - Вот же scheiss[шайс]... Эрин, умоляю, давай на перекур, иначе я остатки чертить ноздрями буду, - проговорил парень, потирая костяшкой ладони глаз, что говорило об его усталости. Он не позволял себе ругаться матом перед своей пассией, потому заменял эти слова немецкими. Должны же как-то проявляться его арийские корни, кроме как во внешности. Парень очень редко курил рядом с ней, лишний раз старался не делать этого, ведь Эрин не имела такой вредной привычки и начинала кашлять от запаха табачного дыма. Обычно, он закрывался на балконе, сигарету держал на вилке, чтобы руки впоследствии не воняли, а затем освежал дыхание специальной "брызгалкой". - Слабак, мы даже половины не сделали! - пытаясь неудачно подколоть, высказалась Эрин. - Соберись немного, Сиджи! "Сиджи" - не было прозвищем парня, как из популярной игры, а лишь сокращением имени Сиджисвалд, которое казалось для Эрин крайне сложным в проговаривании, но всё же оно ей нравилось. После серьёзного высказывания милой девушки, студент посмотрел на неё спокойно и доверительно, почти шёпотом сказал: - Я на 3 минуты, засекай. Сама отдохни немного, устала уже со мной возиться, я же вижу. Эрин лёгким жестом руки отправила студента на балкон, чуть покачав головой, как это делают матери, разрешив ребёнку шалость. Сиджи прикрыл дверь, распахнул окна и достал те самые любимые сигареты. Не сказать, что он был сильно от них зависим и дымил при любой возможности. Нет, он для этого брал самую дорогую пачку, ведь единственное, что он хотел получить от своей дрянной привычки - наполнение вкусом и спокойствием от каждой затяжки. Девушка сидела у того же стола, оперевшись на стену, которая, несмотря на тепло в комнате, была холодной. На улице стояла середина лета, жара приходила редко. Сиджи сонно стоял на балконе, оперевшись на край оконной рамы. Думал, накинуть плед на плечи, но всё же прохлада предночная оказалась приятной, и от идеи он отказался. А тем временем с чёрного неба начали падать крупицы воды, заводя шарманку звуков дождя. Студентов разделяло окно между балконом и комнатой и пространство, еле освещаемое верным настольным светильником и уличными фонарями с развязки. Эрин смотрела перед собой прямо на Сиджи, не отрывая взгляда от пленительной картины. Не взирая на то, что она ругала и просила Сиджи бросить это "противное дело", её до безумия манил шарм дыма и отсутствия спешки... Влюблённая рассматривала спину и шею парня, изредка поглядывая на витающие клубы дыма вокруг тёмного силуэта. Желание свершения одной идеи вновь вспыхнуло в её голове; Эрин попыталась выбросить её куда-нибудь подальше, но попытки были тщетны. Сердце трепетало и заставляло сделать желаемое. Девушка неуверенно встала с кресла, быстро пошла к балкону. Войдя внутрь, она несколько напугала Сиджи, и он вопросительно посмотрел на неё. Эрин постаралась мягче смотреть на него, чем в тот момент, когда ворвалась на балкон: - Хочу немного здесь постоять, - неловко выдавала студентка. Парень по-доброму усмехнулся. Сигарета была почти истощена, хватило бы не больше, чем на 2 затяжки. В очередной раз он вдохнул дыма... Внезапно девушка сорвалась с места. Она забыла обо всех своих комплексах, уверенность в томящем желании лишь приумножилась. Эрин поцеловала его, решительно, но осторожно притянув лицо парня ладонями. Она медленно вдыхала сладкий дым дорогих сигарет, немного отдававших горечью, из-за которой она могла бы начать кашлять вновь. Однако она поглощала его так медленно, что неприятные ощущения подавлялись. Эрин наслаждалась. Вкусом дыма, шармом сигарет и мягкими губами парня. ... Сиджи воспрянул от такого резкого действия, но не отвернулся и не оттолкнул её, позволяя делать пассии что пожелает. Он был точно поражён внезапным решением девушки, которую считал неприкасаемой, слишком нежной и робкой. К тому же, был долгое время уверен, что она не будет ощущать тех чувств, свойственных ему самому. Да чего привирать, Сиджи всё ещё не понимал ни происходящего, ни саму девушку. Парень закрыл глаза и замер. Когда дыма совсем не осталось, Эрин отстранилась от губ, но всё же была очень близко. Ей пришлось прикрыть ротик ладонями, ведь лёгкий кашель всё же застал её. Дыхание девушки ощущалось дрожащим и тяжеловатым. Медленно открыла глаза, взгляд падал только в глаза напротив. Сиджи внимательно смотрел на неё, будто искал подвоха или ждал ответа. - Ещё? - спросил он тихо, но не шёпотом. - Да, - последовал решительный, еле слышимый ответ. Сиджи затянулся в последний раз, закинул бычок в банку и медленно подул на неё, обжигая горячими облаками. Она прикрыла глаза Подошла ближе, поцелуи глубже. Грубости никто себе не позволял. Каждое их движение было нежным, хоть и напористым. Они уже обнимали друг друга, прижимались телами и не могли остановиться...