Алая камелия

Всё же, опоздав на урок, Валентин зашёл в класс под всеобщее молчание, воцарившееся, когда одноклассники и учительница увидели его лицо. Парень сел на привычное место, на задней парте, подождал, пока учительница продолжит объяснять тему и перекинулся парой фраз с соседом по парте. Руся, сидящая на третьем ряду, также за последней партой, то и дело поглядывала на Валентина. Разговор был неизбежен. По очереди отпросившись в туалет, они в двоим очутились на четвёртом этаже, в мужском туалете, где, в это время, обычно, никого не было. Руся облокотилась на подоконник, а Валентин уселся на пол, выставив одну ногу вперёд. Сегодня они были в чёрном. В прочем, как почти каждый день. -Я терпела все выходные. Ну теперь то ты расскажешь, что произошло ночью в пятницу? — крайне встревоженно спросила Руслана. -Да что, что. — тяжело вздохнул парень. -Этот гандон запер меня, навалился и полез раздевать. -Вот мразь. Давай найдём его и убьём. Валентин прыснул со смеху, обратив благодарный взгляд к подруге. -Я вообще-то не шучу. Эта тварь сдохнет, ясно тебе? Ещё немного, и Руся начала бы долбить кулаком по стене, так что Валентин поспешил её успокоить. -Солнце, не переживай ты так. — он поднялся и натянул её чёрную шапку, ей же на лицо, от чего девушка сморщилась, отпихивая друга. -Как я могу не переживать? Тебя избили. -Это не так страшно. Как-то, что… -Он тебя увидел? -Ага. Было так мерзко. — Валентин обхватил руками свои плечи и присел обратно, на пол. -Я бы предложила тебе пожаловаться Боярову, но зная тебя, даже пытаться не буду. -И правильно. Всё, давай закроем тему. И вообще, шрамы украшают мужчину. — горько усмехнулся Валентин. Руслана спустилась к другу, присев к нему, близко близко, и нежно взяла его за руку. -Не говори так. Лучше расскажи, чем вы занимались с секси барменом? -Секси бармен? А как же «хуе-жлоб» и «алко-мразь»? -Ну он же спас тебя от верной гибели! Теперь я его уважаю. А ещё, ну ведь он правда секси. — мечтательно облизнулась Руся. -Это ты его ещё без водолазки не видела. — хитро улыбнулся Валентин. -Чего-о-о? Дем гёрл, у вас была интересная ночь? -Идиотина. Думаешь я бы не рассказала об этом через секунду после? — заулыбался Валентин не зная, плакать или смеяться. -А ты в последнее время вообще скрытная какая-то. Рассказывай давай! -Ну-у-у. У него крутой пресс и куча татух. Типа, вообще по всему телу. -Ты уже и тело его разглядеть успела? — завелась Руся, тыкая локтём в бок Валентина. -Вообще он тот ещё придурок. Доебался до меня со всякими тупыми вопросами, по типу «Тебе семнадцать и ты шлюха». -Это не вопрос. -Ну бля. Короче я ему завтрак приготовила, а он мне в душу полез. Мудак как и все мужики. И прикинь, у этого одноклеточного ещё и девушка есть. -Та-а-к. Кто-то словил лютый краш, да? Валентин нервно сглотнул, состроив самое невинное выражение лица на свете. -Чо за бред. Лол. Ты знаешь, он вообще не в моём вкусе. Руся прочистила горло, и начала размахивать руками, пародируя Валентина. -У него крутое тело, я приготовила ему завтрак и вообще у него есть девушка. -Ой, иди нахуй. -Ну если так подумать, то он правда краш. Валентин, в попытке скрыть слегка покрасневшие щёки, вскочил с пола, протягивая руку подруге. -Долго уже сидим. Сейчас грымза опять наедет. -А раны на лице тоже он тебе обработал? М? Валентин закатил глаза, помогая Русе подняться и, не дожидаясь следующего неудобного вопроса, побежал вниз по лестнице, обратно на урок, перед этим договорившись, о встрече возле школы, после шестого урока. *** За школой, возле помоек, уже собрались парни, ожидающие «главаря». Тот, неспешным шагом, подошёл к ним, с уже заготовленными легендами. -Это тебя так тот жирдяй из одиннадцатого? — спросил один из пацанов. -Костян, не гони. Ты чё типо реально думаешь, что Вал на нём бы ни одного синяка не оставил? — возразил другой член маленькой банды. -Дебил, Костян думать ваще не умеет. Как и ты. — хрюкнул с собственной шутки третий хулиган. -Так, чепушилы, дайте Валу слово вставить. — заткнул их самый грозный на вид десятиклассник и по совместительству правая рука Валентина, которого все называли Владосом. -Ну короче. — начал Валентин, -На выходных поехал на патрики, ну чисто бухнуть, ну понимаете. А там за барной стойкой такая соска сидела, шарите, у неё сиськи как дыни. -О, нормас. -Молоток, ваще. Под одобрительные возгласы товарищей, Валентин продолжил рассказ, самым мерзким и ненавистным из всего арсенала своих голосов, который он мог охарактеризовать как «мускулинный гопник». На что не пойдёшь, ради поддержания имиджа. -Ну и короче слово за слово, пошли в сортир. Она мне значит отсасывает… -Сиськи то показала? -Бля, базаришь. Она мне ими потом подрочила. -Слыш, ну красава. — дал ему пять один из «друзей». -Ну и короче, заваливается в сортир какой-то бугай, под два метра, начинает орать. Мы выходим из кабинки, ну он всё сразу понимает. Начинает кричать, мол, шлюха, изменщица. -Бля-я-я. -Во попал. -Сук, ну тут уж я в отказную не пошёл. У неё там все сиськи окончены были. Ну и чел дал мне пизды. Ну вот в принципе и всё. -Не, ну это не честно. Огромный хер на школяра. -С другой стороны, он трахнул его тёлку. Ну тут по факту получил заслуженный пизды. Бро, ты уж пойми. -Да бля, всё понимаю. Не в первой же. Пацаны отвесили Валентину братское рукопожатие и даже посочувствовали. Но в тайне позавидовали. -Давайте сегодня нагнём этих пидоров из девятого А? — предложил Влад. -Захер? — не понял Костян. -Они у Дамира сиги отжали, в пятницу. — объяснил Ден. -Похуй. — пожал плечами Валентин. -Да не, Дамир это тот ботан из параллели. Мы его крышуем а он нам четыре вида разной домашки по физике делает. -А-а-а. — вспомнил Влад. -Так это он. Надо впрячься. -Вы идите, а мне ещё дань с дрочил собирать. -И чё там, нормально твои шлюхи загребают? -В Коломне не особо. — пожаловался Валентин. Ещё бы. Ведь это были его собственные деньги. -Ну а чего ты от школяров ждал. -Эй, Вал, а ты кого-нить из них ебал? Ну вот честно? Валентин показательно закатил глаза. Что с Русей, что с пацанами, а разговоры примерно одинаковые. Это становится скучным. -Снежу нет, Руся мне ваще как сестра. Так что только попробуйте к ней яйца подкатить, я вам их отрежу, поняли? — Валентин угрожающе повертел перочинный нож в пальцах и хулиганы синхронно замотали головой. -Нет нет, ты чо. Мы ни о чем таком не думали. -А он думал. — Ден указал на Влада. -Бля, завались. Да я не про Русю, а про Снежку. Про Снежку думать можно, не? -Она вам не по карману. — усмехнулся Валентин. -Хотя, за тебя Владос, я может замолвлю словечко. -Помнишь, что у нас на выхах вписон намечается. В этот раз хоть придёшь? -Хз. Но камелий точно пригоню. Услышав, что, вероятно, и Руся и Снежа окажутся на вписке, парни, подобно трём волкам оскалились и закивали, предвкушая тусовку века. Валентин, на таких мероприятиях, обходил друзей за три версты. Во первых, потому что знал, где именно побывали их члены, и ему точно не хотелось, чтобы они же побывали в нём, а во вторых, был велик шанс, что его узнают. Даже в парике и макияже, меняющем лицо практически до неузнаваемости. И всё же, рисковать не хотелось. Впрочем, он давно фантазировал о Владе и знал, что Влад тоже хотел Снежану. Но фантазии не стоили того, чтобы пацаны, а с ними и вся школа узнали, о его двойной жизни. Валентин не просто так несколько лет тщательно выстраивал экосистему вокруг себя, работающую как часы, практически без оплошностей. Попрощавшись, пацаны разошлись по делам. А Валентин отправился прямиком к параллельному десятому классу. Когда гроза старших классов заходил в кабинет, тем-более не в свой, у людей было две реакции. Они смотрели либо с интересом, либо с ужасом. Первые, обычные школьники, к которым у Валентина не было претензий, а потому их забавляло интересоваться его разборками и делиться сплетнями о том, с кем он встречается. Вторые же, те, кто имел с ним дело. Задиры, не знающие своего места, идиоты пранкеры, нарушающие, по мнению Валентина, общественный порядок, должники за секс услуги, оказываемые «камелиями» Валентина, среди которых были не только Руся и Снежана. Но особенной кастой Валентин считал тех, кто не уважительно относился к девушкам. Всех вышеперечисленных он избивал, либо же ломал их имущество, или устраивал тёмную, за школой. Но это только в особенных случаях. В основном это были запугивания и угрозы, которые не требовалось приводить в исполнение. Репутация Валентина, самого старшего из десятиклассников, и его шайки, шла вперёд них. И даже среди учителей было негласное правило. Не трогать банду Валентина. Ведь, по большому счёту, они даже помогали дисциплине в школе и не срывали уроки. Этого учителям было вполне достаточно. Когда парень с перебинтованной рукой и суровым взглядом зашёл в класс, сердце пропустило удар сразу у нескольких школьников. Но один из них застыл на совсем, не в силах поднять глаза. -Встал. — приказал Валентин и паренёк, чуть ли не дрожащий от страха, приподнялся со стула. -Пошёл за мной. И рюкзак не забудь, чепушила. Дима, попытавшийся ухватится дрожащей рукой за лямку рюкзака, нечаянно выронил его на пол. Другие одноклассники засмеялись, понимая, что если сам Валентин пришёл по его душу, значит его можно чмарить без зазрения совести. Уведя Диму из класса, Валентин бросил взгляд на затихших школьников. И сразу обратил внимание на девушку, в худи с капюшоном. Она смотрела на него заплаканными глазами, будто не решаясь о чем-то спросить. Это напрягло Валентина, но дело было срочное. На четвёртом этаже, в так называемом «мёртвом крыле» была лестница, как будто ведущая на крышу, на деле же, никто не видел, чтобы она открывалась. Туда ходили секретничать, целоваться, драться или даже доедать обед, пока никто не видит. Место было не популярное, хотя про него все знали. Именно туда Валентин повёл должника, и грубо усадил на холодную ступеньку, прижимая рукой его плечо. -Слыш сука. Тебе было сказано бабки вернуть? — Валентин наклонился ближе, словно Диментр высасывая душу из обезумевшего от страха Димы. -Д…да. Прости. Я собирался подойти к тебе, но… -Но что? А? Гандон, ты кого лечишь? Тебя давно не пиздили? Валентин схватил его за грудки и немного потряс, не давая тому произнести и слова. -Я… Я. — у парня наворачивались слёзы, на что Валентин насмешливо передразнил его не понятно от куда взявшееся заикание. -Ты совсем тупой? Бабки гони. Трясущимися руками Дима достал из рюкзака кошёлек, попутно вытирая нос. И отдал купюры Валентину. -Этого мало. -Н…но. -Ещё штраф. За просрочку оплаты. Дима молча добавил смятых купюр в руку Валентина. -А теперь, гадина, рассказывай, что именно ты сделал не так? -Я… Я попросил Снежану об услуге. — срывающимся на истерику голосом начал парень, которого всё ещё прижимал к стене Валентин. -Она начала мне сосать и заметила, что я снимаю на телефон, исподтишка. -Ты знал, что это запрещено? -З… знал. Валентин было отпустил парня, дрожащего от ужаса, но совсем ненадолго. Он в пол силы зарядил ему кулаком в живот, так, что щуплый парень согнулся по полам, издав истошный стон. -Это тебе для профилактики. Чтобы не забывал своё место, псина. Валентин схватил его за волосы, и поднёс будто тряпичную голову плюшевого медведя к лицу, улыбаясь во весь рот. -И запомни, с девушками нужно поуважительнее. Валентин отбросил паренька в сторону, покидая закуток, с видом, довольного удава, проглотившего антилопу. Из всех его «обязанностей» в этой роли, возможность показывать слабакам, где их место, унижать неугодных мужчин, иметь над ними власть — было его искренне любимым занятием. *** Последним уроком на сегодня была биология. Учительница биологии, пусть и была молодой, несколько лет как закончившей университет, но спуску не давала, а потому ученики её не очень любили. Парни отпускали пошлые шуточки в туалете, а девушки за глаза называли «стервой с недотрахом». Валентину она тоже не нравилась. Все учителя в школе знали, что до него докапываться бесполезно. Он, конечно, не вступал в конфликты с учителями. По крайней мере последние два года. Но и учителя не спешили попадать в его чёрный список. Как бы странно не звучало со стороны, но даже учителя его побаивались. Уж слишком нестандартным гопником он был. Ольга Анатольевна работа в школе с сентября, и не смотря на всё то, что ей удалось разузнать о известном в узких кругах ученике, она всё равно заставляла его работать на ровне с остальными, не желая закрывать глаза на невыполнение заданий. Её излюбленной фразой была: «Я не рисуют тройки. Тройка — это тоже оценка. И её ещё нужно заслужить». Про себя Валентин называл её коротко и не броско. Душнилой. -Голубкин. Может ты поможешь однокласснику ответить на вопрос, по сегодняшней теме? -Что? — Валентин витал в облаках, совершенно не следя за ходом урока. -Романов, повтори ему вопрос. -Я уже сам забыл. — ехидно ответил ученик. Ольга Анатольевна раздражённо выдохнула. -Что такое селекция? -Ну типа-а-а. А… Ну она типо создаёт новых животных, да? От такого ответа Ольга Анатольевна выдохнула ещё недовольнее. -Попробуйте поподробнее. -Ольга Алексеевна, я ваще то биологию не сдаю. -Ольга Анатольевна. И если вы, Романов, не сдаёте биологию на ЕГЭ, это ещё не значит, что вам не нужно делать домашнее задание по моему предмету. Валентин закатил глаза. Слушать их перепалку ему совсем наскучило. -Давайте лучше изучим пестики и тычинки, а? Несколько недалёких одноклассников захихикали, на столь банальную шутку. -Вы в десятом классе. Эту тему вы уже проходили. -Ну давайте тогда про анатомию. Чем там мальчики от девочек отличаются? Романов, то и дело переглядывался с хихикающими дружками, и, получая от них одобрение, продолжал сознательный срыв урока. А уверенность молодой учительницы от такого нахальства таяла на глазах. Ещё чуть чуть и она бы разразилась криком. Продолжая сыпать вымученными приколами из две тысячи двенадцатого года, Романов не заметил, как все резко затихли, а над его затылком нависла фигура, положившая одну руку на его плечо, а другую на парту, рядом с одноклассником, таким образом, символически загнав его в угол. Испугавшись, Романов замолчал, просто смотря вперёд, в одну точку. Никто не решался вставит слово. Валентин просто встал из-за своей задней парты, под всеобщие смешки и вальяжно прошёл вперёд, к назойливому однокласснику. -Как там тебя? Напомни. — нарочито вежливым тоном спросил Валентин. И это пугало ещё сильнее. -Слава. Романов. -Повтори-ка имя учительницы. -Ольга Анатольевна. Валентин одобрительно кивнул, сжимая рукой плечо одноклассника. -А теперь извинился. Романов поднял округлившиеся глаза на не менее удивленную учительницу. -И… извините. -Просто, извините? — хмыкнул Валентин, ближе нагнувшись к уху одноклассника. Того поглотила его угрожающая аура. -Извините, Ольга Анатольевна. Я так больше не буду. — дрожащим голосом проговорил он. Тогда Валентин поднял взгляд на учительницу и дождавшись, пока та кивнёт, приняв извинение, отпустил плечо и еле слышно добавил: -Поуважительнее надо с учительницами. Одноклассник беспорядочно закивал, так и не повернувшись к Валентину. А тот спокойно вернулся за парту, и больше не произнёс ни слова. Ровно как и остальные одноклассники, вплоть до конца урока. И даже учительница больше не задавала вопросов Валентину. Под конец урока он остался в классе наедине с Ольгой Анатольевной. Та подготовила для него листочек с вариантом контрольной, которую он решил на два. Учительница напряжённо поглядывала то на Валентина, с, будто, дымящейся головой, то на часы. И зачем вообще ему биология? Он даже не знал, куда собирается поступать после одиннадцатого класса. И собирается ли вообще. Планы были такие. Поступить в Москву на бюджет, куда возьмут, это не столь важно, главное, чтобы было бесплатное общежитие. Поступить желательно в один университет с Русей, и переехать, лишь изредко возвращаясь в родной город, навестить бабушку. Валентин бы с радостью уехал уже после девятого, но без Руси не хотелось. Потому, с начала десятого класса он решил взяться за учёбу, чтобы снова не остаться на второй год, как несколько лет назад. И раз уж учительница биологии была столь вредной, ему приходилось смириться и приложить чуть больше усилий, ради тройки. Наконец закончив, Валентин подошёл к столу учительницы, печатающей что-то на ноутбуке, и положил на стол решённую контрольную. -Быстро справился. — девушка нацепила очки и принялась изучать написанное, -Ты пока присядь. -А вы что, сразу проверите? -Если я тебя задерживаю, то лучше иди, узнаешь результат после завтра. — предложила она. -Да нет, давайте сейчас. — Валентин уселся на первую парту, в расслабленную позу и достал телефон, набирая сообщение Русе, с просьбой не торопиться на встречу. Через пару минут Ольга Анатольевна огласила вердикт. -Ну молодец Голубкин, можешь, когда захочешь. -Всё нормально? — не веря своим ушам уточнил парень. -Не просто нормально. Это уверенна четвёрка. Вижу, ты действительно подготовился. — Ольга сощурила глаза, из-за очков взглянув на ученика, -Или списывал с телефона? -Нет, я честно все выходные готовился. — обиженно оправдался Валентин. -Да ладно, я тебе верю. -А если бы вы меня сегодня на уроке спросили, я бы ещё и оценку за активность получил. — сказал он, с видом истинного ботаника. -Ты знаешь, Голубкин, после твоего перфоманса, я как-то даже не решилась. — улыбнулась учительница. -Ой, вы меня извините. — он смущённо почесал затылок. Его речь была столь дружелюбной и уважительной, что у Ольги произошёл диссонанс. Эта манера поведения совсем не вязалась с той, которую он показал в классе, чуть больше часа назад. -Не извиняйся. Даже помог. Этот горе шутник меня уже порядком достал. — откровенничала женщина, растирая точку меж бровей. -Он вас больше не потревожит. -Голубкин, ты давай только без криминала. Парень ты умный, способный. Не хватало тебе ещё с такими замашками в колонию попасть. Для Валентина слышать в свой адрес пророчества о тюрьме было не в новинку. Он слышал это от учителей, от соц работников из детской комнаты милиции, к которой он был прикреплён с незапамятных времён, и даже от матери, чей муж, и отец Валентина, соответственно, был заядлым сидельцем. А вот слова «умный» и «способный» он слышал только от одного человека в жизни. От той единственной, которая всегда в него верила и никогда не отворачивалась. От бабушки, что искренне считала, что колония для её внука далеко не верх возможностей, и уж тем-более не судьба. -Никакого криминала, Ольга Анатольевна. Просто не терплю не справедливость. -Значит без криминала, говоришь. А я тут слышала, что ты замешан в тёмных делишках. Или всё врут? Валентин напрягся. Какая крыса посмела распускать про него слухи? Выследить. Допросить. Приструнить. -Злые языки. — уверенно ответил парень. -Эх ты. Делаешь вид, что защищаешь женщин. А сам продаёшь их. Ты хоть знаешь, что это статья? Тон учительницы был насмешливым, но в нём читалось презрение. Прежде, никто из учителей не решался заговорить с Валентином и компанией об их маленьком бизнесе. Тут как с продажей наркотиков в школах. В каждой есть свой дилер, многие об этом знают, но никто не захочет с этим разбираться, пока не окажется в эпицентре последствий. -Я никого не продаю. Просто помогаю девушкам подзаработать, защищая их интересы. Не более. — спокойно ответил Валентин, не видя смысла в сокрытии очевидного. -После выпуска ты этим же заниматься будешь? -Пока не знаю. -Ну ты подумай. Время до одиннадцатого класса ещё есть. — мягко добавила учительница, указывая парню на дверь, как бы говоря: «Можешь идти». Валентин накинул рюкзак на плечо, и уже в дверях кабинета, повернулся, чтобы задать всплывший в голове вопрос: -Вы осуждаете их? Ну, девушек которые… Оказывают услуги. -Не осуждаю. Мне их просто очень жаль. -А если это их осознанный выбор? -В таком возрасте? Да и потом, такая деятельность никогда не выбор. Если бы ты получше разбирался в психологии, то знал бы, п о каким именно причинам девушки идут на такое. -Я догадываюсь, почему. До свидания. *** Фиолетовая гирлянда, свисающая с полки над письменным столом придавала комнате уюта. На стене висели полароидные фотографии, рисунки с аниме персонажами и ловец снов, с пушистыми розовыми перьями. Кровать была застелена мягким, но не самым чистым пледом, в котором уже давненько захоронены крошки от чипсов. У комнаты был свой шарм, она разительно отличалась от скучной комнаты Валентина, что дома у бабушки, что у мамы. На подоконнике дремал престарелый кот, мирно посапывая. Валентин то и дело поглаживал его, от чего кот вытягивал лапы и переворачивался с боку на бок, мурча. Руслана закончила печатать что-то в телефоне и вскочила с кровати. -Так. У нас много дел! Я пойду погрею нам обед, а ты пока выставляй освещение. -Зай, ну может сначала серик посмотрим? Там уже две новые серии вышло. — занудным тоном попросил Валентин. -Ну они же ждут. А ещё мама через час вернётся. Прикинь если зайдёт, а она зайдёт, и увидит чем мы тут занимаемся. -Ла-а-адно. — тяжело выдохнул парень, доставая кольцевую лампу из-за шкафа. Спустя время Руся вернулась с двумя тарелками, наполненными пельменями со сметаной. -У-у-у. Пельмешки. -Там на кухне ещё салатик, помидор-огурец есть, если захочешь. -А чай? — вспомнил Валентин, уже набив рот пельменями. -Закончился. -Рил? Такое бывает вообще? -Ну если что-то не купить, то оно блять заканчивается. — ироничным тоном ответила Руся. -Лан. Что сегодня снимаем? -Несколько фоток в белье. Несколько без белья. Несколько совсем без белья. -Для этих твоих Арабов? -Ну не только. Не нуди, ты же тоже их используешь. -Только те, что без лица. -А мои тоже без лица. Некоторые. Главное, чтобы дреды в кадре были. Расправившись с обедом, Валентин вернулся к настраиванию освещения и окружения. Накидал милых подушек в кадр, прикрывая ими большой кусок отклеившихся обоев, над кроватью. В это время, Руслана сняла спортивные штаны, в которых была в школе, и чёрную худи, оставшись в светлом, полупрозрачном комплекте белья. Валентин, повернувшись, увидел её и с интересом спросил: -О, новый лифак? Красивый. -Ну, красный это твоя фишка, так что я решила быть таким невинным ангелочком. — Руся сложила руки, будто в молитве и склонила голову на бок, по детски хлопая глазами. -Замри. — Валентин направил на подругу камеру, фотографируя в полный рост. -Это лично для меня. -Собираешь коллекцию моих кринжовых фоток? — рассмеялась Руся. -Ты прекрасна на всех фотках. -Эх. Как жаль, что ты не лесба. Могли бы замутить. — театрально вздохнула Руся, укладываясь на кровать. -Так и ты не лесба. — Валентин направил на неё камеру, в поисках самого «аппетитного» ракурса. В свете фиолетового, её фарфоровая кожа стала совсем розовой, делая её похожей на сексуального пришельца. -Скажи, мне ногу лучше вот так положить, или по другому? — Руся сосредоточенно подбирала позы, делая их то более застенчивыми, то более развратными. -Так, ну смотри. — Валентин сделался серьёзным и убрал камеру. -Этот образ слишком нежный, для просто раздвинутых ног. Ты уж либо допошли его, либо будь невинной малышкой. -Ну да, ты шаришь. Я типо девственницей должна выглядеть, да? -Не думаю, что девственницы желают такие фотки, и тем-более не присылают всяким дрочилам за деньги. — Валентин вновь направил фотоаппарат на девушку, периодически указывая ей, какое выражение лица или направление руки стоит принять. Фотографии получились достаточно разнообразными и Руся, отбросив бра, цвета парного молока, на стул, перепугав бедного кота, выудила из шкафа два других лифчика, показывая их Валентину. -Этот? — она приложила к себе светло-голубой, -Или этот? — второй лифчик был тёмно фиолетовым, почти как цвет баклажана. Валентин нахмурился, и попросил остановить выбор на втором. Руся послушно надела фиолетовый, и достала из шкафа стринги, того же цвета. -Понимаешь, светло-голубой всегда считался цветом девичьей чистоты. Уж не знаю, как сейчас. А у нас такие фотки уже есть. Теперь нужно что-то более взрослое, бросающее вызов. Цвет баклажана отлично подходит. -Типо потому что смайлик баклажана означает член? — хрюкнула со смеху Руся. Валентин улыбнулся, покачав головой. -Я же уже рассказывала. У каждого цвета есть свой характер. Каждый говорит миру что-то своё. Сейчас ты говоришь миру, — он выставил перед собой руки, жестом показывающие рамки объектива, и будто взял Русю в воображаемый кадр, подходя ближе, -Я хочу тебя, Султан Сулейман, так что приди и возьми меня. Руслана рассмеялась. -Султан? О, поверь, ты бы разочаровалась узнав, как именно выглядит этот «Султан». Да и вообще, он разведён и живёт в съёмной хате. Ну правда в Турции, что круто. -Наверное мечтает, чтобы ты к нему приехала и готовила ему рашн борщч. Мой сладкий пэрсик. — Валентин спародировал южный акцент, сам не поняв, какую именно национальность пытается показать. -Расистка. -Ой, слушай. Александр меня обозвал мужененавистницей, ты расисткой. Осталось меня гомофобкой обозвать. -Ну ты же правда ненавидишь мужчин. Типа, всех. — Руся легла обратно, достав айкас из тумбочки, и принялась напускать дыма в комнату, чтобы создать ощущение студийного тумана. -Ну не всех, конечно. -Да ну? И кого ты не ненавидишь? -Ну, Влад чёткий. В целом то. -Ты так говоришь, потому что хочешь, чтобы он тебя трахнул. -Ну, я не прям хочу. Но была бы не против. Ну окей, Костян тоже ничего. Долбоёб правда, но из него может что-то получится. Валентин взял крупным планом грудь девушки, вполне большую, для шестнадцати лет. -А кстати. Чего ты задержалась сегодня у биологички? -Смотри, давай ты сейчас повернёшься, упершись руками в стену, и немного раздвинешь ноги. Руся последовала указаниям и кадр получился отличным. -Ну во первых я пересдала контрольную. Между прочем на четвёрку. -Дем гёрл, это же охуенно! Ты большая молодец. -Сенкс. А потом биологичка стала расспрашивать, по поводу нашей подработки. Ну тип, почему я продаю тела девушек, и даю им защиту и возможность зарабатывать? -А ты что? -Сказала ей отвязаться. Она ещё такая: «Ты не знаешь, что толкает девушек на путь проститутки». Ха! Ещё как знаю. Да я так живу. -И примеров перед глазами полно. -Ну да, у всех свои причины. И я знаю, какие именно. Валентин крутился по комнате как озорная блоха, то выкручиваясь в бараний рог, ради красивого кадра, то выполняя упражнение «мостик», если это могло повлиять на качество кадра. В конце Валентин просмотрел пару снимков и довольно кивнул. -Отличные кадры. Ты просто богиня. Эх, жаль другие девочки не дали бы мне их вот также пофоткать. -Стесняшки. -Фоток в белье достаточно. Есть и для твоего аккаунта и для моего. Давай теперь без белья. -Давай только быстро, а то мама скоро вернётся. -Не торопи художника. -Художник слишком долго пельмени жрал. — цокнула она, откидывая очередной лифчик в сторону. Без тени стеснения перед камерой и пристальным взглядом Валентина, девушка сжала груди руками, выставляя корпус вперёд. С этой позой в подсказках она не нуждалась. -Отлично, просто прекрасно. — нахваливал её Валентин, а Руслана щурилась, от радости перед похвалой. Им оставалась всего пара кадров, но Валентин услышал, звук ключа, что поворачивался в двери. С его образом жизни он уже давно натренировал слух на улавливание шагов, и звук открывания двери. -Руся! Срочно одевайся, там твоя маман идёт. Как ошпаренная, Руся вскочила с кровати, набрасывая на себя домашнюю футболку и натягивая шорты. Валентин, в этот момент, запихивал лифчики в шкаф и закидывал осветительную аппаратуру куда подальше. Им было не обязательно спешить, но подстраховка была необходимой частью их бытия. Они даже успели отдышаться, и достать учебники с тетрадями, сделав вид активной деятельности. Когда уставшая после работы мать Руси зашла в комнату, разумеется, без стука, она с порога начала не просто кричать, а орать. -Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты вот этого вот уголовника домой не приводила! — разозлилась мама. -Кого хочу, того и привожу. Я тут тоже прописана. Хочу, вообще на кухне насру. — наглым тоном ответила Руся, и бровью не поведя, не смотря на крайне повышенный тон матери. -Пока это мой дом, порядки здесь устанавливаю я. Поняла меня? Малолетка тупорылая. -Ты чо, охренела? Он останется здесь и точка. Пока я плачу коммуналку и покупаю еду, я имею полное право жить здесь так как хочу. Или давай я прям щас съеду, и плати за всё одна. На это матери не нашлось, чем возразить. Она, задыхаясь от ярости, перевела дамоклов меч на Валентина. -Ну смотри уродец. Попортишь мне девчонку, я тебя в землю закатаю, ты понял меня? — хриплым, пропитым голосом угрожала она, на что Валентин, по привычке, кивнул, выражая согласие. -А ты, мелкая дрянь, если в подоле принесёшь, я и тебя и поганца с дитём со свету сживу. Эти слова Русю задели, но не из-за грубости того, как они были произнесены, а из-за того, что эта угроза оскорбляла её професиональные навыки. Указывать Русе на предохранение, тоже самое, что попросить Леонардо да Винчи, нарисовать новогоднюю картинку в садик ребёнка. Она злобно хлопнула дверью, а ребята переглянулись и синхронно закатили глаза. Зная мать Руси, они ещё какое-то время обсуждали исключительно уроки, зная, что женщина за дверью может, и скорее всего, вероятно — подслушивает. Со временем они действительно втянулись в выполнение домашнего задания. Как-никак, а завтра первым уроком алгебра. -Знала бы она, что этот поезд давно ушёл. — шоптом произнёс парень. -И я не принимала в этом никакого участия. Хотя я её не виню. Дружбы между мужчиной натуралом и женщиной не существует априори. Всегда кто-то в кого влюблён, либо они трахаются, либо трахались раньше, но расстались друзьями. Либо один из них гей. — Валентин, держащий ручку, направил ту на себя, высовывая язык. -Вообще я так много раз водила сюда разных пацанов, что она уже точно должна была догадаться, что я не непорочная дева Мария. Просто тебя вожу сильно чаще. -Хочешь, в следующий раз, пойдём ко мне? Но имей ввиду, бабуля тот ещё шиппер. -Она милая. Уж точно лучше кое-кого. — имея ввиду свою мать, добавила Руся. Друзья вернулись к урокам, и спустя полтора часа, окончательно устав, завалились под плед, с ноутбуком. Легли на животы, и включили сериал, периодически отпуская шуточки по поводу актёров. Просмотрев две серии на небольшой перемотке, Руся схватила камеру со стола. -Давай фотки посмотрим? -Ок, но я ж их ещё не обработала. — Валентин вырвал камеру из цепких лапок подруги. -А они даже без обработки красивые! Они улеглись отбирать фотографии, неудачные удаляли, но их было не так много. Особенно Русю заинтересовали фотографии её обнажённой груди. Она заворожённо то отдаляла то приближала кадр, покусывая нижнюю губу. -Долбанная нимфоманка. — усмехнулся Валентин. -Не осуждай. Что плохо в том, что я тащусь от своего тела. Да и от секса, тоже. Ну правда, ну посмотри. Я ж охуенно сексуальная. Ну просто пиздец. — Руся тыкнула камерой в лицо Валентина. -Я вообще-то их снимала так что насмотрелась уже. Спасибо. Я твои голые сиськи лет с тринадцати вижу, причём постоянно. Надоели уже. -А, это же тогда ты призналась, в своей ориентации? -Ну да. Тогда я думала, что я просто парень гей. -Короче фотки пиздатейшие. Мне очень нравятся. Спасибо спасибо спаси-и-ибо. — Руся навалилась на Валентина, целуя того в лоб. В ответ он крепко обнял её, не разжимая тески. -Жаль я не могу такое никуда выкладывать. Ну, как другие фотографы. Знаешь, которые ведут группы или тг каналы с фотками. -Погодь, но мы же выкладываем. На мой онлик. -Ага. Супер. Мои фотки видят только дрочилы, заплатившие за подписку. -Ты же не только меня фоткаешь. Я видела твою галерею. Там же и животные, и город, и лес. -Ой, да это так. Фигня. -Не скажи. — Руся дотянулась до сумки Валентина, выудив из неё телефон с разбитым экраном. Введя довольно длинный и замысловатый пароль, она залезла в галерею. -Шо ты там копаешься? Руслана открыла папку под названием «фото 2023» и нашла несколько фотографий, для примера. -Ну вот. Посмотри. Это же просто нереальная красота. На фото была белка, запечатлённая в прыжке, с заснеженной еловой ветки. -Она правда крутая, но ничего не доказывает. Шанс поймать такой момент один на тысячу. Это ничего не говорит о моих навыках. -Но ты поймала. Именно такой момент. Я же помню, как ты целый час охотилась за этой белкой по всему лесу. У меня тогда все конечности заледенели. И это далеко не один такой снимок. -Это скорее говорит о том, какая я дерьмовая подруга. -Ты бесплатно фоткаешь меня. Разве можно назвать тебя дерьмовой подругой? Валентин улыбнулся, плюхнувшись на подушки и подозвал к себе Русю. Та прилегла, плотно прижимаясь лицом к парню, а тот, накрыл их тёплым пледом. Они лежали, обнявшись, как делали это постоянно. Рука Валентина накрывала её талию, а она, закинув на него одну ногу, прижималась лицом к его футболке. Так, подобно котятам, они любили проводить время вместе, получая тепло друг от друга, которое не могли получить от враждебного мира. -Что ни говори, а у тебя есть талант. И видение. -Заткнись. — шикнул Валентин. -Сама заткнись, припадошная. — Руся обхватила шею парня, двумя руками, совсем не сжимая, а только визуально имитируя удушение. -На фотографии всё равно не заработать. А когда мы переедем в Москву, деньги нам точно понадобятся. -Ну есть же фотографы, которые проводят фотосессии для пар, семей или даже свадьбы фоткают. Да и потом, эротическая фотография это тоже искусство. -Как подработка — пойдёт. -Я вот наверное в кофейню устроюсь. Ну, чтобы был стабильный заработок. А так, конечно, продолжим шлюхо-карьеру. -Кстати. А мы с тобой давно в Москву погулять не ездили. С прошлого года, получается. -У нас нету времени. -Ну смотри, на следующих выхах мы работаем на вписоне. Потом, по идее, должны отработать у Боярова. И тогда можем поехать погулять. -С таким графиком у нас просто не останется времени. — буркнула Руся. -Хорошо. Тогда я с девочками, из свободных, пойду на вписку. А ты езжай в Раменское. А воскресенье проведём вдвоём. -Обещаешь? -Обещаю. — нежно ответил Валентин и покрепче сжал подругу в объятьях. Домой он вернулся только под утро, чтобы переодеться и захватить форму для сегодняшней тренировки по борьбе, на которую ходил с малых лет. Её, как и многое в его жизни, оплачивала бабушка. Вторник, как и последующая неделя проходили относительно спокойно, ровно до пятницы. Почему-то именно в этот злополучный день, с Валентином происходили какие-то странности. *** Заметив в школьной столовой ту самую девушку, с грустным взглядом, которую Валентин приметил ещё в понедельник, парень тут же забыл о ней, и после обеда, поспешил в туалет на втором этаже, что был самым не популярным среди школьников. Во первых — он находился совсем рядом, с кабинетом директора, что само по себе напрягало. А во вторых, на нём не было ни единого опознавательного знака. Этот туалет, считался не разделяемым на мужской или женский, что было довольно современно, если не учитывать, что би-гендерным туалет стал по чистой случайности, когда табличка, с женским силуэтом, упала. Этого никто не заметил и табличка навсегда затерялась средь укромных уголков Коломенской школы. Проще говоря, единственным человеком, кому действительно подходил этот туалет — был Валентин. Войдя внутрь помещения с двумя дверьми и раковиной, с тусклой, еле-работающей лампочкой, свисающей петлёй с потолка, Валентин сразу приметил знакомые звуки, из кабинки. Мокрые звуки причмокивали, стонали и охали. Сориентировавшись, Валентин вышел за дверь, и принялся ждать. Через пару минут из туалета вышел парень, с улыбкой до ушей, и, увидев Валентина, быстро ретировался. Войдя обратно, он увидел слегка растрёпанную одиннадцатиклассницу, с длинными чёрными волосами, поправляющую макияж. Это была Анджелика, с которой и Руся и Валентин, и даже Снежана дружили уже много лет. Заметив игриво улыбающегося парня, девушка повернулась к нему лицом, и подошла ближе, приобнимая. -Трудишься в поте лица? -Между прочем я сегодня в ударе. Это уже третий, а ещё только обед. -Ого. Ты крутая. -Хочешь, тебе быстренько отсосу? Почти бесплатно, в честь дня защитника отечества — она провела взглядом снизу вверх по парню, и состроила кокетливое выражение лица. -В каком смысле «почти»? -Услуга за услугу. Ты в этом месяце не будешь брать мой налог, а запишешь его на счёт следующего. Идёт? -Тебе зачем? -Да у мамы день рождения. Я и так коплю на этот массажёр дурацкий, уже несколько месяцев. Сначала хотела на новый год подарить, но денег не хватило. -А оно не в марте? -Да, но там озон глобал и доставка месяц идти будет. Боюсь не успеть. — девушка надула губки, и сложила руки в мольбе. -Не смотри на меня так. Конечно ты можешь заплатить налог в следующем месяце. Без бэ вообще. Могу даже занять, если нужно. -Серьёзно? Спасибо, спасибо! Ты самый лучший. — девушка запрыгнула на Валентина с объятьями. Тот их принял, и даже покачал её в руках, слегка отрывая ту от земли. -У меня тоже просьба. Квартирник на хате у Дена уже завтра, а камелии в общем чате так и не отписались, что придут. Ну ты то хоть будешь? -Понимаешь… После той некрасивой ситуации со Снежкой, и съёмкой исподтишка, девочки очень бояться идти на квартирник. Дианон, все дела. Ну, понимаешь. Никто не хочет засветится в чьём-то тг канале с подписью «трахнул шлюху на вписке». — объяснила Анжелика. -Пожалуйста, убеди девчонок, что никакой опасности не будет. Пацаны все будут предупреждены, это я беру на себя. Если кто-то что-то попытается сделать мимо кассы, я спущу на гандонов Влада с Костяном. -Ну тебя же там не будет. -А за меня Денчик. Его же хата. -Ой, Вал, ну не знаю. -А давай в этот раз устроим тематическую тусовку? -Ты про те жуткие маски зайцев? -Ну весело же. И девочки будут спокойней, с прикрытым то лицом. Нужно было это Валентину не только ради успокоения сотрудниц, но и для того, чтобы Снежане было проще скрыть синяки и ссадины, за маской. От таких побоев даже тональник спасал не на все сто. -Давай так. Если их убедит лично Снежка — ей все поверят. -Хорошо. Без проблем. Я передам ей, чтобы написала в чат. В этот момент, в туалет зашла ещё одна парочка. То был высокий прыщавый старшеклассник и рыжая девушка с большой гудью. Увидев Валентина и Анжелику она недовольно цокнула. -Блять, и тут занято. -Да не парься Камилл, мы уже уходим. — сказал Валентин, приобняв Анжелику за талию. -Какое популярное место. — ухмыльнулась Камилла, всё ещё держа за руку смущённого ученика. -Извини. — тот обратился к Валентину, -Я слышал, у вас завтра закрытая вечеринка. Не подскажешь, как на неё попасть? -Ты чо, совсем страх потерял? — оскалился Валентин. -У нас правило одно. Чепушил, задротов и девственников — в клуб не принимаем. Парень опустил глаза в пол и больше не поднимал. Валентин и Анжелика вышли в коридор, и та, не желая сдаваться, положила свою ладонь ему на грудь. -Я знаю, что мы расстались друзьями, но секс по дружбе ведь никто не отменял, м? А у нас уже давно не было. -Зая, я так-то не против, но сегодня что-то настроения нету. -Так я подниму. — игриво заулыбалась девушка. -У тебя же только что был клиент. Не хочу тебя перегружать. -Ты такой заботливый и милый. И почему все парни не могут быть такими, как ты? — она чмокнула его в щёку и пошла своей дорогой. «Если бы все парни были как я, то у тебя бы не было работы», подумал Валентин и заметил, как из-за угла за ним наблюдает пара больших глаз. Обладательница тяжёлого взгляда смотрела не отрывно, после чего подозвала Валентина к себе. -Извини. Привет. Я могу отвлечь тебя, на минуту? — робко поинтересовалась она. Валентин вежливо улыбнулся, и подошёл ближе, тоже перейдя на шёпот. -Конечно. У тебя что-то случилось? Говори, не стесняйся. -Мы можем отойти? Валентин кивнул, и они оба поднялись на четвёртый этаж, к закутку, рядом с классом информатики, где, как правило, никого не было. Было видно, как сильно девушка стеснялась начать разговор. Ва лентин не давил на неё, держась в стороне. Лишь спросил: -Ты же из десятого А? Девушка кивнула. -Как тебя зовут? -Лиза. -Меня Валентин, но ты об этом скорее всего знаешь. — он обаятельно улыбнулся, стараясь сократить ментальную дистанцию, между ними, чтобы Лизе было проще решиться пойти на контакт. -У меня тут вопрос. -Так. -Это же правда, что ты заправляешь клубом для девушек? -Клуб, это громко сказано. «Алая камелия» небольшая организация, дающая девушкам работу и защиту. -А могу ли я… Ну. То есть. Можно ли мне… Не знаю даже, как назвать. Можно ли мне попробовать пройти кастинг? -Извини. Кастинг? -Ну, в… — она подошла ближе и шёпотом закончила. -Проститутки. Валентин был готов к разному, но точно не к этому. Такая скромная на вид девочка, при этом спрашивала о таком. Понятное дело, что почти все ученики знали о «четырёх всадниках апокалипсиса» этой школы. Валентин, что продавал и защищал девушек, несомненно был самым популярным из них. Периодически, желающие подзаработать девушки, приходили к нему с подобными просьбами. Но он, либо сразу же отшивал их, по разнообразным причинам. Либо, в красках описывал неприкрытые подробности этого неблагодарного труда, и девушки, сами собой отказывались от затеи. А вот самые настойчивые, в итоге, стали членами его постоянного штаба. Будучи знакомым с обеими сторонами индустрии, Валентин мог на глаз определить, подходит ли девушке роль ночной бабочки. И примерно мог догадаться, в чём причина такого желания. И Лиза, с высоты его опыта, явно не была готова к такому заработку. А потому, Валентин решил сразу шокировать её, чтобы у той не осталось и мысли о подобном. -Девственница? — серьёзно спросил Валентин. -Нет. -Сколько? -Парней или раз? От такой постановки вопроса Валентин невольно приподнял бровь. -Сколько членов в тебе побывало? -Ну, парочка. Несколько. Валентин тяжело вздохнул. -Я тебе не отказываю, но ты должна понимать, что на этой работе члены в тебя будут совать от двух до десяти раз в день. А если это выездные мероприятия, то гораздо больше. Во все дыры, сечёшь? -Понимаю. — робко ответила Лиза, на что Валентин поднял бровь ещё выше. Его стандартная тактика запугивания, почему-то не работала. И он решил прибегнуть к тяжёлой артиллерии. Резко схватив девушку за руку, он прислонил её к стене, приблизившись в плотную. -Мои девочки сначала проходят экзамен. — с придыханием начал он. -Э…Экзамен? -Ну, понимаешь. — Валентин упёрся языком в щеку, эмитируя знакомое ему движение, и вскинул брови. -Сама же назвала это «кастингом». А как же я могу продавать товар, который сам же не пробовал? Само собой это было чистой воды ложью. Легендой, сочинённой Валентином, для особенно упёртых дам, как Лиза. Из своих камелий он спал лишь с двумя. И то, с одной из них, а именно с Анжеликой, он даже встречался, какое-то время, и вместе с ней лишился девственности. Точнее, его мужское обличие. То было несколько лет назад, когда Валентин всё ещё пытался «исправиться» и стать «нормальным». Анжелика была его первым опытом настоящих отношений. Вместе с тем и последним. И пускай, они расстались на хорошей ноте, а сейчас так вообще работали вместе и изредко занимались сексом, но никто из его камелий и даже Анжелика не знали, о его ориентации, а уж тем-более о двойной жизни. Ни единая живая душа, не считая Руси, не была в курсе, и, вероятно, никогда бы не поверила в столь нелепую сплетню. Прижатая к стене Лиза, сглотнула комок нервов и, собирая остаток уверенности в кулак, ответила: -Если так нужно, то я готова. Валентин нахмурился. Уже не зная, что ещё придумать, он указал большим пальцем на поворот заугол. -Пойдём-ка тогда в туалет, прямо сейчас. Покажешь, на что способна. Лиза, и без того лишённая всяких красок, побледнела ещё больше. -Имей ввиду. Продемонстрировать надо сразу весь спектр твоих навыков. Понимаешь? Замявшись, Лиза всё же кивнула и, выцепившись из хватки Валентина, побрела за угол. -Да подожди ты. — догнал её Валентин. Она вся тряслась и нервничала. Глаза хаотичными плясками бегали туда сюда, стараясь не смотреть в лицо парня. -Лиза. -А? — она подняла на него распахнутые большие глаза, полные печали. -Это просто шутка. -Шутка? -Ну, проверка такая. -Я прошла? — не меняясь в лице спросила Лиза. Прямо над их головами зазвенел звонок, обозначающий завершение большой перемены. -Тогда, можно я пройду кастинг после пятого урока? Хорошо? -Да господи. — Валентин провёл ладонью по своему лицу и замученно вздохнул. -Ничем таким мы заниматься не будем, ясно? -Значит, ты меня не принимаешь? — с каким-то испугом вопрошала девушка. Было не ясно, что пугало её больше. Просьба Валентина или его отказ о принятии на работу. -Давай мы вернёмся к разговору после занятий? Лиза кивнула. -Встретимся за школой, после шестого. Они попрощались, но не на долго. Ближайшие несколько часов Валентин раздумывал о том, как бы ему отвязаться от настойчивой Лизы. Было очевидно, что с девушкой что-то не так. Но кто он такой, чтобы лезть к ней в душу. Так Валентин думал ровно до тех пор, пока не оказался в этом диалоге снова. Они брели по тихим холодным закоулкам, между хрущёвок и старорусских домиков. Валентин периодически задавал вопросы, но Лиза не шла на контакт. Закутанная в плотный шарф, она будто спряталась за ним. -Лиз, а теперь серьёзно. Зачем тебе это? -Ради денег. -По твоему это самый лёгкий и безболезненный путь к ним? -Не знаю. Мне кажется, что это мне подходит. -Веришь или нет, но я могу определить, кто может справится с этим, а кто нет. И ты точно не сможешь. Звук хрустящего снега притих. Валентин повернулся, и увидел что Лиза встала как вкопанная. -Пожалуйста, не отказывай мне. -дрожащим голосом начала она. -Я понимаю, что ты главный и тебя нужно слушаться. И я готова. Я буду выполнять всё, что скажешь. Всё что угодно. Честно-честно. — затараторила она, то и дело срываясь на плачь. Валентин, испугавшись её состояния, замолчал и подошёл к ней ближе. -Хорошо, я готов всё обсудить. Но не на улице. Пошли ко мне. Лиза вытерла красный нос рукавом, и улыбнулась, согласившись на предложение. Валентин знал, что в это время, бабушка посещает сестру в больнице, в Москве, а потому мог спокойно привести кого либо на пару часов, без лишних расспросов. Придя домой, Лиза и Валентин сняли верхнюю одежду, и присели на кухне. -Чёрный, зелёный? -А? Чёрный. -Лимон, сахар? -Нет, спасибо. -Голодная? Бабушка тут обед мне приготовила. Будешь? -Да нет. -Не стесняйся. — улыбнулся Валентин. -Я правда не голодная. Спасибо. Приняв, что, наверное, девушка слишком нервничает, чтобы есть, Валентин перестал приставать к ней и поставил на стол две кружки с тёплым чаем. Лиза обхватила его ладонями, согревая их. -Я живу с бабушкой. У меня кроме неё никого нет. А ты с кем живёшь? -Тоже с бабушкой. И с дедушкой. Они меня с малых лет воспитали. -У вас хорошие отношения? -Не особо. -Ну, моя меня тоже не совсем понимает. Знала бы ещё, что помимо хулиганства я ещё и сутенёр, совсем бы расстроилась. — посмеялся Валентин, но Лиза на шутку не отреагировала. Впрочем, шуткой это не являлось. -Я знаю, что это такое. Быть разочарованием для всей семьи. -Ты уверенна, что хочешь стать одной из нас? Валентин осёкся, прочистил горло и исправился. -Одной из Алых камелий? -Проституткой, которую имеют во все дыры. Да, уверена. Не зная, как дальше реагировать, Валентин не сразу заметил, как Лиза расстегнула молнию на кофте, сняла и повесила на спинку стула, оставшись в футболке. Девушка была настолько худой, даже тощей. С бледной кожей и светлыми, почти белыми волосами. Казалось, на неё подуешь, она развалится. Такой типаж многим нравился. Но Валентин был непреклонен в своём решении. Тем временем Лиза уже сняла футболку, оставшись в чёрном лифчике. Она села на пол, подвигаясь к стулу Валентина, и робко, будто не решаясь, раздвинула сомкнутые ноги парня. Проведя рукой по его колену, она повела её дальше, к паху. Лицо её не выражало ни единой эмоции. Ни отвращения, ни презрения, и уж тем-более не похоти с вожделением. Такое выражение лица он уже видел. Оно было до боли знакомо. Она была воплощением смирения со страданием. Валентин не спешил одёргивать руку девушки. Напротив, он сам взял её ладонь в свою, и поднёс её к лицу девушки. Та не отшатнулась о его касания, не скорчилась в отвращении. Не изменилось ничего. Будто, Валентин прямо сейчас мог сделать с ней всё, что захочет. И она не станет сопротивляться. Поняв это, Валентин наконец сделал именно то, что хотел. Он спокойно встал со стула, поднял футболку девушки, и присел перед ней, на коленях. Лиза смотрела с непониманием. Особенно удивило её то, что Валентин вывернул футболку, и надел на Лизу, через голову. Он смотрел столь нежным, заботливым взглядом. В нём совершенно не было дурных намерений. Это смущало Лизу, было непривычным. И всё же, завораживало её. -Здесь холодно. Бери чай, пойдём в гостиную. Солнце почти зашло за горизонт. Валентин накрыл Лизу пледом, а сам присел на кресло. Само собой, не ему, такой искалеченной душе учить других уму разуму, но он никогда не мог пройти мимо таких девушек. Просто не мог. -Скажи, Лиза. Ты примерно знаешь девочек, которые у меня работают? -Примерно. Одна даже учится со мной в классе. -Ты про Каныкей? -Да. Это она мне про тебя рассказала. Валентин вздохнул, сделав пометку. Попросить камелий не рассказывать другим девушкам о своей деятельности, и уж тем-более не предлагать им проходить собеседования. -Вторая, та с розовыми дредами и пирсингом. Ещё одна рыжая с кудрями. Больше, вроде бы, никого не знаю. -Их больше. И не все учатся в школе. Некоторые старше нас, так что они уже выпустились в прошлом году. Алая камелия работает не только в школе и на вечеринках, но и по квартирам, в том числе групповым составом. Недавно даже в баню выезжали. И лучше никому не знать, кто именно там был. -Ты продолжаешь меня отговаривать? -Совсем нет. Я просто решил, что стоит устроить тебе настоящее собеседование. — спокойно и размеренно ответил он. -Я готова. Ты не даёшь мне показать себя. -Собеседование ко мне выглядит совсем не так, как я описал в школе. Это способ запугивания. А вот мои нынешние девочки, действительно проходили собеседование. Оно для всех одинаковое. -Я готова. -Понимаешь, мне не так важно, сколько у тебя было опыта или насколько ты хороша. Мне важно знать, зачем тебе это. Так что я всегда задаю три вопроса. Лиза отложила кружку на журнальный столик и сделалась ещё более внимательной. -Что тебе сделали мужчины? Что ты пытаешься доказать? И что для тебя значит секс? Ожидая более лёгких вопросов, Лиза задумалась. -А есть правильные ответы? -Мне нужен не правильный. А твой. — улыбнулся Валентин. -Что мне сделали мужчины? Да, ничего особенного. Дело ведь не в них. А… Лиза осеклась. «Прошу, только не говори, что дело в тебе», подумал Валентин. -Ну, то есть. Всё что со мной произошло, это только моя ответственность. Валентин закрыл глаза. На мгновение, ему захотелось кричать. -В общем мужчины ничего мне не сделали. Они просто были мужчинами. Руководствовались животными инстинктами, как и всегда. Без обид. Какие там обиды. Валентин был совершенно того-же мнения. -Что я пытаюсь доказать? Ничего, мне просто нужны деньги. Много и быстро. Мне не важно, как я их заработаю. -Зачем тебе нужны деньги? -Это не имеет значения. -Для меня очень даже имеет. Лиза не ответила. -Что для меня означает секс? Ничего. Вообще. Я ничего не чувствую от него. Просто процесс, для удовлетворения мужчины. Так что я могу быть идеальной секс-куклой. Валентину было очень больно слышать эти слова. Он и сам был мечтой психотерапевта, со своим ворохом непроработанных травм. Но даже для него было очевидно, насколько тяжёлые проблемы у Лизы. -Как бы проститутка не относилась к сексу, он всё же будет приносить ей какие-то эмоции. Относится к этому, как к чистке зубов — невозможно. -Значимость примерно такая же. -Давай я расскажу тебе, как на эти вопросы отвечали другие девочки? Лиза кивнула. -Возьмём Анжелику. Из-за проблем и стресса в семье у неё очень рано началось сексуальнре развитие. Она с пяти лет успокаивала себя мастурбацией. Очень рано начала заниматься сексом. Вести беспорядочную половую жизнь. И да, ей тоже нужны были деньги. Но если бы их не было, она бы занималась этим и бесплатно. Как она относится к мужчинам? Как к источнику удовольствия. Что для неё секс? Это рутина, но приятная. Точно не чистка зубов. Скорее — пироженка. Ей я чаще всего даю заказы для спокойных мужчин без извращённых запросов и жестоких замашек. Она такое не любит. -Ого. Ты так хорошо её знаешь. -Я знаю каждую из них. И для этого, мне не нужно было спать с ними. Я просто знаю весь их бэкграунд. -А если кто-то не готов делиться сокровенным? -Это твой выбор. Но это значит, что я не приму тебя на работу. -Понятно. -Камилла. Та рыжая. Она случай интересный. Я бы назвал её неуравновешенной сукой, но я сам её побаиваюсь, так что не стану. Она настоящая доминатрикс. Её обожают возрастные клиенты, которым нравится подчиняться женщине. Ей всего семнадцать, но она уже такая. Отец бил и мать и её, а потом бросил семью. Ей нравится издеваться над мужчинами и наблюдать их страдания, даже не смотря на то, что они же за это и заплатили. -Эта Камилла крутая. -И наконец, Снежана. -Не слышала о ней. -Она единственная, кто не учится в нашей школе и даже в Коломне не живёт. У неё тут мама, она приезжает к ней по выходным. Иногда. В остальное время живёт в Москве, с другими родственниками. О ней знают только в узких кругах. -Что-то такое припоминаю, в рассказе Каныкей. -У Снежаны был жестокий отец. Ужасный родительский пример перед глазами. И травмы. Психологические, сексуализированные, физические. Она собрала бинго. — Валентин горько хмыкнул. Гораздо легче было рассказывать о таком в третьем лице. За маской Валентина всегда было очень удобно прятаться. -Теперь она ненавидит мужчин. Всех. Для неё это способ взять жизнь под контроль. Ей нравится помыкать мужчинами. Так она чувствует себя… Женщиной. -Мне знакомо это отвращение. -Если ты не хочешь рассказывать, то не надо. — Валентин присел ближе, говоря тоном, каким говорят медиаторы с суицидниками. -Не выбирай этот путь. Это совсем не легко и не весело, как некоторые думают. -Я так не думаю. И я расскажу. Если кратко, то… Я типо, была рождена для изнасилований. Это происходило всегда. Сколько себя помню. В какой-то момент я даже разучилась сопротивляться. Так что, по сути, сама давала согласие. -Лиза, прости что перебиваю. Но молчание — это не согласие. Если не было активного согласия, то это принуждение. Не говори, что ты была виновата. -Но это так. Я просто притягиваю такие ситуации. Как магнит. Вообще-то, ты первый парень, до которого я сама домогаюсь. А ты ещё и не воспользовался этим. Странный ты. «Потому что я и не парень вовсе», — подумал Валентин. Сердце обливалось кровью, когда он слушал все их истории. Но он, как никто другой понимал, почему некоторые девушки приходили в Алую камелию. -А ещё мне нужны деньги, на наркотики. Я понимаю, что тебе это не понравится, но я по другому не могу. -Не можешь заниматься сексом на трезвую? -Да и жить на трезвую тоже не совсем получается. Сложив воедино все кусочки пазла, Валентин окончательно убедился в своём первом впечатлении и принял решение. -Спасибо, что поделилась. Я понимаю, что это сложно. -Так и что теперь? -Ты принята. Лиза несколько раз хлопнула глазами, будто не услышав. -Что? -С этого момента ты официальный член Алой камелии. И теперь ты под моей защитой. Сердце Лизы дрогнуло. Её чувства были спутаны. Она добилась своего, верно. Но это было только начало. А, что дальше? -Спасибо. Я буду стараться. Валентин заулыбался какой-то хитрой, не ясной улыбкой. -Но ты будешь на особых условиях. -То есть? -Ты не будешь работать на клиентов. Я этого не допущу. Лиза вновь изменилась в лице. Валентин качал её на эмоциональных качелях. -Тогда что я буду делать? -Мне нужен администратор. Администраторка, если хочешь. -Но, это же не настоящая работа. -Самая настоящая, вообще-то. Мне давно надоело, что половина клиентов девочек вечно трезвонит мне по ночам. А не брать их звонки я не могу. Так что все переписки звонки и бухгалтерию я поручаю тебе. Как у тебя с математикой? Лиза, окончательно растерявшись, совсем не понимала, что Валентин ей говорит. -С математикой? Да, не очень. -Ну и не страшно. У меня тоже, но я же как-то справляюсь. -Ты это всё серьёзно? -Да. И поскольку тебе не нужна крыша, ты не будешь платить ежемесячный процент. Так что ты просто наёмная сотрудница. -Администратор… У сутенёра? -Только пожалуйста, никому не говори, что не платишь мне налог. Руся его тоже не платит, но остальным об этом знать не обязательно. -А зарплата? -На наркотики хватит. Но у меня условие. Лиза закивала, даже не услышав, что скажет Валентин. -Поклянись, что будешь употреблять только со мной. -В смысле? -Когда захочешь нахуяриться — зови меня. В любое время дня и ночи. Серьёзно. -Чтобы ты отговорил меня? -Нет. Я просто буду рядом. Услышав это, Лиза застыла. В её сломанном разуме не было места для такой бескорыстной помощи. Тем-более от мужчины. Но, впервые в жизни, она не видела подвоха. Не хотелось видеть. В его серых глазах она разглядела только безопасность. Впервые в жизни она ощутила такую доброту к себе. -Я буду контролировать, чтобы ты не навредила себе, а если передознёшься, сразу вызову скорую. В общем в душу лезть не буду, обещаю. -Зачем тебе всё это? Я правда не понимаю. — дрожащим голосом спросила она, а глубокие карие глаза заблестели от наворачивающихся слёз. -Всё очень просто. Потому что хочу. — Валентин улыбнулся. Так искренне и, даже как-то по детски. В его, казалось бы устрашающем, побитом лице девушка увидела крепость, что не даст её в обиду. Лиза, сама не понимая почему, притянулась к Валентину, и обхватила его талию руками, прижимаясь к его кофте лицом. Парень, осторожно обнял её в ответ. Та уже хотела отстраниться, но он прижал её покрепче, положив ладонь на волосы, он нежно погладил её по голове. И Лиза заплакала. Сначала тихо, жалобно, как котёнок. Потом, всё громче. По нарастающей. Она плакала, уперевшись лицом в тёмную ткань. Валентин был таким тёплым. И тихим. «Я не спасла ТЕБЯ. Но, хотя бы не дам упасть в эту пропасть Лизе. Только не ей.» -Извини. Я не знаю, почему плачу. — навзрыд произнесла Лиза. -Не извиняйся. *** Остаток вечера прошёл очень даже приятно. Новая камелия согласилась поужинать, и они вместе посмотрели первое, что попалось но телевизору, стоящему в гостиной. Это была одна из серий мистического сериала «Порча». Сюжет был столь нелепым, а актёры играли так плохо, что ребята периодически смеялись в голос. -Уже поздно. Хочешь, можешь остаться у меня на ночь. Я постелю тебе в бабушкиной комнате. Она приедет только в воскресенье. -Спасибо, но если я не вернусь до двенадцати, то меня ёбнут. -Понимаю. Ну, тогда я тебя провожу. -Не надо, ты и так уже достаточно сделал. -Надеюсь это шутка? С этого дня ты камелия, а значит под моей защитой. И не только под моей. Ещё и трёх всадников. -О, я слышала, что вас так называют. Валентин и Лиза стояли в прихожей, застёгивая сапоги. -Ты теперь, по ночам одна не ходишь. Хорошо? — ласково попросил Валентин. -Хорошо. — улыбнулась Лиза. Парень снял тёплый шарф с крючка и накинул на шею Лизы. -Обещаешь? -Обещаю. Днём этот город был тихим, сонным. А поздним вечером Коломна погружалась в беспробудный покой. Сегодня было особенно снежно. Крупные белые хлопья всё падали и падали, застилая хрустящим ковром заледеневшие тропинки, меж домов. Изредка, на пути парочки встречались случайные прохожие и лающие в пустоту собаки. Они болтали о мелочах, о школе. О будущем, говорили не долго. Сошлись на том, что будущего они для себя, пока что, не видят. Пока шли, Валентин старался в мельчайших подробностях запомнить дорогу до Лизиного дома, зная, что рано или поздно, это пригодится. Валентин наизусть по мнил дорогу ко всем своим камелиям, на случай, если они вдруг перестанут выходить на связь, после встречи с клиентом. Так, он хотя бы сможет связаться с их родителями. -Ну вот, мой подъезд. Валентин всмотрелся в покоцанную дверь небольшого двухэтажного дома. -Я добавлю тебя в чат Алых камелий, там будет информация по субботе. Ты точно не боишься? -Ты пообещал, что там за меня вступятся. А администратор на таком мероприятии точно нужен. Жаль, что тебя не будет. -Зато будут Снежа и Влад с Деном. Ну и Костян, но лучше с ним не связывайся, он просто странный. -Поняла. -Я скину твой номер нашим постоянным клиентам, чтобы теперь звонили тебе. И скину памятку, как с ними общаться. Постарайся не отключать телефон. -Конечно. Даже ночью услышу -И пожалуйста, скинь мне свой полный адрес. Вплоть до номера квартиры и домофона. Фио родителей, их контактные номера. А ещё не забывай всегда кидать мне геолокацию. Я должен знать, где ты. Валентин сейчас и сам звучал, будто гиперопекающий родитель. Но то было вызубрено не сладким опытом с некоторыми вышедшими из игры камелиями. Валентин всегда учился на своих ошибках. На прощание Лиза обняла парня, с которым теперь даже не хотелось расставаться. По дороге домой Валентин достал смартфон и заглянул в календарь с пометками. Приближались три важных дня. Субботняя работа, с пафосным названием «вечеринка четырёх всадников апокалипсиса». Воскресная поездка в Москву с Русей. И последний, но не по значимости. Понедельник, в который Валентин, наконец, станет совершеннолетним.