Соприкосновения

Новый Орлеан отличается каждый Марди Гра. Праздник всегда получается пышным и никогда обычным. Синклер знает, кого она ищет в толпе празднующих, но в то же время понимает, что найдет ее только в тени. И там, где слышен самый подлый смех, значит, ей именно туда. — Снова занята своей чепухой с вуду? — с усмешкой спрашивает Хельга. Фалисье выбирается из тени и в этот момент напоминает без малого королеву, которую отправили в изгнание за скверный нрав. — Не буду тебя стращать, дорогая. Это только для вновь прибывших, — с такой же усмешкой отвечает Фалисье и протягивает руку. Хельга без какого-либо колебания и страха хватается за нее. — Я верю только в свой маузер, и ты это знаешь. — Для того, кто ни во что не верит, у тебя странная тяга к золотому тельцу, — колкостью на колкость бьет Фалисье и сужает глаза. Хельга тянет кончики пальцев к ее щеке, а та ухмыляется так, словно нашла очередную жертву. — Давай хотя бы этот праздник проведем без лишних философствований, — предлагает Хельга и после минутной слабости позволяет себе взять Фалисье под руку. Ведьма спокойно следует за своей возлюбленной, зная, что та отведет ее к недавно открывшемуся кафе, где они будут до самой полуночи вливать в себя вино, которое разгорячит их кровь. — Я тут слышала недавно принц пропал. Твоя работа? — Это секрет, милая, — подмигивает Фалисье, а потом, говоря, что соскучилась, прижимает Хельгу к самому темному углу и припадает к ее губам на долгие минуты. Хельга отвечает ей со всей страстью, отдаваясь моменту и размышляя о том, что для верующих — свои заморочки. Если демоны вокруг и летают, то их религии не соприкасаются ни в чем для того, чтобы их видеть.