Шальная пуля, и всё, что между ними

      Юнги усиленно делает отжимания и качает пресс, чтобы не думать о Намджуне и белобрысом. Уверен, что друг справится, но поганые мысли не отпускают. Хоть и прошло полчаса. Старается перечислять в голове примерные планы по поимке озабоченных мерзавцев.        Те уже не пользуются чатом. В полупустом телефоне Ана глухо, как дело семилетней давности Юнги, которое стояло поперёк его горла достаточно долгое время. Сейчас же, иногда неприятно зудит, словно заживающая рана. У него, как у большинства детективов, тоже есть глухарь. Точнее, был. Интересно, кому теперь отдали его?..       Но сейчас не об этом.       Видать, шайка поняла, что неспроста белобрысый смотал со встречи совета директоров. Как и выходку Юнги, когда он под тупым предлогом вынес Чимина из студии.       Как бы к ним подобраться? С чего начать он не понимает.       — Юнги, за Тэ и Намджуном гонятся?! — доносится обеспокоенный голос Чимина из резко открывшейся двери комнаты. А следом слышно глухое шарканье по полу.       Вот балбесятина! Белобрысый мог и не писать другу. Зато злость на этого омегу с языком без костей отвлекает Юнги от тёмных мыслей. Надо успокоить Чимина, пока не начал паниковать раньше времени.       — У Намджуна всё схвачено. Вернись в комнату и попробуй поспать, — мягко говорит Юнги, вставая с пола и стараясь отдышаться.        Чимин появляется весь запыхавшийся, будто делал упражнения вместе с ним. Снова бледный, да губы дрожат. Юнги даже становится немного жаль его.       — Это… это Чо Бомин, да? — слегка заикаясь, бормочет Чимин, стоя у стены.       — Я не знаю, но похоже на то, — спокойно отвечает Юнги, уходя на кухню и снова ставя воду кипятиться. Хочет помочь омеге расслабиться, а горячий чай в этом помогает.       Слышно, как за спиной Чимин рвано выдыхает. Юнги обречённо закрывает глаза на секунду и оборачивается, видя сползшего по стене парня. Сидит, уткнувшись в телефон с грустными глазами и вытянув больную ногу.       — Намджун был первоклассным полицейским. Твой друг в надёжных руках, — Чимин поднимает голову, и их взгляды пересекаются.        Юнги не понимает, как столько грусти может помещаться в глазах. Даже самому внезапно хочется погрустить. Однако подмечает и красоту на дне этих тёмно-жёлтых глаз.       — Он же адвокат, — тише произносит Чимин. Уже хорошо. Как говорится, когда жертва идёт на контакт, то не всё потеряно.       — Он адвокат только пару лет, — фыркает Юнги. Не спеша подходит к нему и помогает встать. Даже руки омеги бледные, что не уходит от его внимания. Надо бы ещё покормить. — А до этого был отличным лейтенантом.        — Ого. Правда, я не знаю, какой там у вас порядок со званиями, но звучит элитно, — ухмыляется Чимин, крепче стискивая его руку своей, лежащую на талии.       Юнги явственно чувствует, как чужое тело прижимается к собственному, а ладонь буквально горит на талии. Странные ощущения. Ведь он помнит этот изгиб, ещё когда…        — Тэ пишет, что они пересели из метро в такси, а Намджун назвал этот адрес. Они едут сюда? — вдруг радостно вопит Чимин, чуть ли не роняя телефон, отчего Юнги приходится удержать его на месте, обхватив рукой крепче.       Омега уставился на него снизу вверх своими глазищами с пушистыми ресницами, и время будто останавливается. Юнги может пересчитать ресницы и веснушки на чужом лице. Это так непривычно интимно. Ещё никогда раньше не обращал внимания на такие мелочи.       Они стоят почти нос к носу, в считанных сантиметрах, и кадры их поцелуев снова начинают маячить в голове Юнги.       Чимин выглядит уже не таким бледным, но улыбка исчезает, а метавшиеся большие глаза устремляются на его губы. Видимо, тоже вспоминает их давние поцелуи.        Как-то сердце Юнги снова начинает отбивать чечётку, а воздух накаляется. Но тут свистит чайник, заставляя их обоих вздрогнуть и проморгаться. Становится неловко.       Юнги откашливается, берёт Чимина на руки и доставляет на кухню, усаживая за стол. Всё это время ощущает на лице прилив тепла, собственное сердцебиение на языке и чужой сладкий аромат.       Чёрт!       Поставив две кружки кипятка на стол, Юнги замечает немного растерянный вид красного Чимина. Хорошо, что омега уже не паникует. А то прошлое его почти истерическое состояние до сих пор не забыто.       Он радуется, что с Намджуном и белобрысым всё в порядке. Значит, скоро будут дома. Однако не проходит и трёх минут, как в дверь звонят. Даже руками нетерпеливо дубасят. Что за дела?!       Юнги прикладывает палец к губам, безмолвно прося дёрнувшегося Чимина затаиться. Тот послушно кивает, взявшись рукой за ребро стола.       Это Чонгук.       — Какой бессмертный гонится за Тэхёном? — влетает разгневанный альфа, стóит Юнги открыть дверь.       Что за проходной двор тут устроил? Ведь сказано было ему — следить за своим менеджером. Нет же, опять нарушает слово.       — Ты почему здесь? — Юнги повышает голос, любуясь, как Чонгук виновато косится на него. Снова в пижонском чёрном костюме, с дорогими часами и ремнём.       — Тэхён написал, что за ним кто-то следит. Кто? — спрашивает потом. Но выглядит действительно взволнованным. Да что между этими двумя происходит?       — Я откуда знаю. Только сегодня было сказано, чтобы ты появлялся здесь не так часто. Такими темпами мы уедем отсюда и не скажем тебе, куда, — ворчит Юнги.       — Прости, но я беспокоился… вдруг вас поймали, — чрезмерно виноват лепечет после. Поганец!       Юнги щурится, не имея понятия, что это с альфой. Его явно интересует не они, а этот белобрысик.        Занятные глупцы.       — Я следил за Со. Вот, даже фотки сделал и нанял людей, чтобы следили за ним и докладывали мне. Менеджер сейчас дома, пока никуда не уходил, — быстро и уверенно произносит Чонгук, засовывая фотографии под нос Юнги.       М-да, он теперь жалеет, что не арендовали квартиру побольше. От Чона просто так избавиться не получится, видать.       В итоге, все трое молча решают дожидаться Намджуна и белобрысика, которые приезжают спустя полчаса.       Живы-здоровы. Правда, омега выглядит несколько усталым. Юнги лишь кивает Намджуну, убедившись, что с ним всё в порядке, и который бодро кивает в ответ. Честно, было лёгкое волнение за друга.       — Тэ! — хромая, бросается Чимин на шею друга. Чон тоже вскакивает с места, проходясь изучающим взглядом по белобрысому, что не уходит от внимания Юнги. — Ты как?       — Сначала было страшно. Но потом мы остановились возле заправки, а Намджун угостил меня шоколадкой. Пришлось оставить там мою машину и пешком добираться до метро. А там пересели на такси. Почти так же, как мы убегали от Ана, — усмехается белобрысик, обнимая Чимина и вызывая облегчение. Юнги думал, что омега будет малость не в себе.

***

      Уже два часа ночи. Чонгука пришлось оставить у себя после долгого позднего ужина. Дрыхнет на диване. А из комнаты не слышно ни звука. Юнги очень надеется, что омеги уснули.       Они же вовсю думают, что делать и куда идти.       Намджун пробил камеры слежения с дома Чимина, теперь они наблюдают, как там обстоят дела. Час от часу нелегче. Юнги рад, что омега здесь. Не представляет, на какие мерзости способны эти твари.       — Я думаю, они ожидали схватить Пак Чимина. Вот, смотри, — на экране включается видео с камеры слежения возле дома Чимина. Хорошо видно: когда они останавливаются, высокий человек в камуфляже и чёрной маске выходит из серого Киа, и движется к ним. Даже можно разобрать мешок с мотком верёвки в одной руке. А когда из машины белобрысого выходит Намджун, тот теряется и семенит обратно. Затем и вовсе едут за ними.       Да что за озабоченные люди! Могли просто забыть про Чимина и жить себе дальше. Что он им сделал?        Юнги согласен, омега — красивый, с ладной фигуркой, длинными ногами. Тут и у монаха что-нибудь да зашевелилось бы. Он не монах, впрочем, и не развратник. Но так дико охотится на человека, разве что, способен лишь маньяк.        Юнги старательно игнорирует ту неловкую ситуацию, которая произошла на кухне. Рука до сих пор горит и ощущает тепло чужого тела. Когда он вообще в последний раз вот так кого-то трогал? Не дежурное прикосновение, рукопожатие или касание. А именно так, почти интимно. Чертовски давно. Наверное, потому член в его штанах сейчас так остро реагирует.       Тряхнув головой, Юнги отправляет Намджуна спать на диван, а сам устраивается на кресле. Всё же поспать не помешает.        Он просыпается от запаха чего-то вкусного и шума на кухне. В первые секунды, пока голова окончательно не проясняется, Юнги даже хватается за оружие. Но после резко садится в кресле и моргает, потирая лицо ладонью. Да уж, отвык он спать в креслах. Всё тело ноет.       На кухне хозяйничает Намджун. А за столом сидят все остальные. О чём-то живо болтают и смеются, аж непривычная дрожь проходит по телу. Странно, вроде только девять утра, а уже все встали.       — Доброе утро! — бодрый голос и выспавшийся вид Чимина говорят о том, что все его тревоги растаяли с рассветом. Выглядит пушистым и мягким, как раньше.       Юнги завидует таким беззаботным людям. Они просто не могут жить в состоянии стресса долго. Быстро приходят в норму. Здоровая психика, конечно, классная вещь. Ему очень не хватает этой самой здоровости.       — Мы тут заказали плотный завтрак, налетай! — Намджун тоже выглядит бодрячком. Это хорошо. Значит, выспался.       Юнги лишь кивает и уходит в ванную. После душа он чувствует себя гораздо лучше. Недосып пока никак не сказывается, но не стоит расслабляться. Надо заварить кофе покрепче и плотно поесть.       — Мин, это отправили мне ночью и утром. Моя охрана работает нон-стоп, — горделиво распевает Чонгук, засунув в рот довольно большой и сочный кусочек стейка.       Взяв телефон, Юнги всматривается, стекая слюнями. Менеджер Чонгука ночью, ещё в темень, куда-то ездил. Вглядевшись, читает: «Исправительное учреждение». И до него доходит. Его информатор говорил, что задержанного переводят из Йоджу. Намекал, что возможно отморозка крышуют. Но «Третьего» должны были перевести в Инчхон. Почему тот в Сеуле?       — Со посещал «Третьего», — Юнги решает поделиться со всеми и ловит серьёзный взгляд Намджуна. — Погодите, — он вдруг узнаёт среди полицейских в лице охраны этого преступника и своего «хвоста». Чон Хосока.        Новое фото сделано на рассвете возле исправительного учреждения. Чон стоит у входа ещё с двумя полицейскими, а посередине стоит уже знакомый в наручниках. Да у этого «Третьего» охрана похлеще, чем у звёзд будет. Значит, точно есть связи в полиции.        — После завтрака поедем туда, Джун. У меня там знакомый, — уже бодрее хрипит Юнги, приступая к еде.       — Я с вами, — тут же вызывается Чонгук, немного раздражая этим. Но Юнги уже более-менее привык к альфе, потому обдумывает над его предложением.       — Поедем на двух машинах. Белобрысый и ты — будете охранять Чимина, пока я с Намджуном встретимся с знакомым полицейским. Из машины ни шагу. Если что, сразу звоните мне, усекли? — и получает охотные кивки сразу троих. Видимо, уже боятся оставаться одни. Это хорошо, наверное. — Машины лучше брать арендованные.

***

      Хоть и сосёт под ложечкой, но Юнги доволен расположением вещей. По крайней мере, Чимин всегда будет у него на виду. Значит, одним стрессом меньше.        Они заказали машины с тонированными стёклами. Чон, белобрысый и Чимин едут за ними в другой. Юнги каждые три минуты бросает на них взгляд через зеркало заднего вида. Пока всё спокойно.       — Ты точно уверен в нём? — уже который раз раздражённо спрашивает Намджун. Для него это нехарактерно. Обычно доходит с первого раза, а тут долдонит всю дорогу.       — Да. Хосок меня боготворит. Никогда ещё не подводил. И нам нужен хотя бы один в погонах, — терпеливо отвечает Юнги.       — Он же совсем молодой. Если его заманят большими деньгами, согласится, как пить дать, и нам пиздец, — продолжает бормотать Намджун, не одобряя его идею. Да что это вдруг на него нашло? Нет, чтоб радоваться.       Юнги не отвечает, лишь рулит дальше, кидая взгляд в зеркало. Белобрысый за рулём сосредоточен, остальные сидят на заднем сиденье. В масках и солнечных очках. Как и они с Намджуном. Мало ли, узнают ещё. Кто знает, какие легенды ходят про него.       Юнги останавливается возле учреждения, белобрысый за ними. Кивнув ему, они идут к Чону, который стоит у ворот кирпичного здания в полицейской форме. Странно видеть его. Хосок даже кажется пришельцем из прошлой жизни. Необычные ощущения.       — Хён? — сразу узнаёт «хвост», удивлённо вскинув брови. Юнги же фыркает. Вот уж не изменился парень. Это радует.       — Привет, — здоровается он, видя привычное сияние в глазах и поклон на девяносто градусов. — Есть разговор.       — Ко-конечно, хён, — предупредив  одного из своих, Хосок кивает в сторону кафе. Видать, понял, разговор предстоит важный. Впрочем, наверняка знает, что Юнги просто потрепаться бы не приехал. — Я очень рад вас видеть. Только по статьям в интернете и знаю, что у вас творится в жизни.       Юнги тяжко вздыхает. Ох уж этот интернет! Даже знать не хочет, что про него там калякают. Хотя знает — ничего хорошего.       — Как работается с Пак Чимином? — всё ещё сияя, интересуется Чон. Странно, Юнги же уволили. Почему Ан не растрезвонил об этом на всю страну?       — Да норм. Про моё увольнение там статей нет, разве? — хмыкает Юнги.       — Вас уволили? Я не видел, — искренне удивляется Хосок.       — Это Ким Намджун, — он переводит тему и знакомит хмурного Джуна, который не лезет привычно знакомиться первым. Да что с ним не так? — Мой друг.       И тут выражение лица Намджуна смягчается, и даже дарит полуулыбку новому знакомому, походя на привычного себя.       — Очень приятно. Я вас знаю. Мы несколько раз встречались на суде, — парирует довольный донельзя Хосок, пожимая руку застывшему Намджуну.       — Да, мне тоже, — коротко бросает Ким.       Юнги выбирает кафе недалеко от машины белобрысого. Вроде, всё у них там спокойно. Это хорошо.       В кафе немноголюдно, но стоит тихая музыка и аромат свежей выпечки, что поднимает настроение. Они выбирают дальний столик. Намджун уходит заказывать напитки, чтобы их разговор никто не потревожил.       Юнги решает не тянуть резину:       — Мне нужна твоя помощь. Ты в числе охраны человека, покусившегося на Пак Чимина, верно?        — Да. Меня приставили к нему в охрану ещё месяц назад, пока идёт слушание его дела. Вы в беде?       — Типо. Можешь прикрепить ему этот маячок? Хочу подслушивать. И ещё, можешь узнать, кто распорядился о его переводе из Йоджу? — тихо просит Юнги, оглядываясь по сторонам.       — Не вопрос. Вы сильно попали? — вызывая облегчение своим быстрым согласием, сверлит его Хосок серьёзными заинтересованными глазами, ловко пряча их маячок себе в карман.       — Да так. Есть кое-какие предположения, что в этом замешаны известные люди. Пак Чимину грозит опасность, — делится Юнги, замечая идущего к ним Намджуна.       — Сначала вы засадили племянника майора, теперь охотитесь на людей крупного калибра, а дальше кто, президент страны? — восторженно улыбается Хосок.       — Сплюнь, — одновременно бурчат Намджун и Юнги.       — В любом случае, я за вас! Я доверяю вашему чутью. Вы же мой герой, — светится Хосок, принимая напиток. — Спасибо. В следующий раз угощаю я.       Юнги становится лестно. Как же он давно не слышал похвалу в свой адрес. Как же это чертовски заряжает его. Сил прибавляется, словно он полностью заряженный смартфон.       Наконец, после стольких лет знакомства, Юнги обменивается номерами с Хосоком, который провожает их после короткой встречи, обещая встретиться в более располагающей атмосфере.       Юнги теперь в предвкушении. Если запишет разговор Чо Бомина и Со Сунджона с «Третьим» — это войдёт в копилку улик. Может даже узнают, что они будут делать дальше, их планы. Возможно, удастся выйти на горячий след и засадить их надолго.       Юнги осторожно заглядывает в машину к белобрысому, который обнадёживает кивком и большим пальцем вверх.        Что за день сегодня удачный с утра пораньше? Однако внутренний голос опасно дрожит, будто ждёт подвоха. Юнги навостряет внимание. Не время сейчас расслабляться. Поэтому меняется с белобрысым машинами. Чутьё указывает на Чимина, который тихо сидит, уткнувшись в телефон. А рядом — такой же молчаливый Чонгук.       — Ну как? — интересуется Чимин, когда за Юнги закрывается дверь.       — Рано радоваться, но задуманное сделал, — довольно кивает он.       — Здорово, — даже сквозь маску и очки слышно, как улыбается омега. А он заводит машину и едет.       Но не проходит и пяти минут на дороге, как звонит Намджун и говорит, что Суа заболела.       Вот чёрт!       Юнги на секунду даже хочет поехать с ним в Дэгу. Не выносит, когда болеет малышка. Даже не представляет каково сейчас Намджуну. Но у Юнги тут дела. Не хочется оставлять Чимина или брать его с собой в Дэгу. Их узнают в аэропорту и всё. Вся озабоченная шайка преступников прилетит за ними. Не хочется в собственном городе заварухи.       Они останавливаются под мостом всего на пару минут, чтобы попрощаться с ним, а Чонгук вызывается ехать с белобрысым. Правда, свою точку зрения тот не озвучил. Но Юнги догадывается, что возможно альфа не ровно дышит к омеге. Иначе как объяснить поведение Чонгука он просто не знает.       С обещанием всегда быть на связи, Юнги сажает Намджуна в такси, жалея, что не отправил Суа подарок. Когда Ким уезжает, внезапно раздаётся крик Пака.       — Помогите!        — Чимин? — резко оборачиваясь, кричит Юнги. Впервые в жизни он чуть ли не теряется. — Чимин?!       — Вон там, — кричит в ответ испуганный Чонгук, указывая на серый Киа, где человек в маске волочит Чимина за собой. А другой бежит к ним из машины с… он не может разобрать, что в руке у того.       Юнги и Чонгук мгновенно бросаются к омеге. Только приблизившись, они замечают, что в руке у похитителя. Шприц.       — Больно! — задушенно кричит Чимин сквозь зубы, получая прозрачную жидкость в плечо. Его прислонили к машине, словно тряпичную куклу.       Юнги злится, как в не в себя. Успевает добежать, ударить в челюсть со всей силы человека в маске и удержать Чимина от падения. Быстро вытащив шприц из его плеча, облизывает иглу. Наркотик. И в большой дозе.       — Тише-тише, ты сейчас немного поспишь, — Юнги сплёвывает слюну и крепче прижимает к себе обмякающее тело, наполняясь гневом. Тот мерзавец в отключке. А так хочется добить. До мяса. Но сейчас он нужен омеге.       — Я… под… кайфом? — уже переплетаясь языком, лепечет Чимин. При этом глаза его медленно моргают, а веки опускаются вниз. — Я на небе? У тебя такие крепкие руки… красивые глаза… мы кружимся? Это бабочки?       — Да, тише, Чимин, — Юнги аккуратно несёт его на руках, а белобрысый своевременно подгоняет машину. Как хорошо, что он не один.        — О боже, что с ним? — бросается напуганный омега к другу.        — Я повезу его в больницу, а вы езжайте в полицию и привезите их к нам. Надо зафиксировать нападение. Одного я вырубил, — оглянувшись, они замечают, что Чонгук сидит на вырубившемся теле. А от серого Киа и след простыл.