Когнитивный диссонанс

      Смотря на изображение с камеры видеонаблюдения, установленной в спальной комнате Радио-демона, Вокс испытывал вожделение. С каждой секундой страстное желание усиливалось, о чём свидетельствовал прилив крови к половым органам, вызывающий приятное тепло. Телеведущий злился, что тот, кого он люто ненавидел, вызывал в нём бурные эмоции, одержимость.       Видимо, Аластору наскучило избавляться от камер, оказывающихся в его комнате ежедневно, поэтому спустя три месяца, Вокс смог воплотить свои навязчивые желания. Но данный промежуток времени являлся мизерным по сравнению с семью годами, когда объект его страстей пропал без вести, тогда телеведущий считал каждый день и пытался скрыть тоску и волнение за маской ненависти.       «Он лыбится, даже когда спит, улыбчивая мразь», — подумал Вокс. Как же он грезил стереть эту улыбку с его наглого лица.       Теле-демон фантазировал, как руки врага привязаны к изголовью кровати, а он возвышается над ним, смотря надменно сверху вниз, затем грубо снимает с него одежду, упиваясь волнением соперника, наслаждаясь доминирующей ролью.       Бурное воображение вызывало желание прикасаться к себе, лаская, представлять, что это делает его вожделенный Радио-демон. Улыбка Аластора дерзкая, уверенная, непоколебимая… возбуждающая.       Вокс вспоминал, что когда-то в прошлом испытывал только восторг от имени радиоведущего. Бывший друг, с помощью умелой актёрской игры, сокрушал оверлордов, правивших в Аду веками. Он восхищался умением казаться сильнее. Иногда его охватывало волнение, что хитрость когда-нибудь выйдет Аластору боком.       Теле-демон просунул руку себе под рубашку, поглаживая своё тело и смотря на спящего по видеокамере. В памяти всплыло событие, от чего соски Вокса затвердели.

***

      — Ты куда, Аластор?       — Да так… решил расслабиться: в картишки сыграть, — ответил радиоведущий.       — С кем? — поинтересовался Вокс.       — С Хаскером.       — Что, что, ЧТО?!       — Расслабься, — непринуждённо сказал Аластор, затем его рога начали расти, а речь изобилизировать радиопомехами. — Или недооцениваешь меня, дорогой друг?       Не дожидаясь ответа, демон в красном костюме, приняв свою обыденную форму, удалился. Вокс с грустью смотрел ему в след. «Играть с намерением победить оверлорда, специализирующегося на азартных играх, безумие».

***

      Обнимая себя за плечи, Теле-демон испытывал удовольствие от того, что Аластор одержал победу над Хаском, вследствие чего профессиональный игрок не смог завладеть его душой, а потерял свою свободу.       Раздевшись до нага, Вокс стал поглаживать и сжимать свои ягодицы, после взглянув на изображение с камеры видеонаблюдения, принялся снова стимулировать свою фантазию.       Телеведущий до страсти любил наблюдать, как готовит Радио-демон. Ловкие движения рук Аластора и, как результат, изысканные блюда восхищали. Вокс питался только электричеством из-за особенностей своего тела, но верил, что радиоведущий отличный кулинар.       Вокс вспоминал встречи, разговоры с Аластором, множество улыбок Радио-демона. Затем прикосновение к себе стали грубее, поскольку в памяти стали всплывать негативные события прошлого.       Телеведущему было чуждо отвержение радиоведущим новых технологий. Благодаря научно-техническому прогрессу, в который Вокс вносил свой вклад, совершенствовалось старое: у вещей появлялись новые свойства и улучшались имеющиеся. «Как этот олень до сих пор не понимает, что не выгодно и глупо застревать во времени?»

***

      — Аластор, мы могли бы… — Вокс начал разговор неуверенно, как застенчивый школьник, который первый раз признавался в любви, — знаешь… было бы хорошо, нет, замечательно, если мы будем вместе вести телеэфир, хотя, если честно, я хочу, чтоб ты стал частью VVV.       — Пожалуй, откажусь, я предан радио.       Теле-демона переполняла обида за сухой отказ. Становилось болезненно жарко. Вокс хотел крушить, ломать, разрушать.       — Я тебя понял, — ответил телеведущий, скрывая свои эмоции, затем поспешил удалиться, а Радио-демон улыбался своей фирменной улыбкой ему в след, не осознавая, что Вокс воспринял отказ очень болезненно.

***

      Их противоречие росло. Множество различных причин в совокупности привели их к вражде. Большое значение имело отношение к власти: Вокс стремился к господству, кроме того, он мечтал получить власть даже над объектом своей страсти, Аластор же любил, когда признают его могущество, но тотальный контроль не был его целью.       Прикоснувшись к паху, Вокс представил одно пикантное событие прошлого.

***

      — Аластор, давай кое-что попробуем интересное, — игриво произнёс телевидуший.       — Что-что?       — Тебе понравится.       — Ты что-то скрываешь, не так ли? — Радио-демону стало как-то не по себе от странного взгляда телеведущего. — Меня это настораживает.       Вокс прижал Аластора к стене и поцеловал, затем стал обнимать, стараясь прикоснуться к интимным местам возлюбленного. Радиоведущий стоял молча и неподвижно, но улыбка с его лица на какое-то время пропадала.       — Не знал, что у тебя есть хвост, ну, ты и правда олень.       Вокс сжимал ягодицы Аластора, языком касался его шеи. Радио-демон не понимал этот танец, не чувствовал ритм. Действия телеведущего были ему непонятны.       — Что с тобой? Неужели ты девственник? Как?       — Можешь считать меня мизантропом, дорогой друг, я не создан для плотских утех, — стараясь придать своей речи невозмутимость, произнёс радиоведущий.       — Так, значит, ты импотент?! — издал маленький смешок Вокс. — Не ожидал.       На лице Аластора отразилось раздражение.       — Всё со мной в порядке, а вот с тобой…       Радио-демон толкнул Вокса, от чего тот упал на кровать, затем запрыгнул к нему на колени. Аластор хищно посмотрел на наглеца, который нарушил его личное пространство, после схватил за галстук-бабочку и на ухо прошептал: «Хотел меня. Бери. Только не подавись».       Теле-демон находился в недоумении.       Аластор, не медля ни секунды, поцеловал его. Прикосновение губ было, как пуля в висок: резкое и отчаянное. Но этого действия было достаточно, чтоб угомонить Вокса.       — Видимо, ты быстро кончил, — довольный результатом своих действий сказал Радио-демон.

***

      Телеведущий не злился на выходку Аластора, а на себя, что, испытав сильный восторг, вырубился и неосознанно отключил электричество во всём Аду, тем самым понеся убытки и обломав секс.       «Было бы неплохо разработать устройство, подменяющее реальность» — смотря на изображение с видеокамеры, подумал Вокс. Видеть Аластора недостаточно, он хочет ощущать его всем телом.       — Вокс, мать твою! — послышался раздражённый женский голос.       Телеведущий сосредоточил своё внимание на вожделенном Радио-демоне, поэтому проигнорировал свою подругу и по совместительству коллегу. У Вельветт иссякло терпение, поэтому демон приоткрыла дверь.       Обстановка в комнате Вокса напоминала проведение странного ритуала: повсюду были разбросаны фотографии Аластора, а её коллега стеклянным взглядом смотрел на экран, на котором был изображён его заклятый враг.       Вельветт хотела поддержать друга, но осознавая, что поддерживать она умеет только иронически, решила не тревожить Вокса. Рациональней стерпеть телевизионные помехи, чем вовсе потерять сигнал.

После событий 8 серии 1 сезона…

      — Внимание, внимание, борзый козёл или олень, да, всем похуй, решил показать своё могущество, которого нет, но был жестоко отъёбан, впоследствии чего этот лузер съебался, как жалкий пёс, поджав хвост! — с чувством, с толком, с расстановкой, будто упиваясь в экстазе, произнёс телеведущий.       Далее на всех подвластных VVV экранах транслировалась запись поражения Радио-демона лидеру экзорцистов с различных ракурсов.       «Аластор, являясь грешником, предпринял попытку противостоять Адаму, который колоссально превосходит его по силе, а что сделал я? Смотрел, как грешные души борются за право на существование. Короче говоря, бездействовал. Нет, всё только начинается… Игра стоит свеч! Теперь я буду тянуть за ниточки» — Вокс вдохновился идеей борьбы. Он грезил поставить Аластора на колени, как это сделал Адам.       Ранее Вельветт предлагала восстать, но ему и Валу эта идея показалась безрассудна. Его мнение изменилось, когда принцесса с армией неудачников всё же одержала победу над ангелами, однако не без помощи Люцифера, хотя невозможное оказалось возможно.       Обессиленный Аластор стоял на коленях. С его губ алой струйкой текла кровь. На лице не было улыбки, а выражалось отчаяние, страх. Конечности Радио-демона обвивали телевизионные кабеля, не давая принять другую позу. Усмехаясь, враг и по совместительству отверженный любовник гладил его по голове, прижимая к своим ногам.       Грёзы придавали Воксу сил и мотивировали для дальнейших планов мести.