Море волнуется

      "Мне плевать, что с ним"                    Хэ Сюань повторял себе эту фразу словно мантру. Она звучала в его голове надоедливой мелодией, каждый слог отдавался эхом. Казалось, что каждый иероглиф отпечатался глубоко внутри. Он на это надеялся. Он хотел верить в это. Проведя так много времени среди небожителей, он не тешил себя мыслями о том, что его мольба могла быть услышана и исполнена ими. Этого не произошло тогда, когда он был обычным человеком – с чего бы этому произойти сейчас, когда он стал непревзойденным демоном? Могущественным и ужасным Повелителем Черных Вод, одно имя которого вселяло ужас. Он хорошо научился врать другим, но не себе. И то, что ему плевать, что с ним, было ложью.       Глубоко на дне моря было тихо. Никто бы не посмел спуститься сюда, особенно за тем, чтобы нарушить его покой. И это тоже было не так. Во всем мире было одно такое существо. Чертов Искатель Цветов Под Кровавым Дождём.       После его "просьбы" хрупкое душевное равновесие, которое с большим трудом пытался выстроить Черновод, раскололось, рассыпалось на мелкие песчинки и осталось на дне морском, куда сам демон больше не опускался после того дня.       Ши Цинсюань. Прошел год с их последней встречи, оставившей след на каждом из них. Отпустить его казалось очень великодушным. Хэ Сюань старался не думать об этом. А еще лучше забыть. Смерть Ши Уду не заполнила зияющую дыру внутри. Этот мерзавец умер, не ощущая раскаяния за свои деяния. Долгожданная месть, которую вынашивал и обдумывал демон несколько веков, не принесла желанного удовлетворения. Как буд-то стало только хуже. Голод, ставший ему почти родным, разъедал его изнутри - его не могла унять никакая пища или вино. И стоило Черноводу вновь узреть его все стало в разы хуже.       Ши Цинсюань. Жизнь на самом дне его знатно потрепала. Но не изменила. Все тот же озорной блеск в глазах, бойкий характер. Он сохранил в себе ту доброту, желание помогать, сочувствовать чужим проблемам, не смотря на то, что у самого их была масса. Люди тянулись к нему, словно тот был чертовым солнцем. И Хэ Сюань тянулся. Его это злило. Безумно. Злость внутри кипела раскалённой магмой, грозясь вырваться наружу. Он злился на него, на себя, на всех этих бродяг, окружавших его, кому он дарил свои улыбки. И хоть бы одна принадлежала Хэ Сюаню.       Когда-то так и было. Цинсюань улыбался ему, обнимал его, делился с ним всем. Вернее не с ним. С Мин И. Считал его своим другом. Это просто смешно. Интересно, знай он кто с ним был все это время, кого называл своим лучшим другом, вел бы себя так же? Но Хэ Сюань знал ответ. Он видел взгляд бывшего Повелителя Ветра, обращенного лишь к нему. Взгляд, который он запомнил навсегда. Взгляд, наполненный отчаянием и болью. Демон рассчитывал упиваться этими воспоминаниями до скончания лет, но они лишь отдавали тупой болью внутри.       После всего произошедшего ему оставалось лишь мечтать вернуться на морское дно, уйти от терзающих мыслей и чувств. Но этому не суждено было сбыться - Хуа Чен ушел. За Призрачным городом кто-то должен был присматривать. Инь Юй был очень слаб, сами демоны не справлялись, поэтому Хэ Сюань "великодушно согласился помочь" - Искатель Цветов Под Кровавым Дождем попросту не оставил ему иного выбора.       Как оказалось, за то время, что Хуа Чен отсутствовал, накопилось очень много работы в Призрачном Городе, которая неплохо так засасывала и отвлекала. Хэ Сюань хорошо справлялся, решал крупные и мелкие проблемы города, тем самым зарабатывая авторитет и признание среди горожан. Рутина слилась в один бесконечный день, практически полностью занимая все время и мысли демона.       Но как бы сильно он не был занят – он всегда находил время для своего нового "увлечения". Поначалу он придумывал себе оправдания, находил причины почему он продолжал наблюдать за Цинсюанем. Позже он и не задумывался об этом, так и не найдя причины. Зачем? Почему? Наверняка так надо было. Он ведь абсолютно точно не может беспокоиться о нем.       

***

      Мир понемногу восстанавливался после потрясений. Небеса по кирпичику строились заново, а его высочество Наследный Принц стал Императором Небес.       Хэ Сюань догадывался, что после того, как бывший Повелителя Ветров объявится, его прежние друзья наверняка захотят ему как-то помочь. Однако поломничества не произошло. Он не был удивлен - Ши Цинсюань всегда был дружелюбен и открыт ко всем, однако тех, кого он мог назвать своими друзьями можно было пересчитать на пальцах одной руки. Одним из них был сам Хэ Сюань. Вернее сказать Мин И.       Се Лянь обосновался на горе Тайцан и построил там себе маленький домик. Наследный Принц не мог похвастаться богатствами, однако, не смотря на это, все равно стремился помочь старому другу. Но тот все никак не соглашался. Просто так не соглашался. Ши Цинсюань стал ему помогать. Работник из хромого калеки вышел такой себе, но общими стараниями с частыми гостями принца – Фэн Синем и Му Цином – они отстроили неплохой домишко и благоустроили территорию, посадив там деревья. На это ушло не мало времени, Цинсюаню каждый раз невероятных усилий стоило подниматься на гору и спускаться с нее, получая за старания скромный ужин, съедобный лишь потому, что его готовил не Се Лянь.       Наследный Принц понимал своего друга как никто другой. Они были похожи - предпочитали честно оставаться на дне, чем бесчестный путь наверх. Однако далеко не все разделяли их мнение.       Пэй Мин неоднократно пытался уговорить Ши Цинсюаня пойти с ним. Он обещал ему пост младшего служащего, всяко лучше, чем бродячий образ жизни. Но каждый везит генерала заканчивался одинаково криками и ссорами. Сначала Хэ Сюань думал, что дело в тщеславии - ещё вчерашний Повелитель Ветра обычный слуга? Ему настолько не хотелось быть униженным? Но ответ был гораздо проще. "Это бесчестно так же, как я стал Повелителем Ветров!"              Если бы у Хэ Сюаня билось сердце, когда он это услышал впервые, оно бы наверняка снова остановилось. Очередное напоминание о том, что Ши Цинсюань был не виноват... Это злило. До дрожи раздражало.

***

      Прошло время – Хуа Чен вернулся, Инь Юй поправился и так же вернулся к своим обязанностям, больше у Хэ Сюаня не было причин оставаться в Призрачном Городе. Не было ведь...       Пустая, холодная, мрачная обитель Черных Вод ещё никогда так не давила на него. Нет, он вовсе не привык к суете и празднеству Призрачного города, с превеликим удовольствием он покинул его, вот только тишина и покой, царившие в его владениях, напрягали. А ведь до этого он даже и не замечал подобного. Сейчас ему ничто не мешало погрузиться в размышления. Наверное, он все таки привык, что что-то или кто-то постоянно отвлекали его.       В его власти оказались огромные километры воды. Гули, русалки, сирены, костяные драконы и прочая нечисть давно признала его своим хозяином. Теперь же, с уходом Повелителя Воды, они совсем распоясались. Хоть Хэ Сюань никогда не желал кем-то командовать, что-то решать, не до того было - все мысли были заняты желанной местью. Теперь же ему пришлось принять свои обязанности, как второму самому могущественному демону – Непревзойденному Черноводу. Работы ему предстояло не меньше, чем в Призрачном городе.

***

      Ши Цинсюань не покидал его мысли. А Хэ Сюань и не пытался его от туда прогнать. Он по прежнему наблюдал за ним – иногда принимал облик прохожих, бродяг, иногда просто прятался в тени. Частенько он задумывался – а догадывается ли сам Цинсюань, что за ним наблюдают? Чувствует ли он на себе колючий взгляд? Ощущает ли чье-то присутствие рядом? Глядя на него, не похоже, что он догадывается. Но демону и не нужно чтобы он знал. Он просто наблюдал. Без смысла и какого-либо умысла. Он потом найдет себе оправдание.       Ши Цинсюань не попрошайничал, он старался работать. Правда нанимать даже на самую грязную работу хромого калеку никто особо не брался. Но он не отчаивался. Брался за каждую возможность. Часто посещал новый храм Водяных каштанов и убирался там, когда было совсем тяжко. У Хэ Сюаня сложилось впечатление, что он не хотел грузить Се Ляня своими трудностями. И вообще никого.       Свои честно заработанные гроши этот добродушный простофиля нередко отдавал другим, более убогим. В такие моменты глаза Хэ Сюаня закатывались сами собой. Цинсюань был добр и этим часто пользовались. Он был слишком добр к тем, кто этого не заслуживает. Он точно это знал. Он сам был таким.       Сам же бывший Повелитель Ветра в подобные дни оставался голодным, а о частоте таких дней говорили заметная худоба, впалые, некогда мягкие и румяные, щеки, обветренные губы. Весьма жалкое зрелище – мысленно заключил Хэ Сюань. Только вот ожидаемого чувства удовлетворения он не чувствовал. На душе скреблись кошки.       В те дни, когда ему не удавалось достать ни еды, ни денег, Цинсюань приходил на берег. Он часто приходил сюда. Просто садился на холодные скалы, получше закутывался в какие-то хоть немного теплые тряпки, и просто наблюдал за морем. В теплые дни он опускал голые ступни в воду и наслаждался тем, как волны их ласкали. Веер, некогда подаренный братом, после починенный Черноводом, он никогда не выпускал из рук. Цинсюань мог часами сидеть и слушать шум прибоя, направив задумчивый и бесконечно печальный взгляд вдаль. Может, гляда на море он вспоминал брата? А может кого-то другого...       Иногда волнами выносило на берег несколько рыбин. Свежих. С перебитыми хребтами. По чистой случайности.       Тогда Цинсюань набирал хворост и разводил небольшой костер. Насаживал на подходяющую палку рыбку и медленно обжаривал ее на огне, напевая под нос веселые рыбацкие песенки про хороший улов и везение. Именно оно это и было. Везение.

***

      Дни сменяли друг друга. Ставшая привычной рутина слилась в один день, который продолжался до одного момента. Хэ Сюань услышал молитву.       Нет, для него подобное было не в первые. Некоторые люди предпочитают задобрить демонов, чем молиться богам. У него даже свои храмы есть, а с уходом Повелителя Воды и их, и прихожан стало больше. Обычно Хэ Сюань не обращал внимания на мольбы, но этот раз особенный – молился Ши Цинсюань.       Недалеко от столицы на самом краю утёса был небольшой храм Повелителя Воды. Обветшалый и заброшенный - никто уже очень давно не посещал его. Статуи там не было, на пустующем пыльном постаменте были редкие подношения. Горожане редко приходили сюда молиться. Пара свечей была единственным источником света. Несколько зажжённых палочек благовоний источали тонкий запах сандала, но он был на столько слаб, что почувствовать его было очень трудно.       Хэ Сюань появился в храме незаметно и принес с собой запах моря и надвигающегося шторма. В полутьме золотые глаза сразу же наткнулись на единственную фигуру, стоящую на коленях, сложившую руки в молитвенном жесте. Он замер, не желая выдавать свое присутствие так быстро. Чуть дальше он заметил на пыльном покасившемся столике для подношений несколько фруктов и небольшой сосуд вина. Снаружи сверкнула молния, освещая на мгновения все помещение ярким светом. Что-то или кто-то двинулся из угла в глубь. Порыв ветра задул свечи. Ещё одна вспышка осветила тень, опасно выросшую позади юноши. Острое зрение уловило дрожь чужого тела. Цинсюань его заметил.       Хэ Сюань обошел его и встал впереди. На мгновение их взгляды пересеклись. Этот испуганный взгляд изумрудных глаз раздражал... И печалил. Больше он не посмотрит как прежде. Цинсюань поспешил склонится в глубоком поклоне. - Приветствую, Повелитель Черных Вод... - Оставь это, - почти сразу же перебил его демон. - П-прошу прощения...       Тонкая фигура, казалось, сжалась ещё сильнее. Хэ Сюань раздражённо вздохнул. - Зачем взывал ко мне?       Цинсюань медлил. Он неловко перебирал пальцами тряпьё, именуемое одеждой, бегающие по всему помещению глаза выдавали его страх, неуверенность. Образовавшейся паузой демон воспользовался, чтобы внимательнее его рассмотреть – сегодня он выглядел немного иначе, чем обычно: спутанные грязные волосы он причесал и даже собрал в какое-то подобие прически с пучком на затылке, закреплённой красивой шпилькой. Подарок Наследного Принца. Не украли ее только потому, что бывший Повелитель Ветра научился хорошо прятать дорогие ему вещи. Потёртая, изношенная, местами зашитая накидка была практически чистой. На фоне других бродях Цинсюань выглядел чуть опрятнее.       Наконец, собравшись с духом, Ши Цинсюань достал из рукава какой-то маленький мешочек и робко протянул его демону. Сказать, что тот был удивлен – ничего не сказать. Ни проронив ни слова, Хэ Сюань принял из подрагивающих рук свёрток. Развернув его, он замер на месте. В его руках оказалась подвеска из маленького, но очень красивого нефрита. Минерал был гладким, неровным, но грани красиво переливались между собой прекрасной зеленью, так похожей по цвету на... - Сегодня мой день рождения... А значит и ваш... Я хотел поздравить... - Да... Мы ведь родились в один день.       Секундное оцепенение сменилось гневом. Демон с силой сжал подарок. - И именно по этому у твоего брата получилось поменять наши судьбы. Решил напомнить лишний раз?! Цинсюань отшатнулся и попятился назад. - Н-нет! Я не собирался! Просто хотел подарить... - И ты решил, что мне от тебя что-то нужно?! Когда ты и твой брат все у меня отняли?!        Демон смахнул со стола все, что на нем было. Хлипкая мебель не выдержала гнева непревзойденного и рухнула, фрукты рассыпались по полу, а кувшин упал и разбился. Один из осколков кажется поцарапал ногу бывшему Повелителю Ветра. Из его глаз непроизвольно потекли слезы. - Я-я не хотел... Прости... - Убирайся! Убирайся с глаз моих! Не смей мне больше попадаться, иначе пожалеешь!       Больше ничего не сказав, Цинсюань неуклюже рванул к выходу, а Хэ Сюань снова замер, вспомнив что-то. А именно то, что последние месяцы Ши Цинсюань особо усилено рвался работать и стал меньше тратить деньги на еду.       Так что получается, он откладывал их? На что? На то, чтобы купить ему подарок? Он голодал несколько месяцев чтобы подарить Хэ Сюаню этот несчастный кусок нефрита? Зачем... Зачем... Зачем?! Демон снова взглянул на многострадальную подвеску. Тонкий шнурок порвался, но камень остался невредимым. Почему...       Внутри что-то сжалось и ринулось наружу. Гнев, смятение, боль, почему так много всего и ничего конкретного?! Ему нужны были ответы. Но они убежали вместе с прихрамывающим юношей. Как же он его разозлил. Но то было не желание убить, как-то навредить... Нет. Это было что-то другое. Что-то, заставившее его направиться по тонкому кровавому следу.       Цинсюань бежал без оглядки, но старые и новые раны напомнили о себе болью. Надолго его не хватило – сказалось сильное истощение. До города оставалось всего нечего, но сил идти, а уж тем более бежать, не было совсем. Бывший Повелитель Ветра устало опустился около ближайшего дерева, облокотившись на него спиной. Он рассмотрел ногу внимательнее и, тяжело вздохнув, оторвал кусок ткани от накидки, перевязав рану. Главное, чтобы не было заражения. Надо было идти дальше. Вот только было поздно.       Он вскрикнул, когда его подняли за правую руку, словно тряпичную куклу. Ши Цинсюань с ужасом взглянул в пылающие гневом золотые глаза напротив. - Вижу, тебе жить надоело, раз совсем не ценишь мое великодушие. - Н-нет! Пожалуйста... Господин Хэ, отпустите... Я уйду, вы меня больше не увидите... - Поздно.       В следующее мгновение послышался хруст. По округе разнёсся громкий, полный боли, крик. Демон выпустил не сопротивляющуюся конечность, с напускной скукой наблюдая за человеком. Цинсюань, дрожа от невыносимой боли, попытался отползти подальше, а ещё лучше встать на ноги. Ему это удалось. Он поднялся, сжав вновь сломанную руку, кинулся в бегство. Но далеко убежать ему не удалось. Следущий удар пришелся как раз в больную ногу, на которую он и без того хромал. Изо рта вырвался новый крик. Это был конец. Цинсюань, дрожа всем телом, обернулся и взглянул на нависшего над ним Непревзойденного демона. Он уже не питал надежды сбежать, но все же: - Пожалуйста...       Тихий, сорванный голос, обращённый в мальбу к тому, кто ее осознано проигнорировал. Последнее, что сделал Цинсюань перед тем, как погрузился в небытие.              Да, все верно. Хэ Сюаню ничего не нужно было от него... Или наоборот – нужно было всё.