это идиотизм.

— это идиотизм, — заявил скарамучча на обвинения своего парня в его игровой зависимости, отказываясь это признавать. и отвернулся обратно к экрану, натягивая наушники и пододвигая микрофон, — нет у меня никакой зависимости. ты просто ревнуешь. что, в общем-то, тоже тупо.  у самых ушей зазвенел голос аякса. тот быстро поинтересовался, всё ли у друга норм, и после короткого «да» продолжил комментировать каждое своё действие.  казуха, стоявший в дверном проёме со сложенными на груди руками, нервно закусил губу. но нить разговора была бесповоротно утеряна. его парень уже всецело был увлечён очередной каткой. каэдэхара молча покинул комнату.  ✁✃  ночью, когда казуха жаждал отдохнуть от очередного рабочего дня, было уже по-привычному светло.  ночью, перед тяжёлым предстоящим учебным днём, было невыносимо светло.  долгожданную тишину нарушало клацание клавиш, а монитор можно было использовать вместо диско-шара — тот отбрасывал множество мигающих ярких пятен на поверхность стен.  — скар, давай поспим.  но просьба парня не была услышана. казуха, потушив глубоко в себе разгорающуюся злость, с уставшим выдохом выполз из-под одеяла и подошёл к скару. тот не среагировал на шевеление сбоку. и на волосы казухи, щекочущие шею. и на поглаживания по плечу. и на поцелуй в щёку.  тогда кадэхара был вынужден нажать на паузу и стянуть с чужой головы наушники. рука легла на подбородок, разворачивая освещённое синим светом лицо к себе. на него смотрели уставшие глаза с ярко выраженными синяками.  — милый, пора спать. трудный день наступит, отдохнуть надо.  скарамучча чмокнул его в запястье. надевая обратно наушники, попросил: — казу, пять минут. квест доделаю и лягу.  ему ничего не оставалось, кроме как смириться с этим. он вернулся в постель, удобно устраиваясь под одеялом и наблюдая за знакомыми движениями на экране. по началу он и сам играл вместе со скаром. когда у парня появилась эта тяга, когда глаза его горели восхищением, а сам он с неподдельным интересом пересказывал сюжет или механики персонажей — казуха слушал, подставив руку под щёку. он не всегда понимал, но всегда старался и был заинтересованным слушателем. он попросил научить его — и скара был неописуемо рад, что его парень разделяет с ним интересы. в тот же вечер они вдвоём устроились на одном кресле и казуха, объятый теплом и любовью, открывал для себя мир компьютерных игр.  они играли вместе, то в одно, то в другое, играли с тартальей, играли даже по сети против незнакомцев. всё было хорошо.  но казухе всё равно было не настолько интересно, чтобы каждый вечер сидеть за компьютером. он хотел гулять как раньше, вместе ходить на выставки, концерты и в кино, устраивать посиделки с друзьями и неожиданные свидания. как раньше.  а времени оставалось только на что-то одно. потом и на учёбе начались трудности из-за постоянных игр допоздна и отсутствия движения. и на работе проблемы. и раздражительность появилась. и слабость. и глаза начали не переставая болеть.  казуха больше не играл, пытаясь обратно наладить просевшие сферы жизни. но скару нравилось играть! казуха не мог у него отнять это. он же тоже устаёт на работе, просто расслабление теперь находит не в объятиях своего парня, а в новой игре. в этом ведь нет ничего плохого, да?  казуха не должен злиться. и ревновать тем более. это смешно. это всего лишь компьютер. после которого скара потом возвращается к нему под одеяло. его скара.  его скара, который, закончив квест, не выключил игру как обещал, а продолжил бегать по карте.  — скара-а, — громко позвал казуха. он надеялся, что достучится до него, не достучавшись при этом до соседей, — я очень хочу спать, выключай и иди ко мне.  — казу, ещё один квест, — казу собирался бросить в него подушкой, — пожалуйста, — но это пожалуйста моментально его остановило.  всё нормально, казу. ещё один квест.  как и с любой другой зависимостью, одним квестом не закончилось. как и двумя. и тремя.  казуха почти не спал эту ночь. зато уснул утром в автобусе, вместо того, чтобы пойти на зачёт.  ✁✃  дома казуху ждал сюрприз в виде друзей и скарамуччи, устроившихся в гостиной на полу за низеньким прямоугольным столом. пустые коробки из-под пиццы с оставшимися холодными кусочками свидетельствовали о продолжительности этой посиделки. ребята играли в маджонг. да с таким рвением и азартом, с каким, кажется, ещё никто в него никогда не играл.  люмин, давно не видевшая каэдэхару, только услышав проворачивающиеся ключи в дверном замке, подскочила с места и побежала встречать его, помогая раздеться. тарталья обнял и оторвал от пола, кружась с ним на руках вокруг своей оси под заливистый смех. итэр терпеливо дождался своей очереди и крепко обнял. скарамучча, его любимый парень, бросил лишь короткое привет.  от удивлённых взглядов друзей, уставившихся на казуху, мол, поругались что ли, он поспешил сбежать в ванную, под предлогом помыть руки. никто из них не знал, что эти самые руки неконтролируемо тряслись.  вернув спокойное выражение лица, казуха вернулся к друзьям и сел рядом со скарамуччей, присоединяясь к игре и обсуждению последних сплетен, что принесли близнецы и аякс. скарамучча за всё время сказал ему разве что пару слов, но ни разу даже не коснулся. с остальными он вёл себя как обычно.  казуха молился, чтобы этот вечер закончился как можно скорее.  ✁✃  заинтересованный взгляд тут же сменился расстроенным. парни наконец вместе выбрались в торговый центр и сейчас казуха переодевался в примерочной. но, когда он воодушевлённо отодвинул шторку, чтобы показаться скару, тот сидел на диванчике с приставкой.  — ска-ар, взгляни, — протянул казуха.  попытка привлечь внимание не увенчалась успехом. райден угукнул, даже не глянув.  — ну скар, пожалуйста, — сжимая ткань шторки в кулаке, попытался снова.  скарамучча раздражённо оторвался от игры, чтобы также раздражённо бросить нормальные джинсы, и продолжил бой. казуха разочарованно стянул свитер и вернул остальные нетронутые вещи консультанту. настроения продолжать ходить по магазинам больше не было.  ✁✃  казуха не мог отнять у возлюбленного его хобби. но он пытался его хотя бы контролировать, устанавливая время, после которого игровая техника должна была откладываться в сторону. он аргументировал это тем, что глазам нужен отдых. срабатывало не всегда. а если скарамучча и слушался, то время своё проводил не с ним.  общение с аяксом тоже попало под раздачу. казухе казалось, что он тоже виноват.  казуха ходил гулять, пока скарамучча гулял по 2д-мирам. казуха ходил гулять с кем-то, пока скарамучча кого-то поливал грязью и с кем-то смеялся в микрофон. казуха скучал по своему парню, но тот больше не интересовался, как прошёл его день и с кем прошёл его день. хотя раньше его это волновало.  сейчас волновался только казуха. не просто волновался — у него в голове паразитировали ядовитые мысли. теперь для его парня его не существовало. он отказывался от совместного времяпрепровождения в угоду очередной игре.  складывалось впечатление, что обделённым был только казуха и только он страдал. ведь у скарамуччи, как ни странно, не было проблем на работе, с друзьями он хоть и реже, но был готов видеться, с тартальей так вообще всегда на связи.  но с казухой всё было не так.  они больше не ходили по утрам одной дорогой на работу, не ели за одним столом, уже даже не спали в одной кровати — казуха не мог заснуть при непрекращающемся свете, а скарамучча не мог оторваться. он больше не думал о своём парне.  казухе было страшно. его любовь утекала сквозь пальцы. он всё чаще злился и выливал эту злость на скарамуччу, обвиняя в том, что он его разлюбил.  потом он, разумеется, жалел о каждом сказанном слове и рвал на себе волосы.  это странно.  у него нет причин злиться. его парень всегда рядом.  но он не с ним.  казуха ревновал. к куску, мать его, железа. ✁✃  последний раз казуха спал на кровати… давно. теперь его местом для сна был диван. он физически не мог спать, пока компьютерный свет озарял их небольшую спальню.  ему было неудобно, а наутро всё тело ломило. но скарамучча уже давно не слушал его просьб. да и казуха особо не просил. они или ругались, когда у казухи начинался очередной приступ, или молчали, когда казуха от этого приступа отходил.  ✁✃  казухе было стыдно. в последнее время он часто испытывал это чувство — после каждого скандала, что затевал. он винил во всём себя — сначала относительно объективно. а потом считал, что виноват во всём.что недостаточно хорош, раз скара больше не хочет проводить с ним время, что недостаточно красив, раз скара больше на него не смотрит, что недостаточно любит, раз скара предпочитает ему вещь.  но сейчас ему было стыдно от того, что он только собирался сделать. а собирался он доказывать своему парню обратное.  скарамучча по обыкновению играл. в наушниках, но без микрофона. это замечание только подкрепляло закравшуюся идею.  сначала казуха пытался зайти издалека, не прибегая к крайним мерам. он, стоя в одной футболке скары, облокотился на стол. длинная ткань чуть задралась на бёдрах. когда действие не возымело и малейшего эффекта, казуха сел на стол, максимально близко к экрану. футболка задралась ещё, открывая ещё больший обзор, а мышка из-за новой позиции при каждом движении ударялась об его ногу. скара не обращал внимания.  тогда казуха, борясь с накатывающим стыдом, перешёл к следующему шагу — нога коснулась чужой щиколотки, затем икры, после обвела коленку и потянулась выше. и выше. скарамучча словно проходил проверку на неуязвимость — даже не шелохнулся! ещё какое-то время поглаживаний не увенчалось успехом. злость разгоняла в венах кровь, а стыд отступил вовсе, как вода уходит перед цунами, обнажая скрытые чувства. казуха просто сел к нему на колени, руками обнимая за шею и целуя. губы касались всего, до чего могли дотянуться, оставляли мокрые следы и тёмные пятна. скара отвечал между делом.  это раздражало.  одна рука скрылась под одеждой, освобождая, помогая, дразня.  — казуха, с чего бы… — вопрос утонул в собственном громком вздохе. костяшки, сжимавшие мышку, побелели. пальцы второй руки рассеянно попадали по клавишам, часто мимо, сбивая комбинации.  движения были нетерпеливыми, резкими.  казуха хотел, чтобы скара смотрел только на него — открытого, чувственного, жаждущего, настоящего. но в покрасневших глазах отражался только разноцветный экран. первая волна подкравшегося стыда перемешалась с отвращением к самому себе — он готов был пойти на любые ухищрения, лишь бы добиться внимания со стороны парня. хуже было от того, что он действительно на это пошёл.  казуха плакал, пока скарамучча томно дышал.  ещё несколько последних движений и… — чёрт, ты мне серию комбо сбил! я проиграл из-за тебя. всплеск. рухнули в мгновенье мегатонны ледяной воды. мощное шестибалльное цунами достигло своей цели. он буквально спрыгнул с чужих колен, утирая слёзы и убегая в ванную. никто за ним не пошёл.  проигрышная затея ревновать того, кому всё равно.  ✁✃  — это идиотизм, казуха!  очередной вечер очередного дня в очередной игре. был. пока казуха не вытащил шнур из розетки, без предупреждения обрубая соединение. монитор резко потух одновременно с выключившимся системником. вся брань, что раньше предназначалась сетевым утыркам, полилась на каэдэхару.  скарамучча был зол. казуха тоже. он в очередной раз завёл разговор скандал по поводу того, что его парень проводит с компьютером больше времени, чем с ним.  — ревновать меня к компу, да это смешно!  — ни черта не смешно, скарамучча! это грустно. я устал, что ты игнорируешь меня. мне больно.  оба стояли друг напротив друга с сжатыми кулаками.  — а я устал, что ты только и делаешь, что ругаешься и мешаешь мне! что мне ещё остаётся? ты контролируешь, ставишь ультиматумы. прямо как моя мать, — скарамучча выплюнул это и отвернулся. воткнул обратно шнур и смачно ударил по столу, до треска дерева и дрожи клавиатуры, — сука! просто отвали, казуха.  как только все окна открылись обратно, в наушниках зазвенел аякс. тот быстро поинтересовался у друга, всё ли норм. скарамучча неохотно пожаловался ему на ревность своего парня, чересчур резко хлопая мышкой.  — кажется это уже не шутки, товарищ. у тебя активности в игре больше, чем времени в сутках. я, конечно, завидую такому тайм-менеджменту, но тебе бы прислушаться к нему, скар. воздухом бы подышать, траву там потрогать.  — это не шутки, а идиотизм, тарт, — простонал скар, зарываясь в горящие от удара ладони, — меня раздражает его на мне помешательство, не может уже без меня и дня. только и делает, что лезет без конца. я свободы хочу.  тарталья не был уверен, что ему стоит занимать роль семейного психолога и лезть в чужие отношения. казуха всегда был очень тактильным и тянущимся. в последнее время ограничивал ему не только игры, но общение с другом. может, он перегнул и скар действительно прав. пожав плечами, аякс поспешил перевести тему.  казуха, всё это время стоявший рядом, до крови прокусил губу. но нить разговора была бесповоротно утеряна. его парень уже всецело был увлечён очередной каткой. каэдэхара молча побросал первые попавшиеся вещи в рюкзак и покинул квартиру.  ✁✃  посуда, стоящая в раковине, больше не мылась и терпеливо дожидалась прихода своего хозяина. не то чтобы просто не мылась, а даже не пополнялась другой. одеяло на кровати оставалось ровно в том положении, в котором оставлял его скар. письма из почтового ящика никем не забирались и не складывались стопочкой на тумбочке. еда в холодильнике ни пополнялась, ни уменьшалась. абсолютно всё в квартире не трогалось с места.  только пару дней спустя скарамучча понял, что последний раз своего парня видел на заставке монитора. что его парень не просто избегал его, а ушёл.  проблески тревоги скарамучча решил проигнорировать, заходя вместо этого в соцсети в поисках зацепок. но ни у кого из друзей ни в сторис, ни в постах не засветилась белая макушка с красной прядью. даже упоминаний о нём не нашлось. волнение нарастало.  мест, где его сбежавший возлюбленный, мог бы остановиться, было не так уж и много. с наибольшей вероятностью тот был у горо. самый неприятный расклад.  горо был другом казухи непосредственно и только его. к скарамучче он не питал совершенно никаких чувств, тем более положительных. звонить ему — не самая удачная затея. звонить кокоми… скар не знал, что хуже.  ты у горо? пальцы напечатали короткое предложение, но всё не решались нажать на последнюю кнопку. спустя полминуты прожигания экрана тупым взглядом, скарамучча вышел из мессенджера, но, встретившись с алыми глазами, смотрящими на него с обоев телефона, всё же зашёл обратно и кликнул отправить. где-то полчаса спустя пришёл такой же короткий ответ.  да вот и поговорили. ну, хорошо?  волнение отступило. перебесится и вернётся. ведь казуха его любит.  ✁✃  казуха его любит. этот постулат высечен был в мыслях скарамуччи, и он никогда не задумывался об обратном. ведь казуха всегда рядом, всегда его поддерживает, всегда помогает, заботится, ласково чешет затылок и делает массаж.  казуха его любит. любым.  он не устраивает скандалов на пустом месте, а когда злится скар — всегда находит путь к его сердцу, касается так, что полыхающий гнев теряет доступ к кислороду. казуха видел его разным — и счастливым, и в слезах, и агрессивным, и нежным. скарамучча был для него замечательным. каждый день. это здорово поднимало самооценку и занижало стандарты требования к самому себе.  казуха его любит. и делает всё для него.  он начал играть ради него в компьютерные игры, он ходил вместе с ним на бокс, как только скар загорелся этой идеей, он даже бросил учёбу и перевёлся на заочное, чтобы больше времени проводить вдвоём.  казуха любит скарамуччу.  это такой же общеизвестный факт, как то, что осенью опадают листья. это такой же неизменный факт, как то, что земля крутится вокруг своей оси и вокруг солнца. а листья будут продолжать падать и земля будет продолжать крутиться вне зависимости от того, что ты делаешь или не делаешь.  казуха его любит.  ✁✃  в один из вечеров, вернувшись с работы и переодеваясь, скарамучча заметил, как резко опустел шкаф. половина вешалок оголилась и теперь бесхозно болталась, стоило только дверце открыться. скарамучча в замешательстве обернулся — длинная полка над кроватью, некогда прогибавшаяся под бессчётным количеством каэдэхаровских книг, теперь была пуста. со стола исчезли блокноты и тетради с конспектами. вывод спешно подкрадывался, но скар отказывался в него верить. в нарастающей панике начал обыскивать осиротевшую квартиру — в ванной крема и всякие разноцветные баночки больше не теснили его личные средства, любимый полосатый плед казухи не укрывал диван, да даже кружки с котами из мема про рыбов нигде не было! только серебристое кольцо осталось поблёскивать на одной из полок. рядом с точно таким же, какое скар перестал носить после того как начал играть. мешало.  он вернулся в комнату. вытащил из шкафа свою футболку — ту, что казуха без конца таскал у него — и прижал к себе. она всё ещё хранила его парфюм. пряный. успокаивающий. родной.  казуха всегда был тем, кто делал первый шаг — он первый признался в любви, первый позвал на свидание, первый предложил съехаться.  вот и сейчас — он первый забрал свои вещи из их общей квартиры.  всплеск. мир вокруг скарамуччи с грохотом треснул. одиночество душило. одиночество пахло печёными яблоками с корицей.  за окном опадали листья.  земля крутилась вокруг своей оси и вокруг солнца.  казуха больше не любил его.