Favourite game

Когда у тебя бессонница, всю ночь думаешь, не переставая.

Сплю я или нет? Спал я или нет? Так уж устроена бессонница

Алина возвращения поздно или рано, а её снова и снова встречает спящая Кристина. Светловолосая очаровательна, когда спит. Темноволосая улыбается, нежно целует любимую прохладными губами, касается шеи и плеч, с которых соскользнуло тëплое одеяло. Кристина снова и снова бродит в собственных кошмарах. Поднимается по лестнице, чтобы врезаться в бетонную стену серую, в битых зеркалах видит собственное искажённое отражение и чей-то ещё мимолëтный образ, который ухватить не может никак. А еще ей снится Алина. Та всегда приходит в тот момент, когда становится невыносимо страшно, когда всё вокруг рассыпается на крохотные кусочки, оборачивается вмиг пылью и пеплом, когда Кристина вот-вот упадёт куда-то и, наконец, проснётся, нежная голубоглазая девушка протягивает руку, за собой уводя дальше в лабиринты невыносимого бесконечного кошмара. Потому что вполне реальная Алина делает всё для того, чтобы этот кошмар не заканчивался, чтобы мешался в одной ей известной пропорции с тем кусочком реальности, который темноволосая сама выбирала. Препараты, которые снова и снова оказывались в крови Штрэфонд, спать заставляли крепко — девушка уже не просыпалась от своих же криков, только иногда по кровати металась и шептала что-то чуть слышно, словно в бреду. Алина с какой-то больной нежностью прижимает к себе девушку спящую, осторожно притрагиваясь к выпирающим ключицам. Стягивает плед и поднимает вверх ткань безразмерной толстовки, поглаживая нежную грудь. Реакции заторможенные, Кристина не сразу замечает, что кто-то её касается, всё ещё находясь в стальных объятиях тëмного сна. Когда Алина, уже не стараясь сдерживаться, целует розовые соски, всë-таки твердеющие от настойчивой ласки, Кристина сквозь сон шепчет: — Танечка… Кажется, проснётся вот-вот, дëрнется резко, оттолкнëт от себя подругу (были ли они таковыми? наверное, были всë-таки). Алина мысленно чертыхается, всё ещё возлагая надежду на четвёртый по счёту побочный эффект препарата, который она давала Кристине уже около двух недель. Нарушение памяти. Ещё чуть-чуть, и Штрэфонд совершенно забудет о том, что Каширина в её жизни вообще была. Пока Горб может только ждать, дëргаться, слыша чужое и уже ненавистное имя. А ещё целовать бесконечно долго, сколько захочется, сжимать и трогать, потому что у Крис абсолютно нет сил сопротивляться. Алина осторожно и нежно проводит между бëдер девушки, пальцами слегка надавив на клитор, и, слыша сбившееся дыхание и тихий стон, возбуждается сама, так, что сдерживаться почти невозможно. Рухнув рядом на кровать, она доводит себя до оргазма несколькими резкими, почти болезненными касаниями пальцев по клитору. Кусает себя за запястье, чтобы не закричать. Кристина просыпается через пару часов после тех вольностей, что себе в очередной раз Алина позволила. Та на кухне завтрак готовит, слушая какой-то подкаст и мило улыбаясь. Кристина улыбается тоже, хоть и чувствует слабость, а тело будто не слушается совершенно. — Лин, доброе утро. Слушай, сколько я вообще спала, — усмехнувшись, спрашивает Штрэфонд. — Ты вчера часов в десять уснула, — спокойно отвечает Алина. — Не так уж много, да и тебе ведь полезно выспаться. Кристина в ответ тяжело вздыхает, на часы глядя. Полдень. — Я очень давно не спала так долго, только вот совсем не чувствую себя отдохнувшей. Слушай, а можно мне в душ? — спрашивает, стесняясь. — Можно, конечно, — мягко произносит темноволосая ей в ответ. — Только давай не долго, хорошо? Жду тебя завтракать, у нас сегодня блинчики. Крис улыбается, будто ребёнок довольный. — Со сгущëнкой? — Ага, и с вареньем. Подобные диалоги происходят между ними на протяжении уже почти двух недель. Кристина искренне уверена в том, что пробыла у подруги не больше суток. Алина искренне старается заботиться, как умеет, как считает нужным. Иногда ей кажется, что вот-вот она услышит резкий шум, железную дверь её квартиры выломают, а то и взрежут замок автогеном, а Кристину, её Кристину, заберут, вынесут спящую на руках, чтобы от влюблëнной так поломано и неправильно Алины подальше спрятать. Вот только изо дня в день никто за Кристиной не приходил.