Часть 8
6 января 2026 г., 22:22
– Чонгук, я уже пожалел, что предложил свою помощь, – шутливо замечает омега, ставя посреди небольшой квартиры две увесистые коробки.
– Вот именно, ты сам предложил, сам решил помочь, поэтому не желаю ничего слышать, – игриво отвечает альфа.
День уже близился к завершению, а они только сейчас привезли все вещи Чонгука в его новую квартиру.
– Фу, – Тэхён плюхнулся на диван и облокотился на спинку, – мне кажется мой переезд из Швеции был не таким утомительным, как твой в соседний район, – улыбается омега, наблюдая, как альфа укладывает последние мелочи.
– А я и не думал, что ты такой нытик, – шутит Чонгук, пристально разглядывая Тэхёна, – но спасибо тебе большое.
– Ты же понимаешь, что я шучу. И я рад был тебе помочь, – улыбаясь, отвечает омега, не пытаясь даже скрыть своей радости.
А Чонгук снова засматривается. Этот омега рвет все шаблоны внутри, стирает к херам все предыдущие установки. Тэхён не только помог с переездом, но еще и сам вызвал клининг на старую квартиру, так как там, как и обещал Чимин, творился полный беспредел, помог убрать самый большой мусор, и ни разу не сказал ничего дурного о Паке. Никогда и нигде еще Чонгук не встречал таких, как Тэхён. Альфа подходит ближе и садится рядом. Они смотрят друг на друга и не могут взгляда отвести. Обоим нравится находиться рядом, обоим хочется быть чуть ближе, но эта неловкость, что появляется, когда вы вроде нравитесь друг другу, да и целовались уже, но все же еще будто находитесь на расстоянии, выдерживаете невидимую черту дозволенного.
– Я пожалуй, поеду домой Чонгук. Время уже позднее, да и тебе...
– Останься, – перебивает его альфа, придвигаясь еще ближе.
– Чонгук, послушай...
– Иди сюда, – снова перебивает его альфа и утягивает в поцелуй нависая над омегой.
Раньше Тэхён думал, что голова не может кружиться от поцелуев, а оказалось, что просто раньше в его жизни не было поцелуев Чонгука. Этот парень сведет его с ума своим напором. Тэхён уже лежит на диване, с губ слетают легкие стоны, все тело выгибается навстречу сильным рукам, что исследуют его тело. Альфа не просто напирает, он страстно ведет, присваивает, будто хочет завладеть. И внутри у Кима, что-то щелкает. Это не должно все происходить вот так. Он отстраняется и старается отдышаться, в то время, как альфа утыкается лбом ему в ключицы в попытке привести свое дыхание в норму.
– Чонгук, послушай меня, – он чуть надавливает на грудь альфы, заставляет его подняться и принять сидячее положение. Сам поднимается и смотрит на взъерошенного альфу. – Я понимаю, что мы взрослые люди и нас безусловно тянет друг другу, но пойми меня сейчас, – он слегка вздыхает и смотрит пристально глаза в глаза, не хочет чтобы Чонгук его неправильно понял, но и заходить дальше он не готов сейчас. – Я не хочу быть для тебя таблеткой, после расставания с Чимином, не хочу быть заменой и способом переключится. Мне действительно кажется, что мы слишком торопимся, слишком спешим и мне от этого некомфортно. Какие бы ты чувства не испытывал к нему, ты все равно был с ним несколько лет. Этого не забыть и не изменить. Дай себе время перерасти эту историю, переболеть, отпустить, – Чонгук смотрит на Тэхёна с некоторым непониманием. – Должно пройти время, чтобы эта история осталась для тебя действительно в прошлом, а воспоминания улеглись. Пойми, я не хочу просто торопиться. Я готов быть рядом, общаться, ходить на свидания, помогать и поддерживать, хочу чтобы все происходило постепенно и плавно. Это надо не только мне, но и тебе. Ты сейчас, как бы ты не отрицал, все равно подавлен, расстроен, разочарован, и я не хочу становиться тем, с кем ты будешь кувыркаться в постели, стараясь заглушить в себе многие чувства. Понимаешь меня?
А альфа смотри на омегу и если честно, понимает. Сам не знает зачем сейчас стал давить, зачем позволил им зайти так далеко. Ведь Тэхён не нужен ему только для того, чтобы забыться. Сам же мучался от того, что нельзя идти на поводу у своей сущности, что необходимо больше времени, чтобы узнать друг друга, чтобы научится доверять и если все же им будет хорошо рядом, то пробовать что-то строить и уже тогда доходить до таких вот поцелуев, которые вот-вот перешли бы в жаркий секс. Все эти мысли мигом охватывают его и Чонгук отстраняется, отводя взгляд. Глупо получилось как-то.
– Прости, Тэхён, – на вздохе проговаривает альфа, – наверно тебе действительно пора уходить.
Альфа сам на омегу не смотрит, стыдно как будто становиться.
– Эй..., – пытается заглянуть в глаза омега, обращаясь к альфе, – посмотри на меня.
И Чонгук не сопротивляется. Смотрит открыто.
– Тебе не за что извиняться, просто давай попробуем стать друг другу ближе, прежде чем окажемся в одной кровати. Я могу остаться, но при условии, что мы посмотрим какой-нибудь фильм, поговорим, можем заказать что-то перекусить. Как тебе предложение?
Омега улыбается ярко и так искренне, что Чонгук в очередной раз выпадает из реальности. Он лишь успел утвердительно кивнуть, а омегу уже носится по его квартире, пытается найти посуду, звонит в доставку и что-то бубнит себе под нос. Альфа рядом с этим парнем на себя не похож. Нет уверенности в себе, нет твердости, зато есть желание всегда видеть лучезарную улыбку, слышать смех и просто находится рядом.
Этот вечер стал для Чонгука чем-то новым, будто с этого дня его жизнь уже не будет прежней, будто все, что он искал, нашлось в одном человеке, способного дать альфе даже больше, чем он может себе представить. Они вместе под шутки и веселые разговоры немного разобрали вещи, поужинали и посмотрели фильм, а потом уснули прямо в одежде, на диване в обнимку друг с другом.
***
Утром было неловко, смущенно, но все же на душе было спокойно. Чонгук проснулся первым. Разогрел остатки еды и пошел в душ. Пока он приводил себя в порядок в голову лезли воспоминания их прошедшего вечера. Давно он так легко не чувствовал себя, давно не ощущал себя настолько комфортно, несмотря на множество коробок, которые все еще оставались неразобранными. Выходя из душа уже переодетым, чтобы не смущать Тэхёна, он застал слишком умилительную картину. Омега все еще спал, надув губки и обнимая во сне одну из диванных подушек. И как бы не хотел альфа продлить сон омеги, но учебу никто не отменял. Он аккуратно гладит омегу по волосам и тихо просит просыпаться. Лишь спустя пару минут Тэхён недовольно открывает глаза, теряясь и не сразу понимая где он находится. – Я уснул здесь? – задет вопрос Ким, смотря на улыбающегося альфу. – Да, вместе со мной, – честно отвечает Чон. – И как тебе спалось, Чон Чонгук? – игриво спрашивает Тэхён. – Лучше, чем я мог предположить, – сразу же отвечает альфа, продолжая гладить шелковистые волосы. – Тогда доброе утро, – говорит омега, так и не меняя своего положения. – И тебе доброе утро, – отвечает Чонгук, а затем нежно целует омегу. Дарит такое нужное спокойствие сейчас. Не напирает, не давит, как вчера, а будто вкладывает в этот легкий поцелуй свое обещание, что такое утро не последнее, что все разговоры вчерашние не бессмысленные, и что даже утром омега вызывает в нем трепет. Это утро принесло им обоим легкость.***
– Что же делать?! – сам себе задавал вопрос Ким Намджун. – Слушай, ты же ведь уже взрослый мужчина, омега, ректор, в конце концов, одного из лучших Вузов страны. А блять, пройти мимо университетской любви боишься, как школьник. Ну вот зачем он приехал?! – не сбавляя обороты омега сам себя уговаривал выйти из машины уже минут пятнадцать. А буквально у самих дверей в университет стоял тот, кого лучше бы было не видеть, не вспоминать и стоило наверно забыть?! – Так, ладно. Он всего лишь брат одного из студентов. Всего лишь ты по нему сходил с ума все четыре курса, но это же не важно правда? Просто пройдешь, поздороваешься и поднимешься к себе в кабинет. Ничего сложного, – внушал себе омега, крепко держась за руль и устремляя взгляд через лобовое стекло, прямо на статного альфу, что нервно постукивал ногой и держал в руках огромную спортивную сумку. – Да, все Намджун, собрали яйца в кулак и пошли. С этими мыслями Ким Намджун отправился в сторону входа. В жизни омега был всегда рассудительным, сдержанным и спокойным. Его легкий нрав и умение найти подход к каждому помогли построить карьеру, заслужить уважение. Он всегда был справедлив, не боялся давать отпор, если кто-то переходил черту, мог с легкостью отчислить студентов даже самых влиятельных людей, если их отпрыски не желали учиться, устраивали драки или что похуже. Он редко когда показывал свои эмоции и всегда был собран. Но вот сейчас его сердце готово выпрыгнуть из груди лишь от того, что прямо перед ним стоит тот, о ком он грезил всю студенческую жизнь. Тот, кто не обращал на него внимание, до последнего курса, кто нашел в нем хорошего друга, но не видел в нем омегу. Альфа, который улетел без объяснения, не оставил контактов, тот на кого надо было обидеться, кого надо было отпустить и не прощать, но омега просто не может. – Привет, Сокджин, – вежливо начинает омега, проходя мимо альфы, в надежде, что тот его не окликнет, не станет останавливать и омега сможет скрыться у себя в кабинете. Но у судьбы всегда другие планы. – Привет, Намджун. Давно не виделись. Все хотел поблагодарить тебя лично за то, что помог пристроить брата, но после переезда сюда закрутился с делами. Как ты? – весело отвечает альфа, совсем не подозревая о внутренних метаниях одного омеги, который вот-вот провалится сквозь землю. – Давно не виделись, верно, – “молодец” - хвалит себя Намджун, даже голос не дрожит, – Это пустяки. С оценками и баллами Тэхёна это было не сложно, – ага, как же. Омега все пороги Министерства оббежал, чтобы помочь с переводом на последний курс, да еще и на бюджетное место. Собрал кучу бумажек, таскался в Правительство и объяснял людям, не имеющим отношения к спорту о том, как важен Ким Тэхён в рядах их студентов, – В остальном у меня все в порядке. Спасибо. Вы как? Обустроились уже? – вежливо отвечает Намджун, стоя прямо напротив альфы. – Практически. Живем в старом доме родителей, – тихо отвечает Сокджин, пытаясь совладать с эмоциями,– стараюсь быть хорошим старшим братом, – чуть усмехается, скрашивая ситуацию. А Намджун засматривается. Джин всегда выглядел изумительно, всегда в отличной форме и что скрывать, годы его не испортили, а сделали только краше. Джин красивый. Он высокий, статный, широкоплечий. Красивые густые темные волосы, аккуратный нос, и от природы пухлые, яркие губы, темные карие глаза и слегка холодный взгляд. Ким Сокджин в их студенческие годы всегда был неким “принцем”, недостижимым и недоступным. В университете он мало с кем общался, но те, кто был с ним близок, знали его совсем другим. И Намджун знал. – Это хорошо, – найдя в себе силы ответить, проговорил омега, вырываясь из своих воспоминаний. – Ты нужен ему сейчас. И кстати, а почему ты здесь? – спохватился Намджун. – Как раз по той причине, что я хороший старший брат,– улыбаясь отвечает альфа. – Этот несносный омега попросил привезти ему форму. Я без понятия где он был, сказал что объяснит все позже и снова обещал мне мое любимое вино. Я не мог ему отказать. А Намджун смеется искренне. Вино и Сокджин это что-то неделимое. Даже в молодости альфа пил исключительно только вино. – Мне кажется, я знаю где он был, – посмотрев на подъезжающие автомобили, проговорил Намджун, указывая в сторону парковки. – Очень интересно, – смотря, на развернувшуюся картину проговорил альфа. А там явно было на что посмотреть. Его милый, нежный братец стоял и целовался с каким-то альфой. – Прекрати. Ты тоже был таким, – легко ответил Намджун, наблюдая за Чонгуком и Тэхёном, уловив настроение Сокджина. – Этот альфа очень даже не плох. – Он тоже хоккеист? – сверля взглядом парочку буркнул альфа. – Самый лучший бомбардир, – умиляясь с реакции сказал Намджун, – присмотрись к нему. Я пожалуй пойду. Рад был увидеть, – вежливо решил закончить разговор Ким. –Намджун, – окликает его альфа, не желая расставаться с этим прекрасным омегой, – может мы сможем увидеться, как-нибудь? Сходим в ресторан, поужинаем? Все таки нам есть что вспомнить. – Сокджин, – внутри омега трясется как осиновый лист. Ему этот разговор и так не просто дался, но отказать он не в силах. – Мы можем подумать об этом, – улыбаясь напоследок проговорил омега и скрылся за стенами ВУЗа, пытаясь в очередной раз не давать самому себе надежду. “Ты просто человек из его прошлого, Намджун, не будь дураком” А альфа так и стоял, смотря на закрывшуюся дверь. Ким Намджун все такой же прекрасный, как и был много лет назад. Но он не успел полностью погрузиться в свои воспоминания, как на него налетели со спины и повисли как коала. – Доброе утро, Джини! – протараторил на ухо Тэхён и поцеловал в щеку. – Спасибо, что не бросил в беде. Я уже не знал, как выкручиваться, домой бы не успел заехать точно, – слезая и забирая сумку, проговорил Тэхён, светясь будто лампочка. – Доброе утро, Тэхён. И где же ты ночевал? – хмуро ответил Джин, не разделяя утреннего веселья. – Простите, это я виноват, – проговорил Чонгук, подходя к Кимам, – Меня зовут Чон Чонгук, – протягивая руку представился альфа. – Ким Сокджин, – ответив рукопожатием представился альфа, – правда в Корее приняты поклоны. – Вы не похожи на того, кто полностью соблюдает все правила этикета этой страны, – не стушевался младший альфа. – Тэхён помогал мне с переездом, а потом уже было поздно его отпускать домой. Вы, как настоящий альфа должны понять меня, – улыбаясь отметил Чонгук. – Вот же. Ладно, все понимаю, – ответил Сокджин, оценивая с ног до головы альфу, – А ты, – обращаясь к брату, – впредь будь добр предупреждай меня, что не появишься дома. У меня могли быть планы и научись решать свои вопросы самостоятельно. Жду вечером дома к ужину. Есть хорошие новости, изумрудик. Пока Чонгук. И с этими словами Сокджин отправился к своей машине. Нет смысла что-то говорить сейчас Тэхёну, нет смысла ругать или отчитывать, взрослый ведь, да и прав Намджун, сам таким же был когда-то. Он лишь рад, что впервые за долгое время его брат действительно выглядит счастливым.***
Поднявшись к себе в кабинет, Намджун еще долго крутил в голове весь разговор с Сокджином. Намджун многое помнит из их прошлого, его не стереть из памяти, даже если сильно захотеть, настолько важную роль играл в жизни омеги этот альфа. В то время, на последнем курсе, Намджун ходил на дополнительные по английскому языку и познакомился с одним омегой из другого университета, так они и сдружились, а потом тот пригласил на празднование его дня рождения. Вечеринка была с размахом, но для самых близких. На том празднике один из гостей был Ким Сокджин. Тогда-то омега и узнал, что альфа может быть веселым, жизнерадостным, ярким, поддерживать любые бунтарства, а еще он видел его лучезарную улыбку и впервые услышал его заразительный смех. Как оказалось, у Сокджина много друзей, но все они находились за пределами их с омегой университета. Это казалось чем-то странным в тот день. Тогда они совсем немного поболтали, и чем уж заслужил Намджун благословения альфы, он так и не понял, но с того дня их общение сильно изменилось. Сначала они просто здоровались, потом альфа попросил помочь с некоторыми предметами, а потом и вовсе их общение переросло в дружеское. Они ходили друг к другу в гости, были знакомы с родителями, помогали с учебой, делились секретами и планами, даже компания друзей стала общей, а все праздники отмечали вместе. В то время Намджун думал, что рано или поздно они перейдут черту дружбы, что альфа сможет посмотреть на него как на омегу и просто был рядом. И какого было разочарование, когда в один прекрасный день в компанию друзей Джин привел красивого утонченного парня и назвал его своим омегой. В тот момент у Намджуна все перевернулось. Ведь он никогда не слышал о том, чтобы альфе кто-то нравился, чтобы тот ходил на свидания или оставался у кого-то на ночь. У Ким Сокджина всегда была только учеба, тренировки, соревнования, друзья и Ким Намджун, единственный свободный омега, который смог быть так близко. Для Намджуна это был удар в самое сердце. Чувство преданности, разочарования, поглощали его. С тех пор, омега все реже и реже встречался с альфой, все меньше времени проводил в общей компании, ссылаясь на подготовку к выпускным экзаменам. Из рассказов друзей он знал, что парень Джина всем понравился. Он оказался веселым, интересным, добрым и приятным омегой, а их отношения с альфой все считали идеальными. Намджун тогда часто плакал по ночам, а на утро скрывал косметикой опухшее лицо. Он чувствовал себя потерянным. Ведь еще совсем недавно они вместе готовились к занятиям, смеялись над каким-то фильмом, готовили ужин и до самой ночи разговаривали обо всем подряд. Омега надеялся, и как ему казалось, он видел симпатию альфы, видел, что тому не все равно. Альфа всегда был заботлив с ним, внимателен и улавливал любую смену настроения. И вот все рухнуло. Все замки и мечты превратились в разруху от одного осознания, что у альфы появился омега, а сам Намджун оказался не достаточно хорош, для человека, с которым, казалось, у вас столько общего, с которым было легко и комфортно, но видно так казалось только ему одному. Сам же альфа не искал с того дня встреч, не звонил, не писал, а когда появлялся в университете, лишь сухо здоровался. Это каждый день добавляло боли. И все это продолжалось до самого выпуска, а потом альфа и вовсе уехал в Швецию, не сказав никому ни слова. Лишь позже он узнал причины переезда семьи Ким, и то из новостных сводок, а хотелось бы иначе. В те мгновения омега корил себя еще больше. Надо было позвонить, поговорить, наплевать на свои чувства и просто сказать слова поддержки, просто выразить свои соболезнования и помочь, если это было бы в его силах. Даже сейчас омега прекрасно знал причину возвращения, так же слышал из новостей, но не нашел в себе силы поговорить об этом, да и нужно ли вообще сейчас это альфе? Может он и не одинок вовсе? Может у него уже есть омега, даже дети? Он столько всего не знает об альфе, а до сих пор живет воспоминаниями о прошлом, что хочется несколько раз стукнуть себя по лбу. Люди живут дальше, забывают, исчезают, создают семьи. Все меняется. Жизнь неизменно идет вперед. Надо жить настоящим, создавать и делать все возможное, чтобы каждый день был лучше,чем вчера. Только вот как это объяснить своему сердцу, когда даже спустя годы, омега все так же ослеплен и покорен этим человеком. Из раздумий и воспоминаний все же приходится выйти, рабочий день только начинается, а уже добавил немало стресса. А впереди еще проверка отчетов, собрание с преподавателями, решение важных вопросов по части аттестации некоторых учеников и еще много всего о чем стоит подумать и в этом списке нет Ким Сокджина.***
– Чонгук, нам пора на тренировку, – отрываясь от сладких поцелуев говорит Тэхён. – Я знаю, но я не могу никак тобой насладится, – гладит по волосам омегу и наглядеться не может, насколько же красивый. – Нас могут увидеть, – прикрывает глаза омега и сам ластится будто кот. – А мне уже все равно, – пытаясь снова поцеловать отвечает Чонгук. Ему мало. Всего Тэхёна мало. – Но мы же обсудили все?! Не будем торопиться, хотя мне льстит такое помешательство на моей персоне, – весело говорит Тэхён уворачиваясь от поцелуя. Ему и самому хочется, но они действительно не хотели торопиться и уж тем более, чтобы об их симпатии знал весь университет. – Хорошо, Тэхён. В таком случае завтра после пар приглашаю тебя на свидание, – не скрывая улыбки говорит альфа. – Я обязательно схожу с тобой на свидание, Чон Чонгук. Договоримся о встрече позже, нам пора, капитан, – отступая в сторону корта проговаривает омега, зазывая за собой альфу. – Обязательно договоримся, – подтверждает Чонгук и они вместе направляются в сторону корта, не замечая, как со стороны парковки за ними кое-кто наблюдал.***
Все дни, с тех пор, как Хосок узнал, что его тренером в этом году будет Мин Юнги он был на нервах. Он знал, что тренер Мин очень силен, но попасть к нему было не просто, а если ты еще и омега, то это невозможно. Исключением был Пак Чимин. Главный соперник, противник, а теперь еще и бывший парень лучшего друга. И как они будут тренироваться у одного тренера он не представляет. Хосок уже раз пять сходил к ректору уточнить нет ли тут ошибки, раз десять поговорил со старым тренером и в конечном итоге принял для себя эту новость. Ничего не происходит случайно. Так мыслил омега. В его жизни никогда ничего не было легко, как бы не казалось со стороны. Да, ему повезло, что никогда родные не ставили ограничений по поводу выбора профессии, но и особого восторга они не испытывали узнав о намерениях омеги. Лишь несколько лет назад он впервые получил от них хоть какое-то признание и поздравление за несколько первых мест на соревнованиях. Со стороны всегда кажется, что дети богатых родителей априори счастливы, но это не всегда так. Да, у Хосока было и есть все: деньги, дорогие шмотки, любые путешествия, техника и все что в принципе имеет цену. Но вот нежность, забота, поддержка, внимание, любовь - все это не купить ни за какие деньги и именно этого так не хватает Хосоку. Его родители бизнесмены, консервативные люди, холодные, порой черствые и совершенно не представляющие свою жизнь без бумаг, цифр и больших сумм на расчетных счетах. Омега уверен, если бы не его старший брат альфа, активно участвующий в семейных делах, то родители никогда бы не позволили ему заниматься фигурным катанием, не закрывали бы глаза на его предпочтения в отношениях, и в принципе вся его жизнь была бы одни большим расчетом в руках двух взрослых людей. Чистое везение. Несмотря на отношения, которые складывались с семьей, он был рад, что все же они у него есть. Пусть и не часто, но они собираются все вместе, пусть вечер и становится похож на деловой ужин, тем не менее, он рад бывать рядом со своей семьей. У кого-то и такой нет. Родителей не выбирают. Хосок когда-то пытался стать таким же сдержанным, холодным, пытался выбирать окружение, только подстать своему статусу, а в отношениях всегда быть расчетливым. Только не получалось. Все нутро отрицало, кричало о том, что это блеф, что это ему не подходит. И лишь с годами он принял сам себя. Такого веселого, харизматичного, открытого, яркого. Того, кто не скупиться на помощь, будет рядом если трудно, даже если этот человек не входит в список Форбс. Сейчас в его окружении полно разных ребят от представителей элиты, до самых простых студентов. Ему нет разницы, главное чтобы человек оставался человеком. А вот людей, которые сильно зазнаются, сами себя возносят до нереальных высот он терпеть не может и именно к их числу он относит Пак Чимина, который сейчас как раз докатывает свою программу на льду. Хосок же сидит и наблюдает со стороны, на тренерской скамейке. Ему нравится как катается омега. Он действительно выглядит воздушным, легким, грациозным, и все элементы выполняются профессионально, но что-то есть в нем отталкивающее, то, что считывается по линиям рук, движениям ног, резкому скольжению. Фигурное катание, это ведь не только про правильность выполнения элементов, но это еще и про эмоции, передачу чувств, а у Пака он видит лишь дерганность, нервозность и он искрит этим буквально на весь каток. – Все, стоп! – громко кричит на весь корт тренер Мин, выключая музыку. – На сегодня достаточно, Чимин. Завтра в это же время жду на льду, думаю с таким набором элементов можно будет попробовать четверной. – А зачем Вы озвучиваете это перед моим соперником, Тренер Мин? – подъезжая к краю корта громко сообщает омега, не скрывая своего раздражения и отношения к самому Чону. – Все что сейчас видел Хосок, это тренировочный процесс, не более. Список элементов на произвольную и короткую программу еще не составлялся. Мы не обсуждали финальную музыку или что-то, что нельзя видеть и слышать конкурентам. Я уже говорил тебе, но еще не успел рассказать Хосоку о том, как будут строиться тренировки, поэтому будь добр покинь лед немедленно и прекрати устраивать цирк, – недовольно глядя в глаза четко и сухо проговаривает Юнги. Ни одна эмоция не отразилась у него на лице, хотя внутри все горит от нахальства и очередной истерики омеги. А Хосок лишь пораженно смотрит на обоих. Он знал, что эти двое знакомы много лет, Чонгук не мог не поделиться этой информацией за столько лет, но он никогда не видел, как работает Юнги и Чимин, как разговаривают и как омега ведет себя с альфой. И то, что он видит Хосоку не нравится. Как бы не был раздражен Пак, но элементарное уважение он должен иметь, хотя бы к тренеру, иначе зачем работать с тем, с кем не можешь найти общий язык. Тренер - это же как еще один родитель. Ругает, хвалит, переживает, несет ответственность, помогает, поддерживает, дает наставления. Тренер, в глазах Хоби, это тот, за кем стоит половина успеха спортсмена. – Цирк здесь устраиваете только вы, тренер Мин, – и с этими словами Чимин покидает площадку, сразу же уходя в раздевалку. А Юнги стоял и провожал взглядом. С Чимином действительно надо что-то делать. Его поведение уже не поддается никакому контролю, а агрессия уже начала выходить на лед. Юнги заметил все, и резкость в движениях там, где она была не нужна, ошибки при прыжках, которые могут привезти к плачевному исходу, дерганное скольжение, которое перестало быть плавными, а про лицо и вообще говорить нечего, там будто одна сплошная злость. С таким настроением, техникой, омега не только не выиграет Олимпиаду, он вообще может на нее не попасть. – Прошу прощения, Хосок. Не так, я хотел начать нашу первую тренировку, – переключая внимание проговорил тренер, – Для начала хочу сразу сказать, что мне необходимо понять твой уровень подготовки, – переходя на деловой тон продолжает Мин, – Поэтому сейчас разминка, далее говорю элемент, а ты выполняешь, и так до тех пор, пока не остановлю. Если какой-то элемент ты не освоил, отвечаешь “Пропускаю”. Даже если пробовал его, но были лишь неудачные попытки, то лучше не стоит его делать. Сейчас показываешь мне только то, в чем уверен. Дальше будем обсуждать. Потом катаешь свою последнюю короткую программу, музыку я заранее взял у твоего прошлого тренера. Ну, а в конце я уже скажу тебе свое мнение. Все понял? – вопросительно смотрит на омегу, а в глазах сталь. – Вопрос только один, время на разминку по свистку? Или программу разминку сами зададите? – улыбаясь отвечает Хосок. Ему не привыкать к таким холодным и деловым людям, все детство с такими прожил. Такие обычно преуспевают в том, что делают и добиваются высоких результатов. Возможно все же не зря его перевели к тренеру Мину. – Сейчас по свистку. Посмотрю, как разминаешься, что делаешь. К следующей тренировке подготовлю программу, – не сменяя тона проговаривает Юнги, отмечая непривычную реакцию омеги. Чимин бы уже был возмущен сто пятьсот раз. А этот улыбается. Странный. – Тогда жду, тренер, – и отъезжает от бортика Хосок, слыша долгожданный свисток. Хосок вставая на лед всегда ощущает себя намного счастливей, чем за пределами. Он чувствует некий заряд энергии в этом месте. Нет усталости, нет негативных эмоций, все уходит, когда он одевает коньки и катается на льду. Это ощущение свободы, скорость, элементы, все это сильно его воодушевляет. Нет страха упасть, повредится, он не первый год занимается фигурным катанием и научен базовым знаниям о том, как падать, как группироваться, что делать если вдруг случаются разные казусы на соревнованиях. Он уверен в себе своих силах, а занятие любимым делом позволяет улыбаться и наслаждаться процессом. Он делает все, что велит тренер. Разминается, катает отдельные элементы, а потом прокат короткой программы. И с его лица ни разу не сошла улыбка, ни разу он не показал своей усталости, ни разу не ошибся, чем сильно удивляет Юнги. Наблюдая за Хосоком, он уже может с точностью сказать, над чем стоит поработать, какие новые элементы они смогут освоить и как скорректировать некоторые неточности в движениях, для добавления скорости. Но что еще сильнее удивляет Юнги, так это истинное счастье, которое отражается в глазах омеги, его наслаждение от того, что он делает и из-за этого все выглядит гораздо легче, проще, будто и нет преград для этого парня. Это впечатляет, если учесть сколько лет тот занимается спортом. Юнги, если честно даже сам воодушевляется, смотря за прокатом Хоби. Он будто сам возвращается на лед в качестве спортсмена, который катается для себя, для удовольствия и ради любви к тому, чему посвятил все свое детство и юношество. Это потрясает, завораживает и достойно уважения. – Что скажете, тренер? – задает свой вопрос Хоби, подкатываясь к бортику, переводя дыхание. – Скажу, что есть над чем работать, – сурово отвечают Юнги, оценивая состояние спортсмена. Нельзя сразу хвалить, нельзя сразу давать оценку в десять баллов. – Я надеюсь мы с вами найдем общий язык, – проговаривает омега, слегка улыбаясь по-своему расценивая ответ тренера. А Юнги, если честно, совсем не знает как найти этот общий язык. Перед ним действительно превосходный спортсмен. Улыбчивый, жизнерадостный и яркий омега. Сын влиятельных родителей, любимчик многих преподавателей, а еще главный соперник Чимина и лучший друг Чонгука. – Мы попробуем, Хосок, – хмуро отвечает Мин и смотрит на лед, задумавшись. – Тогда до встречи завтра на тренировке, Тренер Мин, – сообщает омега и выходит со льда. Он устал и хочется уже передохнуть. Хоби не смотрит на Юнги, не анализирует. Он молча одевает защиту на коньки и собирает свои вещи. Но уйти не дают. – Ладно, Хосок, – оторвавшись от своих мыслей проговаривает альфа, несмотря на омегу, – Я скажу сейчас один раз, все что думаю. Дальше будем работать без лишних разговоров, так будет проще и легче, – делая паузу, уводит взгляд со льда на Хоби, что замер в предвкушении. – Я никогда не тренировал омег, кроме Чимина. И да, я всегда хотел привести его к победе. Я ведь тренер, и это моя главная задача. Могу подсказать, направить, научить элементам, выстроить концепцию, но ничего не получится без собственных усилий самого спортсмена, – откровенно говорит альфа.– У вас с ним разный подход к тренировкам, разный темп и выдержка. Вы отличаетесь, поэтому я не смогу тебя тренировать так же как его. Но это не значит, что ты хуже или лучше. Просто вы сами по себе разные и то, что подходит одному не подходит другому, – глядя в глаза произносит тренер, пытаясь уловить настроение омеги, – Поэтому я построю план тренировок для тебя и мы обсудим его, дам возможность что-то скорректировать. Это понятно? – дождавшись утвердительно кивка он продолжил. – Я профессиональный тренер и если я взялся работать с тобой, то не будет никаких поблажек. У меня есть несколько правил: 1. Не приходить на лед и в зал после вечеринки или гулянки. 2. Не спорить с моими решениями, касательно элементов. Предложения и пожелания учитываются, но итоговый набор остается за мной. 3. Приходить всегда на тренировку вовремя и без опозданий, желательно заранее, чтобы мы не тратили время на разминку. 4. Все проблемы остаются за пределами катка. 5. Будь открытым со мной. Что-то болит, плохо себя чувствуешь, не удобная форма, коньки, все что угодно, я должен знать об этом. 6. Соблюдай правила осторожности с конкурентами. Это база Хосок. – Вы ведь Чимина имеете в виду, верно? – слегка разочаровано проговорил Хоби – И его, в том числе, – со вздохом говорит тренер. – Вы сейчас заканчиваете университет, скоро начнется отбор на олимпиаду, а это три крупных соревнования. Все игры должны закончится, все доверие к людям тоже. Многие хотят быть на твоем месте, многие хотят побеждать. Люди способны на отвратительные поступки, чтобы добиться результатов. Готовы идти по головам, калечить и ломать соперников, поэтому отнесись к этому действительно серьезно. – Я вас понял, тренер. А что насчет меня можете сказать? – омега чуть поднимает голову, смотря прямо на тренера. – Ты не поцелован Богом, Хосок. Но ты наделен трудолюбием и терпением. Ты не боишься ошибаться и готов принимать поражения, чтобы стать лучше. В тебе есть дисциплина. Ты умеешь работать над собой и совершенствоваться. Это очень хорошие качества для спортсмена. Ты сильный фигурист, яркий и на тебя очень приятно смотреть на льду. У тебя все может получиться, а я постараюсь тебе помочь. Хочу чтобы ты знал, что у меня нет предвзятого отношения к тебе и я нацелен на результат. Поэтому будь со мной честен, тогда и я буду открыт для тебя. – Скажите, а как Чимин отнесся к новости о том, что вы будете тренировать и меня тоже? – Плохо. Я думаю это очевидно. – Он ненавидит меня, да? – Ты его соперник, он не может относится к тебе по-другому Хосок. Возможно он ненавидит меня больше. – И как же мы будем работать? – Вы не будете пересекаться. Все тренировки строго индивидуально. И я не вижу иного выхода, как составить для вас примерно одинаковую программу по элементам, чтобы ни у одного из вас не было ко мне вопросов. Может это не правильно. Но вы должны понимать, что все будет зависеть лишь от вас, а не от того какие элементы были выполнены. Я ваш наставник, а вы оба сильные фигуристы. Я дам каждому все, чтобы вы смогли победить, выиграть и отобраться на олимпиаду. А дальше уже будет видно. Договорились? – Договорились, тренер, – с улыбкой произнес Хосок. Этот разговор был ему нужен. – Тогда жду завтра в это же время. И еще, если у тебя есть какие-то идеи по поводу музыки или костюма для произвольной и короткой программы, я буду рад их услышать. Твой предыдущий тренер говорил, что ты любишь сам выбирать, поэтому готов рассмотреть твои предложения. – Отлично, спасибо тренер, – отвечая, довольный Хосок покинул каток. А Юнги смотрел на пустой каток. И не было ощущения, что его не поняли, не было осуждения в глазах, не было претензий. Был просто разговор, который хотя бы немного успокоил каждого. С Хосоком не будет никаких проблем, он действительно хороший фигурист. А вот с Чимином ему предстоит сто раз подумать, как действовать. Не хватало еще того, чтобы омега начал пакостить и строить козни Хосоку. Им необходимо поговорить.
