Где же ты?

Я никогда не понимал его. Да и не думаю, что смог бы, даже если бы и постарался. Он был будто не из этого мира. Вечно веселый, вечно улыбающийся и кажется никогда не умолкающий парень, который так и искрился добротой и искренностью. Его чистый, звонкий и очень приятный голос до сих пор приходит ко мне во снах. Вызывает дрожь во всем теле, заставляет просыпаться и слишком долго, до странного долго сидеть и пялиться в одну точку на стене, вспоминая все пережитое. Его волосы цвета молочного шоколада слишком привлекали к себе мое внимание. Они всегда были пушистыми и непослушными, сколько бы он ни старался их уложить. Он всегда бесился по этому поводу, а потом плюнув на это, шел так, как есть. Я очень любил гладить его по этим волосам, зарываться в них пальцами или просто вдыхать их аромат. Его аромат. Голубые очки, которые закрывали его глаза были для него, по моему мнению, очень дорогим аксессуаром. Он всегда говорил, что они «очень подчеркивают его лицо», хах... Интересно, ответил бы он мне также, когда стал носить их не для своего образа, а чтобы скрыть свои темные круги и утратившие блеск глаза? Хотя, я почему то уверен, что он бы опять как нибудь глупо отшутился, как всегда делал в то время. Это странно, но почему то для меня этот эксцентричный, странноватый и до чертиков раздражающий парень стал дорог слишком быстро. Я даже не успел заметить, как стал ждать его возвращения домой с очередных ночных прогулок, прикрывать его перед другими людьми, которые ни при каких условиях не должны были узнать про его «делишки», в которые он опять и опять, с особым усердием либо влипал, либо создавал себе их сам. Меня это раздражало. Очень раздражало. Но ради него, я готов был с этим мириться. Я никогда бы не подумал, что смогу влюбиться. Причем настолько спонтанно, и тем более в парня… Милого, доброго, отдающего всего себя другим людям парня. Который столько пытался добиться моего расположения и дружбы. Нечасто можно такое увидеть у людей в наше время, причем по отношению к «самому токсичному парню общаги». Удивительно. Он — удивительный. Я никогда не мог угадать или понять, чего можно было ожидать от него завтра. Притащит в дом енота, построит непонятный механизм, покажет свое мастерство в отпирании замков или же начнет показывать алмазы, которые по его словам он сам «добыл», да еще и будет гордо и радостно улыбаться и с нетерпением в глазах ждать похвалы. А я буду сидеть и надеяться, что к нам не приедет полиция и тоже улыбаться. Его милые улыбки, светящиеся радостью глаза. Все это было обращено ко мне. Он делал для меня многое. До безобразия многое. Иногда мне хотелось просто связать его и уложив на кровать дать ему хоть немного отдохнуть. Не позволять изнурять себя. Дать свободно вздохнуть. Самое интересное, что он общался так активно только со мной. Я никогда не замечал, чтобы он относился как-то похоже к кому то другому. Это было приятно. Очень. Я бы соврал, если бы сказал, что он умеет скрывать эмоции, мне всегда казалось, что я могу понять обо всем, что он думает просто взглянув на лицо. Но как же я ошибался. И как же я ненавижу себя теперь за эту чертову ошибку. Слишком самоуверен. Слишком высокого о себе мнения. Глупый, глупый Я. Если бы понял раньше, если бы просто включил мозги и подумал, то ничего бы не произошло. Но нет, я был уверен, что он слишком прост, слишком наивен. И что в итоге? Слишком наивным и простым оказался здесь я, а не он. Этого ли я желал? Он был слишком добрым, слишком искренним, слишком открытым. Он просто был слишком… Отдавал всего себя другим, ему было все равно, что он чувствует, он хотел лишь не разочаровать друзей, знакомых, да даже просто случайных прохожих на улице. Он хотел не упасть в их глазах, не хотел, чтобы в нем разочаровались. Черт… Таким уж он был. А другие были не особо против этого. С радостью пользовались его помощью, пользовались просто ИМ. Для них он был человеком, который может помочь всегда и в любой ситуации. Для НИХ он был простым человеком, которым можно было воспользоваться, попросить помощи и всегда получить ее. А для меня он был ВСЕМ. Да даже больше чем всем, я любил его. Он единственный, кто с такой искренностью тянулся к вечно грубому и токсичному мне. Единственный, кто не смотря на мой характер, практически не отходил от меня и всегда искал общения со мной. Как бы я хотел сейчас отмотать время назад и не только брать его помощь, но и помочь ему самому. Настоять, помочь ему насильно, ведь знаю же... что он точно стал бы отказываться. Мог бы заметить раньше, что что-то не так, что ему плохо и ему нужна помощь. Не позволить случиться этому. Но нет... я просто не обратил на это внимание. Или обратил, но не захотел ничего делать. Тупица. И чем же я теперь лучше них? Точно такой же. Воспользовался его добротой и в конечном итоге на мне тоже лежит вина. И всегда, до самой смерти, да даже после нее, на мне всегда. Всегда! Будет лежать вина. Как только он заселился, я сразу понял, что с ним мне придется нелегко. Я никогда не любил шумных людей, а тут он. Такой. необычный и странный. Но после я стал замечать за собой, что я все больше и больше, с каждым днем жду, пока он подойдет и заговорит со мной. Мне хватало даже пары его слов, чтобы потом провести весь день, чувствуя теплоту в груди. Дни шли, а мне хотелось все больше и больше этого тепла. Пары слов от него мне больше не хватало, я нуждался в большем. Хотелось проводить с ним время чаще, общаться больше, прикасаться к нему. Я хотел, чтобы он не уходил и был рядом. Уже тогда в мою голову начали закрадываться мысли, что что то неладное происходит со мной. Но чем больше мы общались, чем больше мы проводили времени вместе, чем больше мы находились рядом, то тем тусклее и тем стекляннее становились его глаза. Одни только очки и спасали его от вопросов окружающих, которым было бы интересно, что с ним произошло. И вот... всего пару месяцев спустя от горящего жизнью и весельем парня осталась лишь жалкая тень. Хмурая, темная, невеселая и серая тень. Было больно наблюдать за ним, просто до чертиков больно. Просто смотря на него, забившегося в угол кровати, мое сердце разрывалось. Он стал реже общаться со мной. Его ночные прогулки учащались пропорционально прогулам в университете. Раньше он обожал учебу. Каждый день ездил в город, со счастьем на лице ходил на пары и возвращался домой уже ближе к ночи, ведь любил прогуляться по городу. Мне стало не хватать его. Я чувствовал будто задыхаюсь. Он был для меня воздухом. Он был для меня всем. Но как бы долго он не гулял по ночам, я каждый раз ждал его. Забивал на здоровье, на режим, на то, что мне завтра будет хреново. Я хотел еще раз увидеть его перед сном. Поворчать по поводу того, что он шляется по ночам, а потом со спокойной душой лечь спать, понимая, что он тут. В комнате. Рядом. Я лелеял свои чувства. Наслаждался ими и день за днем хотел большего. Я хотел признаться. Я хотел сказать как люблю его. И я решился. Я очень хорошо запомнил этот день. На голубом и чистом небе, ярко светило солнце, хоть и было начало весны, погода стояла на удивление теплая. Я проснулся очень рано, не было еще и семи. А он уже ушел, кровать была не заправлена и вся смята. Я ждал его весь день. А его все не было и не было. Я бесился, потому что он решил свалить в такой важный день. Я же столько времени набирался решимости. А он просто исчез ничего не сказав. Было обидно. Время шло и на улице темнело. Я до сих пор помню то чувство оцепенения и тревожности, которые захватило все мое тело, когда на мой телефон пришло сообщение. Я взял телефон и посмотрел на экран. Это было последнее сообщение, которое я получил от него. Lololowka Прости Прости... Просто слово, но сердце почему то защемило и дышать стало труднее. Я писал ему, пытался дозвониться и сам искал на улице. Но все было тщетно. Он пропал. Я расспрашивал у наших общих знакомых, у его друзей, но никто будто бы даже и не знал о его существовании. Все лишь рассеянно и вопросительно смотрели на меня и говорили, что такого человека они не знают. Да черт возьми, даже соседи по блоку о нем забыли! Будто все воспоминания о нем в их головах были удалены. Вскоре после этого, в первую комнату, в которой мы жили вместе с ним, заселился новый человек и стал жить со мной. Спал на его кровати, гладил его кошку, просто заменил его. Будто на месте удаленного файла создали новый. Я стал задумываться, не сошел ли я с ума. В порядке ли вообще я сам? Может это были лишь галлюцинации и никакого веселого паренька, который так засел в моей душе и не было? Но кошка и сообщения в чате. В нашем с ним чате. Они все еще существовали, я видел их. Так что теория о том, что я просто сошел с ума и выдумал его, быстро отпала. Я прекратил попытки разузнать о нем очень быстро. Все равно никто не знает о нем. Не помнит его. И от этого было больно. Не хватало того, чтобы меня в дурку положили. Но я то помню, я то знаю, что он был и может быть все еще существует. К сожалению, как бы я ни был уверен, с каждым днем эта уверенность все уменьшалась. Прошло несколько месяцев, а он так и не вернулся. Даже в сети не появлялся. А я ему писал. Каждый день писал и надеялся, что однажды я увижу то, что мои сообщения прочитаны и пойму то, что он вернулся. Вернулся и скоро придет, а я наконец признаюсь ему и больше не отпущу. Никогда не отпущу. Мои дни стали серыми. Какими вообщем и были до появления этого парня, который внес краски в мою жизнь, сделал меня счастливее. Однообразные, скучные дни. Учеба, общага, пара слов друзьям, Абилка и компьютер. Не было больше ничего. В один из дней, Карл меня все-таки смог вытащить на улицу, и то при обещании, что больше не будет меня беспокоить. Было уже начало осени. Начало нового учебного года, в этот раз без него. Карл, хоть и хотел проследить за мной, чтобы я не сбежал обратно в общагу, через 5 минут после того как вышел на улицу, но его внезапно вызвали в универ. Видимо по очень важным и радостным для него делам. Раз он так быстро убежал. И он был бы прав, рассчитывая, что я уйду в комнату, но почему то именно в этот день, сидеть в комнате вообще не хотелось. Свежий воздух освежал голову, и вновь погружал меня в воспоминания о нем. В это время он наверняка бегал бы по территории общежития и вновь делал бы свои странные штуки, которыми очень любил заниматься. Хоть они и были непонятны для меня во многом. Вспоминая это, я немного улыбнулся, но сразу же в груди потяжелело. Было больно о нем вспоминать, но я не мог ни дня провести без раздумий о нем. Слишком уж приелся он мне в душу. Но единственное, что мне оставалось, так это просто ждать. Ждать пока он не вернется, вновь улыбающийся и веселый и не заключит меня в объятия, в которых я мог бы прошептать ему эти чертовы три слова. А вернется ли он вообще? Было страшно и неприятно думать о том, что он мог бы не вернутся. И почему я вообще уверен в том, что все станет как прежде? Незнаю. Солнце стало заходить, и последнии его лучи освещали мое лицо. Я смотрел вдаль и чувствовал как слезы снова стали подступать к горлу. И почему же я чуть ли не плачу каждый раз, когда думаю о нем? Почему все это настолько больно? Почему я вообще помню про этого паренька, когда все остальные забыли? Пара слезинок все же прокатились по моей щеке. Слава богу, хотя бы было не особо много людей вокруг и никто не заметит эту минутную слабость. Хотя бы это радует. Вытирая слезы, что то нежно голубого цвета сверкнуло справа от меня. Хотя происходило это всего мгновение, но этот родной голубой цвет я узнаю из миллиардов. Я повернул голову и с улыбкой прошептал: — Ты вернулся...