Tiffany’s box/Шкатулка Тиффани

Чимин провел целую неделю на обыденной работе, прежде чем она превратилась в совершенно нестандартную. Семь дней, в течение которых он привыкал к новым обязанностям, узнавал о своих ежедневных обязанностях и, самое главное, общался с коллегами. После этой невеселой недели он стал невидимкой. В переносном смысле, конечно. Просто все вдруг перестали с ним разговаривать после этого небольшого промежутка времени. Более того, никто даже не смотрел на него, охранники не отвечали на его приветствия и прощания, повар в столовой обслуживал его, не поднимая глаз от столешницы. Первые несколько дней он действительно думал, что с ним что-то случилось, может быть, он умер, а его призрак все еще бродит вокруг, не желая покидать землю. Но это была полная чушь. Может, он и выглядел так, но на самом деле был не таким уж ребенком. Он подумал о том, чтобы связаться с кем-нибудь, спросить, не было ли проблем с его работой, но это была не та работа, где можно было бы так поступить. Работа в штаб-квартире мафии была довольно специфической, даже если его ежедневные задачи не были такими уж важными. Тем не менее он решил не высовываться и наблюдать, поскольку ситуация не причиняла ему никакого вреда. Все, кто там работал, по-прежнему игнорировали его в уважительной манере, всегда пропуская его в дверь первым или уступая очередь в столовую. Кроме того, ему всегда давали дополнительную порцию еды, хотя он уверял, что она ему не нужна. Несколько недель он даже думал о том, что, может быть, это просто такая стратегия, которую выбрал этот мафиози, что, возможно, другие люди не общаются друг с другом без необходимости и что, возможно, в его общении с ним просто нет необходимости. Его теория была быстро разрушена после того, как он несколько раз подслушал, как люди сплетничают о личных вещах и о прогулках, на которые его не приглашали. Тем не менее он старался не думать об этом слишком много. Сам факт того, что он оказался помощником мафии, был уже достаточно странным. Раньше он и подумать не мог, что мафии нужны помощники. Оказалось, что по крайней мере этой мафии нужен был один. Или два. Или больше. Боже, благослови милых мафиози, но здесь был полный бардак еще до его прихода. Он и не думал жаловаться, поскольку, честно говоря, несмотря на всю доброту, с которой его встретили, он все равно побаивается людей, работающих здесь. К тому же ему нравится воображать себя супергероем, который спас компанию. Если, конечно, можно назвать компанией наркокартель. Компания состоит из злодеев. И Чимин, супергерой, среди них. Фраза «злодеи» все еще не очень нравилась Чимину. Он бы предпочел называть их очень-очень-очень сложными людьми, ведь большинство из них не подходит под стереотип злодеев. За первые несколько недель работы Чимин успел повидать немало симпатичных людей. Один парень даже пытался с ним подружиться, несмотря на то, что все остальные были в заговоре против Чимина. К сожалению, больше он его не видел. Однажды, на второй месяц работы в штаб-квартире мафии, в здание ворвался шпион враждебного картеля и попытался взять Чимина в плен. Один из коллег Чимина бросился его спасать. Он был очень молод, вероятно, пришел в картель недавно. После этого он и взгляда не бросил на Чимина, лишь пробормотав: «Чертов Мин Юнги и его чертовы ублюдки». Чимин не придал этому значения. Вероятно, парень был расстроен ослаблением мер безопасности, и если так, то он был полностью прав. Как бы ни преуспевала эта мафия, здесь по-прежнему царил самый большой беспорядок, который Чимин когда-либо видел. Здесь больше всего загадок и секретов, причем не только в системе, но и среди людей. А самой большой загадкой стал сам начальник Чимина. Он был единственным человеком, который обращал внимание на Чимина. А виделись они довольно часто, ведь стол Чимина находился прямо напротив огромной двери Юнги. Однако Чимину так и не удалось поговорить с ним самим. При приеме на работу его допрашивал высокий парень, похожий на щенка. Позже он представился как Ким Намджун, правая рука Юнги. Во время «собеседования», если так можно сказать, Юнги находился в комнате вместе с ними. Он ни разу не заговорил и не поднял глаз. Казалось, ему было все равно, кто станет новым сотрудником, и он резко покинул комнату на середине собеседования. После этого Чимин не видел своего босса целую неделю. Когда они наконец столкнулись, Юнги посмотрел на него так пристально, что все внутренности скрутило, и весь оставшийся день его тошнило. Чимин искренне не понимал, в чем дело, но с тех пор эти взгляды не прекращались. По крайней мере, он получил немного внимания от кого-то еще, кроме тех, кто звонил по телефону. Более того, Чимину было приятно это внимание, как бы неловко он себя ни чувствовал. Юнги выглядел так, будто мог убить, но не в смысле психа-маньяка. Он был похож на тех горячих вампиров из американских фильмов — опасный, но в то же время такой, такой, такой сексуальный. Да и на его лицо было приятно смотреть, если не сказать больше. Поэтому Чимин стал стремиться к этим моментам, даже если они могли означать, что его босс ненавидит его и хочет его смерти. POV Юнги Юнги затрясся, из-за чего его кофе пролился на пол. Намджун остановился с зависшей в воздухе рукой, опустив глаза и не поднимая взгляда. Он сделал большой вдох и вздохнул. — Что он сделал на этот раз? Юнги сел в большое роскошное кресло за большим деревянным столом и откинул голову назад. — Он уронил ручку. Намджун наконец поднял глаза. — Юнги, ты становишься нелепым. — Он уронил ручку, а я поднял ее, и наши руки соприкоснулись, — сказал Юнги, глядя в потолок. Намджун снова перестал двигаться. Он бросил взгляд на деревянную дверь, а затем на своего босса. — Юнги. Это просто потрясающе! — он улыбнулся, и на его щеках появились ямочки. — Как думаешь, я могу сделать предложение? — прошептал Юнги, роясь в своем пальто. Он достал маленькую голубую коробочку от Tiffany's, которая обычно лежала где-то на дне правого кармана его пальто. Он открыл ее и посмотрел на классическое кольцо с бриллиантом. Оно не было и наполовину таким красивым, как его будущий получатель, но было достаточно хорошим. Намджун обдумывал вопрос так, будто и не было этого разговора вчера, позавчера и, в общем-то, во все остальные дни за последние 6 месяцев. Пак Чимин должен был стать смертью для всех них. В некоторых случаях — в буквальном смысле. — Ну, ты же знаешь его 6 месяцев… — 7 месяцев без двух дней, сегодня, — мягко перебил Юнги. — Значит, 7 месяцев. Кроме того, ты никогда не общалась с ним раньше, поэтому я склоняюсь к ответу «нет». Однако я не могу притвориться, что это прикосновение было большим шагом. Может, тебе стоит подумать об этом. Юнги встал и направился к двери. Намджун поднял голову и вскочил, прижав его к еще мокрому полу. — Я, блядь, пошутил. Парень, ты пропащий человек, опасный для этого картеля и всего мира. — Я действительно хочу сделать ему предложение. — С точки зрения логики, нет ни одной причины, по которой он сказал бы «да». — Я чувствую, что он скажет «да». — Честно говоря, я даже не понимаю, откуда у тебя берутся все эти безумные идеи. Отведи меня туда, Юнги, я хочу почувствовать это безумие. Юнги молчал, решив еще немного полежать на полу. Через 30 секунд он решил прервать игру в мученика. — Не мог бы ты вызвать уборщицу вместо меня, Джун? — Ты уволил его неделю назад. За то, что он смотрел в сторону Чимина? Кажется? — Этого ублюдка? Боже, в такие темные времена никому нельзя доверять. Чертов извращенец. В любом случае, я сам могу лучше убрать. Намджун поднял Юнги с пола и усадил его обратно в кресло. — Насчет этого… Нам нужно поговорить о нехватке рабочих. Я не буду ничего комментировать, просто нам действительно нужно как можно скорее заняться подбором персонала. Юнги кивнул, сосредоточившись на разложенных перед ним бумагах. Намджун на мгновение замолчал и снова заговорил. — Я также говорил с Джином и… Мы тут подумали… Может, вместо этого уволить Чимина? Юнги замер, медленно моргая. Он начал считать вдохи, пытаясь остановить свой природный инстинкт, который кричал о том, что нужно уволить Намджуна. — Просто нам придется увольнять много новых людей. Даже если ты объяснишь им основные правила, они, как правило, не поймут, насколько жестко ты их придерживаешься, — Намджун говорил спокойно, но дрожащие ноги выдавали его. — Если бы мы уволили Чимина и сделали так, чтобы вы могли видеться с ним во внешнем мире. Или мы могли бы перевести его в другое место, похитить и держать рядом с тобой. Разве это не здорово, Хён? — Выйди из кабинета, Джун. Намджун вздохнул и лениво встал, собирая папки, которые он принес в кабинет Юнги. — Ему одиноко, и ты это знаешь. Удивительно, что он до сих пор не пожаловался. Юнги не подавал виду, что слушает, но Намджун знал, что это не так. Казалось, в его голове идет небольшая битва, прежде чем он наконец заговорил. — Я прекрасно понимаю, что происходит с Чимином. Я думал попросить Хосока и Чонгука составить ему компанию. — Почему ты доверяешь им, а не мне? — Юнги уже не слушал, поэтому Намджун просто вышел из кабинета, не сводя глаз со стены напротив стола Чимина. Юнги просидел в кресле еще полчаса. Он действительно поставил свой картель в опасную ситуацию из-за парня, с которым познакомился несколько месяцев назад. Он до сих пор помнит тот момент, когда Чимин вошел в комнату, робкий и одновременно уверенный в себе. Он выглядел и говорил как ангел. Юнги пришлось отвести взгляд, сосредоточиться на узорах пола и считать вдохи. На 72-м вдохе Чимин рассмеялся над своей историей, и от этого нежного звука у Юнги зазвенело в ушах. Он встал и вышел из комнаты, едва не столкнувшись с дверью. Никогда в жизни он не встречал такого парня, как он. Более того, никогда в жизни ему так не хотелось поговорить или послушать кого-то. Ему пришлось уйти, пока он не наделал глупостей и не сделал предложение на месте. Так началась одержимость Мин Юнги. В первую неделю он изо всех сил старался не замечать Чимина. В то же время он старался вспомнить каждое слово Чимина, сказанное им в собеседовании, и выучить его наизусть. На шестой день он подслушал, как несколько сотрудников сплетничают о его новом помощнике. Они говорили такие гадости, что Юнги помнит только ярость и желание убить. Но он сдержал себя, как учил его Намджун, и уволил их на месте. Сразу же после этого, на 7-й день, он установил новые правила для всего картеля — никто не должен был говорить или даже смотреть на Чимина, конец истории. Однако они должны были относиться к нему с полным уважением и защитой, как если бы он был самим Юнги. К концу первого месяца пришлось заменить треть сотрудников. Примерно в это же время Юнги понял, что влюблен в Пак Чимина. Они никогда не общались, но Юнги часто слушал его разговоры по телефону или наблюдал, как он выполняет повседневные задачи. Мальчик был таким стойким, таким идеальным, что у Юнги голова шла кругом, когда он думал об этом. Все шло своим чередом до четвертого месяца, когда шпион попытался украсть у него Чимина. Сплетни по Сеулу распространялись быстро, особенно между бандами, а новый помощник Юнги в то время был довольно горячей темой. Сотрудники, которых ему пришлось уволить из-за Чимина, разнесли весть о том, что Юнги нашел человека, который ему небезразличен. А когда босс мафии так себя ведет, у него появляется новая слабость. Именно из-за этого Чимин оказался в опасности, и Юнги никогда себе этого не простит. Слава богу, что один из новых сотрудников, оказавшийся рядом, среагировал достаточно быстро. В награду Юнги купил ему двухмесячный отпуск на Гавайях. Сразу после этого Юнги заказал обручальное кольцо. Намджун и Джин сочли его душевнобольным, но он просто чувствовал, что это то, что он должен сделать. Он никогда не пытался сделать предложение, зная, что Чимин, скорее всего, испугается его, но все равно было правильно носить коробочку с собой. Почти как если бы он повсюду носил с собой признание в любви, что позволяло ему чувствовать себя целым, если это имело смысл. Пятый месяц стал для Юнги самым нервным. После долгих разговоров с Намджуном и Джином он понял, что Чимин, скорее всего, даже не думал о нем. Это было честно, но все равно обидно. Юнги не был глупцом, он знал, что должен пригласить Чимина на свидание, сводить его в какое-нибудь приятное место, купить цветы и еду, чтобы привлечь его внимание. Он должен был попробовать, но самое странное, что, по его мнению, они не должны были проходить этап разговоров. Они должны пойти в церковь, пожениться и как можно скорее усыновить двоих детей. К тому же он слишком боялся, что подумает о нем Чимин, если он согласится пойти с ним на свидание. Поэтому последние несколько месяцев каждую неделю он ставил новые цветы в вазу на столе Чимина. Чтобы компенсировать упущенные свидания. Это меньшее, что он мог сделать. Но теперь, поразмыслив, он решил, что, возможно, это было правильным решением. Может, ему стоит сделать предложение прямо сейчас и перестать терять дни без Чимина. Если Чимин откажется, он всегда сможет отшутиться, сделать это менее неловко и сбежать. Но ему придется разработать план, как удержать Чимина рядом с собой. Разбитое сердце или нет, но он никуда не отпустит своего секретаря, он слишком сильно его любит. Возможно, Намджун ошибался, и это был правильный момент. Юнги был так уверен в своих чувствах, что ему очень хотелось поделиться ими. Он взял телефон и отправил одно сообщение в групповой чат. Положив мобильник обратно в карман, он взялся за что-нибудь другое. POV Чимин Чимин сидел за своим столом и смотрел на деревянную поверхность. Рука была горячей, голова раскалывалась от множества мыслей. Он уронил ручку перед боссом. Тот поднял ручку и протянул Чимину. Их пальцы соприкоснулись, и Юнги тут же ушел. Почему тогда ему казалось, что его сердце вот-вот взорвется? Это было так глупо, вся ситуация была такой глупой. Глупо было думать об этом и переживать, но в то же время Чимин не мог перестать думать. Не мог перестать быть глупым и представить, что, возможно, взгляд его босса означает что-то иное, чем неприязнь. Он смотрит на цветы на своем столе — фиолетовые лилии, наверное, самые красивые из всех его предыдущих. Кто-то менял их каждую неделю, и Чимину показалось немного странным, что человек так заботится о внутреннем виде здания мафии. Решив, что ему действительно нужен перерыв, Чимин начал собирать свои личные вещи. Сейчас у него будет обеденный перерыв, и он позвонит Тэхёну, чтобы занять себя. Ему сказали, что он может брать столько перерывов на обед, сколько нужно, когда нужно и на сколько нужно, что, по правде говоря, было самым странным в его работе, но он не жаловался. Прежде чем Чимин успел уйти, произошло несколько событий. Во-первых, с ним наконец-то кто-то заговорил. Он как раз брал ключи, когда к нему подошли двое парней примерно его возраста. Один из них выглядел грозно, а другой напоминал ему солнышко. Солнечный парень заговорил первым. — Привет, Чимин, меня зовут Хосок, а это Чонгук. Отныне мы будем твоими постоянными друзьями. Ты собирался пойти и пообедать… Его прервал резкий звук открывающихся дверей. Шаг босса был поспешным, но Чимин отметил, что мужчина выглядит элегантно. Темные волосы идеально подчеркивали лицо. Щеки слегка раскраснелись, а тонкие губы приобрели розовый оттенок. Мужчина, как всегда, был безупречен, но его глаза были другими. Чимин не сводил с него глаз, и это не изменилось, но в них было что-то такое, что заставило Чимина вздрогнуть чуть сильнее, чем в предыдущих случаях. Юнги уже начал подходить к нему, как вдруг случилось третье. Из большого зала выбежали Намджун и Джин. Джин даже немного плакал. Они не сводили с Чимина глаз, хватая Юнги за элегантную рубашку. Чонгук, похоже, понял, что происходит, и заставил Чимина повернуться к нему, начав что-то бормотать на ухо. Чимин не понимал, что происходит, но ему показалось, что он услышал, как Юнги отходит от своих друзей. Он также услышал, как позади него что-то грохнулось, а затем вся комната погрузилась в тишину. Хосок и Джин начали плакать, и Чимин обернулся, увидев, что его босс стоит на одном колене прямо перед ним. Чимин вздохнул, не имея ни малейшего представления о происходящем. — Здравствуйте, Юнги-щи, — сказал он, сглотнув. — Привет, Чимин. Чимин был искренне удивлен, что босс знает его имя. Он поднял брови, изучая положение Юнги. — Почему вы на полу, сэр. Юнги выглядел очень расстроенным, но он улыбнулся и полез в карман. Джин заплакал еще сильнее, его глаза по-прежнему были устремлены только на Юнги. — Юнги, мы можем взглянуть, — всхлипывал он. — Пожалуйста, мне нужно это увидеть. Юнги кивнул и наконец-то достал из кармана коробку. Чимин задохнулся, узнав синий цвет. Он попытался спросить, что происходит, но слова не шли у него из горла. — Чимин, — начал Юнги, поднимая на него взгляд, и выражение его глаз стало немного мягче. — Я делаю предложение. Где-то на заднем плане послышалось громкое дыхание Намджуна. — Что ты собираешься делать? — Чимин почувствовал себя настолько оторванным от реальности, что совсем забыл о формальностях. — Господин. — Ты выйдешь за меня замуж? — прошептал Юнги, его голос был едва слышен. На этот раз Джин и Хосок зарыдали очень сильно. Намджун проклинал весь этот день. Чонгук улыбался так, словно Рождество в этом году наступило раньше. А вот Чимин. Выражение лица Чимина не изменилось. Ему казалось, что он потерял слух, стоя перед дверью Юнги, совершенно глухой к окружающему миру. Прошло некоторое время, возможно, всего несколько секунд, и Чимин улыбнулся. Он улыбался, не сводя глаз с Юнги. Каким-то образом, как бы нелепо ни выглядела ситуация, он знал, что это не шутка. Юнги стояла перед ним на коленях и с ранимым видом просил его выйти за него замуж, а Чимин уже был готов сказать «да». — Я собираюсь сказать «да», — сказал он вместо этого. Намджун подавился. Юнги каким-то образом удалось выглядеть еще более расстроенным. — Что ты сказал? — прошептал он так тихо, что Чимин едва услышал его. Он задумался, и без всякой причины ему показалось, что это правильный поступок. Он чувствовал себя уверенно. Он чувствовал себя расслабленным. — Да, — сказал он, — то есть да, я выйду за тебя. Юнги вдруг стал похож на огромный воздушный шар, которому вернули прежний размер. Он больше не собирался лопнуть. Чимин впервые увидел деснистую улыбку Юнги и подумал, что рай — это действительно место на земле. Он начал смеяться, когда Юнги надел кольцо на его палец, и их пальцы соприкоснулись во второй раз. Глаза Юнги блестели от слез. Это было, наверное, самое безумное событие в жизни Чимина, но в нем не было ничего безумного. Все было правильно, хорошо и спокойно. Юнги, наконец, встал и снова выглядел немного расстроенным, словно у него в голове происходила какая-то борьба. Чимин рискнул и слегка чмокнул Юнги в губы. Он почувствовал, как по его венам пробежало электричество, и, внезапно почувствовав легкое головокружение, прижался к Юнги. Почувствовав себя немного не в своей тарелке, Чимин еще раз чмокнул босса в губы. Однако на этот раз внутри Юнги что-то переключилось, как будто он только что осознал, что произошло. Он схватил Чимина за рубашку и притянул ближе, как раз в тот момент, когда Чимин собирался отстраниться от него. Он хотел поцеловать Чимина как следует, но вдруг вспомнил о присутствии друзей и неловкой ситуации, в которой они оказались. Юнги решил, что сейчас лучше всего подхватить Чимина за бедра. Следуя своим инстинктам, он отнес Чимина в кабинет и усадил его на свой стол, чтобы наконец-то продолжить то, что ему действительно было сейчас нужно. Он поцеловал парня со всей страстью, прижимая их тела друг к другу, и оба опустились на стол. Губы Чимина были просто райскими, как он и представлял. Его тело было таким идеальным для Юнги, его руки запутались в волосах Юнги. Чимин испустил легкий стон, когда Юнги лизнул его шею, и, о боже, он так любит этого мальчика. — Кстати, — промурлыкал Юнги между поцелуями, — я люблю тебя. Чимин перестал теребить волосы Юнги и взял его за подбородок, чтобы заглянуть в глаза. — Как это возможно? — Я знаю, что не должен говорить этого, но я… — Нет! — вмешался Чимин. Он потянулся к руке Юнги: — Наши руки хорошо подходят друг другу. — Да, — Юнги все еще смотрел на лицо Чимина, — я не могу поверить, что ты безумно красив. Не могу поверить, что ты согласился. — Не могу поверить, что ты предложил. — Мне пришлось, — Юнги нахмурился: — На самом деле, это было слишком, — он переместил руки на талию Чимина и крепко сжал ее. Чимин еще раз поцеловал Юнги в губы и позволил ему уткнуться в свое плечо. Они лежали на столе Юнги, бумаги и папки были разбросаны по всей комнате, на них падал желтый солнечный свет. — Погоди, это из-за тебя со мной никто не разговаривал целых 6 месяцев? Юнги рассмеялся и погладил их по носу. — Я должен был заботиться о тебе. Может, я немного ревновал. Чимин убрал волосы со лба Юнги и закрыл глаза. — Сегодня ты пойдешь со мной домой? — сказал он. Юнги не мог нарадоваться.