Приятное воспоминание

некоторую часть своего свободного времени Акутагава проводит на холодном, пропахшем табаком балконе. если быть честным, то практически всё в этой квартире пропахло сигаретным дымом. Рюноскэ настолько привык к этому, что уже и не чувствует его. этот запах стал по-настоящему родным и даже в какой-то степени желанным. с этим запахом связано много приятных воспоминаний. *** сейчас Акутагава так же не изменяет своей привычке. могильный холод пробирается под одежду, создавая неприятные ощущения. но ничего, он потерпит. бледная ладонь опускается в карман обшарпанных брюк, желая найти там пачку дешёвых, но горячо любимых сигарет. и она её находит. полупустая и помятая упаковка с куревом вскоре оказывается в руках. затем Рюноскэ достаёт и зажигалку. тоже полупустую. хотя в целом, это не так уж и важно. в случае чего на подоконние всегда лежат спички, так что зажигалка не такой уж и важный атрибут на самом-то деле. тонкая палочка табака оказывается зажатой между бледных тонких пальцев. чтобы зажигалка наконец дала огонь требуется несколько раз нажать на кнопку. безрезультатно. Рюноскэ тяжело вздыхает и бросает уже ненужный кусок пластика на подоконник, а сам тянется к спичкам. теперь поджечь сигару не составляется абсолютно никакого труда. терпкий дым охватывает уже и без того больные лёгкие, глуша выстурающую боль. ему нельзя курить, нельзя даже думать об этом. но кого это вообще волнует? кому есть дело до Акутагавы кроме младшей сестры? никому. поэтому он сам себе хозяин и решает, что ему можно делать, а что нет. его не интересуют бессмысленные лекции о своих полуживых лёгких. за то сигареты хотя бы не надолго глушат режущую боль, в отличии от таблеток, которые уже давно перестали помогать. глушат и воссоздают её одновременно. сейчас Акутагава думает о следующем дне. он будет таким же тяжелым, как и предыдущие. тренировки с наставников выбивают все оставшиеся под конец дня силы. доходит до того, что Рюноскэ в прямом смысле кое-как доползает до квартиры. но ничего, он справится. вытерпит всё, что нужно будет пройти лишь бы доказать свою силу, что он достоин жизни, пусть даже и такой. параллельно с размышлениями Акутагава стряхивает пепел в пепельницу, а когда от сигары не остаётся практически ничего, решает потушить бычок о запястье. это не больно, всего лишь лёгкое жжение, которое иногда выводит из раздумий и позволяет сообразить, что лучше пойти в квартиру. ведь долго находиться на промёрзшем балконе означает заболеть, а болезни Рюноскэ переносит крайне плохо. правда буквально в сантиметре от кожи сигарету останавливает чужая рука. она выхватывает курево из бледных пальцев и кидает его в пепельницу. — я тебе сколько раз говорил не тушить сигареты об себя? – Осаму обречённо вздыхает и забирает чужую пачку сигарет. они без проблем выкурят одну на двоих. — это вредно. Акутагава немного удивлён. он не думал, что Дазай-сан зайдёт к нему сегодня. в голове ненароком промелькнула мысль, что лучше не зацикливаться на чём-то у себя в голове. ибо он даже не был в состоянии услышать прихода своего наставника, а это, к слову, не особо безопасно. Осаму с сигаретой тоже особо не церемонился. только немного побурчал, потому что спичку с первого раза зажечь не смог, хотя, это выглядело немного забавно. Дазай зажимает сигарету зубами, а сам обнимает своего нерадивого ученика за плечи, перехватывая свою сигару пальцами. так и стоят в тишине. оба уставшие и задумчивые. тут не нужны слова, тут не нужного ничего кроме дешёвых сигарет и присутствия друг-друга. самое то в конце тяжёлого рабочего дня. бинтованные руки до дури ласково поглаживают плечи. это не свойственно для Осаму, нельзя вестись на его ласку, ведь после он ударит намного сильнее. но Рюноскэ ведётся каждый раз, и к сожалению ничего не может с собой поделать. потому как раз таки этой нежности ему и не хватает. но сегодня с Дазаем явно что-то не так, ибо он даже язвительного комментария не произносит. лишь поудобнее устраивает свою голову на плече Рюноскэ и выдыхает сигаретный дым. с прибытием наставника Акутагава уже и холода как такового не чувствует. руки на плечах на удивление хорошо греют, горячее дыхание совсем рядом с шеей тоже. ему наконец-то стало тепло, а это значит, что можно позволить себе провести на балконе гораздо больше времени, чем Рюноскэ обычно себе позволяет. хотя, рядом с Осаму он мог бы постоять и на холоде. всё таки такой спокойный и вроде как расслабленный наставник настоящее чудо, особенно после работы. — ну-с, цыганочку¹, Акутагава-кун? – ход мыслей неожиданно прерывает чужой голос. вопрос на самом деле риторический, так как оба знают, что Рюноскэ не откажется. он и не хочет отказываться от любого контакта с Дазай-саном. Акутагава не отвечает, даже не кивает. просто кидает неизвестно какой по счёту окурок в пепельницу и поворачивается к наставнику лицом, заглядывая в карие глаза напротив. Рюноскэ не любитель зрительного контакта, но только не при таких обстоятельствах. он крепко сжимает край подоконника ладонями от подступающего волнения. Дазай же довольно улыбается и не разрывая зрительного контакта затягивается, наполняя лёгкие дымом от этой дешёвой дряни. он кидает окурок в уже переполненную такими же окурками пепельницу, а затем впивается в бескровные губы ученика. Рюноскэ рефлекторно прикрывает глаза, позволяя терпкому дыму, а в последствии и чужому языку проникнуть в свой рот. это приятно, даже на уровне подсознания. Акутагава не профи в поцелуях, так как целовался он редко и только с Осаму. только при такой обстановке и обстоятельствах. в повседневной жизни ему не было до этого дела, да и мозг был занят другим. не смотря на неопытность своего ученика, Дазай всё равно целует грубо и глубоко. в какой-то момент Рюноскэ начинает чуть-ли не задыхаться. благо, Осаму отстраняется быстрее, давая ученику отдышаться. а по прошествии пару минут вновь целует, все так же глубоко и грубо, немного прикусывая нижнюю губу Акутагавы и слизывая небольшую капельку крови. Рюноскэ любит проводить некоторую часть своего свободного времени на балконе, особенно, если рядом стоит Дазай-сан и предлагает поцеловаться.