Нет права на любовь

      Тяжело вздохнув, Блиц тут же нахмурился. Его рука замахнулась над дверью и остановилась. Он попытался ещё раз отвести руку для замаха, но каждый раз это выглядело лишь, как судороги. Не выдержав, Блиц резко опустил кулак вниз. Ни одного звука не раздалось с его стороны, а дверь так и осталось нетронутой.       Проклятия посыпались в мыслях на самого себя. Он так долго готовился, столько времени заставлял себя вообще прийти сюда. Но когда преградой стала, чёрт возьми, обычная дверь, Блиц начал отступать.       Ну почему он был такой размазнёй? Ненависть к самому себе вспыхнула в тысячу раз сильнее.       Он судорожно посмотрел по сторонам, как будто пытаясь отследить, видел ли кто-то его метания сейчас. Гробовая тишина ему тут же ответила. Коридор был пуст, ни единой мёртвой души не появлялось в этих окрестностях.       Блиц вспомнил, как выбивал себе разрешение, чтобы прийти сюда, каких денег пришлось лишиться (и похер, что это была ежемесячная зарплата его сотрудников. Он потом отдаст, как и прошлую тоже), ради всего этого говна, на которое он подписался. И ради чего? Чтобы он сейчас ушёл?       В этом не было никакого смысла… Это всё было обманом, дурацкой игрой. На кой чёрт его присутствие вообще было кому-то интересно? Да он сам себе не был интересен!       Блиц свирепо глянул на дверь. Столас! Эта перьевая задница уже сидела у него в горле, ну или на лице (неважно где). Он не собирался делать это ради него и даже не ради себя. Что он тогда здесь забыл? Какого чёрта его принесло в эту отбеленную больницу?       Сердце защемило в быстрой судороге, и Блиц моментально отошёл подальше от двери. Его глаза сузились в уязвлённой эмоции, руки неловко обняли собственные плечи. Он чувствовал дрожь, в ушах уже начинало пульсировать. Противный звон не прекращался.       Он был не готов. Не сейчас. Только не сегодня. И даже не завтра!       Моментально развернувшись, Блиц перестал контролировать собственное тело. Ноги понесли вдоль пустых коридоров. Постепенно он ускорился на бег. Похуй, похуй, похуй. Он с самого начала знал, что ничего не выйдет…       Это всё было глупой ошибкой. Блиц не понимал, зачем вообще дал себе шанс попытаться что-то сделать ради Столаса.       Это был первый день, как Столас попал в больницу после неудачного похищения Страйкером. После того, как перед дверьми больницы угомонились репортёры. Как Блиц увидел лишь жалкую тень от фигуры принца.       Луна услышала звук хлопнувшей входной двери. Её уши навострились, но она не встала с места, продолжая пролистывать ленту адской социальной сети. Спрятавшись в своей комнате, она не выходила оттуда, ведь прекрасно знала, что это был Блиц. И по громкому звуку хлопнувшей двери, он явно был без настроения. Она недовольно рыкнула.       Её это не касалось. Какого чёрта она вообще сейчас думала об этом? Мотнув головой, её внимание вновь вернулось на телефон. Проведя пальцем по сенсору, адская гончая снова не сдержала недовольного шипения. Мысли перескакивали на другое, а перед глазами всё расплывалось. Телефон полетел на кровать, а девушка уже вышла из своей комнаты. Теперь дверь хлопнула уже по её вине.       Пошло всё нахуй!       Она недовольно осмотрела гостиную. Блиц лежал на диване. Луна поняла это лишь по одному его торчащему заострённому хвосту. Неуверенно обойдя препятствие, она увидела лишь лежачий мешок говна. По другому его описать нельзя было. Блиц лежал на животе, раскинув руки в разные стороны. Его лицо упиралось в подушку, и создавалось ощущение, будто он не дышал. Но по лёгкому движению спины можно было успокоиться. Бес не издавал ни звука.       — Блиц? — попыталась она позвать. Уши жалко прижались к голове.       Её проигнорировали. И это было ожидаемо. Волчица фыркнула и опустилась на колени, приблизившись к голове мужчины. Её руки опустились совсем близко к телу беса, но она старалась не касаться его.       — Хрена ты разлёгся?       — Блять, Луна! — девушка тут же вздрогнула. Голос Блица был хриплым и полностью убитым. Он даже головы не поднял, все слова промычались в подушку. Она видела его в таком состоянии довольно редко, — Отъебитесь от меня сейчас…       Она нахмурилась, но промолчала. Он никогда не посылал её. Вот совсем никогда. Это ад! Но Блиц будто реально не хотел обидеть её. Уши волчицы прижались к голове ещё сильнее. Резкий звук оповещения привлёк внимание. Она глянула в сторону чужого загоревшегося телефона, на которое пришло сообщение. Луна, правда, не хотела подсматривать, но было уже поздно, в голове отпечатались первые строки сообщения.       — Тебе Столас написал, — девушка попыталась сказать это настолько безразлично, как это могла только она сделать, но нотки ехидства всё равно проступили. Об их отношениях весь интернет трубил, и она сама часто шутила над этим. Но, почему-то, убитое состояние беса не вызывало сейчас чувства удовлетворения. Её улыбка моментально погасла.       Блиц, услышав это, тут же подскочил. Он мгновенно взял телефон в руки и залпом прочитал всё, что там было написано. Луна видела, как на его лице одна эмоция заменяла другую. От страха до полного истощения. В итоге, выиграла неуверенность, и Блиц попытался написать ответ.       Луна неосознанно следила за каждой появляющейся буквой. Она стала тем самым свидетелем, от которого в аду обычно избавляются, но Блиц не такой. Он либо позволял ей это всё увидеть, либо забыл про существование Луны напрочь. И скорее всего это был второй вариант.       Я иду.       Я и…       Я…       Сообщение было удалено, даже не отправившись к получателю. Блиц тяжело вздохнул, сжал телефон в руке и резко бросил его в стену. Луна отстранёно посмотрела на уже разбитый гаджет. Руки беса дрожали, и он медленно закрыл лицо, плечи продолжали мелко подрагивать.       — Совсем, как дитё себя ведёшь. Будто у тебя первое свидание, — Луна усмехнулась, совершенно не имея ничего плохого, но Блиц ответил слишком резко. Это уже был второй раз, как он повышал на неё голос за сегодня, что очень раздражало девушку.       — У нас не такие отношения! — он тут же выдохнул весь скопившийся негатив. Попытка привести себя в порядок не дала результата. Блиц не заметил, как начал тараторить слишком быстро, пытаясь оправдаться, — Он лишь просто хочет, чтобы я его трахнул. Это не… Мы не…       — А мне наоборот показалось, что он… — адская гончая тут же замолчала, когда увидела, какая паника отразилась в глазах беса, — П-пап…       Невольно вырвалось, но он даже не обратил на это внимание. Луна не смогла вовремя отпрянуть, уши встали торчком, а шерсть на спине поднялась дыбом, когда Блиц дёрнулся в её сторону. Она зарычала, почувствовав, насколько крепко её обняли. Как же это бесило. Она не стала отвечать на этот резкий порыв, руки безвольно повисли вдоль тела, лишь глаза предательски сузились в печальной эмоции.       Блиц сам был виноват в своих тараканах, что портили ему жизнь. Она была в этом уверена. Она знала, что Блиц не мог себе позволить любить кого-то.       Больше не мог.