Право пользования

      Мир сжался. Приобрёл какую-то блеклую невзрачную форму. Отдалился на много миль, не желая тревожить этот момент.       Эйфория, безумие и страх, вот, что я почувствовала, когда Рэйчел перестала целовать меня. Её лоб прижался к моему, а пальцы замерли где-то в районе затылка. Она рвано дышала, стараясь прийти в себя. Но это было очень сложно. Поверить в то, что это правда, ещё сложнее.       Мои руки лежали на её талии. Я боялась пошевелиться, боялась что-то сказать, боялась нарушить баланс, грань которого могла разорваться в любой момент. Не знаю, что со мной происходило. Понятия не имею, как это описать. Но я была готова стоять с ней здесь, на этом месте, чувствовать тепло пальцев и горячее дыхание, что касалось моих губ.       Почему это происходит? Что со мной такое, раз я, та, что всегда отрицала какие-то глубокие чувства и эмоции, готова была сдаться и плыть по течению за незнакомкой.       - Так не должно быть, - прошептала девушка.       Она не двигалась.       - Как? - уточнила я и мой голос предательски дрогнул.       - Между нами... Это не правильно, - заявила она.       Её руки оставили мои волосы в покое и переместились в зону скул, а пальцы бережно гладили щёки.       - Не правильно, - выдохнула я. - Почему?       Послышался смешок.       Рэйчел отстранилась от меня и мне пришлось убрать руки с её талии - ощутить, будто я лишилась чего-то дорогого.       - А разве для этого мало причин?       Она не смотрит на меня, её взгляд блуждает по потолку, будто там написаны все ответы.       Мне становится неуютно. Я нахожусь не в своей тарелке. Не в своём теле. Проживаю не свою жизнь. И, наверное, не заслуживаю чего-то настоящего. Но черт. Мне так сильно хочется, чтобы Рэйчел смотрела на меня. Чтобы её глаза сказали мне о том, что чувствует их обладатель. О том, почему это произошло и уже не исправить. Впервые в жизни я, кажется, почувствовала что-то сильное. Словно мощный толчок, который заставляет тебя очнуться и посмотреть на мир по-другому.       - Но... Я... Ты...       Я замираю, ведь даже не знаю, что сказать. Мой язык мне неподвластен, а мозг туго соображает. Сладкий привкус губ Рэйчел, что остался в моей памяти, заставляет сознаться в том, что мне это понравилось. Ударить под дых, понимая, что я не отвечу.       - Это...       - Ошибка? - презрение в моем голосе заставляет Рэйчел опустить глаза и встретиться с моими.       - Нет, - тянет она, еле шевеля губами. - Точно не ошибка.       Дверь позади со скрипом открывается и голова светловолосой девушки высовывается наружу.       - Мисс Эван, мы закончили, - сообщает она и прищуривается, стоит Рэйчел развернуться.       Оценивающий взгляд девчонки блуждает по мне несколько долгих секунд и создаётся такое впечатление, что я её чем-то не устроила.       - Да, я иду, - отвечает Ричи и бросает на меня быстрый взгляд. - Обсудим позже, мисс Вега.       Я успеваю кивнуть, а Рэйчел вслед за девчонкой заходит обратно в актовый зал.       Дверь оказывается заперета и мне ничего не остаётся, как слушать припев какой-то сопливой песни и прокручивать слова Рэйчел в своей голове. ---       "Она ничего ко мне не чувствует?".       "Она что-то чувствует, но не может сказать?".       "Она считает, что я малолетка?".       "Ей не нужен роман с подростком?".       "Тогда почему ответила на поцелуй?".       "Порыв? Страсть? Влечение?".       Господи. Ну я и идиотка.       Я перечеркиваю все то, что записала в ежедневнике и закрываю его.       Мой лоб упирается в твёрдую обложку, пока мысли продолжают атаковать голову.       Сколько уже можно, Меган? Ни один человек в твоей голове не обитал больше дня. Чем она лучше?       Она странная. Она помогает мне. Отталкивает. Защищает меня. Но говорит, что я никто. А потом просто отвечает на поцелуй. Что за хрень? Где, блин, тут я должна разобраться? Как?       Мой телефон предупреждает о новом сообщение, но у меня совсем нет сил отвечать.       Мне не нравится то, что происходит. Мне не нравится, что я чувствую. И мне не нравится, что я не могу прекратить об этом думать. Это какая-то бесконечная последовательность у которой нет конца. Она крутится и крутится, как заеженная пластинка в голове и не может от тебя отстать. Поцелуй, мать его, обычный поцелуй с девушкой. Но не так. Не такой. Не такой... обыденный.       Я хмурюсь, вспоминая, как её язык ласкал меня, а руки вырисовывали какие-то узоры прямо в волосах. Мне было... хорошо. Нет. Мне было... ахуенно. Я ощущала эту ниточку, что связывала меня по рукам и ногам, не давая нормально функционировать. Мне хотелось к ней тянуться, ощутить всю глубину невысказанных чувств. То, как она меня бесила и выводила из себя. Смотрела в мои глаза и пыталась протолкнуться внутрь. Куда? Зачем? Это всё так нелепо. Глупо. Отвратительно. Но до смерти желанно.       Я отрываю лоб от ежедневника и с рычанием, откидываюсь на спинку стула.       Просто отвали от меня. Уйди из моей головы. Перестань портить волну. Что непонятного?       Телефон снова оживает, на этот раз это не сообщение.       Я нехотя беру его и вижу на экране улыбающегося блондина, который специально испортил фотку со мной - сделал вид, что косоглазый.       - Да?       - И как? - слышится в ответ.       - Что, как?       Я скатываюсь на самый край стула, вытягиваю ноги и подпираю правой рукой в зоне локтя руку в которой телефон.       - Ну, ты умчалась к Рэйчел Эван и пропала. Я, надеюсь, ты сейчас в её постели? - издевается Кален, чуть не лопаясь от собственной гениальности.       Я делаю вдох и понимаю, что становится слишком жарко. Я не в её постели, но кое что всё же произошло. Благо, что друг не видит, как я краснею.       - Ха-ха, мне похлопать?       - Да ладно тебе, - я всё ещё слышу, как он улыбается. - Не тебе одной она нравится.       - Ты о чем?       Я закатываю глаза, когда понимаю, что с треском провалилась, интересуясь об этой Рэйчел.       - А-а, вот оно, - радуется друг. - Она тебе нравится.       - Вот ещё, - фыркаю я, пялясь в стену, где вместо плакатов Джейсонов, теперь весят музыкальные поп и рок группы.       - Ну, за ней кое кто заехал, - продолжает Кален, специально расстягивая слова. Надеется, что я снова проколюсь. - И он был очень симпатичным.       Я сжимаю челюсть, придумывая такой же остроумный ответ.       - Я смотрю, он тебе очень понравился, может быть, присмотришься?       Хищная улыбка ложится на мои губы, пока на том конце трубки раздаётся цоканье.       - И позволить тебе лишиться соперника? Поверь, если бы мне нравились парни, то я бы приударил за таким как Ной, - спокойно рассуждает Кален. - Но я звоню по другому поводу.       - И какому? - стараясь скрыть волну раздражения, допытываюсь я. - Видно для этого сначала нужно было...       - Стой. Всё. Всё. Я понял, - голос Калена изменился. - Не буду будить торнадо. В общем. Помнишь, я как-то говорил, что Стивен отметил зону, где может быть этот говнюк, что охотится за тобой?       - Что за зона?       Я пыталась вспомнить о чем идёт речь, но получалось весьма плохо, особенно зная, что сейчас в моей голове нет ничего, кроме тёмных кудряшек и карих глаз.       - Откуда тебе начали писать, - отвечает Кален и я слышу, как на заднем фоне щёлкает мышка. - Тот клуб, где мы тусовались. Там ещё ужасно расположен танцпол. Кажется, ещё напитки разбавляют и...       - И что с ним? - нетерпеливо перебила я.       - А то, что всё это время он умудрялся писать именно из этой зоны. Только из этой. Даже, если он видел тебя тогда в самолёте или где-то ещё, то писал всегда оттуда. Словно боялся, что его можно отследить из других мест.       - Или он хочет, чтобы мы его нашли, - предполагаю я.       - Думаешь, преследователи хотят этого? Он мог просто ошибиться, не подумать, что его могут найти или просто забить, зная, что ты точно не укажешь на него пальцем.       - Ведь я не знаю, как он выглядит, - додумываю я за друга.       - Или она.       - Думаешь, этот человек может скрываться там?       - Мы должны проверить, - утвердительно говорит Кален. - Возьму машину дедушки, пока та ещё совсем не развалилась. За тобой заехать?       Я отрываю телефон от уха, чтобы взглянуть на время и вижу сообщение от неизвестного абонента.       "Надо поговорить. Моя смена начинается в семь. Клуб "Рио". Рэйчел".       Что за...       - Алло? Лиц?       Я прижимаю телефон обратно к уху, вспоминая о своём друге.       - Да.       - Мне за тобой заезжать?       - Слушай, - я сглатываю, понимая, что сейчас солгу другу, который хочет мне помочь. - Мне нужно ещё кое с чем помочь родителям, давай встретимся там в восемь?       - Ладно, - отвечает он. - Не забывай, клуб "Рио" на Пристон-авеню.       - Да, я помню.       Я отключаюсь и перед глазами вновь появляется то самое сообщение.       Рэйчел хочет поговорить и для этого мне нужно отправиться в тот клуб, где, возможно, находится мой преследователь. Разве это совпадение? Я не верю в такое. А что, если она и есть yourlies16? Но зачем?       Холодный пот обдаёт мою спину, пока мозг судорожно соображает насколько всё это правда. Она же тоже может быть им, да? Или я придумываю? Хотя, не думаю, что тогда бы Рэйчел позвала меня в этот клуб. Она не подставилась бы так. Кто-то подставляет её?       Черт. Черт. Черт.       Я открываю свой профиль и захожу в директ.       Последнее сообщение от yourlies16 так и остаётся не отвеченным. Разве Рэйчел стала бы требовать разбить своё сердце? Своё или своего брата? Это не логично. Она другая. Я чувствую это. Я знаю. Она не может быть этим уродом. Нет.       Я решаюсь на отважный шаг, захожу в наш диалог и начинаю печатать: "Я не буду этого делать. Хочешь обналичить правду, вперёд. Я слишком долго слушалась и боялась. Поверь, я столько дерьма натерпелась, что не хватит целой жизни. Терпеть ещё и от тебя, я не буду. Такие, как ты, шантажируют годами, а я не готова плясать под дудку труса, что скрывается за маленьким экраном телефона".       Мой палец зависает над кнопкой "отправить". Нет. Не так. Не здесь и не сейчас. В клубе. Я должна отправить сообщение в клубе и проверить на чей телефон оно придёт. По крайне мере, попытаться узнать, кто это.       Я блокирую экран и открываю шкаф. ---       - Милая, ты куда?       С кухни доносится великолепный запах запеченных яблок и мой желудок сжимается, понимая, что я не буду есть ещё несколько часов.       - Встретиться с Каленом, один важный проект.       Я снова вру, но эта ложь ради блага.       - А как же пирог? Пригласи его к нам, позанимаетесь здесь, - настаивает она, вытирая руки о полотенце и закрывая духовой шкаф.       - Не получится, - я отрываю свои голодные глаза от пирога и беру куртку. - Этот проект много весит и мы решили, что лучше чем оставить его в школе идей не будет.       - Ну хорошо, - соглашается она. - Брендон сегодня допоздна, но ужин будет готов к девяти. Если проголодаетесь, зови Калена к нам. Утром отец отвезёт вас в школу.       Она предлагает ночевать с Каленом на одной кровати? Надеюсь, что нет.       - Ага.       Я беру ключи, карту и выхожу из дома, пока мама убеждена, что всё с её дочерью в порядке.       До клуба я добираюсь пешком. На входе стоит охранник, который с недоверием рассматривает мои липовые права. Он щёлкает языком, осматривает с ног до головы и хмыкнув, пропускает внутрь.       На вид я была школьницей, да и оделась специально неброско, но никто не знал, что мне уже за тридцать и я давно перестала носить с собой права.       Я опустилась на барный стул и сняла куртку.       Ноги ещё гудели от продолжительной прогулки, а в горле пересохло.       Я осмотрелась и поняла, что народу тут ещё немного. В основном компании, что сидели за столиками и отмечали какой-то праздник.       Мой телефон зашевелился и я достала его из кармана.       "Второй этаж, вип ложа, тебя проводят".       Откуда она узнала? Следит за мной? Или кто-то сказал, что я тут?       Я молча приняла подсказку и, взяв свои вещи, двинулась в сторону второго этажа.       Ещё один охранник в белом смокинге, словно он на свадьбе, провёл меня до конца коридора с вип ложами и остановился возле двери, где чётко было указано "директор".       Он постучался и жестом показал, что я могу войти.       Я не отпиралась, всё также молча зашла внутрь и замерла, когда увидела большое панорамное окно во всю стену. Догадываюсь, что из него можно увидеть не только площадку и столики, но и бар. Вот как она узнала...       Дверь за мной тут же закрылась.       В помещение, обустроенном под кабинет с двумя кожаными диванами, журнальными столиками, офисной оргтехникой и прочей лабудой, которой сотрудники разных компаний ежедневно пользуются, никого не было.       Интересно, она просто издевается или у неё какие-то экстренные дела?       Я медленно прошла к окну и буквально прилипла к пейзажу за ним.       Шумные компании, стройные официанты, бармен, который смешивал какие-то напитки. На площадке танцуют две девушки, которые наверняка уже не понимают, где право, а где лево. Выглядит это забавно. Особенно, когда ты почти что не слышишь музыку, лишь какие-то обрывки. Такое окно явно мечта... маньяка. Или того, кто может за тобой следить. В тот день в клубе за мной следила она?       Я слышу, как позади открывается дверь и шумный вздох доносится до меня сквозь занавес из битов.       - Фелиция, - мужской голос. Это не Рэйчел.       Моё сердце пропускает удар, но я не двигаюсь с места. Он знает меня, он следил за мной, он привёл меня сюда.       Я стараюсь справиться со страхом, которое обрушивается на меня волной. Холодный пот второй раз за день заставляет съежиться и вздрогнуть от холода. Он рядом. Он стоит там, где выход. Доступ закрыт. Мне придётся столкнуться лицом к лицу с...       - Ной, - снова голос. На этот раз женский. - Что ты тут делаешь?       Каблуки. Кто-то заходит следом.       - Лучше скажи, что делает тут она, Ричи.       Я оборачиваюсь и расслабляюсь, когда вижу брата и сестру, что уставились друг на друга в напряжённой схватке.       - Мне нужно с ней поговорить, - отвечает ему Рэйчел.       На ней брючный костюм, на ногах туфли на среднем каблуке. Выглядит она шикарно. Свежий макияж, что подчёркивает и без того тёмные глаза, скулы, которые она искусно выделила, губы, обведенные карандашом, которые так и хочется попробовать ещё раз.       Почему, как только стоит увидеть Рэйчел, мне хочется кинуться на её шею и уткнуться в сильное плечо? Какими чарами она обладает? Если возможен переход между телами, то может ведьмы тоже существуют? Или я окончательно тронулась умом?       - Поговорить с несовершеннолетний девчонкой в закрытом кабинете. Интересно, как быстро об этом узнают копы?       Рэйчел взревела, она отбросила какие-то папки на диван и открыла шкафчик.       - Как же это всё мне осточертело!       Она присела на корточки и начала рыться в шкафу. По звукам, там были вовсе не документы.       - Тебе осточертело?! - удивляется Ной, размахивая руками. - Ричи, а тебе не кажется, что ты заигралась? Этот переезд, этот клуб, эти компании. Я все делаю ради тебя! Я твой брат!       - Ты не он! - шикает она, доставая пузатую бутылку водки. - Ты забыл? Всё, о чем мы договаривались? Не строй из себя бедного мальчишку! Ты был только за. Особенно, после того, как родители завещали нам неплохое наследство. Ты так грезил этими лошадьми, что мы поселились у черта на рогах, лишь бы у тебя было своё ранчо!       Она резко откупорила бутылку и несколько капель пролилось на стол.       - Знаешь, что, - продолжил Ной. - Ты... Чёрт! Ты...       Его губы кривились от отвращения, но слова не могли вылететь и повиснуть в воздухе. Они бы уже не расстворились.       Ной перевёл свой взгляд на меня и словно вспоминая, что они тут не одни, выдохнул.       Он подошёл к сестре и протянул руку.       - Пока ты будешь упиваться здесь до смерти, я решу твою проблему. Как. Всегда.       Рэйчел сжала горло у бутылки, внимательно следя за братом. Её губы были плотно сжаты. Злющая, гордая.       - Зачем? - шёпотом выдаёт она, глядя на его раскрытую ладонь. - Я же хотела...       - Нет! - восклицает Ной. - Ты хотела только то, что лучше для тебя. Но не подумала об остальном. Хватит, Ричи, молю тебя.       Она прикрыла глаза, доставая из кармана ключи и вложила в его руку.       - Они сами виноваты, - проговорил он, убирая их в карман. - Сегодня ты на такси.       Рэйчел покачала головой и пока её брат шёл к двери, сделала два больших глотка прямо из бутылки.       Дверь за Ноем захлопнулась и мы остались вдвоём.       - Мой братец думает, что знает, как лучше, - усмехается она. - Всё должно быть по правилам. И я должна его слушать.       Она стянула каблуки, сжала бутылку в руках и подошла к окну.       - Всё это не правильно, Фелиция. Так не должно быть.       Боль в её голосе заполнила меня до краёв. Я понимала, что она чувствует, пусть и ситуации у нас были разные. Её брат любил и хотел позаботиться, а меня ненавидели всем сердцем и бросали каждый раз в чулан под лестницей.       Наверное, поэтому я решила с ней поделиться, впервые разрешая кому-то услышать эту историю.       Глоток из бутылки и тихий вздох и вот я уже протягиваю к ней руку и она разрешает разделить с ней этот момент.       Водка обжигает горло и я закашливаюсь.       - И это тоже не правильно, - твердит Рэйчел, но я вижу лёгкую улыбку на её губах.       Она забирает бутылку и снова переводит взгляд вниз, туда, где потихоньку прибавляется народ.       - У меня была сестра, - начинаю я, вспоминая тот день. - Она была очень умной, сильной, умела выживать и конечно, учила меня этому. Пыталась.       Я прикусываю язык, зная, что эта история всё ещё вызывает у меня ужасные эмоции и слёзы. Слёзы, которые заставляют чувствовать себя слабой.       - Как-то раз, когда друзья сестры гостили в нашем загородном доме, в котором мы бывали лишь летом на каникулах, Олли решила устроить небольшую вечеринку. И она действительно была небольшой. Я и шесть друзей сестры. Мы не пили, не курили травку и не делали ничего запрещённого. Были абсолютно трезвыми. Но друзья Олли почему-то решили, что с ней нужно покончить.       Я остановилась, утыкаясь лбом в окно и прикрывая глаза, чтобы вспомнить ту картину.       Я не могла рассказать Рэйчел полной истории и заменила своих братьев и сестёр на друзей Олли, а ужин в кругу семьи в нашем старом доме, когда мы решили оставить тяжёлое детство в прошлом, на небольшую вечеринку.       - Они заперли её в чулане под лестницей и пока я умоляла и пыталась их остановить, поднесли спичку. Знаешь, как быстро горят деревянные постройки? Этот огонь заставлял её кричать, плавиться, давиться собственной смертью. А все они... они смотрели, заставляя и меня это делать.       Я замерла.       Полуразрушенный дом, где только кухня осталась целой, улыбающиеся лица братьев и сестёр, что так быстро повзрослели, а следом... Столько жестокости и ненависти, презрения и страха. Они боялись Олли, даже спустя столько лет боялись. Но не это было главной причиной.       Руки. Первое, что я почувствовала, когда снова ощутила пустоту, это руки. Они обняли меня со спины, прижимая к телу своей хозяйки. Её подбородок улёгся на моё плечо, заставляя понять, что ей жаль меня. Эта история вызывает жалость. Все то, что случилось, все взгляды родных людей... Они убили одного из нас. Убили так хладнокровно и жестоко. Пока я мелкая и слабая даже в свои двадцать лет, смотрела как моя сестра умирает.       - Это была их месть. Они ненавидели её всем сердцем. За то, что Олли делала. За то, сколько страданий принесла. Их слова лились рекой, обвиняя и уничтожая все то, что я знала о своей сестре. Она не была идеальной, временами проявляла жёсткость, но то, что рассказывали они... Я не могла поверить. Олли издевалась над ними. Могла подставить. Унизить. Побить. Манипулировала. Заставляла делать такие вещи... И как я могла поверить в это, когда я знала её. Я знала, что она никогда бы...       Её лицо. Обезображенное. Кожа, что лопается и тает на глазах. Предсмертные крики, агония, принятие. Она понимала, уже тогда, когда оказалась запертой в чулане. Она видела их взгляды - полные тех кошмаров, которые она им дарила, но только один взгляд заставил её улыбнуться, когда Расти бросил зажённую спичку. Мой. Затравленный, испуганный, полный боли и не понимания. Олли знала, она умирала за то, что натворила.       За то, что мой брат Курт связался с наркотиками и подсел на них - Олли заставила его принимать дозу за дозой, взамен сохраняя его тайну.       За то, что мой брат Расти убил какого-то бомжа под мостом и после этого не мог нормально жить - Олли сделала вид, что тот её изнасиловал и манипулировала братом, пока он не принял решение расквитаться с ним.       За то, что моя сестра Лиза опозорилась перед всей школой, когда её выбрали королевой бала, а на заднем фоне включили видео, где она ублажает сразу троих парней. Лиза участвовала в порно кастингах, как потом оказалось и Олли нашла её видеоролики. Решила выставить на показ, унижая и доставляя огромные проблемы сестре.       За то, что Досс и Реджина полюбили друг друга не как сводные брат и сестра - Олли увидела, как они целуются, сделала фотку и шантажировала их очень долгое время.       Лишь Марта была не во влечена так, как остальные. Я даже видела слезы на её щеках. Но как оказалось, она так праздновала победу - Олли использовала её как куклу для битья, чтобы вымещать свою агрессию и даже лишила почки.       - Скажи мне, почему она не трогала меня? Почему издевалась над ними, но приходила домой и улыбалась мне?       Слезы кривыми дорожками стекали вниз и срывались в бездну, пока чужие руки удерживали меня, не давая упасть.       - Потому что она любила только тебя, - прозвучал ответ от которого стало ещё больнее.       Олли никогда не любила. Она не знала что это. Не чувствовала. Запрещала чувствовать другим. Говорила, что это погубит. Любовь не нужна в этом мире... Но, может быть, я просто не разглядела в ней эту любовь ко мне, сестра не дала этого сделать.