Право пользования

      - Сколько ещё тебе повторять, что это, может быть, ловушка?       Рэйчел переворачивала котлеты с особым остервенением, успевая причитать, что я не должна идти на встречу... В этот момент я не завидовала только этим котлетам.       - Я понимаю. Но ни о ком из них не было слышно пять лет, вдруг это что-то важное?       Рэйчел громко застонала, массируя виски, будто это всё ей порядком надоело.       - По-хорошему, нам вообще нужно переезжать, - выпалила она, размахивая лопаткой.       - М-м, а как же твой нареченный?       - Ты снова про это?       Я откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, как бы доказывая, что я всё ещё злюсь на ложь Рэйчел.       - О, боги, - подруга закатила глаза, развернулась к плите и снова перевернула котлеты. - У нас есть дело посерьёзнее, а именно, как уберечь Прим.       Я выдохнула, прижимая пальцы к уголкам глаз, пытаясь сфокусироваться на одной проблеме, хотя, пока что их было намного больше.       - Ладно. Ты права. Это действительно твоя жизнь и ты имела право с кем-то встречаться, но, пожалуйста, в следующий раз думай, прежде чем решить не ставить меня в известность. А вдруг, я бы, не знаю... увидела этого амбала с Прим наедине, как думаешь, что бы придумал мой мозг?       Пару минут Рэйчел молчала. Она продолжала разбираться с котлетами, пока шипение масла нарушало иддилию тишины.       - Извини, - скорее пересилив себя, сказала Рэйчел. - Я... просто... это всё так сложно и... врать ему, врать тебе, врать... Прим.       Она поникла, сгорбилась. Её голова опустилась вниз, позволяя обнажить позвонки чуть ниже шеи и всю сложность этой жизни.       - Для начала, ты можешь не врать хотя бы мне. Мы же договаривались, разбираться со всем вместе, - пытаясь придать своему голосу как можно больше нежности, ответила я.       - Да, - еле слышно отозвалась она. - Да, всё так.       Рэйчел выключила плиту, накрыла сковороду крышкой и отложила лопатку в сторону. Она села за стол напротив меня, пока на её лице блуждали самые разные эмоции.       - Он мне дорог, - увидев, как моё лицо начало вытягиваться, она поспешила добавить. - Я не говорю про то, что забыла Итана или что-то наподобие этого и тем более, что я начала безоговорочно всем доверять. Нет. Просто, Джеймс, он... - она мечтательно вздохнула, упирая сжатые кулаки в подбородок. - Он замечательный. Джентльмен. Добрый. Ласковый. Хорошо ладит с Прим. Всегда готов прийти на помощь. Ну а про интим, я вообще молчу.       Я закатила глаза, но всё же позволила себе улыбнуться.       Я вижу такую Рэйчел впервые за очень долгое время. Лёгкую, романтичную, влюбленную. В ней даже что-то изменилось. Может быть, что-то в одежде? Или прическа другая? Сколько помню себя в этом теле, всегда была невзрачной, угрюмой и всех ненавидела. Возможно, у нас была разная жизнь и это даже очень отражается на внешнем виде.       - Я рада за тебя, правда, - говорю искренне. - Но Кален когда-то был моим другом.       - Да, другом, который тебя помнится кинул, - злится Рэйчел, вспоминая то, что я рассказала ей спустя год нашей совместной жизни. - Точнее, не только тебя.       - Я прекрасно это помню, - сжимая челюсти, еле как выдавливаю из себя. - И прекрасно помню, что мы так и не узнали, что произошло в том домике в лесу и живы ли те, кто был нам дорог.       В тот момент у нас ничего не осталось. Рэйчел потеряла жениха, я потеряла нечто невероятное даже для себя самой. И все эти пять лет не было ни дня, чтобы я не задумывалась, жива ли Фелиция. Меня чертовски сильно разрывало от отсутствия знания. Мы были словно во тьме, ходили, жили, учились, но не могли начать что-то по истине новое, зачеркнув старое. До тех пор, пока все наши силы не ушли на воспитание Прим. Воспитание Прим, истерики Рэйчел, окончание школы и новый этап в жизни - университет. Черт, кто бы мог подумать, что я туда вообще попаду. Так мы и стали семьёй, семьёй Эммет.       - Достаточно, - Рэйчел поднялась со стула, разглаживая невидимые складки на фартуке. - Мы не пойдём на встречу с Каленом. Тут нечего обсуждать. Прошлое останется в прошлом, Меган. Ты уяснила?       Хах. Было бы досадно её разочаровывать, но я уже всё решила, ещё когда увидела записку. Она меня не остановит, особенно, если есть шанс узнать, почему он поступил именно так.       - Да, Ричи, - специально выделяя то прозвище, что дал ей брат, отвечаю я. - Уяснила.       Не думаю, что по-другому она бы мне поверила. Мне нужно было сыграть роль и я отлично с ней справилась.       Её глаза сканировали меня ещё несколько минут, прежде чем она устало качнула головой.       - Прости, но это единственный выход.       Прости, но он не единственный. Но сказала я совсем иначе:       - Да, очень жаль.       Больше на кухне мне было делать нечего и даже когда Рэйчел пыталась окликнуть меня несколько раз, я всё равно поднялась в свою комнату, готовиться для часа х. ---       Когда с ужином было покончено, а все разбрелись по своим комнатам, в мою дверь тихонько постучали.       - Входи.       Маленькая русая голова просунулась между косяком и дверью и с любопытством осмотрела мою комнату.       - А где ладуга? - сонно спросила Прим, хлопая глазками.       Я подошла к ней, открыла дверь шире и указала в сторону своей кровати.       Прим не колеблясь ни минуты, как до этого, быстро перебирая ножками, очутилась возле той стены.       - Вау, - воскликнула она, прижимая свою ладошку к нарисованной радуге на стене. - А я хочу мистела Баки, но мама говолит, что я выласту и он мне расонлавится. Но она не плава. Мистел Баки мой любимчик.       Я присаживаюсь рядом с ней на корточки и ласково глажу по голове.       - Мама просто не успела завести кого-то похожего на мистера Баки, малыш.       - Да?       Она с интересом поворачивает ко мне свою голову и я вижу в этих карих глазках столько красочных эмоций. Прим всего лишь ребёнок, который хочет верить в нечто невероятное, волшебное и это вполне нормально. Это очень круто на самом деле. Пусть лучше на её стене будет красоваться хоть тысячи кроликов Баки, чем облупленные стены, трещины и сырость.       - Мы обязательно нарисуем мистера Баки над твоей кроваткой...       - Нет, я хочу лядом с окном, - запротестовала Прим, топая ножкой. - Там солныско будет соглевать его касдый день.       Улыбка Прим вскружит голову кому угодно, не уверенна, что ей вообще можно сказать "нет".       - Хорошо, как скажешь, так и будет, малышка.       Она звонко рассмеялась, раскачиваясь взад-вперёд.       - И есё я хочу, стобы лядом с мистелом Баки была я, мама, ты и Сандла.       - Договорились, - я целую её в макушку, вдыхая эту детскую беззаботность и мысленно уговаривая её никогда не страдать. Не страдать, так как я. - А теперь, бегом в кроватку, а то мама не разрешит украсить твою стену.       - Ага.       Прим слишком резво вылетает из моей комнаты и я отчётливо слышу, как она хлопает своей дверью. Всегда забирается в постель, накрывается одеялом, но вспоминает о своей любимой игрушке и, забрав её с подоконника, где, по её мнению, мистер Баки любит сидеть, запрыгивает обратно и прикрывает глаза, чтобы мама поверила, будто она спит. Хитрый лисёнок, который по итогу засыпает через пять минут.       - Уснула, - раздаётся голос Рэйчел совсем рядом. - Ты как?       - Думаю, на счёт мистера Баки.       - О, нет, - вздыхает Рэйчел, качая головой. - Мы уже говорили об этом. Когда ей надоест и она подрастёт, мистер Баки полетит в мусорку, а нам придётся делать ремонт.       - Ну и пусть. Дай ребёнку насладиться детством. Ведь если у нас не получилось, может быть, получится хотя бы у неё.       Рэйчел пристально смотрит в мои глаза. Она всегда так делает, когда хочет найти честный ответ. Возможно, её способность видеть меня насквозь уж очень начала мешать.       - Ладно, - не хотя, отвечает она. - Но если что, то ремонт будешь делать ты.       Я поднимаю руки вверх, мысленно одерживая победу. Прим точно понравится.       Рэйчел берётся за дверную ручку и уже наполовину скрывается в коридоре, как вдруг останавливается.       - Я никогда тебе этого не говорила, но... спасибо, что ты рядом. Спасибо, что заботишься о Прим.       В сердце что-то кольнуло, неприятно зашевелилось, будто рассталкивая стенки мышцы и пробуждаясь от долгого сна. Что-то сильное и невероятно доброе. От чего улыбка легла на губы, а в глазах появились слезы. Она никогда мне этого не говорила. Никто этого не говорил. Неужели, можно чувствовать такое тепло от человека с которым вы постоянно ссоритесь, лишь бы доказать свою правоту? С которым находитесь из-за того, что случилось, по принуждению, из-за жажды жить. Раньше я этого не замечала. То, как я отношусь к Рэйчел. Я всем сердцем любила Прим, готова была пойти на что угодно ради неё, знала, что мы тоже связаны, просто своеобразным и очень странным образом, но связаны. А вот Рэйчел... С ней у меня были разные эмоции, разные чувства, но только не благодарность. Нет. Этого не было. Я была благодарна лишь себе. До этого момента.       Ни сказав больше ни слова, Рэйчел осторожно вышла из комнаты, прикрывая дверь.       Интересно, чего она ждала? Такой же ответ? Что-то большее? Или ей было достаточно, что я не послала её к черту?       В любом случае, она очень разозлится, когда узнает, что я всё же отправилась на встречу с Каленом. ---       Мелкий моросящий дождь издевался надо мной вот уже больше часа. Я стойко держалась около тридцати минут, когда такси доставило меня в указанную точку. Тридцать минут под проклятым противным дождем и вот я уже на взводе, готова уничтожить любого, кто посмеет перейти мне дорогу. Точнее, одного единственного, что наконец решил явиться намного позже назначенного времени.       - Я думала, что ты испугался заглянуть прошлому в глаза.       Кален был ещё достаточно далеко, но я была уверенна, что он услышал мои слова. Каждое слово.       Вот только, когда от фигуры отделилась ещё одна, я напряглась, не ожидая, что это всё же подстава.       Мне бы хватило пары секунд, чтобы развернуться и умчаться в темноту ночи и больше никогда не надеяться узнать о прошлом, послушать Рэйчел, не соваться в это, но у меня не было сил отступить назад.       Фигуры остановились возле меня. В темноте было лишь понятно, что они оба в капюшонах, скрывающие их лица напрочь. Это настораживает. Сердце вот-вот выпрыгнет из-за подступающего адреналина, а эти двое молча стоят, как статуи и смотрят на меня. Может быть, это вовсе не Кален? Но откуда тогда он его знает? И кто это рядом? Намного выше, но не сказать, что крупнее.       - Кто вы? - я попыталась придать голосу уверенности, скрывая страх за маской бессердечности.       И тут один из них, кто поменьше ростом, потянулся к своему капюшону и будто отсчитав "три", стянул его вниз.       Лица всё ещё было не разглядеть, да и дождь портил картинку, но вот голос, он почти что не изменился.       - Привет, Мег, давно не виделись.       Кален. Это точно Кален. Голос грубее, чем был, но слышатся эти нотки доброжелательности, какой-то невинности, она в нем осталась.       - Ух ты, - отвечаю я, снимая свой капюшон. - Решил проверить меня на вшивость?       - Скорее на твоё благоразумие.       Я перевела взгляд на его оппонента и кивнула в сторону второго незнакомца.       - А это твой телохранитель? На столько мне не доверяешь?       Кален усмехнулся.       - Думаю, это ты должна мне не доверять, а не наоборот.       - Плевать, - бросила я, морщась от усиливающегося дождя. - Что ты хотел? После стольких лет. После того, как предал и сбежал.       Кален переглянулся с незнакомцем и кивнул тому.       - Я не сбегал, - поясняет он, тяжело выдыхая.       - Конечно, а я не перемещалась в чужое тело, - огрызаюсь, смахивая капли с лица.       - Он не врёт, - звучит женский голос.       - О, ну конечно, - соглашаюсь я. - Какого вообще черта? Кто ты такая? Что вам нужно?       - Чтобы ты выслушала и помогла, - отвечает Кален, также спокойно, без единой эмоции в голосе.       - Да? Как ты помог нам? - посмеиваюсь я.       - Меган, это не игрушки, - вдруг вспыхивает его знакомая и я вижу, как она срывает с себя капюшон. - Ной заставил Калена отступить. Он угрожал жизнями бабушки и дедушки Калена. Ему пришлось уехать, чтобы спасти своих близких.       - Миранда, - в голосе Калена послышались металлические нотки.       - Миранда? - я не верила своим ушам, поэтому подошла ближе. - Черт возьми.       Это действительно была она. Её лицо, её милая улыбка, её уверенный взгляд, когда она не думала обо мне, как о предмете обожания.       - Но... Зачем? Зачем вы...       - Потому что, я хочу попросить у тебя о помощи, - снова повторяет Кален, возвращая своему голосу прежнее спокойствие.       - О какой помощи идёт речь?       Они снова переглядываются.       - Да что за хрень? Вы не показывались пять лет, переехали в другие города или даже страны, когда я пыталась найти хоть кого-то, заблокировали все номера, вычеркнули меня из своей жизни, а теперь, спустя пять лет, рассказываете, что Кален не предатель и им, якобы, манипулировал Ной и хотите попросить меня о помощи? Может быть, вы начнёте с самого начала, мать вашу?!       - Начнём, - кивает Кален. - Найдём сухое место и я всё расскажу. ---       Знаю. Рэйчел бы меня прибила. Она просто задушила бы меня голыми руками, если узнала, где я и главное с кем. Калена и тем более Миранду она совершенно не знала. Так, лишь из обрезков моих слов и не понимая, почему друг так поступил. Но её ответ был самым однозначным, он трус, что не заслуживал моей дружбы. Хотя, я так долго рассказывала ей про то, что Кален очень хороший друг. Не поверила или не захотела, уже не имеет разницы. Ответ я так и не нашла. Все эти годы сидела в собственной ловушке, пытаясь разгадать, почему же друг оставил меня там, спасаясь бегством.       И вот, сейчас я сижу в неприметной кафешке, рядом с заправкой за границей города и заказываю себе травяной чай и сладкий пончик.       - Я слушаю, - когда официантка принимает заказ и отходит от нашего столика, я готовлюсь выслушать парня, что всё это время прятался от меня.       Миранда, конечно же, села рядом с ним. А она осталась такой же красавицей, правда слегка повзрослела. Черты лица заострились, что не было видно в темноте, у неё появились круглые щёчки, казалось, что она поправилась, но совершенно ненамного. А вот бледность кожи и та подросткая мечтательность исчезли. Она словно стала мудрее и жила уже более осознанно.       - Я не мог иначе, - вдруг начал Кален.       Всё такой же блондин, только теперь цвет был каким-то неестественным, может быть, волосы выгорели на солнце или он просто начал краситься, покупая какой-то другой оттенок. В левом ухе появилась серьга, а кусочек правой брови прямо по-середине был выбрит, что смотрелось очень даже неплохо. Лицо разгладилось, он стал выглядеть взрослее и теперь вместо пушка, были настоящие борода и усы, что отлично ему шли.       Они оба изменились и оба жили своей взрослой жизнью. Вот только всё же почему-то вспомнили про меня, вспомнили, только когда им потребовалась помощь.       - Я должен был узнать, что с бабушкой и дедом, - виновато опустив голову, продолжил он. - Отъехал на приличное расстояние от домика в лесу, включил телефон, а там столько смс и звонков от них. И последние сообщения буквально разрывали меня.       Официантка поставила перед нами кружки с дымящимися напитками и, хлопнув надутым пузырем из жвачки, отправилась обратно к стойке для ожидания готовых заказов.       - Им нужна была помощь. Ной приходил к ним и ни раз, угрожал расправой над ними, надо мной, сказал, что они должны знать, где я...       - И они узнали, - скрепя зубами, перебиваю Калена, сжимая ручку кружки так сильно, что кажется, она сейчас расколется от напряжения. - Это ты нас сдал.       - Да, - ответил друг и как побитая собака поднял на меня свои глаза. - Я не знал, когда он появится, но знал, что надо молчать, а после, должен быть быстрее всех, чтобы добраться до машины и забрать своих стариков. Взамен, он обещал не трогать нас. Он бы обещал это всем вам, если...       - Если нам было бы кого терять вне этого дома, - снова перебиваю, и когда чашка начинает трястись, убираю руки под стол. - Он не знал, как давить на остальных.       - Да. Ему нужна была лишь Рэйчел и всё. Если бы мы её отдали...       - Нет, он не оставил бы нас вживых, - остудив грязные мысли, навредить Калену здесь и сейчас, как можно спокойнее выдвигаю свою точку зрения. - Такие никогда не оставят в покое. Ты же знаешь, что он безумен, что помешался на своей гиперопеке и мог сделать что угодно. Именно тебе Рэйчел рассказывала все те ужасы, которые её брат вытворял. Ты это слышал. Слышал, сука. А после того, как он велел ей выпить те таблетки для аборта, на том сроке, который был для неё самым трудным, после того, как пообещал, что расправится с Итаном, если она это не сделает, а если бы не сделала, он бы вырезал его собственными руками. Думаешь, он был благоразумен? Способен нас пощадить?       Я не заметила, как поднялась на ноги и уже нависала над бледным Каленом, который с трудом глотал. В его глазах было сожаление вперемешку с ужасным принятием того, что действительно мог сделать Ной. Каким сумасшедшим он был.       - Меган, пожалуйста... люди смотрят, - шёпотом проговорила Миранда.       - Ты не имел права этого делать, - уже тише высказала я ему. - Из-за тебя они все погибли, их нет. Ты во всём виноват.       - Ты о чём? - влезает Миранда.       Я перевожу взгляд на девушку, которая больше не смеет отводить от меня своих глаз. Нет того стеснения и трепета, что царил вокруг Ран раньше, стоило мне подойти как можно ближе. Она действительно повзрослела. Больше нет той маленькой девочки, что боялась чужого презрения в свою сторону, я чувствую это.       - О том, что они испарились, а это значит только одно.       Я плюхаюсь обратно на диванчик и потираю переносицу, пытаясь развеять напряжение.       - Меган, Фелиция жива, - как-то легко выдаёт Миранда. - Фелиция и Итан.       - Что? - совершенно хрипло слетает с моих губ.       - Они живы и нам нужна твоя помощь.       - Но... я не понимаю...       Миранда взглянула на Калена, который пытался прийти в себя и видно мысленно решив, что мне пора знать, продолжила:       - Фелиция и Итан выбрались, но Ной продолжил охоту за своей сестрой. Он несколько раз узнавал где вы и уже был готов напасть, но каждый раз вы удачно скрывались. А четыре года назад, перед тем, как его удар стал бы решающим, Фелиция нанесла его первым. Она убила Ноя, случайно... так... вышло. И теперь она стала кем-то намного хуже, чем был он. Нам нужна твоя помощь, иначе от неё ничего не останется. И это наш последний шанс.