Право пользования

      Прошло уже минут двадцать. Двадцать минут криков о том, чего я не должна. "Ты останешься". "Ты не уйдёшь". "Ты нужна Прим, а не этой убийце". "Ты просто не можешь". "Не можешь".       Всё это время я видела, как их рот открывался. Оттуда вылетали звуки, тон выше, тон ниже, шепот, будто они действительно волновались, что кто-то может их подслушать. Благо, что они не стали вводить в курс дела Сандру, которая находилась в детской вместе с Прим. Думаю, они слышали крики, знаю, что слышали.       Но меня не волновало то, что говорят Миранда и Рэйчел. Это совершенно не имело значения. Мне казалось, что Фелиция просто не дождется меня. Подумает, что я оставила её, лгала прямо в глаза. И мне нужно было, чтобы она поверила, чтобы просто ждала, ведь когда-то разговор сойдет на нет и я, наконец-то, окажусь в своей комнате из который можно легко выбраться. А там стоит спуститься и оказаться у следующего дома и вот я снова увижу её. Услышу голос, возьму за руку, снова отдам ей своё сердце, которое может залатать лишь она. Быстро же я поменяла свои приоритеты, да? Ненавидела её всем сердцем, особенно, когда узнала, что Фелиция знает, где я нахожусь. Как же я была зла, зла до сих пор, но... не так... не после того, как снова почувствовала толчок в области груди, что запустил очередной механизм, который может сломаться без неё.       - Ты вообще слушаешь нас? - недовольной голос Рэйчел звучит у самого уха.       Следом, она щёлкает пальцами прямо перед моими глазами.       Я поднимаю голову и встречаюсь с негодующим взглядом направленным на меня.       - Чёрт, Меган, какого хера, а?       И вместо ответа она получает улыбку, что застывает на моих губах.       - Это уже не в какие ворота, - продолжает Рэйчел и хватает меня за щёки, а после тянет на себя. - Что с тобой? К чему эта улыбка сумасшедшего? Ты хотя бы слышишь, о чем мы тебе говорим? О какой опасности?       О, я прекрасно это слышала, Рэйчел, просто... мне всё равно. Наверное, именно так должно быть, когда действительно в чем-то уверен. В ком-то. Я просто спала всё это время. Меня никто не тревожил, не считал это нужным. Тогда ещё не пришло время. Так должно было быть. Всё случается не просто так. И наш обмен телами тоже.       - Она не в себе, - заявляет Миранда, тяжело вздыхая.       И, кажется, Рэйчел готова с этим согласиться. Она оставляет мои щёки в покое и мотает головой, погружаясь куда-то в себя.       Я хватаю её за руку, но ничего не могу поделать с дурацкой улыбкой, что снова возникает на моём лице. Если Фелиция меня ждет, если она дождется, я не оставлю её.       - Ты же тоже почувствовала что-то к Итану. Этот шрам, который должен был затянуться, он всё равно остаётся напоминанием. Ты знаешь это не хуже меня.       Лицо Рэйчел меняется. На нём отражается прошлое. Какая-то доля не забытого, но утраченного. Она говорила, что любила Итана всем сердцем, что готова была жизнь за него отдать. Преодолеть, пройти, вычеркнуть, вспомнить, быть счастливой, даже если тяжело, даже если, кто-то хочет прекратить бороться. Я поддерживала её, поддерживала, пока слезы впитывались в подушку, а жить становилось лишь сложнее. И теперь хочу, чтобы она поверила мне, чтобы дала шанс обрести то, что хочется.       - Господи, да Итан в сто раз хуже Фелиции, - кривится Миранда, заостряя внимание лишь на своих ощущениях. - Тем более, в их руках Кален. Что ты хочешь сделать? Поверить ей?       - Ты не можешь точно знать, где Кален, - бросаю я в сторону Миранды. - И даже если это так, даже если он у них, я попрошу освободить его.       - Ты идиотка, - рычит Миранда.       Это бесполезно. Они не хотят меня слышать. Миранда точно не хочет. Но, может быть, Рэйчел поймет меня. Может быть, она всё же встанет на мою сторону, хотя бы раз доверится мне.       - Я всё равно уйду, - обращаюсь я к Рэйчел, которая сжимает мои пальцы. - Она для меня очень дорога. Я должна ей помочь. Она потеряна и она одна. Я должна это сделать. Ты должна меня понять.       - Мамочка?       Я оборачиваюсь назад и вижу маленькую фигурку, что прячется за дверным косяком. Она очень осторожно выглядывает из своего укрытия, но тут же прячется обратно, будто сомневаясь, можно ли встревать в разговор взрослых.       - Малышка, ты почему не спишь?       Рэйчел довольно быстро походит к ней и берет на руки.       Прим надувает щёчки от чего её губки смешно топорщатся.       - А где Сандра?       - Она спит, - отвечает ребенок и начинает играть с пуговицами на кофте Рэйчел. - Гвен уйдёт?       Моё сердце сжимается, когда Прим произносит этот вопрос.       Рэйчел кидает на меня умоляющий взгляд, явно желая, чтобы я сказала, что это не так, что я не уйду. И мне бы хотелось, очень хотелось. Но я не могу обманывать себя. Да и не хочу обманывать их.       Я поднимаюсь на ноги и подхожу к Прим и её маме. Мои руки сами тянутся к ним для объятий. И это самое потрясающее, что только можно чувствовать здесь и сейчас. Маленькая ручка ребенка, которая обнимает тебя за шею и рука Рэйчел, что всё же прижалась к твоей талии.       - Мне нужно уехать, малышка. Я должна помочь одному человеку, который дорог для меня, также, как и ты.       Я вижу, как губа Прим начинает дрожать, а на глазах наворачиваются слезы.       - Ты велнеся?       - А ты думаешь, я могу тебя оставить навсегда?       Прим быстро мотает головой.       - Гвен, пожалуйста.       Я целую Прим в щёчку и тоже самое делаю с Рэйчел, пока она ещё как-то пытается на меня повлиять. Увы, у неё ничего не выйдет.       - Всё будет хорошо. Я вернусь.       Я коротко им улыбаюсь и поднимаюсь наверх по лестнице. Захожу в комнату, беру необходимые вещи и слишком быстро вылезаю из окна, а после спрыгиваю на землю. Не смогу снова посмотреть им в глаза. Только не сейчас. Лучше так, чем задуматься хотя бы на секунду, что я совершила нечто необратимое. Сделала очередную глупость.       Я заворачиваю за угол и останавливаюсь.       Черная тень прямо передо мной. Она не движется. Стоит, опираясь на кирпичный дом. Ждет. Она ждет, засунув руки в карманы и, кажется, даже не дышит. Нет движения, нет даже намека на то, что это живое. Но я-то знаю. Знаю, кто это и чего ждет. Вернее, кого.       Я подхожу ближе, встаю напротив и тень дёргается, отрываясь от стены. Рассматривает меня, словно хочет найти какие-то следы, что помогут отказаться от этой глупой затеи. Предотвратить тотальную ошибку. Но она ничего не найдет. Я уверена, что поступаю правильно. Делаю ещё шаг, вытягиваю руку вперед, ладонью вверх и устремляю твёрдый взгляд на Фелицию. Не дождется, я не уйду.       - Там твоя свобода, - говорит она, изучая моё лицо, словно один неверный взгляд, одна эмоция и она откажет мне. - Там те, кто надеются на тебя... Кален и Миранда вообще не должны были рассказывать тебе, что мы живы. Это было наше условие. Мы договаривались... И всё же... Со мной будет всё хуже. Всё иначе. Я уже не та девчонка, что пыталась убить себя. Ты даже не знаешь, что тебя ждет.       - Да, но я всё равно здесь, - отвечаю, пока на моём лице вновь отражается улыбка. - Им я уже помогла. Они живы, здоровы, в безопасности. И я их очень люблю, правда. Но ты сама появилась, сама пришла к моему дому, думаю, что не просто так. Тебе нужна помощь, а если и не помощь, то поддержка. Я жила эти пять лет без тебя, пыталась. Но стоило тебе появиться... Ты и сама знаешь, в общем-то. Думаю, ты чувствуешь тоже самое. Мы связаны. Не отрицай. Просто возьми мои руку, возьми и не предавай меня больше. Взамен, я снова отдам тебе всё. И мы справимся. Я помогу.       Фелиция опускает взгляд на мою ладонь, прикрывает глаза, обдумывая всё, что я сказала. Она шумно выдыхает, делая какие-то заметки, явно не соглашаясь с моим выбором, но у неё нет права решать за меня, не сегодня.       - Будет больно, будет неприятно, будет жутко.       - Хорошо.       - Ты сумасшедшая.       - Даже если и так.       Я дёргаю рукой, указывая лишь на один единственный вариант.       И она берет меня за руку. Переплетает наши пальцы и крепко сжимает их.       Самое интересное только начинается...