Ай!

Юнги делает кукол. Куколки тряпичные, ничем особо не выделяющиеся на первый взгляд. Кроме того, как их используют. Обычно заказы делают мужчины, но не ново такую вещицу купить и женщине. Нижняя часть неряшливых кукол повторяет то, что прячется под несколькими слоями у обладателей похожей внешности. Куклу можно трахать так, как можно трахать человека, чья вещь заключёна в плюше. Он получал множество восторженных отзывов на свою работу, но надеялся, что она никогда не шла во вред людям. Это лишь предисловие. Один раз он решил сделать куклу соседа по квартире, с которым жил бок о бок. По идее, странно, что они не ебались каждый день, делая вид, что так удобно сливать напряжение в никуда. Но Юнги был слишком стеснительным для таких разговоров, а Намджун казался настоящим асексуалом. По крайней мере, внешне. А ещё Юнги никогда не заставал или ловил его за дрочкой. Юнги взял у него брелочек, который зашил в кукле. Намджун потом несколько дней спрашивал у него, не брал или не видел ли он его. Но Юнги открещивался, потом возвращаясь в комнату и смотря на куклу, повторяющая черты улыбающегося Кима. Глазки-пуговки, темная футболка и большие шорты, всё, как обычно. Даже писька, наверное, сделана по подобию того, что ощущал Юнги. Мин, можно сказать, странный. Делает расклады, занимается какой-то магией. Намджун старается ограничить себя от его воздействия и не поддерживает монолог Юнги, если тот вдруг начал говорить о каких-то случаях из своего хобби.. Хотя ему интересны куклы, находящиеся в его комнате. Они не вызывают ничего, кроме умиления, потому что сделаны достаточно просто и нехитро, но одна кукла привлекает Намджуна гораздо сильнее, чем он мог подумать. Она похожа на Мина. Точнее, на Мина несколько лет назад, когда они только съехались и познакомились. Намджун был тоже глуп и почему-то позволил себе пускать слюни на худого мальчика, в одиночестве заносящего лишь рюкзак с вещами в свою комнату. Он был свободным от любого отяжеления, даже от прошлой жизни, как думал Ким. Их сожительство было ровным и спокойным. Намджун иногда думал о том, как заговорить о чем-то глубоком и далёком с Юнги. Но если он всё сводил к практическому или физическому смыслу, то Юнги возвращался к магическим или судьбоносным мотивам. Сначала это его бесило, а потом.. Потом разговоры были сведены к минимуму. Намджун боялся, что они оказались гораздо более равнодушными друг к другу, но один пьяный разговор объяснил мотивы каждого. - Мои куклы создаются для удовлетворения, а не для каких-то высоких целей. - То есть даже я могу трахнуть твою куклу и ты достигнешь оргазма? - Мм... Мою куклу ты не трахнешь. - Юнги помотал пальчиком в воздухе, ухмыляясь. - Но, ты уловил мысль верно. Это лишь моё небольшое открытие. Можно трахать и быть трахнутым. - А ты почувствуешь, что в тебя проникли? - Конечно. Больше тебе скажу, в зависимости от вкладываемого внутрь, человек привязанный к кукле может чувствовать даже то, как ты держишь его мини-версию. Это всё переведено с заикающегося и булькающего звука, которые они издавали вместо привычных слов. Конечно, Намджун не упустил возможности один раз взять куколку, напоминающую ему Мина и утащить к себе в комнату. Пока Юнги что-то делал на кухне, он, как и положено всем мнимым асексуалам, раздел куклу. - А если он смеётся надо мной и я просто собираюсь трахнуть куклу.. - Намджун останавливается на середине процесса, рассматривая дырку у игрушки. Она интересным образом не привлекает к себе внимания под тканью, но сейчас она кажется очень интересной. - А где член.. Он разговаривает шёпотом сам с собой, понимая, что над ним действительно издеваются. Но что-то ведёт его к тому, чтобы насадить куколку на член. Ким даже пугается вскрика на кухне, но не останавливается на достигнутом, аккуратно притягивая куклу ниже. Движение даётся ему туго и кажется, будто он не должен неряшливо трахать тряпье, но он прикладывает усилия к достижению удовлетворения. - Ого.. Намджун закрывает глаза, его фантазия сама подкидывает видение Юнги и он даже на некоторое время не слышит шорох на кухне. Он действительно чувствует, как его член елозит по неожиданно теплым и влажным стенкам, как они сжимаются вокруг его плоти и заставляют двинуть рукой сильнее к основанию члена. - Ебать.. - он расслабляется на кресле, размеренно двигая рукой с куклой по стояку. Со стороны, наверное, он выглядит смешно, трахающий игрушку и крепко вцепившийся в подлокотник. Он почему-то сильно верит в то, что видит в закрытых глазах. Он хочет начать думать или предпринять попытки остановится, но его хватает лишь встать и уложить куклу на невероятно удачной высоты стол. Он может трахать куклу, мягко прижав её к столу. - Бля-ять.. Отлично.. - Намджуну хочется ускориться, хочется вдавить Юнги в стол, почувствовать, как его бёдра соприкасаются с чужими, как Мин дрожит, марая спермой пол под собой. Но глаза не открываются, пока он толкается в манящую дырочку под собой. Он не так давно чувствовал её узость и то, как она противилась вторжению, но сейчас он может почувствовать, как всё ритмично сжимает его своими стеночками и готовиться к оргазму. Как и он. Он кончает в куклу, его член подёргивается внутри, а он ощущает облегчение. Всё кажется ему лёгким, как и кукла, запачканная изнутри спермой.

***

Юнги как обычно взял на себя ответственность в готовке. Ничего не меняется. Кроме его самоощущения на данный момент. Он чувствует руки на своём теле, на некоторое время всё прекращается. Он встряхивает головой и опирается руками на каменный стол, замирая от того, что делают с его телом невидимые руки. Его дырочка! Его долго никем не тронутая дырочка поддаётся какому-то давлению из ниоткуда, заставляя раскрыться! Точнее, это не "какое-то" давление, а самый настоящий член, проникающий в него. - Ай! - Юнги так и замирает, сжав в руках край столешницы. Он чувствует, как в его влагалище проникает член. Он даже ненадолго забросил дрочку своей голодной дырки, потому что Намджун стал проводить дома намного больше времени, чем обычно. И сейчас, горячая пульсация возбуждённого члена проходилась чуть ли не по всему телу, заставляя лишь съехать на пол и поудобнее поднять задницу, позволяя смазке течь в трусы и шортики. Это приносит необычное удовольствие, из-за которого хочется зажмуриться и замычать от того, как ему хорошо прямо сейчас. Его тело двигается в такт аккуратным и неторопливым толчкам, пока он думает о том, как отомстить Намджуну. Но его мозги плавятся под воздействием такого обращения с куклой и он становится безмозглым, когда плачет от недостаточно быстрого темпа. Его киска сокращается вокруг члена, наполняющего его, и он может фантомно слышать вздохи Намджуна, ощущать его прикосновения к себе, пока его голова начинает побаливать от такого сильного воздействия на своё тело. В любом случае, это ощущается восхитительно. Когда ещё ему выпадет возможность быть трахнутым Намджуном? Всего этого хватает для того, чтобы он залил смазкой промежность, скрытую под тканью. Юнги так и остаётся где-то на кухне, зажмурившись и переживая то, что по сути, сам и породил. В особенности, когда он начинал этим заниматься, он не мог представить, что Ким найдёт в себе силы прикоснуться к тому, о чём у него сложилось не самое приятное впечатление. Никто и никогда не трахал его через куклу. Он бы никому не позволил воспользоваться своим телом через то, что он сделал самостоятельно! Это предназначено не для таких целей! Но ему сейчас тяжело отдышаться, он укладывает голову на сложенные руки и пытаясь прийти в норму. Его колени разъехались и растянутые мышцы около паха слегка саднят, но у него нет сил подтянуть их ближе или окончательно распластаться на полу кухни в грязном беспорядке, учиненном из-за чужого интереса. Когда он уже находится в состоянии, приближенном к нормальному, он слышит шаркающие шаги из глубины комнаты. Он хочет собраться и встать, или, хотя бы подать голос, но слабость во всем теле запрещает ему даже пискнуть. Он смирённо ждёт Намджуна, повернув голову ко входу на кухню. А Намджун всё не появляется. Наверное, он вернул куклу на его законное место и идёт на кухню, из которой в самом начале того, что уже произошло, донесся вскрик. Юнги искренне пытался хотя бы мяукнуть о том, что он всё чувствует, но Намджун буквально нанёс ему удар оргазмом. Хотя, Ким сделал что-то похуже обычного траха куклы. Он дотронулся до ауры Мина. - Ого. - Намджун даже не старается прятать член под футболкой. Он почему-то смотрит на Мина без сожаления, позволяя себе подойти ближе и прикоснуться к Юнги, который лишь слабо двигает телом в другую сторону от Кима. - Н-не трогай.. - но Намджун помогает ему подняться с пола и даже сесть, правда не на стул, а на его же колени. Юнги морщиться от того, что к нему липнет уже порядком охладевшая влажная ткань, а потом смотрит на Намджуна, у которого член покоится на бедре. И нет, он туда не смотрел. От слова "совсем". - Так это правда? - Ты уже проверил. - Юнги отворачивается и вздыхает. Он даже не может поднять руку, в отличие от Намджуна. - Где твой член и куда я тебя трахал? - Мину кажется, что его допрашивают. - У меня нет члена.. - вполголоса произносит Юн, приподнимая бровь. - И не было? - И не было. - То есть у тебя, ну, вагина? - Намджун аккуратно укладывает руку на бедро младшего, наблюдая и прислушиваясь к чужой реакции. - Да. - Юнги всегда представлял этот разговор по другому. В его воспалённых мечтах кто-то другой, узнавая о том, что у Юнги вагина, собирался трахать его до звёзд под веками. В депрессионных мыслях его покидали и оставляли до конца жизни жить в одиночестве и не радоваться счастью других от слова совсем. Но всё сейчас рушит Намджун, сминающий его бедро в своей руке и хищно рассматривающий его. Он точно не видит в своём поступке никакого плохого умысла. Он наверняка хоть сейчас готов продолжить то, что начал в своей комнате. И откуда только у него находятся силы, чтобы продолжить? - Ты взял мою куклу.. - Прости за это. - Ким извиняется, но Юнги чувствует, что он ни капли не сожалеет о содеянном. - Я должен был это сделать раньше, чтобы удовлетворять тебя как можно больше.