Бояшка

Обычное осеннее утро понедельника. Арсений как всегда встал раньше своего парня. Работал Арсений не просто врачом, а главврачом своей частной клиники. Умывшись и почистив зубы, Арсений отправился на кухню, чтобы приготовить завтрак. Медицинское образование не позволяло ему готовить не полезную еду, поэтому он начал варить овсяную кашу. Добавив себе в тарелку ягод и сухофруктов, он с удовольствием съел овсянку и, конечно же, мысленно восхитился своему умению вкусно готовить. Посмотрев на время, Арсений решил, что пора бы уже его парню открыть свои прекрасные глазки, и пошел будить это чудо. Тихонько открыв дверь, он увидел мило спящего и сопящего в подушку Шастуна. Ему так не хотелось поднимать его, но осознание того, что без него Шаст точно проспит школу, взяло вверх, и Арсений подошел к кровати. — Солнышко мое, давай открывай глазки, — гладил по кудрявым волосам Арс, — так весь день проспишь, а тебе так то в школу надо. Из-под одеяла послышался сонный голос Шаста. — Ну Арс, дай еще 5 минут поспать, все равно еще рано. — Нет, Антош, поднимайся давай и шуруй собираться, и ничего не рано, уже пол восьмого утра. Увидев, что на его слова Шаст не обратил никакого внимания, он решил прибегнуть к запрещенному, но очень действенному методу. — Аххахахахах, А-арс, прек-кратиии, — послышалось от Шаста, когда Арсений начал щекотать его везде, где только можно. Поняв, что достаточно помучил своего парня, и убедившись, что он больше не заснет, Арс прекратил. — Все, Антош, мне уже пора на работу, завтрак я оставил на столе, поешь обязательно, а то получишь у меня, приду - проверю, и не опоздай, пожалуйста, в школу, — сказал Арсений и нежно поцеловал Антона в губы. Антон хотел, конечно, еще, но Арс прервал поцелуй и взъерошил волосы. — Арс, ну блин, — недовольно сказал Антон и отвернулся, будто обиделся. — Ну все, не обижайся, мой маленький, приду вечером наобнимаемся и нацелуемся, а сейчас я уже опаздываю, до вечера, Тош, — сказал Арсений и направился к выходу, — и не забудь взять зонтик, на улице дождь, — уже в дверях сказал Арс. — Ладно, пока, Арс, — только и успел сказать Антон и через минуту услышал хлопок двери. Позалипав в телефоне минут 5, он понял, что уже пора собираться, а то и в правду опоздает. Встав с кровати, Антон отправился в ванную. Он подумал, что все-таки надо было пойти в душ вчера вечером, потому что сейчас очень лень. Но решив, что грязным он уж точно не пойдет, быстро помылся. Далее так же быстро почистил зубы и пошел на кухню смотреть, что же приготовил его любимый парень на завтрак. Антон знал, что Арсений всегда старается готовить что-то полезное, но естественно это не нравилось ему, поэтому на этот счет они часто спорили и даже ругались. — Опять блин каша, фу, — со скривившимся лицом сказал Антон. Весь аппетит тут же пропал. И никакие ягоды и уж тем более сухофрукты не исправят отвратительную, по мнению Антона, кашу. Но и выбросить овсянку он не мог, все-таки Арс для него старался. — Ладно, будь что будет, просто буду надеяться, что Арс не сильно будет ругаться, — сказал Антон и оставил кашу на столе, смирившись с вечерней лекцией Арсения о необходимости полезного завтрака и питания в целом. Дойдя до шкафа, Антон начал выбирать, что же ему надеть. Выбор пал на джинсы черного цвета и белую толстовку. — Не, ну а че, белый верх, черный низ, все как надо, завуч не должен докопаться, — довольно сказал и пошел выбирать украшения. Это заняло, конечно, намного больше времени, чем выбор одежды. Вообще, Антон уже очень давно начал носить разные кольца, браслеты и цепи. И Арсений естественно знал об этой страсти его мальчика, поэтому многое из антоновской коллекции было подарено именно Арсением. Все же закончив с выбором, Антон взглянул на время и понял, что уже опаздывает. Он быстро накинул тонкую ветровку, хотя на улице уже близилось к нулю градусов, и на вешалке уже висела теплая куртка, заботливо повешенная туда Арсением, и надел такие же не подходящие к погоде кеды. Чуть было не забыв рюкзак, Антон выбежал в подъезд, а следом и на улицу. — Блять, — громко высказался Антон, ведь увидел дождь и вспомнил о забытом зонтике. Но времени уже возвращаться не было, поэтому он решил, что за десять минут бега до школы ничего страшного не произойдет. Пробежав уже где-то половину пути, Антон нехило так промок и в голове выругался, обвинив свою забывчивость, этот проклятый дождь и осень в целом. Антон добежал до школы за 3 минуты до звонка и с облегчением выдохнул, что успел, ведь у них за этим строго следят. Но радость долго не продлилась, потому что посмотрев на себя, он понял, что вся обувь и одежда у него промокли насквозь. — Сука, что за день сегодня такой, — с раздражением сказал Антон. Но ничего поделать с этим не мог, поэтому пришлось отсиживать все, на минуточку, 8 уроков, в мокрой одежде и обуви. Уроки для Антона тянулись невероятно долго не только потому что было скучно, но и потому, что у него ужасно болела голова. Конечно, был вариант отпроситься домой, но тогда надо было бы идти в медкабинет, что очень не хотелось ятрофобу Антону. А так как других вариантов у него не было, ему пришлось дальше (м)учиться. Когда прозвенел долгожданный звонок с последнего урока, Антон очень обрадовался, так как сейчас он наконец-то пойдет домой. Но дождь так и не прекратился, а только усилился. — Хуже уже не будет, — сказал Антон и не спеша поплелся домой, потому что сил к этому времени уже оставалось совсем не много. Добравшись до дома, Антон на пороге бросил рюкзак, еле как стянул кеды и пошел в комнату, и не переодеваясь, лег на кровать. Он настолько был измотан, что тут же уснул. Арсений пришел ближе к шести часам и удивился, что вещи в прихожей были разбросаны, и что Антон не встречал его, как это было обычно. Помыв руки и переодевшись, Арсений пошел на кухню разобрать пакет с купленными продуктами и увидел нетронутую тарелку с кашей на столе. — Вот же засранец, получит сейчас у меня, — сказал он это с раздражением, потому что его любимый мальчик опять его не послушал и не поел. Закончив с продуктами, Арсений отправился в комнату посмотреть чем же занят Тоша, что даже не встречает его, и намереваясь опять поговорить с ним о его питании. Он зашел в комнату и увидел спящего Антона в уличной одежде. — Даже не переоделся же, — шепотом, но недовольно сказал Арс. Он подошел и сел на кровать рядом с Антоном. — Антош, ну-ка просыпайся давай, — попытался разбудить Арсений. Но он не увидел никакой реакции. — Подъем, Антон! — громко произнес Арс и стянул с него одеяло. — Арс, ну че тебе надо? — еле как хриплым голосом проговорил Антон. Арсений, услышав это, сразу же изменился в лице и напрягся. — Антон, тебе плохо? Что с твоим голосом? — Все с ним нормально! — так же хрипло произнес Антон, отвернувшись от назойливого Арса, и продолжил дальше спать. Арсений, конечно же, не поверил парню и накрыл лоб Антона ладонью и ужаснулся, что лоб был настолько горячим. Немедля Арс нашел градусник и пошел к уже спящему Антону. — Антош, измерь температуру, — пока что ласково сказал Арс, так как знал, что его Тоша не любит лечиться. — Ну, Арс, я не хочу, и, вообще, мне холодно, — возмутился Антон. — Я тебя не спрашиваю, хочешь ты или нет, а если не послушаешься, будем измерять тебе ее ректально, — уже более строго произнес Арсений, потому что с такой температурой нельзя медлить. — Ладно, — недовольно сказал Антон и поставил градусник. Арсений же, предвидя большие числа на градуснике, пошел в ванную за аптечкой готовить жаропонижающий укол. Он думал, как уговорить Антона на такую неприятную процедуру, если парень очень сильно боялся всего медицинского. Но решил сначала попробовать поговорить, а если дело не пойдет, насильно поставить, а уже после пожалеть и успокоить своего мальчика. — Ох, надеюсь до этого не дойдет.. Идя в комнату, Арсений предварительно спрятал шприц в карман толстовки, чтобы не напугать Антона раньше времени. — Тош, давай сюда градусник, — попросил Арс, подойдя к кровати. Антон не хотя дал его. На экране Арсений увидел непозволительные 39.9 и его брови поползи вверх. Он удивился, как при такой температуре Антон еще не в бреду. — Тош, у тебя очень высокая температурка, и, к сожалению, ее не сбить уже таблеточками, — ласково говорит Арс, а Антон уже чувствует что-то неладное, — поэтому давай ты перевернешься на животик, а я быстренько сделаю маленький укольчик, — с надеждой сказал Арс. — НЕЕТ! Я не хочу! Арс, НЕТ! — Антон встал на ноги на кровати под действием адреналина, — это будет больно, пожалуйста, Арс, не надо, прошу тебя, — со страхом и слезами в глазах проговорил Антон. — Тош, послушай меня, сядь, пожалуйста, — усадил его обратно, — такая температура не шутки, ее надо как можно скорее сбить, чтобы тебе стало лучше. И не надо плакать, Антош, я обещаю сделать все максимально аккуратно и безболезненно, — прижимая к себе парня, сказал Арс. — Ну неет, я так не хочу! — Антон попытался сбежать с кровати от такого злого и беспощадного, по мнению Антона, Арсения, но тот вовремя схватил его за руку. — Опа, — посадив к себе на колени Антона сказал Арсений, — куда это мы собрались, а? — От тебя и твоего большого и болючего укола подальше! — отвернувшись сказал Антон. — Тош, укольчик вообще небольшой и неболючий, давай уже поскорее сделаем его и забудем. И мы в любом случае его поставим, сам не ляжешь - я помогу, — уже немного выходя из себя сказал Арсений. Антон решил попробовать еще один способ уберечь себя от укола. Он начал самыми невинными и молящими глазами смотреть на Арса в надежде, что он смилуется. — Антооош, даже не смотри на меня так, укол все равно придется сделать, и как можно скорее, и так уже прошло много времени, — непреклонно сказал Арс. Антон смирился со своей участью, да и откровенно говоря, чувствовал себя он ужасно плохо. — А ты точно не больно сделаешь? — Нет, Тош, ты больше себя запугиваешь, чем есть на самом деле. И Антон наконец-то решился перевернуться на живот. — Приспусти, пожалуйста, одежду. Антон медленно сделал это. Но как только Арсений провел спиртовой салфеткой по ягодице, Антон резко передумал. — Нет, Арс, я передумал, — сказал Антон и хотел было перевернуться, но рука Арсения на спине не позволила это сделать. — Нет уж, Антош, давай уже закончим с этим. Пока Антон слушал, что говорит Арсений, тот еще раз провел салфеткой по коже и резко ввел иглу. — Аййй, больно, прекратии, — не выдержал Антон, и из его глаз полились слезы. — Тош, еще чуть-чуть, расслабься и будет не так больно, — Арсений медленно вводит препарат, чтобы уменьшить боль, а свободной рукой успокаивающе гладит парня по спине. — Ну все, ты уже долго, хватит! — капризно говорит Антон и пытается рукой помешать Арсению. — Антон, — Арсений ловит руку и очень строго произносит, — нельзя мне ручками мешать, это опасно, ну-ка убери их. — Ну всё, всё, Тош, я закончил, — вынимает иглу и прижимает салфеткой. Убирает все лишнее в сторону и возвращает одежду Антона на их законное место. Арсений хотел обнять своего «мученника», но Антон завернулся в одеяло и отвернулся от него. — Ну, Тоош, ты обиделся что ли? — в ответ тишина, — прости меня, я же только хотел помочь, тебе скоро станет легче, — с грустью сказал Арс, ведь его мальчик не разговаривает с ним, и вышел из комнаты. Антон немного подумал и понял, что Арсений действительно ничего такого плохого не сделал, а только помог: ему станóвиться лучше, так как спадает температура. И он решил извиниться перед Арсом, когда тот придет, и с этой мыслью уснул. Через некоторое время Арсений заходит в комнату, чтобы проверить состояние парня. Когда он касается рукой его лба, то облегченно выдыхает, так как чувствует, что температура в норме. Тут Антон открывает глаза и видит Арсения перед собой. — Арсюш, прости меня, пожалуйста, что я не давал тебе поставить укол и обиделся на тебя, я больше так не буду, нууу, как минимум на счет второго, — виновато и быстро сказал Антон, не глядя в глаза. — Тошик мой любимый, все в порядке, я понимаю, что тебе было страшно, и тобой по большей части руководил страх, — ложась к Антону и обнимая его, говорит Арс, — главное, что укол сделан и тебе лучше. — Арс, а ты знаешь, что я очень-очень тебя люблю? — Конечно, мой хороший, и я тебя тоже очень сильно люблю, — говорит Арс это уже в губы Антона. После этого укола температура Антона так высоко не поднималась. Арсений лечил Антона исключительно таблетками и сиропами, но и здесь не без капризов. И через неделю Антон уже здоровый ходил в его «любимую» школу.