Теперь не больно

      Поцелуй становился всё глубже. Итер стал гладить Венти по спине и шее, а тот в свою очередь сложил руки на лице Итера. Оба начали чувствовать тепло и возбуждение. — И... Итер, я хочу сделать это...— глаза барда были закрыты, но это не помешало им вырожать всю нежность. — А вдруг что-то случится? Вдруг, ты начнёшь рожать?— Итер очень аккуратно провёл рукой по плечу Венти.— Я не переживу, если с тобой что-то произойдёт. —Не надо так волноваться. Я – Архонт. Со мной всё будет хорошо...— Венти говорил правду. Что бы не случилось, он будет в порядке.— Обещаю тебе... пожалуйста...       Итер вёл сам с собой мысленный спор. С одной стороны, он хотел сделать своему милому приятно. А с другой — он бы не хотел сделать ему больно. Но, если это поможет Венти почувствовать себя лучше, он сделает это. — Хорошо. Всё, что пожелаешь.       Итер стал на колени над бардом, одно колено был на уровне спины, а другое чуть ниже живота. Венти лежал под ним на боку. Одна его косичка была скрыта, а другая собой накрывала маленькое ухо. Итер аккуратно переместил верхнее и прильнул языком к уху. Подобное он уже делал, но Венти каждый раз реагировал как впервые. А язык тем временем обводил рельефы раковины, проходился по каждому изгибу, оставляя блестящую жидкость после себя, дыхание было очень тёплым и громким. По одной их руки переплелись пальцами, а свободные изучали тела друг друга. Венти хотелось поскорее получить разрядку, поэтому его свободная рука легла на пах Итера и немного напряглась. А путешественник в свою очередь незамедлительно отреагировал, издавая сдавленный стон. А так как он в этот момент ласкал ухо, Венти это ещё сильнее возбудило. —Иитееер... хааа...— Венти было уже тяжело сдерживаться, он хотел скорее кончить.       Итер полностью понимал желание своего малыша. Понемногу он начал опускаться от уха до сосков. На них он задержался. Нежные розовые бусинки так и манили. Очень хотел истязать их и сразу после зализать. Язык обводил его, давил, а зубами Итер слабенько покусывал. Губы опускались всё ниже и ниже, оставляя за собой краснеющие пятна. Венти хотел перевернуться на спину, но резкая колющая боль не позволила. Бард звонко крикнул и схватился за живот, скручиваясь в позу эмбриона. — Венти!?— Итер сразу забыл о всём и наклонился к нему.— Что такое? Где болит, милый? —*Всхлип* Ит-итер *шмыг*, живот... живот боли-болиит...— из глаз хлынули слёзы, весь предыдущий настрой пропал. Теперь его мучает боль. — Всё-всё-всё-всё, чшшшш...— Итер лёг перед Венти и, немного приподняв, обнял за плечи, прижимая лбом к грудной клетке.— Всё пройдёт, не волнуйся. Дыши, медленно. Сейчас всё пройдёт, всё пройдёт. Не бойся, любовь моя.       Боль понемногу утихала. Благодаря поддержке Итера становилось лучше. Будто сама душа согревалась и все раны заживали. Венти лежал и слушал сердцебиение. Было так приятно чувствовать поглаживания по ноющей спине. Казалось, что их сердца бьются воедино, сливаясь в одну красивую мелодию. — Итер...— Венти немного вытянул шею, чтобы кончиком носа коснуться подбородка путешественника.— Я... я хочу продолжить, пожалуйста. — Но я переживаю. Я боюсь за тебя. Тебе стало больно от одного только движения,— теперь Итер не настроен на секс, сейчас он переживает за жизнь и состояние любимого. — Прошу. Мне это надо. Я... я постараюсь не двигаться. Ну-ну... ну по-пожалуйста,— брови сложились с домик, нижняя губа поджалась и задрожала, а глаза намокли.       Итеру не оставалось ничего, кроме смирения. Он готов на всё ради него. И даже на это. Венти опять попытался встать, но сейчас Итер не позволил ему. Снова встав над ним, он решил не медлить, а приступить сразу к десерту. Немного смочив пальцы слюной, а после и дырочку, Итер приставил головку ко входу. На удивление, для самого Итера, она входила легко. Но Венти знал, в чем причина. Ведь Двалин совсем недавно со всей жестокостью вбивался в проход, который, как казалось Венти, уже никогда не заживёт и навсегда останется порванным. Пока внутри была только головка. Итер старался входить как можно медленнее, параллельно с этим наблюдая за реакцией лежащего. А вот Венти это доставляло удовольствие. Он снова может почувствовать нежность, аккуратность, ласку и заботу. В голове всплыл уговор о том, что это последняя кладка. Когда член медленно вошёл полностью, Венти запрокинул голову и закатил глаза, издавая протяжный и высокий стон. Стенки неимоверно мягко обволакивали половой орган.       Сейчас Итер начнёт двигаться. Он медленно выходит и также медленно входит, стараясь не приаодить в движение тело, лежащее под ним. Про себя он думал, что если Венти не сможет кончить от этого, то он отсосёт ему. Тем более это был любимый процесс для обоих.       Живот стал двигаться в такт движениям Итера. Чтобы снова не испытать ту боль, Венти придерживал его руками. А позже и путешественник положил свою ладонь на округление на теле суженного. Постепенно Итер стал приближаться к оргазму, но бард его опередил, кончив с громкими стонами и возглосами о любви. — Я, хах, я сейчас тоже... Я люблю тебя, люблю, люблю, Венти!— и последний толчок завершил всё действо.       Итер ещё немного побыл в нём, прежде чем выйти. А когда дырочка оказалась свободной, оттуда потекла струйка спермы. Итер лёг лицом к Венти и обнял его, как обнимал до этого. Теперь их сердца стучали быстрее, оба тяжело дышали, оба были удовлетворены. —Я надеюсь, что следующий, кого я выношу, будет нашим ребёнком,— после этой фразы, Венти с улыбкой на лице уснул в объятьях.       Итер накрыл его одеялом, всё также прижимая к себе. От Венти так сладко пахло, от этого запаха хотелось забыть обо всём и впасть в спячку, в которой его будет сопровождать этот приятнейший аромат и в которой он всё время будет прижимать к себе это маленькое беззащитное тело.

***

—...и... Итер... Итер! Проснись, пожалуйста, проснись!— Венти всеми оставшимися силами пытался разбудить Итера, хватая его за плечо. — В чём дело? Что такое?— с просонья путешественник совсем не понимал, что происходит, но слёзы на лице Венти сразу же привели его разум и мысли в чёткость. — Началось. Роды. ААА!— Венти снова скрутило, как тогда. Только сейчас боль была намного невыносимее. — Да. Да. Сейчас,— Итер с лёгкостью подхватил маленькое тело, что так мучалось, и понёс в привычное для откладывания яиц место. Весь этот небольшой путь тело бедняжки пробивали судороги. Он то и дело дёргался от новой порции боли, которая проходила не так быстро, как начиналась.       Положив Венти спиной на подготовленную заранее ткань, Итер отошёл за нужными вещами: флакончик с маслом, вода, полотенце. Резкие крики каждый раз заставляли Итера поторопиться. Вот теперь всё готово. Осталось только самое трудное. — И... *всхлип* Итер! Помоги, пожалуйста... пожалуйста... мне так страшно... Ааа!— новая схватка заставила Итера сильно нервничать. Он совершенно растерялся, а когда увидел страдания на личике своего солнышка так и вовсе запаниковал. —Что мне нужно сделать? Как помочь?— чтобы хоть немного успокоить Венти, Итер взял одной рукой за руку, а другой гладил по волосам. —Масло...Масло... размаж там. Быстрее. Ыыгх!!!— яйца начинали приближаться к выходу, раздирая в кровь стенки. — Больно!!! Аааа!!!— Венти уже рыдал во весь голос. Печать показалась на животе и стала светиться.       Как можно скорее флакончик был открыт, а его содержимое вылито на дырочку. Итер понял, что его надо растянуть. Засунув два пальца, он принялся двигать ими, как ножницами. Начала вытекать кровь. Это напугало Итера, но он понимал, что нужно продолжать. Потом он добавил третий палец. К этому времени крови стало ещё больше. Каждый крик Венти резал душу. Каждая его слеза причиняла неменьшую боль. Итер жалел, что не мог бы ускорить это всё. Или хотя бы не позволить изначально Венти пойти на такое. — Итер... ааагх... первое яйцо... я боюсь... Итеер...— Венти стал переживать, ведь он не знал, действительно ли он будет в порядке после этого. Ведь сон – это одно, а явь – другое.       Итеру было трудно концентрировать внимание и на растяжке, и на Венти. Свободная рука стала поглаживать живот в надежде ослабить боль. Пальцы внутри стали ощущать какую-то преграду. Она была большой, с какой-то острой поверхностью. От этого Итер волновался ещё больше. Он даже не мог представить, какую боль Венти испытывет от этого. Вот первое яйцо подошло к выходу. Смазанная дырочка лишь немного облегчала весь процесс, но боль она убрать не могла. Показалась часть выходящего объекта. Даже она была заметно большой, не говоря уже о самом яйце. Стенки стали растягиваться сильнее. Крик стал громче. — Напрягись. Давай, милый, давай,— Итер старался поддержать его, если не действиями, то хотя бы словами.       Так Венти и сделал. Это ускорило выход яйца. И вскоре оно выкатило, в след за ним потекла кровь в перемешку с какой-то жидкостью тёмно-прозрачного цвета. Подобное зрелище напугало Итера. Теперь он переживает, что бард может погибнуть от этого. — Венти! Венти, что делать? Крови много. Я боюсь за тебя. Сколько всего яиц, ты знаешь? — Т-трии... И *всхлип* Итер, прошу т-тебя, не оставляй меня,— тонкие ладони стали тянуться к Итеру, а он тут же приблизился к ним, позволив Венти прильнуть к себе.        Итер встал на колени сбоку от лежащего. Он немного поднял тело и положил его себе на колени, а потом и обнял, стараясь прижать к себе как можно больше площади. Его маленькое счастье со всей силы обняло Итера. Тонкие ручки переплелись за спиной, а нос шмыгал около шеи. Следующая схватка. Крик. Одна рука Итера лежала на спине барда, пока другая продолжала гладить живот. — Я тебя не оставлю, не бойся. Я не уйду,— голос звучал так спокойно и одновременно так решительно. Успокоение стало водой разливаться по венам Венти.— Ты только постарайся. Всё кончится. Обещаю, милый.       Всё оставшееся время Итер провёл так, обнимая свою маленькую нотку. А Венти продолжал тужиться. Кровь ручейками выливалась и тут же впитывалась уже красной тканью. Такое большое количество пугало до дрожи. Было жутко представить, каково сейчас было барду. Он одновременно чувствовал и резкую боль от буквально разрезающих изнутри объектов, и невероятную слабость от потери крови. Венти тяжело дышал, его глаза закрыты, с него ручьями стекал пот. Итер потянулся за стаканом воды. Венти почувствовал около губ стекло и открыл их, а почувствовав мягкую прохладу, принялся с жадностью поглощать расслабляющую жидкость. Итера это картина возбуждала: капли воды стекают по подбородку, Венти так тяжело дышит, из глаз текут слёзы, он весь дрожит. Так хотелось застать его таким в постели , а не при таких обстоятельствах. Вышло второе яйцо. За ним уже известная смесь крови и той самой жидкости. Живот стал понемногу уменьшаться. Между каждым яйцом Венти мог сделать небольшой перерыв. — Итер, я потом сразу усну. Пожалуйста, позаботься обо мне, прошу,— в голосе слышалась явная усталость, а глаза, красные от слёз, слипались. — Да , конечно, милый. Не бойся, я буду рядом,— чтобы придать ему спокойствия, Итер стал целовать и гладить его по волосам. Его пальцы скользили в мягких прядках приятного аромата и цвета.       Но впереди последнее яйцо. После двух предшествующих оно выходило проще. Теперь боль была только внутри. Снаружи дырочка была уже истерзана. За ней явно потребуется ухаживать долгое время. Нужно придумать, чем и как. И вот, наконец, всё закончилось. Вся кладка из трёх яиц лежала в стороне, подальше от измученного мальчика. Итер убирал каждое из них, чтобы Венти не видел того, что выдел путешественник. — Вот всё и закончилось. Венти, ты такой молодец, такой замечательный, ты справился,— теперь и Итер мог вздохнуть с облегчением. Всё закончилось для них двоих. — Так рад... Я так рад, Итер... Я так люблю тебя...— как Венти и сказал, он сразу же уснул прямо на руках.       Смотреть на него спящего было сплошным удовольствием. Он так мирно посапывал, а иногда вздыхал. Взяв полотенце, лежащее рядом, Итер принялся аккуратно протирать тело малыша. Сперва он вытер слёзы, сопли, слюну и пот с лица. А затем стал мягкими движениями вытирать всё тело. Страшно было прикасаться к дырочке. Она выглядела весьма болезненно: вся кожа красная, раздражение, кровавые трещинки и оттуда всё ещё иногда вырывалась кровь с жидкостью. А когда Венти наконец был чист, Итер взял его на руки и понёс на кровать. Уже там он после того, как положил малыша, подстелил ещё одно полотенце. А после и сам лёг рядом, со всей нежностью прижимая своего маленького к себе. Вот только он не смог уснуть, он всё время думал, что было бы не плохо, если бы он мог подлечить Венти. Поэтому утром он собрался купить целебных трав, лечебную мазь или крем и ещё что-нибудь вкусное и полезное. Да. Он так и сделает. А пока он будет обнимать его и шептать ну ушко самые приятные слова.: — Моё солнышко. Моя нотка. Я так сильно тебя люблю. Ты большой молодец, любовь моя. Ты такой замечательный, Венти. Я люблю тебя. Я тебя ни за что не оставлю и не обижу, обещаю,— все эти слова сопровождали приятные поглаживания по всему телу. И говорил он их ещё очень долго. Итер так надеялся, что всё это Венти слышит.       Итер ещё долго не мог заснуть. То он любовался Венти, то ему мешали какие-то звуки, доносящиеся из комнаты с яйцами, то Венти иногда издавал тревожные звуки, то Итер проверял полотенце, температуру и дыхание малыша. И так, до восхода солнца, он смог поспать всего пару часов. Сразу же он отправился в храм Барбадоса за лекарствами. Барбары в это время не было, поэтому у Итера получилось избежать ненужных вопросов и сэкономить время. А потом он направился в "Хороший охотник" за едой. Там он заказал только полезные и питательные блюда. А когда их приготовили, Итер поспешил домой. Там его ждала грустная картина: его малыш проснулся и плачет, проговаривая имя "Итер". — Венти ! Что такое? Не плачь, я здесь, я никуда не ушёл, я ходил за лекарством и едой для тебя,— но Венти ничего не ответил, он лишь сильно-сильно обнял Итера, не желая больше отпускать. — Я-я испугался... Я подумал,что ты оставил меня здесь, одного, безспомощного, — уже во второй раз Итер наблюдает горькие слёзы на личике своего любимого. Ему самому стало так грустно. — Я бы тебя не оставил. Что ты такое говоришь? Милый...— поцелуй немного успокоил его, но волнение всё ещё присутствовало.— Я же говорил, что буду рядом. Я только отошёл за лекарствами и едой. Нууу... солнышко,— Итер тихонько взял подбород Венти и поднял, потянувшись за поцелуем. И только сейчас в душе Венти воцарилось спокойствие. Он позволил себе полностью отдаться в столь сильную любовь Итера.— Ии... мы не будем делать это. — Ну, я же в порядке, всё хорошо. — Нет, тебя надо подлечить. Я займусь этим,— Итер взял баночку с травяной мазью, от неё исходил сильный аромат трав.— Повернись, пожалуйста.       Венти встал на колени и подставил зад. Выглядел он жутко: вся дырочка была красной и опухшей, было много красных полос, говоривших о ранах. Итер зачерпнул немного мази и принялся аккуратными движениями размазывать вокруг. Надо было помазать ещё внутри. И, зачерпнув ещё чуть-чуть, он проник одним пальцем внутрь и медленно прикрутил, размазывая лекарство. От этого проникновения член Венти стал наливаться кровью, а вскоре стоял колом. Итер заметил это, он подумал, что, если нельзя проникать в него, можно сделать приятно другим образом. Когда всё было сделано, Итер медленно повернул Венти на спину. — Ты же не против, да?— Итер стал опускаться к паховой области. — Да...пожалуйста, — Венти сглотнул, ему хотелось поскорее забыть произошедшее ночью.       Медленными движениями вверх и вниз Итер провёл языком вдоль. Член дёрнулся, а Венти издал небольшой стон. Язык проходился по крайней плоти, постепенно поднимаясь выше. Дойдя до головки, он стал круговыми движениями обводить её. Показалась капля преэакуляра — Итер сразу слизал её. Сейчас головка была полностью во рту. Венти уже не мог терпеть, он был слаб к подобному. Его руки судорожно сжымали ткань под ним. Он слабенько толкался тазом вперёд, желая кончить. И когда Итер полностью заглотил член, наступила желанная разрядка. С громкими звуками Венти расслабился, позволяя себе спокойно дышать. Итер ещё немного подержал его во рту, поглощая всё до последней капли. Скоро он выпустил член, который начал становиться мягче, и лёг рядом с Венти. — Я люблю тебя, Венти, — Итер прижал к себе расслабленное тело, пытаясь передать ему чувство безопасности и спокойствие. — И я... Люблю тебя,— Венти полностью расслабился, позволяя прижать себя сильнее. Теперь всё точно было в прошлом. Двалин больше не придёт, а Итер всегда будет рядом.—Я надеюсь, что в следующий раз буду рожать нашего с тобой ребёнка.       Наконец воцарилось спокойствие. Они оба любили друг друга и готовы были пойти на всё ради их счастья.

***

      Прошло пару лет. Двалин больше не приходил, как и сказал Венти. Все раны на теле Венти затянулсь, даже те, что были в душе. Жизнь полностью изменилась. Страшные сны больше не посещали барда, он перестал плакать от горя. Если он и плакал, то только от счастья. А Итер старался во всём его поддержать, помогая забыть прошлое. Венти больше не испытывал боли. Теперь ему не больно.