Как в фанфиках

— Итак… вынужден сообщить, что лучший доклад выбрать невозможно. У студентов Ли Минхо и Хван Хёнджина одинаково лучшие работы. Спасибо вам за ваши старания. Оба вы получаете автомат по моей дисциплине и можете быть освобождены от первой и крайней лекций в оставшемся месяце. Но новости никто не рад. Большая часть студентов молча завидуют. Узкий круг друзей старается быть тише воды и ниже травы, потому что знают, что Ли Минхо и Хван Хёнджин остаются максимально недовольны показателями. Не должно быть так, чтобы они были равны. Кто-то должен быть лучше. Минхо с нескрываемой злостью смотрит на Хвана, а Хёнджин устало закатывает глаза и осторожно показывает средний палец в направлении Ли, скрываясь за спиной Сынмина, который уже пишет Чонину с просьбой остаться на ночевку у них. И Ян разрешает, сочувствуя, как он вообще уживается с этими ненормальными. Казалось, что знакомы они еще со школы. Но на самом деле все они встретились в группе перед первым курсом, когда их пригласили для ознакомления. Сошлась их компания сама по себе, но вот одна пара в принципе не уживалась в одном здании никак. И Хёнджин и Минхо старались быть лучше друг друга, порой доходя до края. Внешность, увлечения, учеба. Абсолютно все учитывалось. Каждый день они совершенстовались и становились лучшими, но превзойти друг друга не могли. Постепенно остальные тоже привыкли к их вечным конфликтам, но смириться было тяжело, особенно для друзей. Если где-то участвовал кто-то из них, значит присоединялся и второй. А если их двое — это война двоих и можно отзывать свою заявку и не тратить попусту силы. Порой это и злило других, но со временем все вновь возвращалось к безразличию. Сейчас они уже на 4 курсе. Было много новичков, которые думали, что они могут превзойти легендарный дуэт, но все их мечты были тщетны. — Чего не ешь? — Тихо спрашивает Чан в столовой, когда замечает, что Хван почти не трогает еду. — Нас отправили представлять универ на докладе. Хочу сбросить немного, чтобы выглядеть лучше на фоне… Хёнджин специально не договаривает, а после пар Минхо выкладывает фото из спортивного зала. Первыми их замечает Джисон, а Феликс заходит на страницу Хёнджина, который выкладывает конспекты. Почерк идеально ровный и красивый. Ли сделает тоже, когда вернется домой. — Мне они уже надоели, правда. — Говорит Чанбин, отключая телефон. — Их вражда уже выходит за рамки. Что же они будут делать после выпуска? — Либо разойдутся каждый по своему пути, найдут новых «жертв» и будут вечно стараться быть лучшими, пока не найдут свои половинки и поймут, что все это глупости. И, наконец, начнут жить нормально… — Сынмин задумывается, ведь он живет с ними в одной комнате и знает их чуть больше. — Ну или же продолжат следить друг за другом в соцсетях и будут стараться превзойти друг друга, пока случайно не встретятся где-то и не потрахаются. — Хватит писать свои фанфики! — Шутливо просит Чонин, зажмуриваясь. — Погодите… — Чанбин вдруг останавливатся, заставляя и остальных встать на месте. — Фанфики! — Чего? — А что если закрыть их в одной из аудиторий? Я читал об этом в фанфике Сынмина. Ким мгновенно краснеет и громко вздыхает. — Ну, во-первых, я пишу по китайским геям. А во-вторых… в моей работе они нравились друг другу. А если их там закрыть… боюсь, они убьют друг друга. — А если дать им идею? Например, сказать Минхо, что один первокурсник сказал, что Хёнджин трахается лучше всех? — Чтобы он всех первокурсников перетрахал? — Скептически подмечает Чан. Но идея заходит всем. — О, а если соврать? Намеренно. Например, максимально естественно подойти и сказать, например, тому же Минхо, что Хёнджин хочет быть сверху. — Предлагает Джисон, когда они уже продолжают идти вперед. — Тогда больше вероятность, что они просто подерутся. А потом будут выяснять, кто лучше дерется. И не забывайте, что Минхо ходит в зал, — говорит Феликс, смотря перед собой. — Но все же… не сверху, а, например… что он просто давно хочет с ним переспать? Мол, вы достали драться, может, переспите уже? А если Хёнджин начнет все отрицать, а он начнет, это будет выглядеть просто как оправдание. — Я не могу поверить, что мы всерьез это обсуждаем. — Чонин закатывает глаза, вызывая улыбку на лицах чуть менее заинтересованных. Роль «самого уставшего» от их вечных конфликтов достается Чанбину. Тот как раз сидит ближе всех к Ли на парах. И будто специально подворачивается идеальный момент, когда Со замечает, как его друг скрупулезно пролистывает ленту новостей своего врага, изучая малейшие изменения. — Змея. Его талия действительно стала стройнее. — Боже, опять? Да просто поцелуйтесь уже. Минхо выключает телефон и переводит немного испуганное лицо на Бина. Никогда им еще такого не желали, хотя оба слышали, что некоторые пускают про них слухи об отношениях и постельных сценах. — О чем ты? — Серьезно! Вы сами-то еще не устали? Вчера Хёнджин сам сказал мне, что хотел бы с тобой переспать. Причем говорил серьёзно. Да и ты выглядишь, будто влюблен в него. Просто поцелуйтесь уже и все. Минхо отворачивается на преподавателя и бледнеет. Хван совсем дурак? Или дурак тут только он, раз не замечает чего-то, кроме их вражды? После пары нужно будет поговорить с Хваном об этом. Но пока все складывается странным образом идеально. Одногруппники разом покидают аудиторию. Преподаватель тоже уходит, оставляя ключи Чану. Друзья по одному уходят, а Минхо от волнения случайно роняет на пол пенал с карандашами. Они раскатываются по полу и даже попадают под ноги к еще не ушедшему Хёнджину. — Парни, быстрее! —Зовет Чан, но явно не для Хёнджина и Минхо. Хван закатывает глаза и помогает ему, а когда оба скрываются под партой, Феликс выбегает как можно быстрее, и Чан запирает дверь на ключ. Почти закончившие Минхо и Хёнджин разом поднимаются и застывают на месте, отчетливо слушая поворачивающийся дверной замок. Это ведь не может быть случайностью? — Больные… Хенджин бросает сумку и набирает номер Чана, но линия оказывается занята. Минхо тоже пишет в общую беседу с просьбой, чтобы их выпустили. Сообщение замечают не сразу. Но пока друзья идут, есть возможность поговорить. — Я тебе нравлюсь? — В лоб решает спросить Ли, пристально смотря на реакцию друга. — С чего ты взял? — с усмешкой говорит Хёнджин, и Минхо внезапно вспоминает про лекцию из психологии о защитной реакции организма. — Почему ты тогда обсуждал меня с нашими друзьями? — Сдался ты мне. — Сдаваться буду не я. Серьезно, хочешь переспать со мной? — Нет конечно! Что на тебя нашло? Хёнджин смотрит на него, но Ли даже выглядит неадекватно. Он подходит еще ближе, заставляя его отступать назад, пока ягодицы не упираются в твердую поверхность парты. Чтобы не выглядеть уж очень глупо, Хван садится на парту, но Ли продолжает наступать, смотря только в его глаза, как ориентир. Это выглядит пугающе, особенно когда обе его ладони ложатся по обе стороны от его бедер. Оба начинают тяжело дышать из-за появившегося напряжения, но что делать дальше, они не знают. — Расслабься. Я тоже хочу. — Чт… Ли был чуть ниже ростом. В их положении приходилось действовать с грубостью. Поэтому Хо тянет его за одно бедро к себе, заставляя лечь спиной на парту. Хёнджин успевает только пискнуть, как его затыкают жадным поцелуем. Обоим в раз становится жарко, и отталкивать его Хёнджину не хочется. Отвечает Хван почти сразу же, весь сжимаясь изнутри. Ему внезапно начинает нравится такой Минхо. Но за дверью слышатся шаги, и Хо нехотя отстраняется первым. — Не сбегай. Пошли в комнату. Хёнджин кивает, как болванчик. Его слова даже не просьба. Приказ. Хёнджин быстро поднимается с парты и поднимает сумку, поправляя по пути волосы. Минхо тоже поднимает свои вещи, и оба идут к выходу. Но это оказываются не их друзья. Кто-то просто прошел мимо. Хёнджин тихо стонет, а Минхо резко возвращает к нему хищное внимание. Проходит всего секунда, и Хван вновь оказывается прижат к стене. История повторяется. Хёнджин успевает лишь тихо простонать, как его вновь затыкают настойчивым поцелуем, только теперь он отвечает сразу же. Руки Ли охотно ложатся на чужую змеино-тонкую талию, сжимая и притягивая к себе, чтобы не было ни миллиметра свободного места. А Хёнджин плавится от чужого контроля и пока сам не понимает, почему вообще продолжает делать это. Его руки непроизвольно ползут вверх, пока пальцы скрываются в чужих волосах. Минхо же ползет вниз, грубо сжимая ягодицы. Вновь раздаются шаги, но в этот раз они лишь перестают кусать губы друг друга, смотря на дверь. В этот раз замок проворачивается, и оба отпрыгивают друг от друга, как ошпаренные. Перед тем, как дверь открылась, Ли успевает пристально посмотреть на Хвана и демонстративно облизать губы, выходя первым. — Простите, я… — Чан стоит с абсолютно спокойным видом, но его и не слушают. Когда и Хёнджин выходит, Чан закрывает дверь и смотрит на их спины. «Ну как там?» «Кажется, сработало. Но они побежали куда-то» «Они в общаге. Я только что их видел. Побежали в свою комнату» «Выпьем за их перемирие?» Дверь в комнату запиралась, и Хёнджин проверил это на два раза. Около своей кровати его уже ждал Минхо, смотря неотрывно. Стало даже страшновато подходить к нему, ведь он понимал, куда все катится. Но ноги вели его сами, под руководством любопытства. Как только Хёнджин пересек опасную черту, Минхо схватил его за руку, притягивая к себе и бросая на кровать. В этот раз его стоны никто не заглушал, потому что Минхо сразу перешел на его шею и поцелуями-укусами. Хёнджин привык к спонтанному сексу. Но идти в общагу и осознавать, что его сейчас трахнет его друг, было слишком смущающе. И даже сейчас Ли наслаждался прелюдиями, а Хван в мыслях умирал от неловкости момента. От одежды они освобождались постепенно. Хёнджин лежал на чужой постели, с утонченной фигурой и даже широкие плечи его не спасали. Минхо же нависал, как гора мускулов. Он весь казался таким большим, что всякие попытки сбежать, особенно сейчас, не представлялись возможными. Пока Хо открывал смазку и разогревал ее пальцами, Хенджин позволил себе рассмотреть его. Хоть щеки мгновенно покраснели, но глаза упрямо зацепились за чужой член. Он будто был высечен из камня. Стоял прямо и аккуратно. Красивый, немного толстоват, и длина хорошая. Хёнджин сглатывает, пока в его поле зрения не появляются пальцы в смазке, нагло проникающие в него. Хёнджина выгибает дугой. Минхо какой-то слишком опытный и смелый. Он точно двигает пальцами, растягивая мышцы во все стороны, при этом не сводя с него голодного взгляда. Губы мгновенно пересыхают, и кончик языка постоянно выглядывает меж губ, отчего Минхо с рыком ложится сверху и вновь целует. Хёнджин не сдерживает себя и скулит даже сквозь поцелуй, потому что пальцы внутри движутся с той же скоростью, а он же теперь не может свободно вращаться. — Да хватит уже… Что ты там найти хочешь? Минхо тихо смеется, плавно вытаскивая пальцы, но грудью продолжает прижимать Хвана к кровати, будто тот может сбежать. Дыхания нет ни у кого, и оба мелко дрожат от перенапряжения. Ли, наконец, приставляет головку ко входу, а после вводит резким движением и громко выдыхает, пока Хёнджин под ним еще громче стонет. Рано. Рано Хван отказался от растяжки. Кажется, все его мышцы внутри приняли очертание члена Ли, а тот и не собирался долго ждать. Самостоятельно насладившись этими ощущениями, Хо лишь сильнее зажмурил глаза от узости и стал толкаться внутрь. Хёнджину же не оставалось ничего, кроме как шире развести ноги и откинуть голову назад. Минхо почти не отстранялся от него, втрахивая в свою кровать. Хёнджин же при каждой возможности извивался в стороны, но Ли терпеливо возвращал его на место. Было слишком хорошо от этих ощущений, но длилось все как-то долго. Хёнджин приоткрывает глаза и видит над собой серьезного Ли, который толкается, как машина без тормозов. Он смотрит на его тело, жадно скользя взглядом то вверх, то вниз, а после сталкивается с его взглядом. Это оказалось еще жарче. Хёнджин никогда не смотрел в глаза того, кто брал его, а это был еще и Минхо. Он тяжело сглатывает и чувствует, как низ живота резко скручивает и собственный член начинает сокращаться, извергая сперму. Минхо тоже стонет, потому что Хван зажимает его внутри слишком сильно, но это не останавливает и его тоже. Первым прекращает Хёнджин, чувствуя на себе тяжесть тела Ли и как его сперма еще продолжает капать в него. Он немного отодвигается к краю, позволяя тому лечь рядом. Несколько минут прошли в тишине, но спать не хотелось, несмотря на усталость. — Почему мы раньше так не делали? — Наконец спрашивает Ли, все же прикрывая глаза. — А почему вообще начали? — Ты ведь хотел. — Кто тебе сказал об этом? — Чанбин. Хёнджин молчит, заставляя Минхо открыть глаза и зайти в общий чат. Благо остальные будто забыли, что они тоже там есть, и преспокойно обсуждали то, что надо было еще раньше подтолкнуть их к этому шагу. Становится как-то неловко, но Минхо не знает, стоит ли ему извиняться. В конце концов, если бы он действительно был против, ничего бы не случилось.

***

— Итак, ребята, — Говорит преподаватель, открывая тетрадь. — Стартует новый конкурс. Мне нужен один доброволец из группы. Минхо и Хенджин встают одновременно, а после смотрят друг на друга недовольно. — О, ну как всегда. Тогда приготовьте по работе, а лучший пойдет на конкурс. Чанбин удивленно смотрит на Сынмина, пока тот сдерживает смех. Чан же прикрывает глаза рукой.