Моя заклятая любовь

После той ночи Джимин и Минджон действительно потеплели друг к другу. Их отношения нельзя было назвать дружбой, но общаться им стало гораздо легче. Ким все чаще вступала в диалог с Ю, а та, в свою очередь, не менее увлеченно отвечала ей. – Я смотрю, у тебя с Минджон все неплохо, – сказала Эри после нескольких дней наблюдения за подругой и ее возлюбленной. – Так уж заметно? А вообще, да, похоже она стала лучше ко мне относиться. – Есть идеи того, что могло стать причиной? – Мы просто поговорили. Без оскорблений и агрессии. – Не думала, что вы так умеете. Джимин цокнула, но мысленно согласилась со словами Эри. Она и не подозревала, что в один день они с Минджон вновь смогут общаться как хорошие знакомые, а, может, даже почти подруги. От этого осознания в ее животе просыпались бабочки, как и в целом от любого милого действия, связанного с Ким. *** Уже за полночь. Минджон сидит в своей комнате, в попытке выучить все необходимые формулы по алгебре. Пусть она и была расположена к этому предмету, ее физическое и эмоциональное состояние в последние дни заметно подкосилось, из-за чего она начала теряться и забывать то, что учила. Ей было необходимо повторение материала, риски завалить контрольную и так были высоки. Ссоры с отцом стали все более частым явлением. Мужчина считал, что его дочь испортилась, перестала трудиться и уделять время по-настоящему важным вещам, а именно семейному бизнесу и учебе. Старший Ким требовал все больше, из-за чего Минджон почти буквально разрывала себя на части. Единственным, что помогало ей отвлечься от семейной суеты стала компания Ичжоу, Эри и Джимин. Она была не до конца уверена в том, чтобы вносить Ю в этот список, но с каждым днём девушка лишь больше оправдывала ее доверие. Так или иначе подготовка у нее абсолютно не шла. Минджон взглянула на часы. 02:24. Ее глаза уже слипались, а голова все тяжелела и тяжелела. Она пыталась удержать свое внимание и решить хотя бы ещё один вариант, но, похоже, Минджон даже не смогла проследить момент, в который она окончательно вырубилась, сидя за рабочим столом. *** Утром девушка проснулась от того, насколько сильно затекло ее тело. Засыпать в сидячем положении так себе удовольствие. Она медленно встала, размяла шею и спину, после чего посмотрела на время. Она проснулась раньше своего будильника на полчаса. Ложиться обратно смысла уже не было, поэтому Минджон начала собираться уже сейчас. Спустя полтора часа, за завтраком ее отец решил поспрашивать о том, как обстоят дела на учебе у его дочери. – Если я не ошибаюсь, у меня сегодня тест, верно? – Да. Минджон не хотела отвечать ему развернуто. Она не хотела отвечать ему вовсе, но игнорирование его слов вылилось бы в ещё один скандал. – Ты готова? – Да, – она соврала. Она провела за учебниками всю ночь, но у нее мало что вышло запомнить. Тогда отец замолчал. Он услышал то, что хотел знать. Остальное в жизни Минджон его не интересовало. *** – Тупой тест по алгебре. Наверняка напишу плохо, – жаловалась подруге Ниннин. – Ты не учила? – Нет конечно. Я вчера рано легла. – Завидую. Я уснула в обнимку с учеником, сидя за своим столом. Ниннин обеспокоено посмотрела на подругу. – Ты не перенагружаешь себя? – Нет. По крайней мере, я попыталась что-то выучить и запомнить. Ичжоу ничего не сказала, но ее сердце сжалось от переживаний за Минджон. С каждым днём истощение девушки становилось все более и более заметным. *** С первых минут урока алгебры учитель раздал задания каждому ученику. На выполнение работы давалось 45 минут, после чего он соберёт, проверит и озвучит результаты теста в конце учебного дня. У Минджон не было сил на то, чтобы переживать и нервничать. В глубине души она волновалась, но она не могла как-либо это выразить. Ее клонило в сон прямо посреди класса, а голова болела от того, что она не чувствовала себя готовой. Чья-то рука под столом наткнулась на ее и медленно сплела их пальцы. Это была Ичжоу, которая мгновенно ощутила сомнительное состояние подруги. Она лишь слегка погладила тыльную сторону ладони Ким, помогая ей держаться. Минджон это ценила. Джимин и Эри сидели в другом ряду. Ю выглядела очень спокойно. Похоже, она была уверена в своих знаниях. Минджон уже тогда поняла, что лучшего результата в классе ей не добиться. Тогда, стоит попытаться занять хотя бы второе место. Учитель обьявил о начале работы, и ученики приступили к тесту. Первые задания были лёгкими, Минджон смогла бы решить их даже если бы у нее стерли память. Но чем дальше она заходила, тем сложнее становились упражнения. Она понимала, как их решать, но ее мозг отказывался работать и что-либо считать. Ким слегка напряглась, от чего ее голова лишь больше разболелась, а на лбу проявилась вена. "Блять, я же знаю как это делать... Почему у меня не получается?!" Она вновь посмотрела на Джимин. Девушка поджала губы, как и свойственно ей, когда она во что-то с головой погружается. Ким стало стыдно, за то, что она не может сосредоточиться так же хорошо. Так или иначе, написать тест плохо она не могла. Выдавливая из себя остатки сил, она один за другим решала задачи, в надежде на то, что пришла к правильным ответам. 45 минут, пусть и в адских муках, но пролетели очень быстро. Преподаватель стал проходить по рядам, собирая у каждого листы с контрольными. Только сейчас Минджон начала по-настоящему переживать, так как знала, что написала плохо. – После следующего урока вновь идите сюда, я озвучу результаты, – сказал учитель. Минджон покинула кабинет как только ей представилась возможность. Она не хотела сейчас с кем-либо разговаривать, ее мозг не был способен на поддержание диалога. В прочем, ни одна из ее подруг не стала ее тревожить. *** Последний урок закончился, и весь класс Минджон вернулся в кабинет алгебры. Учитель проходил по списку, озвучивая оценку каждого и вручая ему его работу, чтобы тот изучил свои ошибки. Джимин, без сомнений, набрала максимальный балл. Она поблагодарила преподавателя и встала в проходе, ожидая Эри, чтобы уйти вместе с ней домой. Когда очередь наконец дошла до Минджон, учитель слегка прокашлялся и озвучил: – Ким Минджон, 73 балла. Возьми свою работу. Весь класс обернулся на девушку, пребывая в абсолютном шоке. Минджон никогда не получала столь низкие результаты. Она давно зарекомендовала себя как отличницу, которая независимо от сложности теста получит оценку не ниже 90 баллов. И хоть ее 73 нельзя было назвать плохим результатом среди одноклассников, все знали, что это провал для самой Ким. Ее руки и веки тут же задрожали. Она предвидела то, что получит не самую удовлетворительную оценку, но это количество баллов было непростительно низким для нее. Ее голова, которая и без того жутко болела, сейчас стала раскалываться лишь больше. Она с дрожащими руками подошла к учителю, взяла лист и быстрым шагом покинула кабинет, сохраняя на себе пристальные взгляды класса. Джимин, мимо которой чуть ли не пробежала Минджон тоже была удивлена. Она не понимала, как такое могло выйти, но в отличие от одноклассников, она ни капли ее не осуждала. Ноги Ю сами по себе рванулись вслед за Ким, пытаясь догнать девушку, которая почти перешла в бег. Минджон направлялась в туалет, не замечая каких-либо действий за своей спиной, а Джимин старалась не отставать. Резким движением девушка открыла дверь санузла и, не выдержав, присела на пол. Ее ноги отказывались держать ее в эту секунду. Глаза Ким тут же залились слезами, а грудь стала редко вздыматься и опускаться. Она даже не услышала, как вслед за ней в помещение вошла Джимин и села рядом с ней. Ее пробудило лёгкое прикосновение старшей. – Минджон... – Не говори ничего! – ее голос дрожал, но она звучала уверенно и громко. – Я проебалась, это факт. Джимин не знала наверняка, как утешить девушку, но почему-то она посчитала нужным взять Ким за руку. Она сделала это нежно, давая Минджон выбор. По началу она немного дернулась, но убирать ее не стала. – Миндуни, не говори так. Пожалуйста. Ты не проебалась. Это просто оценка. Ты всегда сможешь ее исправить, тем более, когда ты такая умница. Сегодня был плохой день, тебе не повезло. В следующий раз ты напишешь лучше всех в классе. Минджон не перебивала, но ее всхлипы мешали говорить цельно. Однако Джимин понимала то, в каком положении находиться сейчас Ким. – Я правда учила... Всю ночь... Я даже уснуть нормально не смогла. Почему у меня все получается плохо? – девушка говорила раздельно, иногда путалась в словах. Джимин давала ей высказаться. – Не говори так. Помнишь, ещё неделю назад мы сидели у меня дома и обсуждали то, какая ты умница? Минджон, у тебя всё получается превосходно, ты настоящий образец для подражания. – Не ври, Джимин. Пожалуйста... Ты ведь правда не считаешь меня такой. Я вечно уступаю тебе, вечно допускаю глупые ошибки... А сегодня я лишь подтвердила то, что ничего из себя не представляю. Рука Джимин резко остановилась, а в ее сердце словно прилетела стрела с ядом. Слова Минджон, в которых она принижает себя делали ей больно. Больнее, чем если бы Ким говорила так о ней, а не о себе самой. – Миндуни, кто тебе вбил в голову эту чушь? Почему ты думаешь, что ты полный ноль? – Потому что так и есть! Потому что... Ким замолчала. Она боялась признаться, боялась довериться. Джимин хорошая девушка, но она была напугана одной лишь мыслью о том, что будет делиться с ней своими проблемами. Она колебалась, ее руки стали дрожать ещё сильнее. Минджон прикрыла глаза. Сбоку от нее раздался непонятный шорох, но она почувствовала, как тело Джимин прижалось очень близко к ее собственному. Тогда она и ощутила руки Ю на своих плечах. Они ласково, аккуратно и заботливо притянули ее к себе. Джимин всегда прикасалась к ней таким образом, предоставляя выбор: позволяет ли она ей сделать это или нет. И Минджон позволила. Ю окружила ее в своих объятиях, уложила ее голову на свое плечо и стала едва ощутимо поглаживать ее волосы. – Я не причиню тебе вреда. Я здесь лишь потому, что переживаю за тебя. Я хочу помочь, Миндуни, – Джимин шептала, не нарушая гармонию в атмосфере, которую она же сама только что устроила. Сердце Минджон забилось чаще. Она не знала, как нужно реагировать на такую ласку со стороны Ю. Ее и без того красные щеки приобрели ещё более яркие оттенки этого цвета, но, к ее счастью, ее положение не выдавало Джимин то, как выглядит ее лицо. Впервые за их совместные 16 лет жизни Ю была настолько нежной. Она относилась к Минджон как к хрупкой вазе, не позволяла себе лишнего, не переходила границ. Она спрашивала девушку о доверии и делала это умело. – Мой отец считает так. Говорит, что я ничтожна. Я всю свою жизнь отдаю в угоду ему. Он хочет, чтобы его дочь была лучшей, и я прикладываю усилия. В последние дни он все чаще на меня злится, считает, что мои оценки стали хуже. А я не знаю, что еще могу сделать, чтобы переубедить его. Минджон выкладывала все как есть, не утаивая ничего. Она рассказывала о том, как жестоко мог наказать ее отец за проступки и плохие оценки, как она ненавидела Джимин за превосходство над ней, как мучила свой организм бессонными ночами, лишь бы на утро не подвести имя своей семьи. Минджон не понимала, что движет ей сейчас. Даже с Ниннин она не была так откровенна в этой теме, как сейчас была с Джимин. Джимин же, в свою очередь, была превосходным слушателем. В речи Минджон присутствовали не самые лестные выражения в ее адрес, но ни одно из них у нее не вызвало желание устроить конфликт и доказать обратное. Она просто слушала, не переставая нежно гладить Ким по голове. – Извини, я не должна была это говорить... – в конце своего монолога сказала Минджон. – Нет, нет. Не извиняйся за такое, пожалуйста. Не выставляй свое доверие как ошибку... В этих словах чувствовалась какая-то мольба. Джимин искренне дорожила тем, что Ким открылась ей сейчас, и она боялась потерять этот момент из-за того, что она якобы "не должна была это говорить". – Миндуни, я не думала, что все настолько серьезно. Я не знала, что твой отец так ведет себя и так обращается с тобой. – Я говорила об этом лишь с Ичжоу... Я не понимаю, почему решила рассказать тебе. – Потому что я обаятельная, – Джимин попыталась слегка развеселить девушку, и судя по раздавшемуся смешку ей удалось. – Видимо, так оно и есть. Ю знала, что Минджон шутит, но даже ироничное признание в том, что она считает ее таковой заставило ее сердце биться чаще. – Я боюсь, что отец убьет меня сегодня. Я никогда не получала столь низкие оценки. Он без проблем может лишить меня общения и посадить на домашний арест на пару недель. Джимин испугалась от одной лишь мысли о том, что Минджон буквально запрут дома. В первую очередь ее волновало то, что это – прямое лишение свободы самой Ким, а во вторую... это означало то, что они станут видеться меньше. – Нет, Минджон. Я решу этот вопрос, не переживай. Я не позволю кому-то делать из тебя заключённую. Ким удивилась. Она не могла привыкнуть к тому, что ее судьба не безразлична Джимин. Почему она хочет побороться за ее свободу? – Что? Но как? – Доверься мне, Миндуни. Можешь идти домой, я позабочусь обо всем. – Но почему ты это делаешь? Джимин замолчала. Она так хотела признаться девушке в своих чувствах, рассказать о том, насколько безграничной любовью к ней она пропитана. Но она не могла, это было бы неправильно. – Потому что хочу быть твоей подругой. Теперь молчали обе. Минджон не поверила услышанному. Да, они с Джимин стали ближе, но "подруга" всегда было слишком громким словом, и добиться дружбы с Ким было чем-то невозможным. Для этого человек должен оправдывать ее доверие, пройти через трудности и быть рядом. Тогда-то она и словила себя на мысли о том, что, как ни странно, Джимин подходит под все критерии ее подруги. – Я... тоже хочу, – прошептала она, в очередной раз делясь чем-то откровенным. Джимин показалось, что то, что она сейчас слышит не наяву. Но стиснутая в ее объятиях Минджон, уложившая свою голову ей на плечо доказывала обратное. То, что было между ними сейчас – самая настоящая реальность. – Тогда отныне, ты моя подруга, – гордо заявила Джимин. – Подруга... – тихо произнесла Минджон. – Подруга, – Ю повторила за ней. Они повторяли друг за другом это слово, пробуя его на вкус и передавая из уст в уста. Это было так необычно, но при этом по-настоящему сокровенно. То, что разделяли лишь они, сидя на холодном полу школьного туалета в обнимку. В конце концов обе девушки засмеялись. – Я пойду. Буду отбивать твою оценку. – Ты уверена? Мне неудобно ставить тебя в такое положение... – Не поставишь. Подруги помогают друг другу. Минджон не знала что сказать. Ей было стыдно, но это чувство перекрывало какое-то новое. Она не может понять, что именно сейчас играет в ней, но какие-то крайне теплые эмоции испытываются ею от всего, что Джимин делает. Девушки встали, отряхивая с одежды возможную пыль. Глаза Минджон все ещё выглядели заплаканными, а ее макияж был необратимо испорчен. Но почему-то именно сейчас Джимин не могла ею налюбоваться. Даже в таком виде она производила на нее впечатление самой красивой девушки в мире. – Боже, я забыла, что у меня тушь потекла, – Минджон засмущалась, после того как словила на себе пристальный взгляд Ю. – Все нормально, не переживай, – Джимин лучезарно улыбалась. Для нее это правда не было проблемой. Минджон терялась под таким наблюдением с ее стороны. Неясно, что ей двинуло в тот момент, когда она со все ещё красными щеками подошла к Джимин и вновь обняла ее. Ее руки сомкнулись на талии Ю, а голова прижалась к плечу. – Спасибо ещё раз. Пульс Джимин словно в несколько раз участился. Минджон стала инициаторкой подобного контакта уже во второй раз. Их первый раз в спортзале она хранила в воспоминаниях как зеницу ока. – Не за что. Я пойду, – с немного дрожащим голосом сказала Ю. – Хорошо, Джимин. Пока. Джимин вновь улыбнулась и вышла, закрыв за собой дверь. Она направлялась точно в кабинет математики, надеясь ещё застать там учителя. К ее большому счастью, мужчина действительно все ещё был там. Перед тем как войти, девушка легонько постучала в дверь. – Джимин? Проходи. Что-то случилось? – Здравствуйте. Да, я бы хотела поговорить о тесте. – Что-то не так? У тебя ведь и так максимальный балл. – Речь не обо мне, а о Ким Минду.... Минджон. Я очень прошу вас не ставить ей ту оценку, которую она получила. Учитель удивлённо выгнул бровь. – Извини, а в чем проблема? Я не могу завысить ей балл просто так. Она действительно совершила ошибки, можешь взглянуть на ее работу. – Я видела ее работу, и я согласна с тем, что там есть неправильные ответы. И все же, я бы попросила вас поставить ей другую оценку. – Джимин, извини. Я очень уважаю тебя как ученицу, но я не могу ставить всем "отлично" лишь по твоей просьбе. – А я ведь не прошу всем. Мне интересна только Ким Минджон. Вы ведь сами знаете, что она очень способная ученица. – Знаю. Но даже ей свойственно отвечать неправильно. Уверен, она научится на своих ошибках. Джимин буквально кипела изнутри, но перед учителем нужно было сохранять спокойное лицо. Пусть и с таким трудом. – Минджон и без того научится всему, что нужно. У нее сегодня был плохой день, из-за чего оценка вышла не удовлетворительной. Войдите в положение не как преподаватель, а как человек. Мужчина замолчал на несколько секунд и, казалось, призадумался. Но затем он ударил ручкой по столу и сказал: – Ю Джимин, я верю вам, но такова политика. Я просто не могу. – Неужели вы не понимаете? – девушка слегка повысила голос, однако все ещё соблюдая субординацию. – Речь идёт не о рядовой ученице, а о старательной, умной, способной и отдающей всю себя Ким Минджон. Сегодняшний случай был единичным, а из-за него у нее может подпортиться итоговая оценка. Я знаю её, знаю, что это больше не повториться. Дайте ей один шанс. Мужчина выглядел заинтересованным, его слегка смешила настойчивость Джимин. – Зачем тебе это? – Потому что я староста. Я забочусь о своих одноклассниках. И если я вижу, что из-за одного несчастного случая может пострадать примерная ученица, в лице Минджон, то я не могу оставаться в стороне. Я несу за нее ответственность. – Ответственность, говоришь? Джимин не понимала, к чему он ведёт, но все равно согласна кивнула. – Я готов поставить Ким оценку в 90 баллов, но с одним условием. Я понижу твой собственный результат ровно на столько, на сколько нужно поднять его Минджон. Из твоих 100 баллов я отниму 17 и отдам их ей. Ты готова уступить лучший результат в классе, или твоя ответственность не способна зайти так далеко? Джимин не понимала, какую игру затеял ее учитель, но она посчитала это действительно странным и не педагогичным. Так или иначе, ей представилась отличная возможность помочь Минджон. Для нее ее собственный результат потерял всякую цену ровно в ту секунду, как она узнала, что благодаря нему она сможет спасти Ким от строгого отца. – Да, хорошо. Я согласна, – без колебаний ответила девушка. Лицо мужчины выдало искреннее удивление. Похоже, он правда не ожидал то, что староста их класса способна на такое. Он хотел было еще поиздеваться над ней, но уговор есть уговор. – Хорошо. Тогда за сегодняшний день Ким Минджон получает 90 баллов, а вы, Ю Джимин, опускаетесь до 83. Вас устраивает? – учитель вновь спросил, надеясь подловить девушку на хотя бы капле сомнений. – Да, устраивает. Спасибо. И она ушла, счастливая и радостная от того, что только что спасла Минджон от домашнего ареста. Тогда она достала телефон и впервые в жизни открыла чат с ней с целью обычного общения. "Я все решила. Можешь хвастаться отцу" – быстро напечатала она. Ответ не заставил себя долго ждать. "Что? Ты не шутишь? Как ты это сделала?" Реакция Минджон непременно позабавила Джимин. Она не думала рассказывать ей о том, как именно она убедила учителя. "Секрет. Главное ведь, что у тебя высокая оценка. Похвастайся" Ю выглядела счастливой, словно оценку исправили ей, а не Минджон. Так или иначе, для нее благополучие Ким уже почти два месяца играет бо́льшую роль, чем свое собственное. На экране телефона высветилось короткое: "Спасибо!" Улыбка на лице Джимин засияла мгновенно. Она в очередной раз осознала, насколько сильно она любит Ким. Однако теперь, ей нужно будет мириться с ещё одним фактом – теперь она и Миндуни официально подруги.