Верующий Сатана

      Первый месяц после потери памяти стал для Рональда самым странным и противоречивым месяцем в его жизни. Который он помнил…       Решив пока поддаться своему партнёру, мужчина делал всё, что желал Шон, даже если ему самому было от этого неприятно. Рональд не выходил за пределы ворот, не задавал лишних вопросов и потакал желанием подростка, как в разговоре, так и в постельном плане. Мужчина чувствовал свою вину за то, что одурманил молодого парня, и таким образом решил немного искупить своё грех, тем более видя, как Шон безумно любит его.       Шон так же не выходил за пределы дома, заказывая продукты с помощью доставки. Юноша много учился, а как только у него появлялся перерыв он тут же шёл к Рональду желая его, как общения, так и тела.       За месяц в роли домохозяйки, Рональд научился готовить, покуда взял на себя половину домашних забот, и, хоть подросток помогал с уборкой и завтраком, ужин и обед чаще всего ложились на плечи мужчины. Это било по гордости Рональда, но сидеть без дела было невыносимо. Мужчина прочитал больше двенадцати книг и изучил более двадцати новых ему рецептов. Так же Рональд подумывал что-нибудь высадить на их территории, думая, что с цветами лужайка будет куда красивей.       Когда-то шестнадцатилетний юноша рвался за независимостью. Хотел добиться чего-то, стать кем-то большим, чем сыночком богатой семьи, но узнав о том, что ему уже двадцать семь, а он никто, стало некой точкой в рвении Рональда ввысь. Всё же это больно. Хоть мужчина не помнил, как докатился до такой жизни, в которой он никто и живёт у подростка будучи его парнем, но раз он здесь, значит как-то докатился…       Если действия и смирение мужчины можно было объяснить его затруднительным положением, то причина, по которой молодой, красивый, богатый и вполне себе умный парень решил связать свою жизнь со взрослым неудачником, была Рональду настоящей загадкой. Хоть любовь подростка казалась искренней и не поддавалась сомнению, но объяснить её Шон не мог. Юноша всегда говорил, что просто любит мужчину, а за что и почему не пояснял. — А где твоя семья? — сидя у камина, вдруг задал вопрос Рональд, обычно сдерживаясь от допросов, покуда каждый из них заканчивался ссорой со стороны Шона. — Семья… — смотря на кружку чая в руке, задумался юноша, будто данное слово являлось чем-то вроде определения, которого Шон не знал, — Её, как таковой, у меня никогда и не было. — ответил паренёк, удивив этим мужчину. — Как же так? Ты же говорил твоя мама владелица большого дела, которое досталось ей от твоего отца и… — И где тут семья? — перебил Рональда паренёк, выглядя опечаленным, но при это сидя с улыбкой, — Знаете, из своего раннего девства я помню только черную комнату… Мрачную. Пустую… — юноша прикрыл глаза, будто погружаясь в страшные воспоминания, — Мама часто запирала меня там, говоря о том, что я ничтожество. Она ненавидела меня, поскольку ненавидела отца, а он, как я позже узнал, изнасиловал её, и насильно принудил к совместной жизни, покуда был очень влиятелен, а мама была очень красивой... Но от чего ненависть матери перешла на меня, я так и не понял... — подросток хлебнул чай, словно от рассказа в его горле резко пересохло, — Ей не нравился мой ум, не нравилась моя внешность, мой голос и я целиком. Она считала меня Сатаной. Моя мать слишком верующая, и для неё Богом мог стать любой мужчина, который просто посмотрит на неё, а я, как бы не старался, всё равно оставался для неё дьяволом. — Шон сжал кулаки, до этого положив чашку чая на стол, будто понимая что вот-вот разобьёт её, — Отца я совсем не помню, поскольку он умер, когда мне было всего 5 или 6 лет. Не помню...       Рональд удивился, как такой умный парень мог забыть отца, будучи уже вполне в осознанном возрасте. Но затем решил, что это стало ударом для юноши, вот разум и стёр данную информацию для защиты психики. — Я всю жизнь был для всех ничем, хоть и пытался стать большим, но увы… Из школы я приносил только золотые медали и первые места, но ни разу не получил за это какую-то похвалу. Даже малую… — от услышанных слов Рональд дернулся, ведь у него в семье было так же…       Юноша не был прям сильно умён, но оценки его были куда лучше, чем у брата и сестры, от чего родители и хотели засунуть сына куда-нибудь в науку. Но, несмотря на призовые места и благодарственные грамоты, парень не всегда был первый, а если быть точнее, чаще всего Рональду доставались вторые и третьи места, но это тоже не плохой результат для международных олимпиад и конкурсов.       Вот только, никто из семьи никогда не говорил, что горд Рональдом или что он молодец. Всем казалось, что раз он является их родственником, то у него нет иного выбора и он обязан хорошо учиться, и за это хвалить не стоит. — Я всегда так старался быть услышанным и увиденным. Столько сил вкладывал, чтоб хоть кто-нибудь заметил меня… Хоть кто-то помог, хоть немного, но… — Шон закрыл своё лицо руками, от чего мужчине стало его жаль, — В итоге, когда мне исполнилось шестнадцать мать нашла нового мужа, и тот сказал ей выбросить меня, и она это сразу сделала. Выбросила, как старый мусор, поделив наши доли от отцовского наследства. Тогда я остался совсем один, поняв, что теперь у меня нет даже дома, смысла на существование. Хотя и до этого его особо не было…       «Стоп, он сказал шестнадцать? Разве Шон не говорил, что мы с ним встречаемся 2 года? И живём вместе столько же…» — задумался мужчина, но решил пока не уточнять данный нюанс, видя перед собой расстроенного парня, желая как-то его утешить, а не давить на него. — Поэтому я и хотел закончить со всем. Просто исчезнуть, и либо навсегда уснуть, либо проснуться в ином мире. В мире, где меня будут ценить и любить, — голос юноши сменился с печального, на более смущенный, — И я получил то, что желал благодаря вам. Вы изменили моё мир. Вы… — парень подсел к Рональду, крепко обняв его, — стали смыслом моего существования…       От услышанных слов Рональд сжал кулак, поняв, что ситуация куда хуже, чем он думает. Паренёк явно испытывает к нему очень сильные чувства, и раз взрослый мужчина влюбил в себя подростка, то теперь не имеет права жаловаться и бросать его. По крайне мере сейчас. — Знаешь, кажется, теперь я понимаю почему мы с тобой сошлись… — после долгого молчания, вдруг заговорил мужчина, принимая объятия подростка. — Видимо безразличие наших родных и привело нас к единению. — сделал вывод из услышанного Рональд.       «Две одинокие и брошенные семьями души нашли друг друга и стали парной. Как грустно...» — вот как разгадал загадку их отношений мужчина, даже не догадываясь как сильно ошибся в выводах. — Знаете, я всегда считал себя проклятым, видя, как всех детей любят, а меня нет, но теперь… — по щекам Шона пошли слёзы счастья, с которыми он искренни проговорил: — Я понимаю, что это просто было моё испытание Богом, которое я успешно прошёл, получив в награду вас.       От услышанных речей Рональд, впервые за всё время их проживания, сам наклонился к подростку, поцеловав его в губы. Впервые в жизни мужчина чувствовал, что его правда очень любят. Искренни любят… И ни за какие-то заслуги или действия, а просто потому, что он есть.       Когда-то Рональд считал, что люди не умеют любить просто так, и что любовь надо обязательно заслуживать, но живя с Шоном мужчина осознал, как сильно заблуждался. Юноша искренни и верно любил его, прося взамен лишь быть с ним.       Хоть Рональд всё ещё желал найти работу и немного расширить их с Шоном границы, дабы хотя бы самостоятельно выходить на улицу, но их отношения он принял, и теперь мысли о том, чтоб ему придётся прожить всю жизнь с любящим его подростком, не казались такими уж страшными. — Учитель… — получив долгожданный ответный поцелуй, Шон вновь расплакался, как дитя, обнимая любимого. — Я так счастлив, вы наконец-то… — крепко сжимая Рональда, юноша очень тихо прошептал, — Мой…       Мужчина не услышал слов подростка, но не успел переспросить его о сказанном, покуда Шон в миг снял с себя одежды, попутно раздевая и Рональда, пылая как огонь от возбуждения и наслаждения тем, что любимый сердцу человек наконец стал... Только его…

***

      После душевного разговора жизнь Рональда словно стала немого легче. Если сначала он терпел Шона, то теперь пытался искренне принять их отношения, иногда первый проявляя инициативу в их близости.       Мужчина мог обнять парня, поцеловать его и даже пару раз сам завалить в постель. Хоть Рональд всё ещё испытывал смешанные чувства от их отношений, но он принимал их, и ему, в какой-то степени, даже начал нравиться паренёк, так безумно любящий его.       Жизнь казалась спокойной и даже очень неплохой, пока Рональд всё же не решил вновь поставить юношу в затруднительное положение, своим весьма обычным предложением. — Хотите в город? — уточнил юноша только что прозвучавшие слова мужчины. — Ты же сам говорил, что для разнообразия мы ездим в город, — напомнил слова паренька Рональд. — Меня уже тошнит от однообразия домашних дел и хочется где-нибудь погулять и посидеть в кафе, — решил разъяснить свою хотелку мужчина, чувствуя себя униженным за то, что просится погулять у подростка, будто сам являлся ребёнком. — Вот как… — с неким холодом проговорил Шон, смотря в пол, и только Рональд подумал, что паренёк сейчас вновь выйдет из себя, как тот поднял голову, с улыбкой проговорив: — Почему же вы сразу не сказали, что хотите погулять? — спросил подросток, закрывая ноутбук. — Что ж, думаю выбраться и вправду неплохая идея. Выйдем через час? — А... Да, давай, — аж удивившись от такой быстрой реакции, Рональд вышел из кабинета паренька, будучи в приподнятом настроении от долгожданного освобождения.       Через час пара выехала из дома, приехав в город. Рональд не мог не заметить, что Шон напряжен, хотя казалось с чего бы это, ведь они просто выбрались погулять, но казалось Рональд является каким-то преступником и если его увидят, то посадят или убьют, от чего парень и переживал.       Шон постоянно оборачивался, и после часа прогулки уже запросился домой, но Рональд не желал так быстро уезжать из города, почти два месяца проведя в четырёх стенах. После очередного нытья юноши о том, что он устал и хочет отдохнуть, мужчина предложил им перекусит в кафе, на что Шон недовольно, но согласился.       Сделав заказ, пара не говорила. Рональд ощущал себя странно и ему очень хотелось куда-то пойти, но не с Шоном, и не в их дом. Юноша, обычно начинавший без умолку болтать, сейчас же тихо сидел за столом, надеясь быстрее поесть и уехать домой.       Вдруг, телефон подростка зазвонил, от чего юноша скривил лицо, но всё же взял трубку, сказав Рональду, что он сейчас вернётся. Почему-то оставшись в одиночестве, мужчина испытал некое облегчение. Будто рядом с Шоном он всё время сидит на привези, но стоит тому уйти и поводок ослабевает. — Рональд? — прозвучал справа от мужчины неприятный, но знакомый голос. Обернувшись, Рональд увидел неопрятного, и честно сказать, малоприятного, толстого мужчину. — А я тебя сначала и не узнал. Как ты поживаешь? У тебя случайно нет пару купюр в долг? Обещаю, я всё отдам! — спросил мужчина, на что Рональд скривил лицо, понятие не имея кто перед ним. — Ты чего хмуришься? Всё ещё злишься из-за того, что я заступился за свою сестру? Ну и ты меня пойми, не мог я по-другому, — предположил незнакомец, теперь вызвав у мужчины некий интерес, ведь человек напротив явно знал его. — Сестру? — задумался Рональд, потирая голову. — Ой, да ладно тебе. Хоть вы с Холи и развелись, но ведь и она и ты всё равно любите друг дру… — Что? — мужчина дернулся, в тот же миг встав из-за стола. — Ты только что сказал… Развелись? — Рональд не понимал слов мужчины, и хоть он был ему посторонний, но от чего-то мужчина верил толстяку больше, чем скрытому подростку. — Эх… Ну да, где-то два-три месяца назад. Не ври, что забыл. — нахмурился Чарльз, и понимая лишь то, что он ничего не понимает, Рональд взял мужчину за запястья уводя из кафе. — Ты чего? Эй, пу… — Расскажи мне, — перебил толстяка мужчина, выведя его из кафе и заведя в переулок, как безумный не прося, а приказывая, — расскажи мне всё, что знаешь обо мне.

***

      Выйдя из уборной, после разговора с лектором, настроение Шона в конец испортилось, ведь чтобы получить аттестат ему надо ехать во Францию, защитить диплом и забрать его лично. По-иному никак. Юноша не хотел оставлять любимого одного, но и брать его с собой может оказаться очень проблематичным занятием. — Извините, я немного… — усталые глаза Шона в миг открылись, стоило ему увидеть пустое место.       С ужасом начав поворачиваться из стороны в сторону, юноша нигде не наблюдал Рональда, от чего как сумасшедший выбежал из заведения. Тело Шона тряслось, а по его лбу тек пот, говорящем о его внутреннем ужасе.

«Где он?»

      Юноша сжался, ощущая, что сейчас готов совершить непоправимое.

«Он сбежал?»

      Вспыхнула в голову парня догадка, по причине которой он так не хотел ехать в город. Не нужно было им сюда ехать.

«Я убю…»

— Шон? — от услышанного голоса, юноша поднял голову, увидев озадаченного мужчину. — Что слу… — Куда ты пропал!? — с возмущением крикнул подросток, схватив Рональда за рубашку. — Я просто вышел подышать воздухом…— оправдывался мужчина перед пареньком, как школьник, видя безумие в его глазах.       Осознав, что зря вспылил и так напрягся, Шон отпустил рубашку Рональда, приложив руку к лицу, дабы успокоить свои нервы. — Извините, я просто… — хотел как-то оправдать себя юноша, но ему было нечем. — Мне не здоровится. Поедем домой, — без вопроса проговорил Шон, и уже через 3 минуты возле кафе стояло такси, в котором молодые люди поехали обратно в свой дом.       Шон ни разу за сорок минут дороги не сказал и слова, смотря в окно. Рональд тоже не спешил болтать, покуда теперь вся его голова была занята незнакомцем, сказавшем ему, что он в прошлом был учителем, да и ещё и имел жену. Это было удивительно, и Рональд хотел узнать большее, но услышав, как Шон выбежал из кафе он осознал, что сейчас не может просто взять и сбежать.       У мужчины не имелось ничего, кроме слов незнакомца. Возможно, толстяк псих и выдумал всю историю, узнав про амнезию Рональда. А есть вероятность, что псих Шон, и тогда мужчине становилось жутко от того, что они с ним живут в одном доме.       Но, несмотря на страх и на то, является ли подросток психом или нет, Рональду некуда было идти и не на что жить, ведь покуда его никто не ищет, то вряд ли кто и поможет, а не имея даже сотового телефона, не говоря уже о деньгах, мужчина понимал, что сбегать вне куда не выход. Нужно всё узнать и действовать с умом.       Рональд взял у незнакомца номер телефона, записав его на чеке, теперь храня в кармане, покуда своего личного сотового взрослый мужчина не имел, что удивило незнакомца. Рональд пообещал толстяку 600 долларов, если его слова окажутся правдой, от чего тот с удовольствием согласился на сотрудничество. Хоть сейчас мужчина не имел данной суммы или вообще какой-то, но если незнакомец прав, то у Рональдо должен быть свой личный счёт и сбережения, и если это так, то он желал забрать их и…       На руку мужчины легла мягкая ладонь паренька, от которой тот тут же ощутил дрожь. Шон выглядел обеспокоенно и подавленно, будто только что чуть не потерял нечто дорогое.       Рональд никак не мог понять, что же он чувствует к подростку. С одной стороны, тот явно души не чает в своём любовнике. Такая сильная любовь льстила тому, кто вовсе никогда не получал заботы от своих родных. Но с другой стороны, с Шоном явно было что-то не так, и его желание держать мужчину на коротком поводке выводили того из себя, от чего он желал выбраться, но куда ему бежать?       Рональд чувствовал себя псом, желающим свободы, но не знающим что там делать и куда идти. Если бы у мужчины имелось место, куда бы он мог поддаться, то он бы не терпел выходки своего молодого любовника, запрещающего ему даже одному выходить из дома.       Если бы Шон не вёл бы себя так эгоистично и странно, то Рональд бы не задавался бы мыслью о побеге и расставанию, но подросток явно считал себя Богом, а мужчину своей любимой вещью, которая придаёт ему сил. Это мало похоже на настоящую любовь. Скорее уж на психическое отклонение.       Приехав в дом, Рональд не хотел туда заходить, остановившись у двери. Того незнакомца Рональд никогда не видел, но чувствовал, что знает его. В кафе он так же ощущал что-то знакомое, но не мог вспомнить что. А вот в данном доме не имелось и капли воспоминаний. Ни одной… — Учитель? — заметив, что мужчина застыл на месте, позвал его Шон, стоя позади, будто готовый ловить Рональда, если тот вздумает бежать. — Мы не купили продукты. Что будем есть на ужин? — улыбнулся мужчина, входя в дом, не слушая, что ему отвечает подросток, думая лишь обо дном: «Кто же ты такой? А главное, кто такой я?»