7 things i hate about you

В Шим Джейка можно влюбиться за любую мелочь, но у Джея есть 7 своих причин, почему именно он, а не кто-то другой.

➖

7 ПРИЧИН, ЧТОБЫ ЛЮБИТЬ ШИМ ДЖЕЙКА

автор: Пак Джей

1. Шим Джейк похож на щеночка. Первое и самое главное. Джею никогда не разрешали завести кого-нибудь из животных: на кошек аллергия, от хомяков будет травма, рыбки его не прельщают вовсе, а вот для собаки нужна огромная ответственность. Которой у Джея, конечно, не имелось, когда он был ребёнком. Потом время стало ограниченным ресурсом, и всё – никаких тебе животных. А тут…тут целый Шим Джейк, который даёт себя гладить, о себе заботиться, почти гавкает во время приступов агрессии и виляет воображаемым хвостом от великой радости. Его можно и на прогулку три раза в день выводить, если хочется. Джей в восторге. Или в любви – кого ебёт, если у него такая невероятная живность имеется под боком. – «for my baby puppy»? – Джейк крутит в руках коробку, – у тебя есть собака? И ты не рассказывал? Ещё чуть-чуть и ножкой топнет от негодования или будет скулить, потому что чего-то про Джея (ака своего парня) не знает. Про его предполагаемую собаку особенно – это почти предательство. Хуже измены или флирта (со слов Джейка, хотя где там флирт?) с другими людьми. – Что-то типа. – Это как? Он по-щенячьи мило ложится на колени Джея и смотрит на него своими огромными глазами так жалобно, что в очередной раз подтверждает паковскую гипотезу: Джейк в прошлой жизни был самым очаровательным пёселем в мире. В этой тоже. Только теперь в человеческой форме. Как их там, блять? Фурри? Оборотни? В таком случае Джей не понимает, почему Белла выбрала эмобоя. – Это тебе подарок, Джейк-и. – Мне? – Джейк поворачивается на бок, чтобы подтянуть коробку к себе поближе, а потом хмурится, – а это с какой радости я стал puppy? Стал? Он им и был. Пёс – его истинная натура. Только не сутулый какой-нибудь, а самый что ни на есть любимый и родной, который к тебе бежит, чтобы встретить, когда ты домой приходишь, засыпает рядом с тобой, согревая, или лижет лицо, чтобы показать свою любовь. Джейк же этот, как его, золотистый ретривер, как-никак. – Тогда надеюсь, там не ошейник. А то мало ли какие у тебя фетиши. Подобных не было. До этого дня. Точнее до вечера, пока Джейк (вместо записывания вечерних лекций) не прислал фотку в чёрном чокере, дополненную рассказом «как, где и при каких условиях он нацепит на себя эту вещь». И, возможно, сделает что-то в собачьем стиле (тяпнуть Джея за палец не считается, это уже было). Что ж, Сонхун сегодня точно ночует у Сону где-то. 2. Я люблю обниматься. Кто ещё любит? Шим Джейк! Постоянно. Джейку требуются объятия постоянно. Поцелуи, конечно, тоже, но вот объятия – нечто особенное. Как кислород. Любимый тип: со спины. Любимая жертва Любимый соучастник: Пак Джей. – Стой спокойно! – грозится Джейк, чуть ли не засыпая, а они, между прочим, в ванной. Джей собрался зубы почистить, а Джейк – мешать ему, сгребая в объятиях и не отпуская совсем. Пак такой перспективы не против, пусть Джейк его вообще никогда не отпускает, но только не тогда, когда в дверь общажной ванной барабанит какой-нибудь злой Ли Хисын после четырёх пар с чертилой и срача с доставщиком, который привёз ему совсем не ту курицу. – Хисын-хён открутит нам голову. – Пусть делает, что только захочет, нас здесь двое, значит, – Джейк прикрывает глаза и, зевая, падает головой на плечо, – и времени у нас в два раза больше. Простая математика. – Простая математика на законы общаги не распространяется, – хмыкает Джей, – чисти зубы. Если получится его растолкать, то можно будет ещё и душ принять. Но тёплая щека на собственном плече и мирное сопение около уха твердят об обратном – Джею придётся вставать часов в пять утра, чтобы успеть до всех остальных. – Ты мне почисти, – бубнит Джейк в полусне, так мило причмокивая, что отказать трудно. – Только в этот раз. Больше такого не будет. – Да-да, мам, как скажешь. Он нехотя расцепляет руки и садится на край ванны, разворачивая к себе Джея и притягивая его вновь к себе, не давая альтернативы: просто ставит перед фактом, что Паку придётся выполнить любую его прихоть. Два месяца назад делал всё, чтобы лишний раз доказать, как сильно Джей ему не нужен, а сейчас капризничает и просит заботы. – Открой рот. – Обычно ты просишь его закрыть, – невнятно бросает Джейк, но тут же ставит подбородок на паковский живот. – Нет, это ты. Джейк в ответ что-то мычит, пока Джей водит щёткой по его зубам и держит аккуратно за лицо. Шимовские руки крепко соединены за спиной Джея, потому что там (как думает Джейк) им самое место. Потому что Джею в объятиях Джейка самое место. Так они оба думают. 3. «Джей-я! Джей-я! Джей-я!» Ты ему слово, а он тебе – Джей-я! – Джей-я, ты мне нужен прямо сейчас! – Джей-я, я тебя просил убирать свои вещи с моей полки! Да, даже если я взял их у тебя сам! – Джей-я, сегодня я сплю с тобой! – Джей-я, я голодный! – Джей-я! Джей-я! Джей-я! Иногда Джей думает, что это – привычка. Или способ занять рот чем-нибудь необычным, раз паковый язык держать там постоянно не получается. И это ещё Джей пиздит дохуя, да? (Не то чтобы Джей отрицает, просто надо свою честь защитить, пусть у Джейка есть способы затыкать его поинтереснее). Джейк зовёт его с утра, чтобы разбудить; время от времени в сообщениях всплывает, чтобы привлечь к себе внимание и напомнить, что сегодня у них свидание, которое в списке дел обозначилось только что; по вечерам для любой просьбы; во сне, когда он лежит рядом с Паком, и когда рядом не лежит тоже. Да даже во время секса и окончаловки соответственно. Последний пункт прям обязательный. Может, это вовсе не привычка, а ритуал какой-нибудь, чтобы Джея к себе привязать навсегда? – Джей-я! – в очередной раз кричит Джейк, указывая прямиком на Пака, хотя не должен был. – Ты такой лузер, хён, – вздыхает Рики, устало потирая переносицу, – пей. – Что я могу поделать? – возмущается Джейк, принимая шот, – я обычно зову Джея миллион раз на дню, мой рот сам выбрасывает его имя. И это чертовски мило, думает Джей. – А твоя рука сама указывает на него, да-да, – Сонхун кивает и морщится, – как я жалею, что познакомил вас. Когда пьяный из-за вечных проигрышей Джейк залезает Джею на спину, чтобы с комфортом доехать до мягкой кровати, и начинает болтать обо всём подряд, добавляя имя Джея как междометие и почти слово-паразит, Пак понимает: ритуал работает безотказно. 4. Девиз Шим Джейка – «лови наёбку для уёбка». И Джея иногда жуть как это бесит, потому что при любом удобном и не случае Джейк обязательно найдёт повод поиграть на джеевских нервах. Позвать на кухню, потому что там что-то горит, а на самом деле выманить Джея из тёплой кровати и попросить приготовить завтрак, раз он уже встал? Пожалуйста. Написать, что он истекает кровью, а самому залезть в ванну и пригласить туда Джея, который бежит со скоростью света на помощь, вместе с собой, чтобы разнообразить их сексуально-романтическую жизнь? Ноу проблем. Строить глазки и касаться около особо опасных мест, чтобы выиграть в настолках? Отправлять нюдсы и пару сексемесок, чтобы свалить после куда-нибудь на ночь, оставляя Джея одного? Делать неоднозначные намёки и постоянно грязно шутить, а потом сворачиваться в клубок на паковой кровати, как самый милый щеночек? Получите, распишитесь. Шим Джейк – то ещё хитрожопое существо. Похуже Чонвона с Рики вместе взятых. – Считай до трёх, – просит Джейк. Вместо этого Джей считает до двух и бьёт легонько мягкой перчаткой Джейка в плечо, заставляя его оступиться. Джейк пообещал научить простым ударам, но из него учитель так себе, а из Джея ученик – ещё хуже. – Это нечестно, Джей-я! Я сказал тебе до трёх считать! – возмущается Шим, когда Джей начинает смеяться, – смешно тебе? Смешно? – Немного? Месть, похоже, не засчитана – использовать шимовское заклинание против него оказалось провальной идеей: Джейк нажимает на колено с обратной стороны и толкает на матрасы, дожидаясь падение Джея, чтобы забраться сверху и прижать своим телом в тех местах, которыми Джей мог бы сопротивляться. Хотя даже со свободными руками не может – это же Джейк, ну. – Мне так можно делать, а тебе – нет, – Джейк тыкает угрожающе Джею в лоб. – Ауч, – кривит лицо Джей. – Тебе больно? Я тебя сильно ударил? – Джейк тут же взволнованно скидывает перчатки, чтобы повертеть паковское лицо и оглядеть его со всех сторон, – где болит? Джей-я, где больно? Забавно. Джейк больше всех кричит, что не будет ухаживать за взрослым мужиком, но стоит только покашлять или потереть что-нибудь, так он тут же бежит за аптечкой и сидит допоздна рядом с тобой, читая всякие истории. Джею ещё никогда так болеть не нравилось. Притворяться больным тем более. Ты и своим здоровьем не рискуешь, и вместо уколов получаешь лекарство получше. – Вот здесь, – стучит Пак себе по груди, – сердце болит, когда ты прикалываешься надо мной. А я ведь не молодой уже. – Ты придурок! – Джейк шлёпает от души по животу, – я же тебе поверил. – Зато теперь ты знаешь, что я чувствую, – с улыбкой отвечает Джей, когда Джейк дуется. – Знаешь, что чувствую я? – возмущённо произносит Джейк, перед тем как сжать кофту в ладонях и потянуть Пака на себя, чтобы поцеловать. В полутьме спортивного зала, пропитанной по́том одежде, на холодном полу. Как бы...да и похуй, если вы два горячих парня. Которые наконец договариваются больше друг над другом не прикалываться. И не целоваться в подобных местах, чтобы не приходилось оправдываться: отдышка точно из-за спорта, а рандомные эрекции на то и рандомные – как говорится, хуй знает, когда встанет, а не его хозяин. 5. Физика на пальцах и простым языком. И если боксу научить не получилось, то с точными науками удалось продвинуться дальше. Теперь даже Джей понимает то, чего не понимал раньше: силу трения, например, силу притяжения или силу нормальной реакции. Нормальной такой реакции сердца на Шим Джейка. Несмотря на то, что титул «сраный умник» принадлежит никому иному, как Пак Джею, Джейк – the real hot nerd. Он о своей физике с математикой может болтать вечно, даже если Джей ничего не понимает. Это, наверно, ответка на изучение языков, различные подкасты, просматриваемые из чистого любопытства, и миллион скачанных приложений-викторин, которые помогают на скучных лекциях не заснуть. Похуй. Кто не любит, когда твой красивый парень ещё и дохуя умный? Джея, вот, вообще всё устраивает. – Это же самое простое, Джей-я, – Джейк что-то черкает на листке, – конкретно эта точка плоскости не принадлежит. – Можно конкретно мои руки будут принадлежать твоей плоскости, и на этом сегодня закончим? – Да и...нет. За каждый правильный ответ – поцелуй. Тут даже хочешь-не хочешь, но приходится сосредоточиться на циферках, буковках и непонятных терминах, потому что учитель, оказывается, умеет убеждать. Теория – мимо; практика – заходит на ура. И Джей даже не про ту, которая объясняется на языке тела (хотя после неё материал закрепляется волшебно). Джейк воображает из себя маленького сумасшедшего учёного и превращает их комнату во что-то наподобие студии программы «Галилео». У них тут всё летает, падает, крутится и взрывается время от времени. Джей одновременно в восторге и в ужасе. – Ёбанный Эйнштейн, – присвистывает Сонхун, входя в комнату после выходных у себя дома. – Хуже, – кивает Джей, – это ёбанный Шим Джейк. – Значит, малоёбанный. Ты бы его занял чем-нибудь менее...объёмным, а то мне скоро придётся съехать. И Джейка, кажется, это совсем не расстраивает, раз он тут же кидает на сонхунову койку какие-то вещи и обещает смастерить из его личного дневника макет солнечной системы в технике папье-маше. Джей просто в любви – ещё больше. 6. Его лицо? Его тело? Его руки? Джейк же пиздец какой красивый – это даже не мнение Джея. Это факт. Матушка природа (и матушка Шим, со всем уважением) постаралась над его созданием, выводя каждую чёрточку и каждый изгиб. У него большие глаза, нос и губы, которые Джею нравятся целовать (всё по очереди); мягкие волосы, которые хочется постоянно трогать; невъебенная талия; великолепные руки; и даже плоскость неплохая вовсе – её Джей любит тоже, как часть целого Джейка. Это не человек, а какая-то статуя греческого бога. Типа Афродиты в мужском виде или Аполлона всё в том же мужском виде. По-гейски оценивать или нет: Джейк Шим – совершенство. Расплющить (хотя…любимая плоскость и так уже есть) и в рамочку – вместе с мировыми шедеврами в музеи. Мона Лиза плачет, чувствуя конкуренцию за звание великого портрета; «Рождение Венеры» уже не выглядит таким эпичным, после того как Джейк проходит мимо Джея в подобных одеяниях; «Звёздная ночь» сосёт в сторонке от блестящих глаз Джейка; и «Чёрный квадрат» Малевича такой чёрный, потому что почернел от зависти. Вот. Даже ревновать как-то странно, когда люди провожают Джейка взглядом или говорят ему комплименты. Потому что Джей киннит их. – Ты пялишь на мои губы. – Ты пялишь на моё лицо, – парирует Джейк, недовольно цокая и всё же отворачиваясь, – постоянно. – Ты слишком красивый, чтобы на тебя не смотреть, – бросает Джей так естественно, будто говорит про погоду за окном, – помнишь, у меня глаза болят, потому что я не могу перестать смотреть на тебя. Пришлось заказать ещё одни очки, чтобы я не лишался такого удовольствия. У Джейка начинают гореть уши и ползти вверх уголки губ, пусть тот старательно делает невозмутимый вид. Все знают, что он не менее падок на комплименты, чем собственный бойфренд. И это так очаровательно, что Джей не может не улыбаться тоже. Потеряли парня окончательно. Или обоих. – Тогда смотри, – смущённо шепчет Джейк. И Джей смотрит. Хотя у него фотки Джейка сохранены в отдельной папке в галерее, установлены на обои телефона, ноута и планшета, висят над кроватью и даже в кошельке валяются в качестве талисмана на удачу. Просто такое лицо заслуживает быть везде. Но не у всех. Только у Джея. 7. Мне как-то нагадали, что в моей жизни всплывёт невыносимый скорпион, которому я должен буду отдаться. Я решил не сопротивляться. Совсем. Когда перед тобой появляется парень, который выглядит как всеобщая первая любовь, можно что-то поделать с собой, чтобы не влюбиться? Нет же. Нет? – Когда ты влюбился в меня? – спрашивает Джейк, перебирая волосы Джея во время просмотра фильма. – Когда Сонхун затащил нас в одну команду. В первую встречу. Скорпионы правда подлые, гороскопы не врут. Вот как можно так безжалостно забирать чужие сердца с первого взгляда? Джей в судьбу и подобную магическую чушь не верил. До встречи с Шим Джейком. – Врёшь, – Джейк останавливается и обхватывает руками лицо, заставляя смотреть на него, – я выглядел, как побитый щенок, думал, как заткнуть твой рот, и даже картошку пихнул. Хотелось тебя засосать по-дементоровски. – Мне тоже хотелось тебя засосать, – признаётся Пак, – по-джеевски. Ты постоянно дул губы, заправлял волосы за ухо, рисовал милые каракули в тетради, грыз трубочку от скуки, когда на тебя не обращали внимание, и постоянно смотрел на меня, но когда я смотрел на тебя в ответ, ты тут же отворачивался и терялся. Я поставил перед собой цель. – Какую? – Обязательно начать встречаться с тобой. Хотелось к Джейку быть поближе, узнать его, обнимать его, целовать и сделать всё, чтобы радость на его лице была чаще. Да, он до безумия милый, когда дуется, но его счастливая улыбка достойна мира. – Джей-я, я хочу одновременно зацеловать тебя и задушить. – У меня кинк на последнее, – смеётся Джей, замечая раздражение на шимовом лице, – на первое тоже. Начинай в любой последовательности.

➖

P.S.: Джейк обиделся, что причин всего 7, хотя сам столько и попросил. P.S.2: А у самого список причин для ненависти трансформировался в причины для любви, когда я попросил написать в ответ. Понятно, понятно. Мог бы и что-нибудь новое придумать. P.S.3: Всё равно люблю его.