Неожиданность

Восемь тридцать пять. Урок истории начинается в восемь тридцать. Так какого фига Хина сейчас лежит в своей кровати, вся растрёпанная и неумытая? Всё дело в том, что она знает, что первый урок — это именно история. А значит, что она может творить какую угодно парашу и опаздывать на урок, что уже успели стать её привычкой. Маленькая лентяйка — так можно было её охарактеризовать. Так ещё и курит... Но она училась на удивление хорошо. Дано от Бога... Давно привыкнув к тому, что историю ведёт старая добрая преподавательница, она всегда опаздывала на её уроки, пролеживая лишние минуты в кровати. Наконец соизволив встать, юная леди идёт на кухню. Время восемь сорок. Чо так мало? Могла бы ещё поспать... Она еле находит в себе силы и идёт умываться. Несмотря на то, что она только проснулась, усталость накатила на нее и мешала, как комар. Но девушка всё же умылась, поела и оделась. Выйдя на улицу и, естественно, разбив ногой лёгкую кромку льда на луже, зашагала в сторону школы. Ветер, что гуляет в головах у школьников, летел ей навстречу, как будто упрашивая не идти в школу. Но девушка, как храбрый рыцарь, все-таки дошла до злосчастного здания. Скинув куртку, она неспеша пошла наверх, насвистывая себе что-то и глядя на прилипшие к полу жвачки, после переключив внимание на потолок, где виднеется смачный прилипший кусок слайма. Наконец подойдя к двери и минут пять гипнотизируя ручку, Хина все же дёрнула за нее и дверь растворилась в̶ в̶о̶з̶д̶у̶х̶е̶. Она собиралась уже войти в класс, как вдруг её удивлённый недоуменный взгляд сталкивается с чужими кроваво-золотыми глазами.       —З-з.... Здравствуйте... -сказала она потерянно. Девушка стояла, переминаясь с ноги на ногу и не знала, что ей делать.       —Здравствуй. Ну что же ты стоишь? Проходи, -сказал мягко учитель, и она, опустив голову, присела за своё привычное место. Она шокирующим взглядом посматривала на красивого молодого мужчину с огненными волосами и пламенными глазами, что сейчас рассматривали не только её коду, но, кажись, и органы — настолько пронизывающим был этот взгляд. Сейчас Хина материла себя трёхэтажным матом за такую вот подлянку. Новый учителя? Да когда он успел?       —Итак, как тебя звать? -интересуется мужчина, проворачивая ручку, как-то хитро зажатую между длинных гибких пальцев.       —Хина Судзуки, -гворит она, чуть недовольно, словно находясь в лёгком оцепенении. Она была зла на него, ведь именно из-за него она получит дома пряников!       —Итак, Хина. Объяснишь причину своего опоздания? -он обратился к ней с обворожительной улыбкой, а она застыла на месте, словно статуя, не зная, что же ей ответить ему. Видя её замешательство, он чуть прокашливается, пытаясь обратить на себя внимание девушки, но это бесполезно — она до сих пор в шоке от увиденного. Новый учитель. И учитель по истории. Класс. Что же ей теперь делать-то? Она сейчас была в шоке, да ещё в каком. Она уже мысленно сделала себе харакири, желая умереть или провалиться сквозь этот пол, обклеенном жвачками, лишь бы не видеть этого прожигающего насквозь взгляда. Она чуть прикрывает глаза и выдыхает, собираясь с мыслями.       —Ну?       —Что "ну"? - спрашивает она, как будто говорит со своим ровесником, а никак не с учителем. Он чуть смотрит на неё поверх роговых очков и говорит:       —Почему ты опоздала? -даже как-то чуть нервно срывается с его губ, и она молчит, не зная что ответить, а после она брякает:       —Кота кормила. Весь класс так и покатился со смеху, но мужчина жестом остановил надвигающейся цунами смеха и сумашествия, после вновь улыбаясь и быстро говоря:       —Это очень хорошо, что ты заботишься о своём питомце, но ты де опаздала на... -он смотрит на наручные часы а после продолжает:- На двадцать три минуты! -торжественно объявляет он. На двадцать три! О, как хорошо, что он не знает, что она могла вообще прийти ко второму уроку, и ей ничего бы не сказали...       —В следующий раз не надо так долго кормить кота, ну или отговорку придумывай получше, -он строит невинное выражение лица, и Хина опускает взгляд, явно недовольная всём происходящим. Просто пусть он бы её после уроков оставил, а не говорил при всём классе. Ей так сейчас обидно, пусть этот выговор и был справедливым, как бы она не старалась это отрицать. Всё могло закончится на много хуже. Так, что, всё разве уже закончилось? Нет, всё только начитается.       —Итак, Хина, -кажется, мужчина любит слово "итак", употребляя его при всяком удобном случае. Но сейчас он не подводит итоги — он только начинает проверять её.       —Лёгкие вопросы. Когда было Сацумское восстание? -быстро спрашивает он, и девушка, ошарашенная этим вопросом, быстро теряется, не зная, что ответить, и лишь опускает голову вместо ответа на поставленный вопрос. Он смотрит на неё победным взглядом, хотя это и был всего-лишь первый вопрос.       —Не знаешь? Ай-ай-ай, как плохо! -ну что же она могла поделать, если история — такой удобный предмет! Конечно, уже в прошлом случае, ведь сейчас она чувствовала — что от него просто так не отделаться. А он продолжал задавать лёгкие вопросы по истории, на которые ответит даже ребёнок. Но она, которая проспала всю историю всей истории её изучения этого предмета, не знала, что нужно сказать, и каждый раз этот победный взгляд выводил её из себя и так и заставлял сталкерить мужчину гневным взглядом. Она теперь хотела записаться на кружок по боксу, которого в школе у них не было, и после смачно этак вмазать ему по красивому лицу. Экий мазунчик нашёлся!       —Что д, раз ты не знаешь, то тогда мне придется оставить тебя после уроков. Вот этого она ожидала. И даже ждала, что он её оставит. А вот это сражение, что он ей устроил — словесную, моральную бойню, — она этого совсем не ожидала, но от этого было обиднее ещё больше. А ещё, глядя на его ухмылку, она ещё больше злилась, эта злость прямо-таки из ушей лезла. И тут прозвенел спасительный звонок, который, может быть, спас бы её от большего позора.       —Итак, записываем домашнее задание! -учитель прихлопнул в ладоши и стал ходить между рядами, показывая и рассказывая каждому, что бы слышали всё ученики.       —Ну а ты, Хина-тян, останешься после уроков, как я уже и говорил., -он вновь её одарил лёгкой ухмылкой, заставив ту побагровело от гнева и стыда. После учитель покинул кабинет, а девушка стала рыться в его сумке — естественно, когда всё ушли. А после она взяла его бенто и достала пачку слабительного...